Сбой на уровне системы
- -
- 100%
- +
– Чего?
Локи запрокинул голову с таким видом, словно до смерти устал.
– Меня жди. Напишу.
Он поднялся. Да, действительно, невысокий – хорошо если метр семьдесят, а скорее мельче, учитывая тяжёлые ботинки. Штаны были такими же мешковатыми, как толстовка. Под этим всем мог скрываться и мужичок за пятьдесят, и тощий подросток. Правда, Женя не думал, что его сомнительный знакомый – подросток, слишком уж много всего он знал и умел. Да и хамил… иначе.
Но и не пожилой – морщин вокруг глаз мало. Двадцать пять – тридцать пять. По сути – типичный ботан и дрищ. Но даже думать так про Локи оказалось неловко.
Мысленно Женя решил остановиться на том определении, которое пришло первым: «Существо».
Оперевшись рукой на стол, оно добавило:
– Следить за мной не вздумай. Всё равно ты делаешь это бездарно.
Женя не стал даже пытаться. Во-первых, действительно, бездарно у него выходило. А во-вторых, в прошлый раз нарушение приказа Локи обернулось очень плохо. Имело смысл всё же послушаться.
***
«Как успехи?» – написала Алёна, и Лиза подпрыгнула на кресле. Нет, конечно, она не забывала об Алёне ни на секунду, думала о ней в школе, дома, на занятиях с репетиторами… Вот только не ждала, что та объявится.
«Я ищу способы. Правда», – трясущимися руками написала Лиза, а Алёна следом прислала скриншот экрана. Там был тот самый ужасный диалог о порно!
«Не отвлекайся», – велела Алёна, и Лиза едва не зарыдала от бессилия. Но потом взяла себя в руки и принялась удалять сообщения, одно за другим, вычищать, чтобы не осталось и следа.
Когда всё исчезло, Лиза облегчённо выдохнула, и тут пришло новое сообщение. Ещё один скриншот. С разговором о самых симпатичных мальчиках в классе. Лиза всхлипнула. Она писала там имена и фамилии.
«Не смеши, сеть всё помнит. Займись делом».
Локи молчал. Да, Лиза понимала, он занят. Но почему он не отзывался, когда был так сильно нужен?!
«А если он… вообще не ответит?» – подумала она, и стало ещё хуже, чем раньше. Ведь тогда у неё не будет другого выхода, кроме как добыть злосчастную папку!
Мама на вопрос про то, что в сейфе, рассмеялась и сказала:
– Секретные оборонные документы! Может, даже чертежи подводных лодок!
– Мам!
– А может, рецепт зелья молодости? Хуже! Рог единорога!
– Ну, мам, ты шутишь!
А серьёзно она отвечать не хотела. Мама вообще считала, что папины дела – это папины дела, и девочкам лезть в них нечего.
Сам папа бывал в кабинете нечасто, в основном возился в саду или читал на веранде. Но всегда, когда уходил, запирал дверь на ключ. Собравшись с духом, Лиза пошла к нему с очередным домашним заданием, положила тетради на стол и, стараясь унять колотящееся сердце, спросила задумчиво:
– А зачем тебе сейф?
Он поднял голову от алгебры, нахмурился и уточнил:
– С чего вопрос?
Она подготовилась.
– В «Приключениях Шерлока Холмса» в сейфе были фамильные драгоценности. А у нас?
Он слегка, совсем чуть-чуть, самыми краешками губ улыбнулся.
– Увы, фамильных драгоценностей нет. Старые документы и немного денег. Не доверяю я банкам, знаешь ли.
– Почему?
Он хмыкнул:
– Хорошо, Лизонька, ты в девяностые не жила, иначе бы не спрашивала. Ну-ка, сюда смотри, минус потеряла!
Замок на сейфе был сложный. Сначала нужно было крутить ручку, выбирая правильные цифры, а потом – повернуть ключ. От одного взгляда на серую дверцу затапливало отчаяние. Ключ папа держал при себе, а код, Лиза понимала, ей в жизни не угадать. Папа всегда был очень внимателен к паролям.
Обычно Лиза думала, что это хорошо и правильно – она же много читала про хакеров. Но сейчас папина дотошность грозила Лизе гибелью.
Пока он дочитывал задание по русскому, Лиза думала: «Может, лучше рассказать?»
И не находила правильных слов.
***
Изображение Локи стояло на рабочем столе. Рисунок рыжего скандинавского бога напрягал. Нина предпочитала астры или пионы на заставке. Зимой – еловые ветки, припорошённые снегом.
Раздался телефонный звонок. Нина ответила и услышала уже знакомый механический голос.
– Нашла?
– Ты обещал мне два имени, – напомнила Нина, но ответа не последовало. Что ж, с Локи было сложно торговаться, поэтому она произнесла: – Большинство дел велось очень небрежно. Но записано, что Зимина потенциально состояла в отношениях с неким Богданом, возможно, блондином. Подружка запомнила, потому что имя приметное. У Петровской есть упоминание длинноволосого рокера. У Ковальской – никого, а это самые свежие дела.
– А у Жуковой?
– Тоже пусто. Никто ничего не знает.
Локи снова молчал. Нина накинула плед. Вроде на улице было ещё тепло, а в доме становилось прохладно. Отопление включат не раньше конца октября, если не в ноябре.
Нина жила вместе с мамой двушке с советским ремонтом и такой же старой мебелью. Дорого Нина дала бы, чтобы никогда больше не видеть этого интерьера!
Он давил и угнетал не меньше, чем мама. А та была её личным мучителем.
Иногда Нина мечтала: она раскроет громкое дело, её заметят, предложат перевод куда-нибудь. Зарплату повысят. Можно будет снимать квартиру и жить самой. Пока денег не хватало, и приходилось терпеть, сжимать зубы, временами срываясь на крик.
– Ласка, – внезапно выплюнул динамик. – Богдан Сергеевич Ласка, Советская, 28. Год рождения – 1987. Второе имя – Стас Пронин, адреса пока нет, 1989 года. У обоих есть судимости. Близко не подходи, собери всё, что есть.
– Откуда ты знаешь о них? – выпалила Нина, пока собеседник не положил трубку. – Как нашёл?
– Во всяком случае, в ваших базах их нет.
– Ты… смотрел полицейские базы? Как?..
– Слово «троян»3 тебе говорит о чём-нибудь? – По искусственному голосу было неясно, но, кажется, собеседник ухмыльнулся. – Не бери в голову, закроете эту уязвимость – те, кому нужно, найдут другую. Знаешь, как говорят? Чем хитрее замок, тем сложнее отмычка. – Пауза. – Ищи, Нина Сергеевна. Есть подозрение, что у пропавших девочек большие неприятности. Фантазии хватает или помочь?
– Хватает, – мрачно сказала Нина.
– Радует. Настроения для художественных описаний нет. Возвращай свои астры. Как найдёшь – снова поставь Локи.
Хакер отключился, а Нина ещё долго смотрела в пустоту. Итак, у неё появилось два имени. Проверить их – и будет ясно, можно ли доверять странному союзнику.
Правда, был ещё один вопрос: зачем это Локи? Что ему до пропавших девочек? Нина дурой не была и понимала, что всё это тянет на какую-то неприятную многоходовочку. И она сама в ней играла уж точно не ведущую роль.
Может ли у хакера быть личный интерес? Он всё-таки не голос в трубке, а живой человек. Мог ли он сам кого-то потерять? Сестру? Дочь? Тогда было бы ясно, что им движет месть.
А если нет? Жажда справедливости? Какие-то далеко идущие планы?
Эти разговоры – уже должностное преступление. И оно будет усугубляться с каждым выполненным приказом Локи.
И всё же на следующий день, в обеденный перерыв, она пошла смотреть, что есть по именам. Она успела узнать, что Богдан Ласка сидел с 2008 по 2010 годы за воровство и драку. Там был взлом, погром, мордобой – полный бардак.
Уже хотела выяснить, что Ласка делает сейчас, как её вызвали к начальству.
Полковник Бобренко занимал небольшой кабинет, увешанный наградными листами. На самом видном месте располагался портрет президента, пониже – главы города. На оружейном сейфе стоял российский флажок.
Нина, получив разрешение, опустилась на жёсткий скрипучий стул, сложила руки на коленях и замерла, выжидая. Будет ругать? За что?
Следом мелькнула мысль: не рассказать ли про Локи и девочек? Нина решила, что не стоит. Как найдёт реальные факты – расскажет. Может, тогда ей и болтовню с хакером простят. Наверняка простят – если результат будет.
– Ну, что, Нина Сергеевна, как дела? – дружелюбно поинтересовался Бобренко.
Выглядело это несколько противоестественно. Когда на НТВ проводили кастинг на роль таких вот полковников, они наверняка брали Виталия Ивановича за образец.
– Хорошо, товарищ полковник.
– Ну, вот и хорошо, – он слегка усмехнулся и потёр подбородок. – Это ценно по нашему времени, да?
– Да… товарищ полковник, – осторожно согласилась Нина.
– А что это вы в архивах ночуете, товарищ младший лейтенант?
Она внутренне закаменела, но ответила спокойно:
– Изучаю дела, товарищ полковник. Для развития.
– А-а, – протянул он. – Для развития. Значит, так. Рвение поощряю, а занятия хернёй – нет. Ночные бдения в архивах прекратить, на обед ходить, всякой ерундой себе голову не забивать. Всё понятно?
– Так точно, товарищ полковник.
– Свободна.
Нина вышла из кабинета в глубокой задумчивости. Полковник Бобренко растил её с первого дня в отделении. Ругался, иногда орал и крыл матом, но и хвалил временами. Отличный профессионал.
И он с уверенностью сказал, что дела пропавших девочек – это «херня», которой заниматься не стоит. На мгновение Нина допустила мысль о том, что полковник из тех, про кого говорил Локи. Кого «уже купили». Отмела её с негодованием. Зато нашла другое объяснение: он знает, что в полиции есть «крыша» этого грязного бизнеса. Поэтому и уберегает Нину от проблем.
И что теперь делать?
Глава 6. Zero Day Vulnerability
Уязвимость, обнаруженная злоумышленниками раньше, чем о ней узнали разработчики системы.
Вести себя как обычно, никуда не влезать, не высовываться. Женя старался именно так и поступать. Убрался дома три раза, помог Витьке шкаф купить – и пообещал приехать собрать.
На пятый день мучительного ожидания занялся, наконец, Крокодилом.
Формально тот был тёмно-зелёным Volkswagen Passat В5, но это не имело никакого значения. Крокодил был Крокодилом.
Витька называл его «старьём», Женя обижался.
Машине едва исполнилось двенадцать лет – ни о чём для надёжного немца. Она прекрасно ремонтировалась («В отличие от твоих сраных корейцев, Витя!»). Крокодил сделал бы Витькин «Солярис», даже не напрягаясь.
Всё, что требовалось Крокодилу, это немного внимания, которое Женя ему и обеспечивал.
Полез смотреть, что там стучит в подвеске – и сразу решил исправить. Пока лежал под машиной и отвинчивал старый рычаг, думал.
Ничего хорошего в голову не лезло.
Опять, по которому уже кругу: Даша Жукова – Богдан Ласка – Локи.
Как с Леной, хотелось придумать утешительную сказку про Дашу. Но то, что позволительно подростку, недопустимо для взрослого мужика. Нет, правда такова: Богдан Ласка выбрал Дашу удобной жертвой, легко втёрся к ней в доверие, растлил, а потом продал за хорошие деньги в бордель. И, вероятно, Даша была не первой его жертвой.
Легко было снова услышать хрип Ласки и почувствовать судорожное трепыхание его тела.
Вспоминался приглушённый голос Локи: «Обязательно было на полпути бросать?» И Женя уже сам запутался: он винит себя за то, что остановился – или за то, что очень хотел закончить начатое. При любом раскладе выходило дерьмово.
Сорвался, вот что хуже всего! Не думал вообще ни о чём. Женя боялся таких ситуаций. Они делали его опасным.
Слово «опасность» тут же зацепило мысли о Локи. Вот уж кто не стесняется наводить на людей ужас! По идее, после личной встречи он должен был растерять часть своей власти. Уже не буквы на экране, а обычный тощий парень.
Не растерял.
Женя честно пытался не думать обо всём этом, общаться с Крокодилом, разогревая горелкой ржавчину и закись на болтах. Но выходило плохо.
Внезапно телефон в заднем кармане пиликнул, сообщая об СМС. Очень не вовремя. Звук повторился. С тяжёлым вздохом Женя вылез из-под машины, кое-как оттёр руки о штаны и посмотрел, кому понадобился.
Незнакомый номер. Первое сообщение: «Евгений Кошкин, нужна помощь. Текстилей, 24, двор». Второе: «Прям срочно».
Было очень нетрудно угадать отправителя.
Женя быстро написал в ответ: «Еду».
Выругался.
Крокодил стоял без колеса и с наполовину скрученным рычагом. Его обратно уже не привернуть – надо снимать полностью и менять. Часа два. Никак не укладывалось в понятие «Прям срочно».
– Продолжим попозже, – пообещал он Крокодилу, быстро убрал в багажник запчасти и инструменты, запер дверь и кинулся на автобус.
«Или такси?»
Но Женя его знал только с водительской стороны. Сам в жизни не вызывал, побоялся потерять лишнее время.
Автобус не шёл. Даже маршрутка не показывалась мучительно долго. Женя понятия не имел, к чему готовиться, и просто хотел оказаться на месте. Как можно скорее.
Так странно было получить от Локи просьбу о помощи. В своём виртуальном мире он производил впечатление настоящего, хотя и злого бога. Своего мира он почти не покидал. И что с ним случилось?
В маршрутке на Женю косились недовольно, и он старался не прижиматься к людям – переодеться не успел, так и поехал в рабоче-ремонтном.
Вдруг подумалось: «А не подстава?»
От Ласки или от тех, кто стоит за ним, можно было ждать чего угодно. Женя выпрыгнул из маршрутки и решил, что ему плевать. Локи – его союзник, нельзя было не прийти на помощь.
А если окажется, что сообщение послал не Локи…
Это будет другая проблема.
На улице отчётливо тянуло гарью, у соседнего дома, с дальнего торца, пожарные сворачивали рукав. Уже ничего не горело, но люди толпились вокруг. Отвернувшись, Женя пошёл в противоположную сторону, к дому №24. Он был длинным, но низким, трёхэтажным.
Во дворе среди буйной поросли ясеня, под деревьями, ещё сохранились остатки старой детской площадки: все эти железные облупившиеся лазалки, турник с провисшей перекладиной. Качели куда-то делись, зато осталась почти целая карусель-вертушка. Поскрипывая, она вращалась. И там сидел, сгорбившись, Локи.
Женя сбавил шаг, стараясь приближаться медленно и спокойно. Локи его заметил издалека, повернувшись, ногой остановил карусель, откашлялся и поднял голову. Шарф теперь не скрывал его лицо, остался только глубокий капюшон чёрной толстовки.
Нет, не подросток, понял Женя, но очень молод. В чертах ещё оставалось что-то мальчишеское. А вот подбородок был мужской, тяжёлый.
Вдруг Локи закашлялся ещё сильнее, но махнул рукой, что всё в порядке, выдохнул и просипел:
– Говорить не могу. Пришёл.
– Что случилось? Стой! Не говори, если не можешь…
– Пожар. – И снова скрючился.
Женя стоял над ним, совершенно растерянный, соображал, что делать. Пожар в соседнем доме… Он там жил?
Внешне никаких повреждений видно не было: одежда без подпалин, лицо, похоже, целое. Значит, надышался угарным газом. Это плохо.
Пытаясь поддержать, Женя осторожно дотронулся до спины Локи. Тот отскочил и прохрипел:
– Клешни убрал!
Опять зашёлся приступом, схватился за живот и тут же выпрямился.
– Не лапай. Бесит.
В голове хранилась теория и практика оказания первой помощи. Но почему-то там не было пункта о том, что делать, если пострадавший огрызается и требует «убрать клешни».
На карусели остался большой туго набитый спортивный рюкзак. Женя спросил как можно более мирно:
– Твой? Просто кивни…
Локи кивнул и подошёл ближе, словно расставаться с рюкзаком ему было неприятно. О чём ещё спросить? Что сделать?
– Твоя квартира сгорела, да?
– Съём.
– Хочешь, поживи у меня? Пока всё не… – Женя осёкся, поскольку после пожара обычно надо делать ремонт и менять мебель, а главное – находить на это всё деньги. И с хозяином объясняться. Ничего не «налаживается» само. – Поедем?
Локи долго размышлял и выдавил:
– Пойдём.
– Автобус?
– Ноги.
Куда легче, чем можно было ожидать от парня его комплекции, Локи поднял рюкзак. Женя протянул руку, предлагая помощь, Локи показал средний палец.
Доходчиво.
Нормальным шагом прогулка заняла бы полчаса. Они добирались час. Мало того, что Локи то и дело останавливался, чтобы справиться с приступом кашля, так его ещё и пошатывало.
– Да хоть рюкзак отдай! – не выдержав, потребовал Женя. – Не дури, куда я с ним денусь?!
Был уверен, что получит отказ. Однако Локи снял свою ношу, протянул Жене и загадочно велел:
– Не тряси и не кидай. Там Пушок.
К чужим «пушкам» Женя относился лояльно. Даже если это любимый ноутбук – все имеют право на свои причуды.
Рюкзак весил килограммов десять. Для Жени – ерунда, а вот Локи в таком состоянии тащил его, похоже, на чистом упрямстве. Пошли шустрее. Очень хотелось подколоть, спросить, стоило ли так упираться с самого начала. Женя не стал. Унижать того, кому и так плохо, это подлость.
Остановившись возле дома, Женя начал было:
– Код домофона… – Но Локи обошёл его сбоку, набрал цифры, ошибся, набрал снова – успешно. Пожал плечами.
– Стандартные комбинации.
Когда Женя только переехал сюда, в подъезде бухали, рисовали на стенах и кидали окурки. Жить в свинарнике не хотелось, поэтому пришлось провести месяц в ночных дежурствах на лестнице. Гадить перестали. Теперь тут было чисто, а на подоконнике баба Катя из тридцать второй растила цветы.
Не сомневаясь, Локи поднялся на третий этаж, остановился у нужной двери и подождал, пока Женя откроет. Вошел в коридор, пошатнулся и медленно осел на пол.
– Эй! – взволнованно позвал его Женя.
С пола донеслось полузадушенное:
– Ща. Посижу.
Женя снял рюкзак и осторожно поставил его рядом с обувницей – вовремя вспомнил про «пушка». Позвал:
– Локи? Ты чего?
Пьяно шатаясь, кашляя, Локи поднялся по стенке, велел:
– Пушка не трожь! – и поплёлся в ванную.
«Вот же упрямый идиот!» – подумал Женя одновременно со злостью и с долей уважения. Он сам вёл бы себя так же, доведись им поменяться местами. Помощь? Нет, спасибо, он уже большой мальчик и справится, особенно если кишки не вылезают наружу.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Серия фильмов-боевиков «Идентификация Борна», «Превосходство Борна» и «Ультиматум Борна».
2
Деление неформальное, но популярное. Чёрные хакеры (они же Чёрные шляпы) – преступники, которые взламывают системы для кражи или уничтожения информации, получения личных данных и т.д. Их противоположность – белые хакеры (Белые шляпы), которые по заказу организаций занимаются взломом для поиска и исправления уязвимостей (пентест). Между ними находятся серые, которые не наносят прямого вреда и нередко сообщают об уязвимостях за плату.
3
Вредоносная программа, которая маскируется под легальное ПО и даёт злоумышленнику доступ к системе.