Властелин Подземелий
- -
- 100%
- +
Меланхолично созерцая сноровистую работу моего верного слуги, со стороны можно было подумать, что я ничего не делаю. И это было не так – я занимался стратегическим планированием!
«Через пару часов маскировочная сеть лёжки будет закончена», – размышлял я, продолжая наблюдать, как Мозг сползает со стены и устремляется за очередным куском кабеля, в которые превратились раскатанные самородки драгоценного металла.
Зажав одним щупальцем пять тонких кабелей почти полутораметровой длины, он умудрился прихватить с собой парочку кристаллов из подготовленной мною кучи – и уже шустро карабкался по стене.
«Как маскировочная и одновременно защитная сеть будет готова, надо свести все основные каналы в единый центр и подключить к нему моего новорождённого слугу», – продолжил я выстраивать план на следующие пару часов.
«Ну а дальше стоит заняться новыми подданными… кхе-кхе… ну не самому же, в самом деле, стаскивать объедки или ремонтировать стены и пол», – мои мысли медленно потекли в нужном направлении.
Подданных я теперь хотел. Нет, я их просто жаждал. Они нужны были мне как воздух. Кроме того, их стоило подключить и напрямую отдать в штат к новорождённому слуге – такое решение позволит мне не только забыть о постоянной «дозаправке» своих подданных, но решит проблему безоговорочной преданности.
Но мои планы вынуждены были претерпеть некоторые изменения. Несмотря на расторопность Мозга, финальную сеть пришлось соединять уже мне самому. Кроме того, дополнительное время потребовалось и новорождённому слуге для подключения и направленных мутаций – подключить методом простого соединения не получилось, черепок просто не воспринимал и не понимал, что я от него хочу.
Только спустя пару суток, вымотавшись гораздо сильнее, чем я даже мог представить, я наконец завершил его базовые мутации и вложил в получившееся детище всё, что посчитал на данный момент необходимым. Кроме этого, скрепя сердце, я оставил возможность дополнять ему функции в будущем – без такого рода лазейки самообучение в конечном итоге просто бы сошло на нет.
– Так вот ты какой, северный олень… – задумчиво приговаривал я себе под нос, вальяжно расположившись рядом с новорождённым слугой и ожидая окончания последнего цикла тестовых испытаний. Мой новый слуга был готов проснуться в любую минуту.
– Хозяин? – слабый шорох мысли достиг меня спустя половину часа.
– Да, мой дорогой, – радостно встрепенулся я и, привстав на все четыре лапы, ласково погладил лысую черепушку.
– Я рад, что ты наконец очнулся! – из-за переполняющих эмоций тщеславие толкнуло меня на речь, которая, спонтанно зародившись пару секунд назад, теперь настойчиво рвалась на свободу.
Выпрямившись и приняв гордый вид владыки, я произнёс:
– Во славу Великой сущности, что помогает мне, и скромного меня самого, я рад твоему пробуждению. Теперь нас ждут великие дела, свершения, и перед нами открыта прямая дорога. Дарованной мне жизнью и своей собственной кровью я нарекаю тебя… Азизом!
Внезапность и пафосность моей речи не осталась незамеченной. Выгребавший мусор Мозг дёрнулся и, споткнувшись, кубарем полетел в сточную яму. Затем, чертыхаясь и постоянно поминая меня добрым словом, он стал из неё выкарабкиваться.
Подождав ещё пару секунд в надежде, что такой момент отложится в голове подчинённых, и надеясь, что теперь я буду увековечен в легендах этого мира, я был грубо прерван выползшим наконец из сточной ямы Мозгом.
– Хозяин, чтоб ваш голос вечно звучал в голове у ваших врагов… Хозяин, так это что, он проснулся? И у меня теперь есть брат? – сказал он, подходя и внимательно осматривая никак не проявляющую себя внешне черепушку Большого Пещерного Червя. – Э-э-э, а он вообще жив? И кстати, а почему Азиз?
– По кочану, блин! – проговорил я, начав раздражаться. – Вот зачем ты испортил своим плебейским вопросом всю торжественность момента?!
– Да? – ехидно поинтересовался он и даже посмотрел по сторонам, поведя своей лобастой мордой, словно осматривая всех тех, к тому я только что так патетически обращался своей пламенной речью. – Прости, Хозяин, у меня, видимо, рецепторы барахлят… Мне кажется, что тут, кроме нас и вот этого куска… гм… никого больше нет.
– Изыди, нечисть, – вяло отмахнулся я от него. Весь настрой слетел буквально за секунду. Посмотрев и переведя взгляд с этого ходячего недоразумения на Азиза, я, вздохнув, пояснил: – В моей прошлой жизни был такой фильм – «Пятый элемент», так вот, в нём был такой мальчишка с именем Азиз. Он вечно спал, и хоть на него и ругался его Хозяин, но он был очень милым и послушным. Теперь понятно?
– Ага, понял. Азиз так Азиз – главное, что не Пельмень… – удовлетворившись пояснением, отстал Мозг от меня.
– Слушай, а ты, случаем, не издеваешься над своим создателем? – сощурив левый глаз, я внимательно посмотрел на него.
– Да ты что, Хозяин?! – очень правдоподобно опешил Мозг, всплеснув всеми щупальцами-конечностями. – Просто я постепенно осваиваю этическую базу данных, которую вы мне скопировали из своей памяти.
– Понятно, – хмуро проговорил я и подумал: «Ну и козлы же вы, Высшие. Вот зачем стоило копировать мою эмоциональную память и передавать её Мозгу, зная, какое я го… гм… не очень хороший человек? Теперь у меня в подчинении будет точно такой же… гм… умный, красивый, честный слуга».
Поразмыслив на эту тему ещё пару минут, я так и не смог прийти к какому-то единому мнению и просто махнул на это рукой.
«Кстати, памятка самому себе – следить за языком, а то, не дай Матушка Роща, я активирую Мозгу пласт памяти, относящийся к великому и могучему матерному русскому языку. Так и до беды недалеко», – сделал я единственный вывод.
Вернувшись к Азизу, я мысленно дал ему команду на максимально быстрое прорастание пищевого мешка до нужных размеров. Всё же вкладывать силы для выращивания полноценных систем было лениво, и я дал ему лишь базовые, зачаточные структуры.
Повернув голову на лёгкий шум и бурчание, доносящееся из сточной ямы, я убедился в активном росте у него пищевого мешка. Судя по тому, как быстро плотная кожистая масса, покрытая плотной плёнкой сероватого цвета, словно накатывающая волна, стала покрывать стенки ямы – полное развёртывание системы питания Азиза не займёт более получаса.
– Между тем как я далёко,Бьюся долго и жестоко,Тихо что-то в лёжке тут,Где же ты, мой милый друг?[2]Действительно, в пещере, не считая лёгкого бурчания от компостной ямы, в которой развёртывалась пищевая система Азиза, было тихо как в могиле. Пошарив взглядом и напевая себе под нос незамысловатые четверостишия великого поэта земли русской, я наконец нашёл взглядом Мозга.
Он, словно стараясь сделаться незаметным, присел около входа в мою пещеру-лёжку. Втянув свои щупальца-лапы, Мозг не двигаясь лежал прямо у стены.
«Так, Азиз при деле, а чем занимается мой подслеповатый подданный?» – встав, я медленно направился к нему, готовясь всыпать по первое число бездельнику.
Но подойдя вплотную и не заметив никакой реакции с его стороны, я мысленно потянулся к нему, чтобы понять, что так могло его завлечь, что он даже упустил из виду моё приближение.
«О-о-о?!» – удивлённо пронеслось у меня в голове, когда я осознал, чем он так увлечённо занят.
Мелкий пакостник, понасмотревшись, какие «пряники» перепали его названному брату Азизу, решил модифицировать сам себя. Собрав несколько костей из останков скелета Пещерного Червя, он с деловым видом перебирал возможные варианты модификации.
«Ладно, пусть забавляется, – решил я, мысленно махнув на него рукой. – Пусть будет выходной на пару часов, я же не зверь какой-то, а благородный и заботливый властелин. Творческий порыв у подчинённых убивать не стоит. Вот за одно это и будет хорошей проверкой – сможет ли он обойти мои запреты и начать модификацию без моего на то разрешения».
В этот момент со стороны моего желудка раздалось призывное урчание, однозначно свидетельствующее о необходимости употребления чего-либо органического, при этом срочно.
Развернувшись, я отправился в сторону крайне скудной кучки провизии, которая благоухала откровенной тухлятиной и могла уже побороться за звание «кучки-вонючки», причём её шансы на победу с каждым часом становились всё более и более весомыми, постепенно приближаясь к ста процентам.
«Всё! – решил я, кое-как запихав в себя несколько кусков и кое-как протолкнув их по пищеводу в сторону урчащего желудка. – Немедленно заняться воплощением задуманных мною решений по обеспечению пропитания… Ёлки, брр-р… Да у меня тут продовольственный кризис!»
Глава 6
«За неимением масла, колбасу будем класть прямо на хлеб», – хмуро скаламбурил я, проследовав к своему месту восстановления нервов и просто раздумий – сернистой ванне.
Проблему с питанием надо было решить нестандартно. Самому бегать для добычи еды пару суток, стаскивать протухающие трупики в свою пещеру и в последствии питаться практически отбросами – увольте, желание пропало ещё пару дней назад, но теперь оно окончательно оформилось в стойкую фобию.
Кроме того, уже сейчас стоило задуматься по поводу кормежки для двух моих спиногрызов. Кормить же их отбросами либо позволить им самостоятельно добывать еду, как я первоначально и планировал, не позволяли три аспекта: моя вновь приобретённая фобия, гордость мелкого феодала и высшая степень прагматизма.
«Скорее последнее, – индифферентно отметил я про себя. – Они же будут тратить уйму времени на поиск еды, охотиться и, не дай Высший, гибнуть. А это глупо и неэффективно. Пусть лучше тратят время, впахивая на меня, своего хозяина».
Пораскинув мозгами, взвесив все за и против, и главное, прикинув имеющиеся ресурсы, я всё же решился на долгосрочный проект.
«Видимо, пришла пора заняться сельским хозяйством и разведением мелкого рогатого скота», – улыбнувшись своим мыслям, я стал воплощать замысел. Ну как воплощать – командовать и руководить.
– Азиз… – вслух позвал я своего завхоза. – Азиз! Матушка Роща и все Великие! Азиз, тупая ты черепушка!
Спустя пару секунд мне пришёл мысленный ответ: «Да, Хозяин».
– Туповат ты, брат, ох туповат, – немного посокрушался я, добавив: – Но исполнителен и предан. – Слушай мою команду! Приступить к расширению и преобразованию во-о-н того угла, – указал я лапой в дальний конец пещерки. Одновременно с этим я мысленно передал ему трёхмерную модель кладовой с размерами и требованиями к оснастке.
Буквально несколько десятков часов назад, при выполнении Мозгом монтажных работ по установке маскирующей сети, в той стороне пещеры прямо в толще породы была обнаружена достаточно большая каверна. Размеры её не превышали размеров самой моей лёжки и были примерно идентичными.
Теперь я принял решение расширить свои владения и, отдав команду Азизу, уточнил, что необходимо прорыть проход в соседствующую с моей пещерой полость.
Погрузившись обратно в сернистую ванну, я предавался неге ещё порядка пары часов. Несмотря на то что расстояние от моей пещеры до полости составляло не более пары метров, возможности самого Азиза по изъятию грунта и его переработке пока оставляли желать лучшего.
Самостоятельно передвигаться Азиз не мог, поскольку мобильности его конструкция не предполагала, так что вопрос в помощниках для Азиза вставал в один ряд с вопросом обеспечения продовольствием.
Но решение, как это ни удивительно, нашлось практически сразу и комплексно.
Идея была проста, как топор, и не была высосана из пальца. При посещении ещё одной из первых пещер, расположенной рядом с моей лёжкой, мною были обнаружены несколько грибниц.
Попробовав их в первый раз, я брезгливо морщился: на вкус они больше всего напоминали желатиновых мишек, которые в огромном изобилии имелись в любых магазинах Земли. Вот только вместо сладкого вкуса сахарозы они имели лёгкий привкус тины с непередаваемым послевкусием сырокопчёной колбасы.
Как такое могло существовать в природе, я поначалу не задумывался, но затем, поднакопив опыт и попробовав различных обитателей пещер на вкус, сообразил: мои вкусовые рецепторы, как, собственно, и сами обитатели местных пещер, кардинально отличались от того, что могла предложить биосфера матушки Земли. Вот только мой мозг, точнее память, хранила знания Земли. Так что, пробуя что-то новое и получая нестандартные сигналы от рецепторов, моё подсознание просто использовало смесь из уже знакомых мне вкусов и запахов.
Поэтому, попробовав свежатинки, я преспокойно отложил эти грибы в дальние уголки памяти. Но, как оказалось, голод не тётка, а сырокопчёная колбаса тухлятине не товарищ.
При всех кажущихся вкусовых минусах эти грибы имели два плюса, которые с лихвой перевешивали эти недостатки.
В первую очередь эти грибы питались окружающей их породой, и протекающие в них биохимические реакции генерировали кислород. Кроме того, в качестве «вишенки на торте», грибы абсолютно не интересовались полезными ископаемыми, просто выедая «пустую» породу и игнорируя остальное.
То есть по факту это были медленные горно-обогатительные биологические фабрики. Очень медленные, но всё-таки приносящие пользу.
«А значит, – рассуждал я, нежась в сернистой ванне, – с них я могу поиметь пищу, кислород и полезные ископаемые. Первое и второе в достаточном объёме, ну а третье – по факту зависело от наличия и концентрации самих полезных ископаемых в окружающей мою пещеру породе».
Приоткрыв один глаз и скептически обведя стены лёжки, я, глубоко вздохнув, продолжил свои измышления:
«М-м-да… С последним явно будут некие затруднения – тут всё съели до нас. Но зато с пищей и кислородом проблем не будет!»
Ну а во-вторых, приятным бонусом от этих грибов являлись их симбионты. Мелкие, не более мизинца длиной, они существовали в симбиозе с грибами. Потребляя кислород и часть грибов, эта мелкота рыла извилистые ходы, обеспечивая грибницы водой из подземных озёр, серными выделениями и даже лавой, которую грибы использовали в качестве геотермального источника энергии.
«Вот эти засранцы и подойдут мне в качестве рабочей силы для Азиза», – принял я и ещё сутки назад, пока Азиз приходил в себя, а Мозг активно занимался обустройством и монтажом маскировочной сети моей пещеры, быстро отлучился в соседнюю пещеру и принёс оттуда сколько смог грибов и их симбионтов.
Правда, далось это мне, к удивлению, с немалым трудом. Грибы яростно сопротивлялись моим попыткам их переноса. На всём протяжении тех десятков минут, пока я старался отколупать их от стены, грибы атаковали меня то ядовитыми газами, то хлестали меня своими стрекательными усиками, снабжёнными пузырьками-полостями с концентрированной нервно-паралитической смесью.
А особо крупная грибница, которую я, словно вандал, выкорчевал с куском стены, даже окатила меня напоследок парой литров кислоты – видимо пытаясь переварить. В общем, грибы отчаянно сопротивлялись переезду на новое место жительства, но были вынуждены склониться перед матерящейся грубой силой. Также мне удалось наловить с десяток симбионтов, которых я, ловя руками, складывал за щёку – сумкой я обзавестись не успел, да и носить её в лапах было неудобно.
К сожалению, грибы, сложенные в компостную кучу, приказали жить долго и счастливо – органикой они не питались, так что вымерли за пару часов. А вот мелких грызунов я просто выплюнул одной горстью прямо в тело Азиза, дав ему наказ пристроить их в качестве временных манипуляторов.
Вот эти милые зверьки на данный момент и являлись рабочими руками Азиза. Правда, он не нашёл ничего умнее, как просто отрастить многометровые тонкие жгуты-щупальца и, вживив их в каждого грызуна, управлять ими.
Так что картина была ещё та: в центре пещеры находился огромный череп, из которого торчали пару десятков отростков фиолетового цвета, толщиной не более спички. Начинаясь где-то из-под брюха Азиза, эти шнурки тянулись сейчас к одной из стен пещеры и оканчивались миниатюрными грызунами, не более десяти сантиметров в длину, которые, словно маленькие комбайны, шустро грызли породу, формируя почти двухметровый проём в сторону имеющейся каверны-пещеры.
– Хрень это всё временная. Надо делать всё по-нормальному, – заключил я и со вздохом вылез из ванны. Отряхнувшись, я отправился в сторону замершего Мозга.
Подойдя вплотную, я быстро гаркнул ему:
– Хватит заниматься ерундой! Выделяю тебе половину килограмма радиоактивной руды. Быстро употребил её и мухой метнулся ко мне – будем улучшать тебя.
Мозг, встрепенувшись, быстро засеменил в сторону остатков временного склада радиоактивной руды, и уже через несколько секунд оттуда послышался характерный хруст.
– Задача номер один – переселить максимальное количество грибниц из всех доступных мне в близлежащих пещерах, – рисовал я тем временем план у себя в голове. Работать мне самому уже было не по рангу, всё-таки я властелин, пусть и только с двумя слугами. Но голова-то, голова нужна не чтобы орехи об неё колоть.
– Хозяин! Я готов! – минут через двадцать отрапортовал закончивший переваривать руду Мозг.
– Феодал я или нет?! – повернувшись к нему, прорычал я.
– Да! Вы самый феодалистый феодал из всех феодалов! – тут же гаркнул он.
Секунду раздумывая над тем, не издевается ли он надо мной, я всё-таки решил, что нет, и продолжил:
– Садись. Сейчас будем делать из тебя маленького папку.
– Чего? – не понял он, и мне показалось, что он даже слегка отодвинулся от меня.
– Ты чего там удумал, обормот? – начал я догадываться и тут же скользнул в его разум по нашей ментальной связи. Спустя пару секунд, которые мне пришлось потратить на осознание того факта, что это мелкий паразит зачислил меня в гомосексуалисты, я залепил ему звонкую затрещину.
– Вот точно правду говорят, все глупые мысли от того, что руки ничем не заняты. Ты, паршивец, чего там опять удумал-то?
– Ай! Хозяин, извини… Ай! Просто ваши фразы, точнее согласование, управление и примыкание слов, потянули ассоциативную цепочку, пробудив ряд семантических оборотов… Ай! – старался выкрутиться Мозг, не особо удачно уворачиваясь от моих оплеух.
– Я тебе дам, козёл безрогий… – причитал я, слегка охаживая зарвавшегося подчинённого, – …и согласование… и ассоциативную цепочку… и примыкание…
– Ай… Босс! Простите! Я осознал!!! Ай, Босс, вы мне уже теменную кость вогнули… – проорал он, когда я особо неудачно зацепил его когтем правой лапы…
– Хрен с тобой… – немного успокоившись, но пока ещё зло проговорил я. – Последнее предупреждение… потом пойдёшь к Азизу в качестве корма…
– Понял, – кратко ответил он.
Больше не отвлекаясь ни на что, я опять установил ментальную связь с Мозгом, полностью перехватил контроль над ним и начал воплощение своего плана.
Дело в том, что у Пещерных Червей, несмотря на достаточно индивидуально-независимое существование, на начальном этапе была особенность, своего рода защита потомства. В период размножения на непродолжительное время, пока молодой Червяк не укрепит свою шкуру и не станет самостоятельным, над ним брали шефство более крупные особи. Это было сродни некоему «родительскому контролю», когда взрослая особь на время подчиняла себе новорождённого и, контролируя его, помогала получить нужные навыки и знания, тем самым давая ему возможность выжить.
Именно это я и имел в виду, когда хотел наделить Мозга аналогичной способностью. По сути, контроль осуществлялся по небольшим ментальным каналам. В качестве эксперимента я уже сам брал под контроль парочку грызунов, но мне давалось это с некоторым напряжением. Это было связано с несколькими моментами. Тут имело влияние и отсутствие родственных связей, всё-таки я относился к иному биологическому виду, и даже способ мышления у нас отличался. Но главное, при налаживании ментальной связи с грызунами я чувствовал их как копошащихся червяков где-то в районе живота, что уже само по себе вызывало массу негативных эмоций. А ментальный канал исправно их проецировал на грызуна. Ну а так как моё ментальное поле было на несколько порядков сильнее, чем у примитивного создания, то, как следствие, его мозг выгорал за несколько минут.
Так что, поэкспериментировав с грызунами и уменьшив их поголовье на несколько особей, на что негативно отреагировал Азиз, выдав: «Хозяин, вы используете некорректное расфазирование ментальных каналов… Просьба не производить внештатное подключение…», я решил возложить почётную обязанность «папочки» на плечи Мозга.
Проведя восстановление генных цепочек и воссоздав соответствующий орган Червя, мой падаван уже через пару часов был полностью экипирован для ловли этих мелких грызунов.
К сожалению, из-за наличия инородных ДНК в составе тканей Мозга применение контроля над другими живыми особями потребляло просто огромную массу энергии, и она возрастала пропорционально сложности попадающего под воздействие живого организма.
Да и сбоило оно нещадно. Методом проб и ошибок мы выяснили, что Мозг способен контролировать животное, не превышающее его по массе, в течение не более пяти минут и на расстоянии в десяток метров. Либо наоборот, несколько более мелких и, как следствие, имеющих более меньшие размеры нервной системы особей, но не превышающих совместно по массе его самого.
«Кстати… – сообразил я, закончив модификацию Мозга. – Теперь понятно, как крупно мне повезло наткнуться на этого малого Червя. Видимо, взрослая особь, кости которой я нашёл недавно, погибла, и мелкий Червь не получил должного воспитания, что в конечном счёте привело его к гибели от моих лап».
Потратив ещё час на отладку и тестирование нового органа Мозга, я дал добро на выдвижение в сторону ближайшей пещеры.
Остановившись на выходе из моей пещеры, я быстро окинул её взглядом.
«Блин, халупа какая-то», – грустно подумал я. К этому времени Азиз как раз закончил прорубать проход в соседнюю каверну, и часть грызунов уже суетилась в ней, стараясь в меру своих сил обустроить новую часть моего жилища.
Наискосок мимо меня проследовала группа из пяти особей, которые усиленно тащили перед собой несколько десятков золотых нитей.
«Куда попёрли?!» – удивился я и связался с Азизом. Оказалось, он приступил к установке маскирующей сети в новом помещении. Немного успокоившись, я ещё раз бегло осмотрел пещеру и отдал последнее перед выходом распоряжение:
– Азиз, ты хоть дверь бы поставил, что ли. А то словно проходной двор, честное слово.
– Понял, Хозяин. Приступаю, – отозвался он.
– Ладно. Пошли. Вроде Азиз посерьёзнее тебя будет, так что посмотрим, как он тут на хозяйстве справится, – обернувшись, обратился я к мнущемуся рядом Мозгу. Судя по одолевающим его фантазиям, ему не терпелось побыть в роли некого властелина, и он уже примерял на себя шапку повелителя десятка грызунов.
– Пошли уже, шут гороховый, – рассмеялся, пролаяв, я и устремился в темнеющий зев отнорка, выводящего в один из больших туннелей. – Повелитель… ё-моё… грызунов… гроза и разоритель грибниц.
Спустя час мы вместе с Мозгом достигли ближайшей пещеры. Сама пещера была достаточно маленькой по сравнению, например, с той, где я встретил ранее гномов. В длину она не превышала и двадцати метров, а в ширину была не более пятнадцати. Потолок был расположен достаточно низко, что позволяло оторвать грибницы и с него. Быстро проверив окружающее пространство на наличие хищников и убедившись в их полном отсутствии, как, собственно, и иных крупных животных, мы вошли в пещеру.
– Приступай к вербовке, повелитель сущего… – не удержался я от очередной издёвки над слугой.
– Понял, Босс… – радостно откликнулся он, пропустив мимо ушей мою колкость.
Теперь вооружённый ментальным «сачком» Мозг буквально выманивал грызунов из их нор.
– Всё, Босс… Больше не могу, – передал он мне ментальный импульс. Прямо перед нами выстроилось порядка сотни слабых пародий на кротов не более десяти сантиметров в длину. Повинуясь ментальной команде Мозга, они встали на задние лапки и отдали мне честь.
– Клоун, – проронил я. – Давай отправляй их на демонтажные работы. Пусть подготовят несколько грибниц к переносу.
Самому мне не очень хотелось опять получить дозу яда, так что после применения грызунов дело шло веселей. Теперь, сидя у входа в пещеру, я наблюдал, как юркие маленькие создания под контролем Мозга начинают вгрызаться в породу, медленно добывая так нужные мне грибницы из стен пещеры.
Спустя двадцать минут сидения на попе мне стало скучно наблюдать за медленным процессом выемки грибов, и я начал искать, чем же занять себя.
«Хм… а это идея!» – очередная шальная мысль забрела в мою голову. Но, видимо, поняв, к какому психу она сунулась, шальная мысль постаралась ретироваться с максимально возможной скоростью.
– Врёшь… не уйдёшь! – азартно прокричал я и, закусив язык, стал старательно её думать.
– Эй, Мозг! – спустя пять минут я впечатлился дикости шальной мысли и решил реализовать её. – А ну-ка подгони мне десяток этих крыс и передай контроль над ними мне.