Измена Дракона. Порочная Истинная

Глава 15. Темное Слияние

Ночь была нашим единственным союзником. Под покровом комендантского часа, когда коридоры Академии погружались в густую, звенящую тишину, мы с Сонной начинали свою вылазку.

Она, закутанная в темный плащ, оставалась в тенях главного зала библиотеки, превращаясь в чуткого стража, готового кашлем или упавшей книгой предупредить меня о приближении патруля. А я, сжимая в потной ладони холодный бронзовый ключ, подходила к неприметной, затерянной среди стеллажей двери.

Ключ вошел в замочную скважину с мягким скрежетом. Тяжелый механизм поддался нехотя, с глухим щелчком, который в этой мертвой тишине прозвучал как выстрел. Я замерла, прислушиваясь. Но в ответ — лишь стук моего собственного сердца.

Дверь со скрипом отворилась, выдохнув на меня волну застоявшегося, сухого воздуха. Он пах не просто пылью. Он пах забытыми секретами, увядшей магией и страхом тех, кто писал эти книги.

Запретная секция была не просто хранилищем. Это был лабиринт. Безумный сон архитектора. Стеллажи стояли под немыслимыми углами, создавая узкие, извилистые проходы. Некоторые фолианты были прикованы к полкам ржавыми цепями, словно дикие звери.

Другие тускло светились изнутри нездоровым, зеленоватым светом, а от третьих веяло таким холодом, что на их кожаных переплетах выступал иней. Воздух здесь был плотным, он давил на виски, и тихий шепот, казалось, исходил от самих страниц, предлагая знания, за которые придется заплатить душой.

Первую ночь я искала вслепую. Я листала трактаты по демонологии, где были изображены твари, заставлявшие Сумеречных Гончих казаться безобидными щенками. Я изучала гримуары по магии крови, от описания ритуалов в которых к горлу подступала тошнота.

Я нашла раздел, посвященный Антибытию. На пожелтевшем пергаменте я увидела до жути точное изображение Гончей, подписанное «Малый Эфирный Хищник, падальщик, привлекаемый прорехами в реальности». Слова мейстера подтверждались. Угроза была реальной. Но это не приближало меня к ответу на главный вопрос.

На исходе второй ночи, когда глаза уже слипались, а голова гудела от прочитанного, я была близка к отчаянию. Я сидела на полу, окруженная горой книг, и тупо смотрела на свою уродливую метку. И тут в памяти всплыл совет Элиаса: «Ищи… 'темное слияние'».

Это словосочетание казалось странным, чужеродным. Но оно было моей единственной нитью. Я начала искать заново, просматривая каталоги, которые не трогали десятилетиями. Поиски привели меня в самый дальний, самый темный угол, где паутина висела седыми бородами, а пыль лежала таким толстым слоем, что я чихала, едва дыша.

И там, на нижней полке, заваленная рассыпающимися свитками, лежала она. Небольшая книга без названия. Ее переплет был сделан из гладкой, как полированный обсидиан, кожи, холодной и неприятной на ощупь. Она не была прикована. Она просто лежала. Словно ждала меня.

Я села прямо там, на пыльный пол, и зажгла на кончике пальца дрожащий магический огонек. Страницы были сделаны из тончайшего, почти прозрачного пергамента. Текст, написанный выцветающими серебряными чернилами, ожил в свете моего пламени. Я листала, и вдруг мое сердце пропустило удар. Название главы: «Об инверсии священных уз и перераспределении сути».

Я впилась глазами в строки. Сухой, академический язык автора делал описываемое еще более чудовищным. Я читала, и мир вокруг меня перестал существовать.

«…Ритуал Темного Слияния, по своей сути, является актом высшего магического воровства. Исполнитель, обладающий достаточной силой и знаниями, способен вторгнуться в священную связь между двумя Истинными…»

Я читала о том, как могущественный маг, используя сложнейшие формулы и артефакт-катализатор, может не уничтожить, а инвертировать метку. Вывернуть ее наизнанку. Ритуал высасывал из нее свет, любовь, саму суть связи, и наполнял ее тьмой и скверной. На теле жертвы, истинной носительницы, она расцветала Порочной Меткой — клеймом, которое лгало всему миру.

«…Оскверненная метка становится не просто знаком позора, но и якорем, через который Исполнитель может установить паразитическую связь с жертвой, питаясь ее эмоциональной энергией, в первую очередь — страхом и отчаянием…»

У меня перехватило дыхание. Все это время… мой страх, моя боль… они были для кого-то пищей?

Но дальше было еще хуже.

«…Для завершения ритуала украденная светлая суть связи должна быть помещена во временный сосуд. Ее можно "перелить" в другого человека, не имеющего истинной пары, создав на его теле сияющую, но абсолютно фальшивую Метку Истинной. Эта подделка нестабильна и со временем угаснет, но на короткий срок она неотличима от настоящей…»

Мистия. Ее сияющая, идеальная метка на руке. Она была создана из света, который украли у меня. Из моей любви. Из моей души.

Я сидела на полу в темном, пыльном углу, и меня трясло. Это был не просто заговор. Не просто подстава. Надо мной провели чудовищный, кощунственный ритуал. Меня осквернили. Превратили в источник питания для неизвестного мага, а мою любовь отдали другой, как трофей.

Кто? Кто мог обладать такими знаниями и такой силой? Ректор с его голодными глазами? Бас, который так отчаянно хотел меня контролировать? Или кто-то еще, скрывающийся в тенях? В книге не было имен. Только сухая, безжалостная технология зла. Я поняла, что у меня нет доказательств. Лишь книга из Запретной секции, которую мне никто не позволит вынести. Обвинить кого-то — означало объявить себя безумной.

Я закрыла книгу, и ее обложка показалась мне ледяной. Я была одна. Совершенно одна против врага, чье могущество я не могла даже представить.

Пошатываясь, я выбралась из лабиринта. На востоке уже занимался серый, безрадостный рассвет. Сонна ждала меня, ее лицо было бледным от тревоги. Я ничего не сказала. Я просто открыла книгу на нужной странице и протянула ей. Она читала, и ее глаза расширялись от ужаса, а губы сжимались в тонкую, яростную линию.

Когда она подняла на меня взгляд, в нем не было жалости. Только стальная решимость.

— Мы найдем эту тварь, Илона, кто бы это не был — прошептала она. — И мы заставим ее заплатить.

Измученные и опустошенные, мы вышли из библиотеки на утренний холод. И замерли.

Массивные ворота Академии, так долго бывшие наглухо запертыми, были открыты. Во двор въезжал небольшой отряд в дорожных плащах. А во главе, на вороном жеребце, с гордо поднятой головой, сидела она. Мистия. Ее рыжие волосы горели, как пожар, на фоне унылого утра.

Ректор Феникс лично вышел из главного корпуса, чтобы встретить ее. Он улыбался.

Я смотрела на нее, и ненависть, которую я испытывала раньше, показалась мне детской обидой. Я видела не просто любовницу моего мужа. Я видела сосуд, наполненный украденной у меня жизнью. Соучастницу. Врага.

И я поняла, что кольцо сжимается. Мой тюремщик не просто следил за мной. Он пригласил в мою клетку еще одного палача.

Глава 16. Возвращение к учебе

Ректор Феникс был мастером иллюзий. Не тех, что плетут менталисты на поле для магнибола, а куда более тонких и опасных. Он сот

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.