Осколок Млечного Пути

Корректор Алексей Леснянский

© Владимир Гнилицкий, 2022

ISBN 978-5-0055-8194-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Я хочу поведать вам историю про очень давние времена. Никто не знает, как давно происходили эти события, и никто не может сказать, насколько они правдивы. Но легенда гласит, что в те далекие времена земля людей была плоской и являлась началом мира. Не знаю, правда это или нет, но говорят, что в те далекие времена можно было дойти до обрыва, исчезающего в неизвестности, если следовать на восток за линией горизонта. Именно там и брал начало этот удивительный мир. Но никто и никогда из людей не бывал на другом краю мира, который находился где-то на западе, далеко за пределами земли людей. Многие искатели приключений ходили на запад, неизведанные земли манили своими тайнами, но никто и никогда не ступал дальше земли белых фениксов. По легенде, именно фениксы оберегали людей от земель, которые находились на западе, ведь, чем дальше следовать на запад, тем более могущественные народы встречались на пути. И согласно легенде, люди были самым слабым народом в этом удивительном мире и именно в землях людей брал начало этот мир. А земли фениксов были следующими по пути на запад.

Фениксы были загадочными созданиями, внешне они ничем не отличались от людей, кроме того что за спиной у них красовались могучие крылья, которые могли поднять их высоко за облака, а еще говорят, что после смерти они возрождались в новом обличии и никто с точностью не знал, сколько жизней они уже прожили. Народ фениксов был очень мудрым, рассудительным и жил в гармонии с природой. Поговаривают, что, чем больше жизней проживал феникс, тем более сильной становилась его связь с природой, а еще говорят, что после сотни перерождений белый феникс перерождался в черного феникса. Черные фениксы обретали настолько крепкую связь с природой, что могли управлять стихиями. Но был еще более могущественный феникс, его звали Зойра. Он был последним фениксом из рода древних. По местному преданию, древние пришли с запада, чтобы спасти людей от вымирания, и основали свои земли на границе между землями людей и западными землями. В те далекие времена люди были глупы, жадны и очень коварны. Именно из-за своей глупости и жадности они были на грани вымирания. Они разорили свои земли и в поисках спасения начали вторгаться в земли западных народов. Но могучие воины западных земель давали достойный отпор. Люди гибли на границах западных земель. Но и в своих землях они больше не видели жизни. Все вокруг умирало. В годы полного отчаяния в земли людей пришли древние фениксы. Зойра в те далекие времена был черным фениксом, как и все остальные фениксы, пришедшие с запада. Они спасли людей от вымирания. Подарили людям дождь и семена. Научили обрабатывать земли и ухаживать за садами. В скором времени земли людей вновь начали плодоносить, а в садах созрели сочные плоды. Люди перестали вторгаться в западные земли и про войны скоро забыли. Но с тех самых времен фениксы остались жить на границе между землями людей и землями запада. Прошли сотни лет, древние растворились в природе, и лишь Зойра помнил те далекие времена.

Сквозь густые кроны деревьев, устремляющиеся высоко в небеса, пробивались первые лучи солнца. Мир вокруг пробуждался от сна. В густых кронах деревьев-великанов распахнулись окна хижин, которые внешне походили на громадные гнезда птиц. В этих хижинах жили фениксы. Полная гармония с природой позволяла фениксам выращивать свои жилища прямо из ветвей, не губя природу вокруг себя. Легкий ветер кружил опавшие листья над ручьями, которые поделили земли фениксов на большие и малые острова. Ручьи брали свое начало в кристальных озерах на западе и стекались в одну большую реку, за пределами земли фениксов на востоке устремляясь в земли людей. Эта река разделяла землю людей на северный и южный берега. На островах росли цветы самых разных видов, а над цветами кружили бабочки, и легкий трепет их тонких крыльев пронизывал все вокруг еле слышным звоном. Над ручьями играли стрекозы, их крылья переливались всеми цветами радуги под лучами солнца. А в воде среди множества камней можно было заметить красочных рыбок. На каждом острове росло гигантское дерево-великан, а в тени гиганта росли маленькие деревца, на которых созревали сладкие, сочные плоды бараби. Со всех сторон доносилось пение птиц. Казалось, что эти земли никто не населяет. Но вдруг откуда-то из-под облаков, разрезая воздух, вниз к земле устремились два силуэта. Это были юные белые фениксы. Казалось, что вот-вот они столкнутся с землей, но за мгновение до этого они расправили крылья и, паря над ручьем, направились на запад к кристальным озерам. Земли фениксов были не столь велики, и, чтобы преодолеть расстояние от восточных границ до западных, уходило не более четверти времени от рассвета до заката.

Это были брат и сестра. Юношу звали Кайри, а его сестру Агаль.

– Кайри, не отставай, летим скорее! – крикнула сестра брату, оборачиваясь назад.

Она была хрупка и очень добра, на ее лице всегда была улыбка, глаза ее были голубыми, а волосы светло-русые, тонкие скулы и удивительно тонкая шея на хрупких плечах. Она любила играть и веселиться. Ее брат Кайри был стройным и подтянутым. Его волосы были собраны в небольшой хвост на затылке. Серьезное лицо и грубый взрослый взгляд. Если бы не его одежда, то можно было бы подумать, что это черный феникс. Кайри и Агаль были одеты в белые наряды, чем-то походившие на платья, а их ноги были босы – такие наряды носили все белые фениксы. Выглядели они довольно просто и скромно.

Кайри сделал два мощных взмаха крыльями и начал догонять сестру, но в тот момент, когда он практически с ней поравнялся, Агаль зачерпнула из ручья воды и, рассмеявшись, обрызгала брата.

– Сколько можно, Агаль! – недовольным голосом возмутился Кайри. – Я опять весь мокрый.

Но Агаль не переставала смеяться и, сделав взмах, полетела еще быстрее, оставив брата позади. Они летели наперегонки с восточным ветром и вскоре оказались у кристальных озер. В кристальных озерах тоже были разбросаны острова, но они отличались от тех островов, что находились среди ручьев. Эти острова были намного меньше, и росли на них невысокие деревья с широкими стволами, которые под силу обхватить только десяти людям, а их кроны не стремились в небеса, они свисали тонкими ветвями к кромке воды, накрывая собой практически весь остров. У одного из таких островов на поверхности воды лежала большая кувшинка, на этом острове жил Зойра. Он больше не летал, поэтому жил на острове в тени ветвей, а от острова к острову он переправлялся на той самой большой кувшинке. Когда-то в кристальных озерах жили все древние. Но сейчас остался только Зойра. Дерево, у подножия которого жил Зойра, было покрыто зеленой листвой, деревья на остальных островах были усыпаны мелкими розовыми цветами. Розовые цветы олицетворяли воссоединение древнего феникса с природой, и только потому, что дерево Зойры было единственным зеленым деревом в кристальных озерах, сразу было понятно, что он последний из рода древних. Кайри и Агаль понимали, что однажды утром они прилетят к кристальным озерам и обнаружат розовые цветы на дереве Зойры, но, к счастью, сегодня оно все еще оставалось зеленым.

Пролетев над озером, Кайри и Агаль оказались на острове, раздвинув ветви, они прошли внутрь кроны. У основания ствола, на корне, похожем на трон, который рос прямо из земли, восседал Зойра. Это был старик, его длинные седые волосы ложились ровными гладкими прядями между слабых крыльев и доставали практически до поясницы, лицо было покрыто морщинами, седая борода была собрана в аккуратный пучок и одним толстым локоном свисала немного ниже груди. Брови тоже были седыми, а из-за тяжелых век его глаза были едва приоткрыты. Одет он был точно в такое же одеяние, как и белые фениксы, только оно было черным и из-за времени выгоревшим на солнце. Рядом со стариком стоял посох, сплетенный из четырех ветвей дерева. Каждая ветвь обозначала стихию. Воздух, земля, огонь и вода. В верхней части посоха были расположены четыре камня, которые придавали посоху силу. И как ни странно, посох был покрыт зеленой листвой. Он все еще оставался живым.

– Кайри, Агаль, вы голодны? – спросил Зойра и потянулся за фруктами, которые лежали на небольшом выступе, напоминающем чашу в стволе дерева. – Я собрал их еще до рассвета.

– Нет, дедушка Зойра, – сразу же ответил Кайри.

– Что-то случилось? – Зойра встал со своего трона и направился к Кайри и Агаль.

– Нет, дедушка Зойра, – в один голос провозгласили юные фениксы. – Мы просто хотели убедиться, что ты еще не воссоединился с природой. Отец вчера сказал, что ему и другим самым древним черным фениксам этих земель скоро придется перебраться на кристальные озера, – продолжал Кайри. – Значит, твои дни подходят к концу?

– М-да, – поглаживая бороду, произнес старик. – Мы можем проживать сотни, а иногда тысячи жизней, но мы не воссоединимся с природой до тех пор, пока наше предназначение не будет выполнено. Никто не может сказать, сколько мне осталось, я знаю только то, что я начал стареть и слабеть, а это означает, что я больше не смогу переродиться.

На глаза юных фениксов навернулись слезы.

– Но, дедушка Зойра, – заговорила Агаль. – Когда-то ты говорил, что фениксы не умирают, ты говорил, что мы часть этого мира.

– Так и есть, дитя мое, – Зойра обнял за плечи юных фениксов и вывел их из-под кроны, – посмотрите на эти удивительные земли вокруг нас. В давние времена здесь были топи и болота, эти земли были мертвы. Мы пришли в эти земли и вдохнули в них жизнь. Сила посоха дает жизнь всему вокруг, – Зойра стукнул посохом о землю, и из земли проросли цветы. – Видите, какую силу хранит в себе посох.

– Дедушка Зойра, а откуда вы пришли и почему вы не вернулись в свои земли? Ведь у каждого народа есть свои земли.

– Понимаете, – Зойра рассказывал неторопливо, он пытался убедиться, что юные фениксы его слушают и не пропускают слова мимо ушей. – Свои земли есть у каждого народа, но не у каждого народа есть свое место в этом мире. Многие народы вымерли полностью, и после них остались лишь мертвые земли, но мир продолжает жить и без них. У нас же, у фениксов, нет своих земель, но есть свое место, мы приходим в те земли, которые необходимо спасти или оживить заново. Сегодня мы здесь, в самом начале этого мира, а завтра, возможно, нам придется отправиться далеко на запад. Лишь природа знает, куда мы должны следовать. Знаете, дети, возможно, когда-нибудь именно вы будете следовать на запад, и на своем пути вы можете встретить сотни и даже тысячи крон в розовых цветах в самых разных землях. Знайте, все эти земли населяли древние фениксы. Мы подарили жизнь…

Агаль перебила Зойру, не дав ему договорить:

– Дедушка, а как черный феникс становится древним?

– Хороший вопрос, но я не знаю на него ответа, мы так же остаемся черными фениксами, но все нас зовут древними, потому что никто не знает, сколько жизней мы уже прожили.

– Но я знаю, сколько жизней прожил мой папа.

– Ты знаешь, и я знаю, но, когда твой отец больше не сможет летать, вы вряд ли вспомните, сколько жизней он прожил. А юные фениксы и вовсе не будут этого знать. Так что проще его назвать древним.

– Агаль, Кайри, вот вы где, – над озером появился их отец, широким размахом крыльев он закрывал солнце, ему хватило всего лишь два взмаха, чтобы пересечь озеро. Ступив на самый край острова, он немного склонил голову в знак уважения к Зойре. Высокий феникс, статный и мускулистый, его лицо было немного вытянуто, волосы собраны в аккуратный хвост на затылке, но одна прядь свисала вдоль виска. Он был черным фениксом, это было понятно по его черным одеждам, которые походили на доспехи воина. И по черным узорам на краях крыльев, с такими узорами рождались черные фениксы. – Простите, Зойра, надеюсь, они вас не утомили.

– О нет, что ты, знаешь, Дайра, у тебя прекрасные дети. Просто они переживают за одинокого старика. А еще они очень любят мои истории, возможно, после того как я воссоединюсь с природой, они будут единственными фениксами, которые знают историю нашего народа.

– И все же я не хочу, чтобы они покидали территорию наших земель, здесь, у кристальных озер, может быть опасно. Там, на другом краю озера, начинается земля западного народа, а жадность и ненависть живет во всех землях. Зойра, вы сами рассказывали мне про народы, которые разоряли свои земли, а затем вторгались в чужие, – довольно грубо произнес Дайра.

Зойра ударил посохом по поверхности озера, и над водой в воздухе зависли капли, затем капли поднялись еще выше и безобразным образом пролились обратно в озеро.

– Помни, Дайра, наши земли заканчиваются там, где заканчивается сила природы, а природа в этом мире повсюду. Тебе нечего бояться.

Дайра больше ничего не сказал, расправив крылья, он полетел в сторону ручья, Кайри и Агаль отправились вслед за ним.

– Летите к хижине, – резко скомандовал отец и повернул в направлении острова, на котором было скопление фениксов.

– Что там, отец? – спросил Кайри.

– Я не знаю, расскажу, когда вернусь.

– Отец, можно я полечу с тобой? – Кайри был взволнован любопытством.

– Я сказал – летите к хижине.

Кайри и Агаль полетели к хижине, а их отец, пролетев над несколькими ручьями и миновав острова, оказался в скоплении фениксов. Они что-то громко и эмоционально обсуждали. Было понятно, что они разделились на два лагеря и спорят между собой, но Дайра хотел узнать причину их спора.

– Что случилось? – громко спросил он.

– Человек, – донеслось откуда-то из толпы, – Дайра, это человек.

– Расступитесь, – так же громко скомандовал Дайра.

Толпа расступилась, и в центре толпы у подножия дерева Дайра заметил человека.

– Как твое имя? – по взгляду Дайры было видно, что он настроен достаточно враждебно в отношении человека.

– Меня зовут Ален, – дрожащим голосом ответил человек.

– Зачем ты пришел, Ален? – Дайра приблизился к человеку и смотрел на него сверху вниз, фениксы были на полторы, а то и на две головы выше людей.

– Я пришел за помощью, наши земли умирают.

– Мы уже давали жизнь вашим землям, а вы их снова уничтожили! Наши древние вырастили вам прекрасные сады и подарили вам плодородные земли. И вы снова просите о помощи? Отправьте его обратно в земли людей и выставьте дозор у границы.

– Но, Дайра, – один из белых фениксов попытался возмутиться.

– Никаких «но», людям не место в наших землях.

Фениксы, взяв человека под руки, доставили его к границе и вернули в земли людей. Дайра тем временем вернулся в хижину. Кайри и Агаль сразу же набросились с вопросами.

– Это был человек, больше никаких вопросов, – Дайра сразу дал понять детям, что эта тема закрыта для разговора.

– Что он здесь делал?

– Кайри, я сказал, больше никаких вопросов, – Дайра успокоил сына резким строгим взглядом.

Хижина фениксов внутри выглядела довольно странно, она была похожа на дома людей, но буквально вся мебель в хижине росла из полов и из стен. Кровати были сплетены из тонких ветвей, которые росли под потолком, стулья и стол были из ветвей потолще и росли из пола, а в некоторых местах из стен. Окна и двери закрывали ветви, которые просто свисали сверху вниз. Утром они раздвигались в стороны, словно по волшебству, а на ночь плотно переплетались между собой. Все в этих землях было пропитано жизнью и волшебством. Дайра опустился на стул и сквозь окно смотрел вдаль, в сторону восточной границы.

– Отец, о чем ты думаешь? – Агаль спросила очень тихим голосом. Но Дайра лишь тяжело вздохнул и ничего не сказал в ответ. Он просидел недолго, после чего вылетел из хижины. Кайри и Агаль видели, что отец полетел в сторону границы, было заметно, что он чем-то встревожен. Они вылетели из хижины, как только отец исчез за линией горизонта, и взлетели повыше, усевшись на толстой ветви поближе к краю кроны.

– Кайри, как ты думаешь, почему отец так взволнован?

– Ну это же понятно, Агаль, он же сказал, что в наши земли пришел человек. Дедушка Зойра рассказывал, что разные народы разоряют свои земли, а затем вторгаются в чужие. Наверное, он пришел разорить наши земли, поэтому отец и взволнован.

– Как он это сделает? Он же совсем один.

– Ну, я не знаю, но ведь он же зачем-то пришел.

Они продолжали размышлять, устремляя свой взгляд куда-то вдаль, в сторону границы, вдоль которой с юга, там, где равнина заканчивается резким обрывом и нескончаемыми водопадами, на север летел их отец Дайра. Он отправился проверить, выставлен ли дозор, и на всякий случай лично убедиться, что этот человек пришел один. На одном из островов, который расположен рядом с границей, Дайра встретил Нагуру. Это был тоже черный феникс, которого так же, как и Дайру, уже изредка называли древним. Такие же черные одежды, похожие на доспехи, черный узор на крыльях и волосы, собранные в хвост на затылке. Он был выше Дайры на треть головы, шире в плечах, мощные скулы и плоский лоб. А еще на его лице был шрам. С этим шрамом Нагура вернулся с запада. Он и другие черные фениксы отправлялись на запад, чтобы остановить войну между троллями и кентаврами. Эта война была по той же причине, по которой происходили и все остальные войны: тролли разорили свои земли и вторглись в земли кентавров.

– Дайра, скажи мне, что происходит, мы не выставляли дозор с тех пор, как… – Нагура задумался, – я вообще не помню, чтобы мы выставляли дозор. Наверное, последние дозоры помнит только Зойра. И то я не уверен, что они были.

– Человек пришел в наши земли, – Дайра, как всегда, говорил очень уверенно, – я не могу допустить, чтобы люди разорили наши земли.

– Но, Дайра, это всего лишь человек, они слабы, они не смогут пройти дальше границы, ну а если даже и пройдут, я был далеко на западе, поверь мне, очень далеко, и я ни разу не встречал народа более могущественного, чем мы. Природа через посох дарит нам небывалую силу. Пока есть посох, наши земли не умрут.

– Именно это меня и волнует, мы оба знаем, что старик слаб. Сколько ему осталось, скажи мне? Десять лун? А может, всего лишь пять? Скажи, Нагура? Ты знаешь предание? Вспомни, что рассказывал старик.

– Я знаю предание не хуже тебя, и не смей разговаривать со мной в таком тоне!

– Так не забывай, Нагура, что сила природы покинет нас в тот миг, когда хранитель воссоединится с природой, и обретем мы силу лишь тогда, когда посох изберет себе нового хранителя. Скажи, Нагура, сколько лун осталось старику? Что будет, когда старика не станет? Сможем ли мы защитить наши земли без силы посоха? Что станет с нашим народом?

– Я не знаю, я прожил более сотни жизней. Когда природа вдохнула в меня первую жизнь, хранителем был Зойра, и сейчас, когда меня уже зовут древним, хранителем все еще остается Зойра. Так что, Дайра, я не знаю, что с нами будет, когда Зойры не станет.

– И я не знаю, поэтому дозор будет нелишним. Нас ждут трудные времена, а люди лишь усложнят нашу жизнь. Я полечу дальше на север проверить, достаточно ли фениксов отправлено в дозор. Надеюсь, все обойдется и природа не оставит нас.

Дайра взмахнул крыльями и отправился на север. Последний дозорный стоял у самого подножья скалы, которая устремлялась в небеса и была намного выше тех деревьев, на которых жили фениксы. Никто не знал, что находится за этими скалами, и никто не знал, что находится внизу обрыва на юге. Убедившись, что дозорные выставлены в достаточном количестве, Дайра отправился к хижине. Он вернулся поздно ночью, Кайри и Агаль спокойно спали в своих кроватях под потолком хижины. Дайра не ложился спать, он всю ночь просидел у окна, размышляя о том, что ждет их народ. Периодически он брал в руки фрукт бараби, но, так и не надкусив, клал его обратно. Все вокруг спало, лишь цикады и сверчки нарушали тишину, которая царила по ночам в землях фениксов. Для Дайры эта ночь была слишком длинной.

Вскоре из крон стало доноситься пение птиц, это означало, что близится рассвет. Дайра сразу же встал со стула и покинул хижину. Первые лучи солнца Дайра встретил, пролетая над ручьем, он направлялся к Зойре в кристальные озера. На озерах Дайру ждала ужасающая картина. Он завис в воздухе над водной гладью и осматривался, пытаясь понять, что здесь произошло. Ветви на кронах деревьев были сломаны, в воде плавали розовые цветы, оборванные с крон, а на другом берегу озера, у самой границы, можно было увидеть разбросанные кувшинки, вырванные из воды. Единственным утешением для Дайры было то, что крона на дереве Зойры все еще оставалась зеленой. Дайра перелетел на остров и заметил, что кувшинка Зойры практически разорвана на две части.

– Зойра, что произошло? – Дайра громко задал свой вопрос, еще не войдя внутрь кроны. Но Зойра ответил, лишь когда Дайра преодолел ветви и оказался у подножия дерева.

– Ночью с запада пришли великаны, – Зойра был спокоен.

– Они пришли за помощью?

– Нет, Дайра, я так не думаю, скорее, они искали спасения, они были в полном отчаянье. Они истощены, голодны и напуганы. Я думаю, их земли полностью мертвы и умерли они уже давно. Ступив на наши земли, они сразу же начали вырывать и жадно поедать кувшинки. А затем они набросились на деревья. Хорошо, что их пришло немного, их было не больше десяти. Мне удалось потоками воды и ветра прогнать их обратно в свои земли. Но я боюсь, если их придет больше, то я могу не справиться.

– Почему они не пошли на запад? Более богатые земли находятся на западе, все народы отправляются на запад.

– Да. Но не тогда, когда на востоке находятся земли фениксов, наши земли самые богатые в этом мире. Многие народы хотели бы завладеть нашими землями. Я думаю, нам придется отправиться в земли великанов и вернуть жизнь в их земли. Либо они вернутся, и их будет больше.

– Зойра, я должен вам еще кое-что рассказать. Вчера с востока пришел человек. Он просил о помощи. Их земли мертвы. Я велел вернуть его обратно и выставить дозор. Не уверен, что я поступил правильно, поэтому прилетел к вам с первыми лучами солнца.

– То есть и люди, и великаны. И между двумя умирающими землями находимся мы. Ты поступил правильно, вчера они пришли с миром, а завтра могут вернуться с войной. Людьми, как и другими народами, движут страх, голод, зависть и жадность. Они не спасают свои земли, а пытаются завладеть новыми.

Зойра и Дайра вышли из-под кроны.

– Знаешь, Дайра, дозор – это мудрое решение, – Зойра ударил о землю посохом, и из земли вдоль границы с великанами, устремляясь к небесам, сплошной стеной выросли деревья, покрытые густыми колючими ветвями. – Я думаю, такой дозор какое-то время сдержит великанов. Мы должны собрать совет и решить, как поступить в эти непростые времена. Дайра, облети наши земли и распорядись, чтобы черные фениксы, которые бывали на западе, к полудню собрались на пустынном острове.

Все решения фениксы принимали на совете, который проходил на пустынном острове среди черных фениксов, которых приписывали к роду древних. На пустынном острове росла лишь невысокая трава, он был слишком мал относительно других островов, и находился он в самом центре земли фениксов, удивительно то, что этот остров было видно с любого дерева и из любой хижины. Столь же удивительно было и то, что возле пустынного острова пересекались все ручьи, образуя одну большую заводь, но сразу же за островом вновь растекались на множество ручьев. Также заводь вокруг острова и сам остров были единственным местом, где не водились ни жучки, ни стрекозы, ни бабочки, и даже птицы сюда не прилетали. Здесь можно было встретить только лишь одинокую черепаху, которая при появлении фениксов сразу же бросалась в воду.

Дайра отправился на восток, но по пути он заглянул в свою хижину.

– Кайри, Агаль! – крикнул Дайра сразу же, как оказался в хижине, но детей в хижине не было.

– Летим скорее, по-моему, отец вернулся, – обратился Кайри к Агаль.

Они сидели на краю кроны, когда до них донесся голос отца, и, взмахнув крыльями, тут же отправились в хижину, уворачиваясь меж ветвей.

Вернувшись в хижину, Кайри заговорил с отцом:

– Где ты был?

– Я был у Зойры.

– Его дерево все еще зеленое?

– Да, оно все еще зеленое. Я запрещаю вам покидать пределы кроны самостоятельно. Любой полет за пределами кроны только в моем присутствии.

– Это из-за того, что пришел человек?

– Ночью с запада пришли великаны.

– Они пришли просить о помощи?

– К сожалению, нет, они были далеко не дружелюбны, – Дайра смотрел в пол. Не поднимая глаз, он вылетел из хижины и улетел на восток. Зойра тем временем с помощью силы посоха вдохнул жизнь в свою кувшинку. И, проплывая от острова к острову, оживлял сломанные ветви деревьев. К тому моменту, когда Зойра управился с последним деревом, солнце было уже высоко и время близилось к полудню. Зойра подплыл на своей кувшинке к западному берегу и провел посохом по краю воды. Вырванные кувшинки тут же ожили. Глубоко вздохнув, Зойра окинул взглядом границу и отправился к пустынному острову. Все фениксы, которые имели право голоса на совете, уже были на острове, и между ними шел непрерывный спор. Но как только Зойра ступил на остров, спор прекратился. Фениксы расступились ближе к берегам острова и пустили Зойру в центр. Все терпеливо ждали, пока Зойра молча стоял и раздумывал. Наконец тишина прервалась: