Проклятие рода Мухтаровых

Глава II

После революции 1917 года и смены режима в России образовалось много преступных группировок. Не только в городах, но и в селах часто совершались преступления разной степени. Если брать Ростов-на-Дону, то одной из самых известных банд, орудовавших в городе, был «Кровавый Дон». Название говорило само за себя. Многие сотрудники милиции пытались поймать преступников. Но все их попытки были тщетны. Убийцы, как в шахматах, продумывали ходы на несколько шагов наперед и всегда оказывались в выгодном положении. Когда до властей дошла информация о деяниях преступной банды на Дону, было принято решение отправить туда Владислава Никифоровича Буженинова, члена коллегии Петроградского Уголовного Розыска (УГРО), чтобы он лично расследовал дело и взял живыми или мертвыми членов опасной банды. Об этом человеке ходило много слухов. Поскольку прежде он был государственным деятелем, следы его прошлой жизни оказались засекречены. Одни говорили, что Буженинов — потомственный дворянин. Другие утверждали, что он родился в неблагополучной семье: его родители пьянствовали и издевались над сыном. Наверняка было известно следующее: Владислав Никифорович родился в 1884 году, окончил юрфак Петербургского университета, начал интересоваться революционным движением, пошел добровольцем на Первую мировую войну, участвовал в Галицийской битве, где едва не погиб, но был спасен сослуживцем. Словом, прошел огонь, воду и медные трубы. Сколько тягот и невзгод пришлось ему пережить на своем веку — сложно представить… Но после окончания военных действий он вернулся уже не в Санкт-Петербург, а в Петроград, где и стал со временем начальником Петроградского угрозыска. Среди подчиненных о Буженинове ходили разные легенды, вплоть до того, что он совсем не знал плотской любви. И, надо сказать, Буженинов давал поводы для пересудов — он никогда не улыбался, имел отталкивающий вид.

Как-то раз он исчез почти на две недели. О нем не было ни слуху, ни духу, и уже поговаривали, что, наверное, с ним произошел несчастный случай. Но нет, в одни дождливый день Владислав Никифорович вернулся на работу. Сотрудники не могли поверить, что перед ними — тот самый Буженинов, потому что за столь короткое время он изменился до неузнаваемости: волос на голове почти не осталось, левый глаз закрывала черная повязка. Сотрудники шутили между собой, что, если вместо правой ноги приделать ему деревянную, одну руку заменить крюком, а на плечо посадить попугая, из него вышел бы настоящий пират. Никому так и не удалось узнать, где и по какой причине Буженинов лишился левого глаза, но только после таинственного исчезновения характер его стал еще хуже.

Изучив все имеющиеся материалы о банде, прозванной в народе «Кровавый Дон», Владислав Никифорович поставил себе цель найти преступников и наказать их. Он обещал вернуться в Петроград только тогда, когда закончит начатое на Дону дело. Собрав с собой все необходимое, Буженинов покинул Петроград и в мае 1920 года прибыл в Ростов-на-Дону. Конечно, такого влиятельного человека сотрудники местного Уголовного Розыска решили встретить, как подобает. Но Буженинов оказался не из тех, кто любит всякого рода подарки и чествования. Он всегда повторял: «Пока мы бездействуем, бандиты затевают очередное злодейство. Время — наш главный враг! Так не будем терять времени даром».

В первую очередь коллеги предоставили Владиславу Никифоровичу информацию обо всех преступлениях банды «Кровавый Дон». Проанализировав все материалы, Буженинов сразу же обратил внимание, что преступления совершались в среднем один раз в две недели. Также он заметил, что жертвы нападений были в большинстве своем беззащитные люди преклонного возраста, либо женщины, которые не могли дать преступникам отпор. Также, изучив карту города, следователь пришел к выводу, что все злодеяния «Кровавого Дона» происходят в центре. Буженинов взял карандаш, бумагу и нарисовал квадрат, в котором орудовала банда. Северо-западные стороны квадрата представляли пересечение Десятой улицы (позже переименованной в честь Василия Петровича Текучёва) с Таганрогским проспектом (который через пару лет будет переименован в Будённовский проспект), а юго-восточные — пересечение Театрального проспекта — одной из старейших улиц города, с одной из центральных — Старопочтовой, до недавнего времени называвшейся Почтовой.

Сделав эти выводы, Владислав Никифорович решил поделиться своими идеями и предложениями с Иваном Дмитриевичем Гольманом, который совсем недавно был избран заместителем председателя президиума Кубанского совета профсоюзов. Иными словами, по распоряжению сверху стал руководителем одного из криминальных городов России — Ростова-на-Дону. Встретившись с Гольманом в официальной обстановке, Буженинов хотел представиться, но не успел, так как Иван Дмитриевич перебил его:

— Я знаю, кто вы, и зачем приехали в наш город.

— Итак, вам известно, с какой целью я сюда прибыл.

— Разумеется. Запрашивайте у сотрудников милиции все, что вам потребуется для работы. Для меня главное — результат.

— Он будет, можете во мне не сомневаться.

— Так говорили и другие, пытавшиеся найти бандитов «Кровавого Дона». Но все безуспешно. Эти люди, подобно дьяволу, как будто проваливаются сквозь землю.

— Еще ни одному преступнику не удалось от меня сбежать.

— Ну, это мы еще посмотрим. Но если вам действительно удастся их поймать, тогда просите любую награду.

— Я ловлю преступников не ради награды, а чтобы обезопасить жизнь простых граждан.

Буженинов полностью отдавался своему делу и ничего не боялся. Зато как же боялись его! Его бесстрашие действовало на преступников гипнотически, им казалось, что пуля его не берет. Многие считали, что Буженинов — человек не от мира сего.

…Тем временем Вячеслав Мавлюдов посетил дом на Богатяновском спуске, где нашли свое временное пристанище члены банды «Кровавый Дон». После кратких приветствий Ваграм начал собрание:

— Ну, что сказать, товарищи… На днях до меня дошла весть, что в наш город приезжает Шорин Антон Леонтьевич, состояние которого оценивается в несколько сотен тысяч рублей. Говорят, будто ему удалось забрать все ценное и тихо покинуть Москву. Сделал он это по понятным всем причинам, чтобы новая власть не отняла у бедолаги последнее. Так вот, он намерен пару ночей провести в нашем городе, после чего также незаметно добраться до Крыма, а оттуда уже уплыть в Европу или Америку. Денег у него с собой столько, что у нас с вами появился удачный шанс разбогатеть и спрятаться в тень на год как минимум. Что скажете?

Присутствующие радостно оживились.

— Известно, где он остановится? — спросил Тигран.

— Да. В Доходном доме Матильды Борисовны Рындзюн.

— Где это?

— На Казанской улице. Такое четырехэтажное здание темно-серого цвета.

— А! Тот новый дом, построенный в начале века? — уточнил Арсен. — Красивый!

— Да, — кивнул Ваграм. — И очень дорогой! Одни только элементы декора в стиле модерн чего стоили…

— Откуда ты все это знаешь? — улыбнулся Арсен.

Ваграм ответил:

— Я долго жил в Доходных домах Москвы и Петербурга. И, хочу заметить, Ростов-на-Дону не уступает обеим столицам. До революции наш город был очень богатым, и купцы строили передовые по своим временам дома.

— Так когда Шорин должен прибыть в город? — перебил архитектурный экскурс лидера Тигран.

— 23 или 24 мая. У нас будет два, максимум, три дня, чтобы осуществить задуманное. Иначе наша рыбка уплывет в другой океан.

— Каковы наши действия?

— Наша задача действовать быстро и четко. Так как нас четверо, то и шансы заполучить деньги возрастают. Сам по себе Доходный дом Рындзюн небольшой. Когда войдете внутрь, один останется возле входа. Если вдруг обстановка накалится, придется стрелять. Тигран, я тебя давно знаю. И я думаю, лучше тебя с этим никто не справится. Ты встанешь у входной двери. Готов?

— Умру, но не подведу.

— Вячеслав, я дам тебе шанс проявить себя и доказать, что ты не просто так состоишь в нашей банде. Ты готов убить человека ради нашего дела?

— Сделаю все возможное, что будет в моих силах.

— Очень на это надеюсь… В таком случае, ты постучишься в квартиру Шорина…

— Известен номер квартиры? — спросил Вячеслав.

— Когда Шорин приедет, наши маленькие друзья отправятся на разведку и узнают номер квартиры, и я сообщу тебе… Почему именно ты? Мы вызовем подозрения, а твой благородный вид расположит к тебе нашего купца. Придумай какой-нибудь благовидный предлог, чтобы он впустил тебя. Когда окажешься с ним наедине, потребуй деньги, угрожая тем, что убьешь его. После того, как сделаешь все необходимое, тихонько выйдешь, заберешь Тиграна, вы выйдете на Большой Столыпинский проспект (которой спустя пару лет будет переименован в Ворошиловский проспект, в честь советского военачальника Климента Ефремовича Ворошилова — прим. автора) и двинетесь в сторону Дона. Там вас будем ожидать в лодке мы с Арсеном. Наша цель — Зеленый остров, где мы спрячем большую часть добытых денег.

— Закопать деньги в землю? До чего глупая идея! — хмыкнул Тигран.

— Тигран!

— Нет, Ваграм, я не буду молчать. План крайне неудачный! И не только потому, что ты предлагаешь спрятать деньги на острове вместо того, чтобы забрать их с собой.

— Что еще тебе не нравится?

— Лично у меня этот человек, — Тигран кивнул на Вячеслава, — не вызывает никакого доверия. А что, если он заберет все себе?

— Как?

— Да как угодно! Узнав номер квартиры, он может пойти на дело и без нас.

— Без доверия мы ничего не добьемся. Не думаю, что Вячеслав на такое способен. Да и какой смысл ему это делать? Ему трудно будет скрыться от нас. Ему есть, что терять. У него невеста.

— Вот именно. Вдруг он ей все разболтает, а та пойдет и сдаст нас? И что тогда? Плакали наши денежки!

Альберт, до сих пор молча наблюдавший за происходящим, решил вмешаться в разговор.

— Товарищи, прошу, не стоит спорить. Ни к чему хорошему это ни приведет. И потом, я не услышал, какова моя задача в этом ограблении?

— А кто говорил, что ты в нем будешь участвовать, Альберт?

— Ну, как же, Ваграм. Я один из вас. Я же тоже хочу иметь с этого свою долю.

— Кто тебе такое сказал, что мы выделим тебе долю? У тебя другие поручения. Радуйся, что мы тебе платим тебе за них каждый месяц по паре сотен рублей.

Альберт затаил недовольство и миролюбиво сказал:

— Ну, хорошо. Раз уж ты так решил, Ваграм, пусть будет по-твоему. В таком случае я пойду. Обсуждайте дальше свой план.

Альберт покинул стены этого дома, и никто не предполагал, что это была их последняя встреча!

— Мне нужно лично поговорить с Владиславом Никифоровичем Бужениновым.

— С какой целью?

— Это касается жизни многих людей. Если вы сейчас не предоставите мне возможность с ним увидеться — невинная кровь будет на вашей совести.

— Следуйте за мной.

Через несколько минут двое мужчин оказались возле обветшалой двери кабинета.

— Владислав Никифорович, тут вот один хочет поговорить с вами с глазу на глаз. Говорит, что у него есть важная информация, которая вас заинтересует.

— Пусть зайдет.

Сотрудник милиции пропустил незнакомца в кабинет. Буженинов, не отрываясь от бумаг, мрачно произнес:

— Если есть, что сказать, говорите. Не будем тратить мое драгоценное время…

— Владислав Никифорович, у меня есть, что сказать, собственно, затем вы сюда и прибыли.

Буженинов оторвался от своих дел и внимательно посмотрел на незнакомца. Затем приказал сотруднику:

— Оставьте нас.

Милиционер тотчас удалился.

— Я так понимаю, речь идет о банде «Кровавый Дон»?

— Именно. Мне известны имена членов банды и, более того, известно, где они планируют совершить очередное преступление.

— Слушаю.

— Мне нужны гарантии.

— О чем речь?

— Гарантируйте, что меня не арестуют и, как только возьмут их с поличным, мне дадут денежную награду.

— Гарантирую. Если это все, выкладывайте, что вам известно.

Альберт, а это был он, рассказал Буженинову все в мельчайших деталях: кто входит в состав банды, их имена, возраст, преступления, которые они совершили, и планы новых преступлений.

— Хм… — Буженинов старался не подавать виду, насколько он доволен. — Так один из них, вы говорите, женат?

— Не знаю доподлинно, женат или нет. В любом случае он проживает с некоей особой на Пушкинской улице.

За эти несколько минут Владислав Никифорович услышал все, что хотел знать. Слушая Альберта, он делал пометки.

— Это все?

— Да.

— Хорошо… Евгений, Геннадий!

В кабинет вошли двое милиционеров.

— Арестуйте этого человека!

— Что вы делаете? Владислав Никифорович, вы же мне обещали!

— Ну, а как вы хотели? Чтобы я поверил вам на слово? Побудете в безопасности до тех пор, пока преступление не будет раскрыто. К тому же, вы были соучастником всех преступлений. Теперь только суд решит вашу участь. Если примут во внимание ваше сотрудничество с органами, возможно, для вас сделают послабление.

На следующий день Вячеслава Мавлюдов схватили сотрудники милиции, как только он переступил порог своей квартиры.

— В чем дело?

— Ступай! — милиционер грубо втолкнул его в гостиную, где уже сидели за столом Зинаида и Владислав Никифорович.

— Наконец-то! — воскликнул Буженинов. — Вы заставили нас ждать. Но — ожидание было приятным. Я имел честь познакомиться с вашей будущей супругой. Присаживайтесь.

— Кто вы и что здесь делаете?

— Кто я, расскажет вам будущая мать вашего ребенка.

— Что? — удивленно спросил Мавлюдов.

— Как? Вы разве не знали, что ваша жена, или кем она вам сейчас там приходится, беременна? Можете не отвечать. По выражению вашего лица и так видно, что нет.

— Вячеслав, то, что мне рассказал Владислав Никифорович, правда? — взволнованно спросила Зинаида. — Ты, действительно, состоишь в банде «Кровавый Дон»?!

— Зинаида, я…

— Какая досада, — перебил его следователь. — Ребенок появится на свет, когда его отец будет находиться за решеткой. Если, конечно, не будет расстрелян. Тогда малыш осиротеет, находясь еще в утробе матери.

Зинаида зарыдала, в отчаянии закрыв лицо руками.

— Не мучайте ее! — крикнул Вячеслав.

— К сожалению, это вы виноваты в том, что ваша невеста сейчас страдает. Но благодаря ей, вы нам поможете.

— Ни в чем я вам не помогу! — вскричал молодой человек испуганно.

— Тогда…

Достав пистолет, Буженинов прицелился в область живота Зинаиды.

— Не-е-е-е-т.

— Думаю, мы поняли друг друга, — Буженинов отложил оружие в сторону. — А теперь к делу. Вы и ваши люди замышляют ограбление. Верно?

— Да, все так. Я все расскажу, только обещайте, что Зинаиду не тронете!

— Хорошо. Итак, кто убил старика на улице Шаумяна и скрылся с места преступления?

— Не может быть! — воскликнула Зинаида, зажимая руками рот.

— К сожалению, дамочка, еще как может. Мне сказать или вы соизволите?

— Да, это был я!

— Что ты говоришь, Вячеслав? — вскричала Зинаида.

— Я убил старика на улице Шаумяна!

— Каким образом?

— Ножом в спину.

— Нет, Вячеслав! Этого не может быть! — несчастная, не сдержав эмоций, разрыдалась.

— Следствие пришло к выводу, что после ранения у вашей жертвы было двадцать минут… Двадцать минут мучений перед кончиной. Вы понимаете, что его еще можно было спасти?

— Но у меня не было выбора! Мне пришлось.

— Зачем ты это сделал? — спросила Зинаида.

— Из-за денег.

— Сколько вам заплатили? — осведомился Буженинов.

— 500 рублей.

— Внушительная сумма. И, ответьте, эти деньги стоили жизни человека?

— Нет.

— Тогда что вас сподвигло на это убийство?

— Безысходность, отчаяние, страх… Не только за свое будущее…

— Лучше бы ты отправился воевать и погиб! — выкрикнула девушка.

— Что сделано, то сделано, — жестко ответил следователь. — Уходим, у нас еще много дел. Вы, молодой человек, пойдете с нами.

— Погодите. Дайте сказать пару слов невесте…

— Только быстро.

— Зинаида, посмотри на меня, не отворачивайся. Прекрати плакать и послушай… Все, что я делал, было ради нас, понимаешь?

— Лучше бы мы остались нищими и голодными!

Девушка сняла кольцо, подаренное Вячеславом, и бросила ему в лицо, заявив:

— Что ты наделал! Как я теперь буду жить? Как будет жить наш ребенок?

Когда они оказались на улице, Буженинов спросил:

— Так, значит, вы и ваши подельники планировали совершить ограбление 23 или 24 мая, верно?

— Да.

— Завтра 23 мая. С первыми лучами солнца мы схватим всех до единого. И вы больше никогда и никому не причините страдание, боль и несчастье.

Через десять часов Владислав Никифорович начал осуществлять свой план. Подготовив и вооружив двадцать милиционеров, он, вместе с Вячеславом, который всю ночь не спал, думая о том, чем же все закончится, направился в сторону Богатяновского спуска. Ближе к шести часам утра сотрудники милиции начали окружать дом. На улице было уже светло. Утреннее солнце озаряло робкими лучами город. Тигран, услышав какой-то звук на улице, проснулся и подошел к окну. Он не мог поверить своим глазам: их дом окружили милиционеры, среди которых он заметил Мавлюдова в наручниках. Очевидно, он стал заложником.

— Ваграм, Арсен, вставайте.

— Не мешай спать.

— Ваграм, мы окружены. Нам нужно бежать.

— Что!?

— Посмотри, что творится за окном.

Подкравшись, Ваграм, слегка отогнув штору, сам увидел то, о чем только что сказал Тигран.

— Уходим! Быстро!

Бандиты, выбежав на улицу, стали беспорядочно стрелять в сотрудников милиции, надеясь прорваться сквозь оцепление. Выстрелы переполошили окрестные кварталы. И вот уже четверо милиционеров лежат на земле, истекая кровью. Впрочем, одному из них удалось прострелить левую ногу Арсена.

— Я ранен, помогите! — взмолился Арсен, пытаясь зажать рану и остановить кровь.

— Ваграм, бежим! Ему уже ничем не поможешь! — крикнул Тигран.

— Нет, прошу, не бросайте меня! Я не хочу умирать!

Однако Ваграм и Тигран уже быстро удалялись в сторону Дона.

— Не дайте им уйти! — закричал Владислав Никифорович.

Подбежав к раненному бандиту, один из милиционеров спросил:

— А с этим что?

— Застрелить.

— Но ведь он безоружен и вдобавок ранен.

— А сколько невинных людей погибло от его рук? Выполняйте приказ! В рапорте напишем, что был убит при попытке к бегству.

Через секунду Арсен оказался на том свете, получив пулю в голову.

Тем временем Ваграм и Тигран, оказавшись на набережной, увидели, как со всех сторон к ним подбираются милиционеры.

— Куда теперь? — спросил Тигран. — Мы окружены со всех сторон.

— Нет пути назад. Только вперед.

— Но ведь там река.

— А на реке лодка. Видишь? Это наше единственное спасение. Ну же! Вперед!

Когда преступники забрались в лодку, Тигран спросил:

— Ну, переплывем мы на другую сторону. И что дальше?

— Хватит болтать, лучше берись за весло и давай грести.

Но не успел Тигран схватиться за весло, как пуля попала ему в спину. Он упал замертво. Ваграму оставалось рассчитывать только на себя. Каждая секунда имела значение. Взявшись за весла, мужчина начал усиленно грести. Но к берегу уже подбежало подкрепление, а с ним и Мавлюдов с Бужениновым.

— Бросай весла или будешь убит! — крикнул Владислав Никифорович.

Ваграм перестал грести, но весла не бросил.

— Чего вам надо? — спросил он.

— Это ты — главарь банды «Кровавый Дон»?

— Так, значит, ты меня сдал, Вячеслав?

— Вячеслав здесь ни при чем. Он арестован и тоже понесет наказание. А выдал вас Альберт. Знаешь такого? Если встретишься с ним в тюрьме, передашь ему слова благодарности.