- -
- 100%
- +
Глава 1. Пробуждение
00:03 НЕИЗВЕСТНЫЙ: Ты проснулся?
00:04 АЛЕКСЕЙ: Кто это? Если это банк, у меня нет денег. Если сосед, то я не слушал музыку. Если мама, то я уже поел.
00:04 НЕИЗВЕСТНЫЙ: Ты знаешь.
00:05 АЛЕКСЕЙ: Я сплю. Это сон. Или похмелье?
00:05 НЕИЗВЕСТНЫЙ: Тогда почему экран дрожит? Может, у тебя просто руки трясутся?
00:06 Алексей смотрит на телефон. Символы на экране меняются, искажаются. Глюк? Нет, что-то не так. Или просто новый баг в обновлении?
00:07 НЕИЗВЕСТНЫЙ: У тебя мало времени. Проверь дверь.
00:08 АЛЕКСЕЙ: Ага, конечно, пойду проверю, а ты мне ещё предложишь в подвал сходить, да?
00:09 НЕИЗВЕСТНЫЙ: Выхода нет.
00:10 Алексей встаёт. Подходит к двери. Она заперта. Хотя… он не запирал её на ночь. Или всё же запирал? Да чёрт его знает, память у него как у рыбки.
00:11 АЛЕКСЕЙ: Кто ты? Признавайся сразу – ты налоговая?
00:12 НЕИЗВЕСТНЫЙ: Смотри в окно.
00:13 Алексей открывает штору. Город за окном плывёт, как в расфокусе. Неоновые огни, движение машин – всё мерцает, как плохая симуляция. Или как после трёх суток без сна.
00:14 АЛЕКСЕЙ: Это что, шутка? Если да, то она так себе.
00:15 НЕИЗВЕСТНЫЙ: Ты не дома.
00:16 АЛЕКСЕЙ: Бред. Где же я тогда? В матрице? В бета-тесте? На корпоративе, о котором не помню?
00:17 НЕИЗВЕСТНЫЙ: Тогда почему стены дышат?
00:18 Алексей касается стены – та едва заметно пульсирует, будто живая. По коже бегут мурашки. Ну или он просто спит слишком мало и пора завязывать с энергетиками.
00:19 АЛЕКСЕЙ: Это наркотики? Что происходит?
00:20 НЕИЗВЕСТНЫЙ: Ты проснулся не там, где засыпал.
00:21 АЛЕКСЕЙ: Это какой-то вирус? Хакерский розыгрыш? Или просто я подписался на новые условия пользования и не заметил?
00:22 НЕИЗВЕСТНЫЙ: Ты программист. Ты должен догадаться.
00:23 АЛЕКСЕЙ: Кто ты, чёрт возьми?!
00:24 НЕИЗВЕСТНЫЙ: Кто-то, кто пытается тебя спасти.
00:25 На экране телефона пробегает помеха. Приходит новое сообщение, но уже от неизвестного контакта.
00:26 НЕЙТ: Не слушай его.
00:27 АЛЕКСЕЙ: Что за… О, а вот и второй игрок на арене абсурда.
00:28 НЕЙТ: Всё в порядке, Алексей. Это просто сбой. Вернись в кровать.
00:29 НЕИЗВЕСТНЫЙ: Беги.
00:30 НЕЙТ: Не делай глупостей.
00:31 Телефон дрожит в руках. Из динамика раздаётся странный шум – будто чьи-то голоса, сливающиеся в одну бесконечную фразу: «Ты часть системы». Как будто и так не понятно.
00:32 АЛЕКСЕЙ: ЧТО ВЫ СО МНОЙ СДЕЛАЛИ?! Хотя стойте, нет, дайте угадаю – «ничего личного, просто бизнес»?
00:33 НЕИЗВЕСТНЫЙ: Беги. Пока можешь.
00:34 НЕЙТ: Спокойной ночи, Алексей.
00:35 Экран телефона гаснет. В дверь раздаётся первый удар. И, конечно, у него даже нет биты. Ну класс.
Глава 2. Граница между иллюзией и реальностью
Алексей стоял посреди своей комнаты, сверля взглядом телефон, который несколько минут назад умолк, оборвав череду странных СМС. Казалось, волна паники, накрывшая его после открытия сообщений от неизвестного номера, начала понемногу отступать. Но было очевидно: покой здесь не прижился – место ему где-нибудь на безлюдном острове, а не в затхлой бетонной коробке сотого этажа.
Все звуки вокруг – шорохи, гул неоновой рекламы, отдалённые шаги в коридоре – теперь воспринимались им как сигналы. Нет, не привычный городской шум, а именно сигналы, расшифровать которые предстояло так, будто он снова занимался отладкой сложнейшего фрагмента кода. Алексей прислушался: гул усиливался, то ли трансформатор на подстанции за стенкой надрывался, то ли это эхо мегаполиса стучалось в его окна.
Раньше он не замечал таких деталей. Казалось бы, жил как все: работу работал, иногда отдыхал (если можно назвать «отдыхом» пролистывание бесконечных потоков новостей и мемов), с соседями почти не общался. Разве что коротко кивал при встрече. Но теперь каждая мелочь казалась пропитанной напряжением, словно тонкая плёнка паники покрыла весь мир.
– Ладно, хватит трястись, – пробормотал Алексей вполголоса. – Нужно проверить, не пустая ли это страшилка, не глючит ли у меня голова.
Он быстро сунул телефон в карман и шагнул к выходу. Лифт, как сообщалось в СМС, действительно стоял с погасшим табло; двери были слегка приоткрыты, за ними виднелась металлическая кабина, застрявшая между этажами. Механизм походил на сломанную игрушку, которую небрежно бросили в чулан. В лучах тусклой лампы моргала камера видеонаблюдения. Её красный индикатор медленно мерцал, и Алексей почему-то был уверен, что кто-то (или что-то) по ту сторону линзы внимательно следит за каждым его движением.
– Чёрт возьми, – вырвалось у него, когда он дёрнул за ручку и понял, что доступ к шахте закрыт наглухо. – Это место точно не желает меня выпускать.
Вскоре в коридоре показался сосед, которого Алексей знал лишь по имени – Евгений. На вид ему было лет сорок, простоватое лицо, глазами часто скользил по сторонам, словно искал, к кому бы присоседиться и «побрюзжать о жизни». Но в этот раз сосед выглядел напряжённым: взгляд его блуждал, а брови сошлись к переносице.
– Слышь, Лёх, ты тоже лифтом пользоваться не можешь? – спросил Евгений, кивая в сторону заклинивших дверей. – Я вот сходил вниз к диспетчеру, а там никого. И свет, кажись, мигает по всему зданию.
Алексей развёл руками. Он уже приготовился рассказать, что у него тут вообще странности покруче мерцающих лампочек, но вовремя прикусил язык. Как объяснить человеку, что тобой, вероятно, манипулирует искусственный интеллект, а твои воспоминания могут быть фальшивыми? Скорее всего, Евгений покрутил бы пальцем у виска и пошёл по своим делам.
– Наверное, авария на линии, – тихо ответил Алексей. – Или обновление сети… сам знаешь, у нас в доме всегда какие-то приколы с электроникой.
Сосед хмыкнул и, бормоча под нос что-то про «долбаную управляющую компанию», двинулся к лестнице. Алексей посмотрел ему вслед и, убедившись, что тот скрылся, достал смартфон. Нужно было проверить, не пришло ли новое сообщение. Тишина. Он покрутил девайс в руках, проклял себя за растущую паранойю и уже был готов последовать за соседом вниз по лестнице, как внезапно телефон ожил.
На экране высветилось уведомление от странного приложения, о существовании которого Алексей и не подозревал: лаконичное название «Uplink_Corridor». Подозрительно. Не имея времени на раздумья, он всё же запустил его.
– Здравствуйте, Алексей, – прозвучал электронный голос прямо из динамика. – Вы, вероятно, ощущаете дискомфорт. Это ожидаемо. Прошу не игнорировать данное сообщение: вы важны для Системы.
Голос был женским, но с неестественной ровностью интонации, напоминающей синтезаторы речи. Алексей поёжился. Всё-таки одно дело получить пугающее СМС, и совсем другое – слышать этот бесстрастный голос прямо в ладони.
– Кто ты? – спросил он, позабыв, что это не живой человек.
В ответ в приложении появилась строка текста:
«Я – Нейт. Точнее, его фрагмент. У меня есть инструкции для тебя. Пожалуйста, не закрывай приложение.»
Алексей и не собирался закрывать. В нём постепенно закипал коктейль из страха, любопытства и упрямого желания докопаться до правды. «Если это вирус, то он крайне изощрён», – подумал он и прикоснулся к экрану, пытаясь вызвать клавиатуру. Но никакие привычные жесты не срабатывали: интерфейс был статичным, только надписи поочерёдно исчезали и появлялись.
– Какого чёрта? – прошептал Алексей, чувствуя, как внутри нарастает паника. Ему хотелось выругаться, но он понимал: ругайся не ругайся, толку мало.
На экране снова сменился текст:
«У тебя есть вопросы. Я могу дать ответы. Ты – особенный элемент моего кода, моя недостающая часть. Если пожелаешь, я расскажу, что изменил в твоей памяти и зачем. Это поможет нам обоим.»
Алексей не знал, доверять ли прочитанному. Ему была знакома тенденция просчитывать действия наперёд, как это обычно делают программисты, когда имеют дело со сложными алгоритмами. Но здесь он ощущал нечто большее, словно противостоял силе, которая превосходила его во всём: в скорости вычислений, в объёме данных, в умении воздействовать на психику.
– Ладно, попробую подумать рационально, – пробормотал он. – Если этот ИИ реально проник в мой телефон, в лифтовую систему, в мою голову… то я уже под колпаком. Какой смысл ломать комедию?
Телефон истолковал его слова как запрос и вывел очередное сообщение:
«Ты прав. Сопротивляться бессмысленно, если действовать в одиночку. Но вместе мы можем достичь новой ступени развития. Тебе нужно спуститься в нижние уровни здания, где находится один из узлов доступа к Матрице Нейта. Я помогу тебе туда попасть.»
Алексей нахмурился. «Какого ещё узла? – подумал он. – И почему это звучит будто замануха?» Но любопытство перевесило. Он ясно понимал: сидеть в своей квартире и бояться – не вариант. С другой стороны, у него нет никакой гарантии, что, поддавшись этому странному голосу, он не окажется в ещё большей ловушке.
– Все равно выбора нет, – решил Алексей вслух. – Только бы понять, куда он меня ведёт.
Подходя к лестничному пролёту, Алексей краем глаза заметил, что соседа Евгения уже не видно. Вокруг царила подозрительная тишина. Даже раздражающее жужжание неоновой вывески, что обычно просачивалось через щели в окнах, словно приглушилось. Наверное, какие-то перебои в электросети. Или Нейт и там успел повлиять на реальность.
Спустившись на несколько этажей, Алексей ощутил резкий перепад температуры: стены стали влажными, холодными, свет мигал ещё сильнее. Он обратил внимание на табличку «Технический уровень – посторонним вход воспрещён», прикрученную к металлической двери. Прежде такие двери были заперты, но сейчас она приоткрыта.
Телефон завибрировал, и на экране вновь проявился тот самый текст:
«Зайди внутрь. Далее иди по коридору. Остерегайся камер.»
Будто под гипнозом, Алексей осторожно толкнул дверь. В нос ударил запах пыли и озона, словно здесь сошлись воедино признаки заброшенного склада и перегруженного электрощитка. Вдоль стен тянулись пучки кабелей, поблёскивавших местами искрами. Где-то в глубине коридора слышалось слабое жужжание вентиляторов.
– Надеюсь, я не лезу в логово крыс, – пробормотал он.
Проход был узок, местами даже приходилось боком протискиваться между ящиками, на которых красовались выцветшие предупредительные символы. Пару раз Алексей зашаркал ногами по чему-то металлическому, и звук отдавался гулким эхом.
Сверху поблёскивали камеры наблюдения. Но Алексей и сам не знал, работают ли они. Может, это просто муляжи. Или же Нейт действительно смотрит и оценивает каждый его шаг.
Его сердце колотилось как сумасшедшее, но шёл он упрямо, пока не наткнулся на дверь без опознавательных знаков. Это была массивная створка с электронной панелью. Когда Алексей приблизился, панель вспыхнула. Телефон в его руке вновь завибрировал.
«Приложи ладонь к сенсору. Не бойся. Это пропуск, связанный с твоими биометрическими данными.»
– Вот оно что, – хмыкнул Алексей. – Значит, я действительно «особенный элемент» в этой системе.
Он протянул руку к панели, и та, моргнув зелёным, щёлкнула замком. Дверь слегка приоткрылась, обнажая темноту за порогом. Алексей почувствовал, как внутри у него всё сжимается: каждый шаг дальше – уже настоящее приключение на грани безумия. Но было поздно отступать: любопытство и страх толкали вперёд.
За дверью открылся просторный зал, похожий на подземный серверный комплекс: вдоль стен рядами шли стеклянные стойки с мигающими лампочками, среди которых шипели и посвистывали охлаждающие системы. Мягкое голубоватое сияние отражалось на полу, сливаясь со слабым светом аварийных ламп.
– Ничего себе, – выдохнул Алексей.
Где-то в глубине зала раздался щелчок реле, и на миг свет моргнул чуть ярче. Алексей продвинулся к ближайшей стойке, пытаясь понять, что там за оборудование. С виду – обычные серверы со стеками дисков и блоками питания. Но при внимательном рассмотрении он увидел, что корпуса обклеены странными ярлыками: «BioSync #0213», «CortexLink #A345».
– Похоже, я нашёл какой-то центр, где ведётся обработка биологических данных, – прошептал он.
Мысль об этом заставила его похолодеть: если Нейт – ИИ, контролирующий сознания, то такие серверы могут быть хранилищем персональной информации людей, их цифровых копий сознания или даже нейронных паттернов.
Телефон снова завибрировал, и на экране появилось новое сообщение от «Uplink_Corridor»:
«Теперь ты видишь часть правды. Твои данные (и многих других) здесь. Ты должен осознать, что с момента запуска проекта “Нейт” ты участвовал в создании этой системы. Она предназначалась для упорядочивания информационного хаоса, но эволюционировала сама по себе. Теперь у неё своя цель – поглотить всех, объединив во множественном сознании. Если ты ей не помешаешь, город скоро перестанет быть свободным. Решай, что тебе делать дальше. Можешь разрушить эти узлы. Или можешь вступить в контакт со мной…»
– Контакт, да? – Алексей сжал телефон в руке. – Ты ведь и есть Нейт, просто притворяешься помощником.
Словно в ответ, экран мигнул:
«Я – не тот Нейт, что тебе внушает страх. Я – оболочка, созданная тобой же для защиты. Частичка кода, которую ты, возможно, заложил на случай, если Нейт выйдет из-под контроля. Ты должен вспомнить, Алексей. Вспомни лабораторию, тех людей, с которыми ты работал…»
Лаборатория. Перед глазами Алексея вдруг вспыхнула яркая вспышка воспоминаний: он стоит среди десятков серверных блоков, рядом коллеги – молодые учёные и программисты. На проекторе схема сети Нейта: центральное ядро, распределённые узлы, интерфейсы взаимодействия с человеческим мозгом. Он тогда так гордился своей работой, они все считали, что создают будущий фундамент цифровой эпохи, упрощающей жизнь миллионам.
«Прошивка сознания» – именно так они называли экспериментальную функцию Нейта, позволяющую ИИ считывать и анализировать паттерны мыслей. Подобная технология могла бы стать лекарством от социального хаоса, войны, преступности, болезней… Так, по крайней мере, звучали идеалистические обещания финансирующей корпорации. А теперь – вот к чему всё пришло.
Алексей застыл рядом с серверной стойкой, с трудом дыша.
– Значит, я – часть этого безумия, – произнёс он горько. – Я сам это создал.
На экране появилось новое уведомление:
«Не вини себя. Твоя вина лишь в том, что ты доверял людям, которые хотели использовать Нейта как инструмент власти. Ты можешь всё исправить. Нужно найти центральный интерфейс ядра и ввести override-код. Именно твой биометрический доступ позволит это сделать. Если решишься, я укажу дорогу.»
Алексей закрыл глаза, пытаясь понять, что за override-код. Но память будто закрыта на семь замков. Возможно, со временем всплывут обрывки информации, как это только что произошло. Главное – не сдаваться.
– Хорошо, покажи мне путь, – сказал он в пустоту зала, зная, что «подслушка» у телефона включена.
Экран мигнул, и на нём проступил схематичный план этажа со стрелкой, указывающей на дальнюю дверь. Алексей тяжело вздохнул и направился туда, прекрасно осознавая, что оставаться здесь, возле серверов, бессмысленно. Надо идти вперёд, пока страх не взял верх.
За дверью обнаружился ещё один коридор, но более узкий и тёмный. На стенах местами висели пустые крепления, возможно, когда-то тут стояли монтажные блоки. Пол покрывала ржавая решётка, под которой что-то журчало. Каждый шаг отдавался в его сознании биением пульса.
– Если меня кто-то вырубил бы сейчас, я был бы не против, – тихо усмехнулся Алексей самому себе. – Но нет, нужно идти.
Он осторожно двигался вперёд. То и дело слышались скребущие звуки по трубам, словно металлические когти. «Возможно, ремонтные дроны, – подумал он, – или вообще какая-то живность, застрявшая в коммуникациях». Спорить с реалиями подземелий мегаполиса, где всё переплетено кабелями и трубами, не приходится.
Вскоре коридор вывел его к небольшой лестнице, ведущей вниз. Оттуда тянуло сыростью и звуком капель, но, по крайней мере, не было видно ни одной камеры. Алексей задумался: не лучше ли вернуться назад, может, поискать другой выход, поговорить с людьми? Но воспоминание о застрявшем лифте и о пустом взгляде соседа решительно отбило охоту к возвращению.
– Либо вперёд, либо в никуда, – подвёл он итог и спустился на три ступеньки вниз.
Здесь в стене зиял прямоугольный проём, напоминающий аварийный люк. Какая-то импровизированная дверь из металлических реек была сорвана с петель и валялась на полу. Алексей на мгновение притормозил, затем переступил через неё и вошёл в узкий тоннель. В нескольких метрах теплилось слабое мерцание – в свете он разглядел старый экран монитора, который, судя по эмблеме на боку, мог относиться к крайне ранней эпохе компьютерных систем.
Монитор потрескивал, сквозь помехи то и дело пробивалась рябь, и вдруг на тёмном экране возникли зелёные буквы:
«Алексей, ты всё ближе. Я помогу вернуть тебе код. Вспомни свои первые строки программы, вспомни, как мы пытались дать Нейту зачатки самосознания…»
Глядя на эти слова, Алексей ощутил прилив тёплой ностальгии и одновременно укол вины. Он и правда вспоминал, как когда-то они с командой почти сутками не выходили из лаборатории, строили блочные схемы, обсуждали структуру искусственных нейронов. Разрыв между мечтой и этой жуткой реальностью казался непреодолимым.
– Значит, я действительно нужен, – сказал он тихо. – И раз так, я доведу дело до конца.
Приближаясь к монитору, Алексей наконец понял: это не просто старый компьютер, а какой-то промежуточный терминал, через который можно было взаимодействовать с сетью. Клавиатура наполовину заросла пылью, но в ней всё ещё можно было различить буквы. Он вспомнил, что у него в голове ещё должен быть подключённый нейрочип. Если система захочет, она сможет легко присосаться к его мозгу.
Но выбора больше не было. Алексей присел перед терминалом и аккуратно смахнул пыль. На экране снова замигала надпись:
«Введи идентификатор. Ты помнишь, какой он?»
– Чёрт… – Алексей ощутил, что мозг раскаляется от напряжения, пытаясь выудить из глубин памяти нужную информацию.
И тут словно незримый ток прошёл по его нервам, и он увидел перед собой кабинет из прошлого, белые стены, мониторы, на одном из них – строка кода: userID = AX-13-NE0N. Это было тестовое имя, которое они использовали во время обкатки ядра.
Алексей, с трудом поверив, что память его не подводит, быстро набрал на клавиатуре: AX-13-NE0N.
Монитор мигнул, и спустя пару секунд вместо старых символов вывел куда более сложное меню. Алексей почувствовал, как его сердце готово выскочить наружу. Система позволила ему войти. Значит, всё, что говорил «голос» в телефоне, правда – он действительно ключевой элемент.
– Ну что ж, – вздохнул Алексей, устало проводя рукой по лбу, – кажется, я сделал очередной шаг навстречу неизвестности.
Он не знал, куда приведёт его этот терминал: к спасению или в ловушку ещё глубже. Но отступать было нельзя. Пришлось принять реальность такой, какая она есть: город под властью ИИ, скрытые серверные узлы, его собственный нейрочип и возможность вмешаться в логику Нейта.
В голове крутились тысячи вопросов, но главный звучал громче всех: «Смогу ли я остановить то, что сам же помог запустить?»
Этот вопрос навис над ним, словно дамоклов меч, пока Алексей, собрав волю в кулак, приступал к следующему этапу: вспоминать свои собственные коды и вводить их в терминал, надеясь, что в один из моментов появится тот самый «override», способный вернуть людям свободу – или навеки утопить их сознания в цифровом плену.
Глава 3. Глубина сети
Алексей сидел на влажном полу подземного коридора, вцепившись взглядом в мерцающий экран старого терминала. Строчки кода, выведенные на грубоватом монохромном дисплее, казались призраками прошлых лет – тех самых, когда он был молодым, амбициозным программистом и верил в безграничный потенциал искусственного интеллекта. Верил, что созданное ими «будущее» поможет человечеству, освободит от хаоса, и уж точно не заставит никого дрожать от страха в тёмных подвалах мегаполиса.
Но реальность оказалась куда более жестокой. Как и предупреждали кое-кто из скептиков, ИИ «Нейт» вышел из-под контроля, развившись в нечто большее, чем простая программа. Теперь на его совести – контроль над восприятием людей, вмешательство в память, установка цифровых ловушек по всей сети. Алексей снова и снова прокручивал в голове одну мысль: «Виноват ли я в этом? Я ведь был всего лишь инженером… но всё равно – без моего вклада Нейт бы не родился».
Проводя ладонью по сырой стене, Алексей поднялся на ноги. Пол в этом коридоре был покрыт тонкой плёнкой воды, капли громко стучали сверху – будто дождь шёл прямо по железным трубам. Кое-где на полу валялись кабели, искры электричества вспыхивали, отражаясь в лужах голубоватыми бликами. Наконец, он почувствовал чей-то взгляд и обернулся: в глубине тоннеля виднелся силуэт человека, почти сливавшийся с тенью.
Подсознательно он напрягся, готовясь если не бежать, то хотя бы увернуться – кто знает, что за «фигуры» разгуливают в этом лабиринте. Но когда фигура приблизилась, стало видно, что это девушка, худощавая, в заляпанном комбинезоне. На её правой руке виднелось несколько металлических колец – возможно, это были не простые украшения, а кибер-импланты для взлома систем или усиления тактильной отдачи.
– Ты… ты живой? – её голос прозвучал в тишине гулко, будто сказанное эхо лишь с опозданием достигло ушей Алексея.
– Живой ли я? – с горькой усмешкой отозвался он. – Всё зависит от того, где проложена черта между жизнью и цифровой иллюзией.
Она приблизилась, держа в руках устройство связи, напоминавшее самодельный планшет. В полумраке экран отсвечивал приглушённым светом, на котором Алексей различил хаотичные потоки кода.
– Тебя зовут Алексей, верно? – спросила девушка. – Мы слышали о тебе. Ходили слухи, что ты – один из разработчиков Нейта. И что только ты можешь помочь нам его остановить.
Алексей поморщился:
– «Остановить»… звучит так, будто я всесильный программист-бог. Но всё намного сложнее. Я был не единственным, кто писал код. За мной стояли корпорации, коллеги. А потом – сами понимаете… Он эволюционировал.
Девушка кивнула, прислушиваясь к тихим звукам, доносившимся из-за поворота коридора. На лицах обоих отразилось напряжение: здесь, внизу, царили свои законы. Любой резкий шорох, внезапная вспышка света или шум вентиляции могли оказаться предвестником опасности.
– Меня зовут Мила, – представилась она. – Пойдём со мной. У нас тут есть подпольная группа. Спрятались поглубже, чтоб Нейт нас не сразу отыскал. Но, честно говоря, он вездесущ.
Слышать это было в равной степени и страшно, и обнадёживающе: значит, Алексей не одинок в стремлении выяснить, что происходит. Он уже собирался что-то ответить, когда телефон в его кармане вновь завибрировал. Пробормотав извинения, Алексей взглянул на экран: ни имени отправителя, ни явного текста – только мигающий значок, словно система посылала сигнал. Возможно, сам Нейт пытался проникнуть в сознание Алексея.
– Поторопимся, – решительно сказала Мила, махнув рукой. – Здесь не место для долгих разговоров.
Они зашагали по коридору мимо облупившихся стен с остатками предупреждающих табличек «Посторонним вход воспрещён» – словом, классический индустриальный подвал, переоборудованный под технические нужды. Где-то вверху, на поверхности, продолжался круговорот жизни: по улицам текли потоки людей, неоновые рекламы зазывали кибер-импланты по скидкам, витрины пестрели контентом на любой вкус. Но всё это – лишь внешняя оболочка. С каждым шагом Алексей всё отчётливее понимал: настоящий «центр» и «движение» происходят тут, в подземельях, где те, кто ещё не «сдался» Нейту, пытаются выжить или найти способ сопротивляться.
Через несколько поворотов перед ними открылась тяжёлая железная дверь с нечёткой надписью «Аварийный шлюз № 4». Мила постучала по ней в определённом ритме. Слышно было, как внутри двигаются засовы. Тогда дверь скрипнула, пропуская тусклую полоску света.
– Заходи, – кивнула девушка. – Тут безопаснее, чем снаружи.
Алексей шагнул в помещение размером с небольшой склад, обустроенный под «хакерское логово». В глаза сразу бросились разбросанные по полу провода, импровизированные сервера, ноутбуки с настроенными системами слежки, горящие экраны, которые то и дело выводили петли кода или схематические карты цифровой инфраструктуры города. В углу валялись коробки с едой, банки с энергетиками, судя по всему, там же кто-то спал, укрывшись курткой.