Охотник и белый цветок

1 глава

– Ну что, опять все порченные?

Я как раз поднималась из подвала с корзиной овощей, когда Мирабель приступила к осмотру поступивших девушек.

Из раза в раз одно и тоже. Смущенные, испуганные, взгляд в пол и руки на платьях сомкнуты так, словно их прямо сейчас будут раздевать.

Пять новых девушек. Значит пять новых комнат и в пять раз больше головной боли. Уж я-то знаю, я родилась в борделе. И так сложилась судьба, что до сих пор здесь живу. А Мирабель – с виду строгая и властная дама средних лет – наша хозяйка. Суровость ей придавало строгое, черное платье и волосы, убранные в тугой пучок. Ласкового слова от нее не дождешься, но и в обиду она не даст.

История каждой девочки, попавшей в наш дом, похожа до скукоты. Обычно она из бедной семьи. Влюбилась до беспамятства, отдалась, а негодяй ее бросил. Выдать замуж порченную девушку сложно, просят большое приданное, которого у родителей нет. Если семья большая, а у нас, южан, обычно много детей и родственников, то от такой дочери стараются избавиться. Иногда девушки сами сбегали, чтобы в родной деревне не заклеймили позором. И дорога часто приводила к нам.

Вот и сейчас пять испуганных лиц боялись посмотреть на властную хозяйку. Я остановилась за ее спиной с корзиной в руках. Разглядывать новеньких всегда интересно, ведь мы будем жить под одной крышей. Первая будет долго плакать, вторая может стать звездой, ибо грудь из растрепанного декольте так и лезет. Третья доставит проблем. Сейчас она смотрит в пол, но хитрые глазки разглядывают все вокруг, а губы надменно ухмыляются каждому слову хозяйки. Четвертая полненькая, но и на нее поклонники найдутся. Пятая слишком высокая и тощая, придется сначала откормить. Мужчины не очень любят, когда одни кости торчат. Хочется ведь и подержаться за что-то.

Все девушки так похожи. Что полгода назад, что год. Одни приходят, другие уходят в поисках лучшей жизни. Но свой путь они всегда начинают с Мирабель.

– Мне совершенно все равно, что было в вашей жизни до этого дня. Все печали и страдания оставьте за дверью. – строго вещала хозяйка. – Здесь мы живем и работаем для наших гостей.

Я улыбалась и шевелила губами в такт ее словам, наизусть зная все, что она скажет.

– Вы всегда должны быть чистыми, отдохнувшими и с улыбкой на лице. Мужчины любят, когда их окружают улыбки. Недовольные лица жен они и дома увидят.

Я растянула задорную улыбку, обнажая все зубы. Несколько девушек заметили и смущенно улыбнулись в ответ.

– Мне плевать, сколько у вас было кавалеров, но знайте: мужчины бывают разные. Есть застенчивые молодые люди, к которым нужен осторожный подход.

Я достала из корзинки маленькую морковку и покрутила в руке, изображая мужской детородный орган.

– Есть солидные и требовательные господа. Вы будете делать все, что они попросят.

Я вытащила морковку побольше и потолще и начала трясти ее перед носом. Девушки сдавленно захихикали, заливаясь румянцем. Мирабель резко обернулась, нахмурила брови и недовольно прошипела:

– Мина, у тебя дел нет? Пошла! Быстро!

Пришлось как можно резвее бежать на кухню, чтобы не попасть под горячую руку хозяйки.

Но. Давайте посмотрим правде в глаза. В увеселительных заведениях весело только вечером, когда приходят посетители с горящими глазами. Они пока трезвы, скромны и только предвкушают приключения. Они жаждут волшебства и страсти. Желают задорных и на все согласных девушек на своих коленях. Готовы дать монетку только за одну улыбку. Хотят, чтобы наш маг Карнур, пока еще трезвый, творил чудеса посреди зала. Обычно он освещает стены разноцветными салютами, разбрасывает лепестки цветов и напускает густой туман, в котором прячутся парочки. Гостям этого достаточно.

Старик с растрепанной бородой появился после обеда. Он бродил по пустому залу в поисках недопитого вина – его ежедневный ритуал после бурной ночи.

– Доброе утро, дедушка!

Я на секунду остановилась возле него, чтобы чмокнуть в щеку.

– Доброе, дочка. Никто не обижал?

– Вы же меня оберегаете. Даже внимания не обращали.

– Ты хорошеешь день ото дня. Настанет время и мои чары не помогут.

– Тогда скорее наколдуйте славного жениха.

Старик вздохнул, облизывая пересохшие губы:

– Если бы все было так просто, цветочек.

Он скривил мученическую улыбку, в надежде, что я подскажу, где спрятана недопитая бутылка.

– Вон за той занавеской, – шепнула я на ухо.

– Опять дедушку спасаешь.

– Как и вы меня.

Днем мы жили самой обычной жизнью. Убирались, готовили и занимались скучными бытовыми делами. Разве что простыни меняли каждый день и прихорашивались ближе к вечеру, а не утром, как обычные девушки.

И я тоже прихорашивалась. И тоже должна развлекать мужчин. Но чаще мне удавалось увильнуть от такой работы. Мирабель часто злилась и требовала начать зарабатывать на ухажерах. Но на утро обычно успокаивалась. Потому что по хозяйству я работала больше прочих и живу здесь с самого рождения. Тем и подкупаю.

Как-то раз, в порыве очередного гнева, она даже мою невинность продала. Ну, так она думает. Карнур тогда подсыпал ухажеру снотворное в вино и мужчина был уверен, что провел ночь с непорочной девушкой. Я даже кровь сымитировала на простыне для пущего эффекта.

Потому что невинность, по словам той же Мирабель – самое драгоценное, что есть у девушки. Я это слышала всю жизнь. Чистота и целомудрие открывает многие двери. Например, успешно выйти замуж может только невинная девушка. Кто посмотрит на порченных? И тут же тыкала длинным пальцем на новеньких.

Так я прожила девятнадцать лет в борделе и смогла сохранить честь, достоинство и чистоту. Спасибо Карнуру, у него еще много сонного зелья.

Но я понимала, что вечно мое везение продолжаться не будет. Поэтому по вечерам старалась не привлекать внимания гостей, чтобы выбор не пал на меня.

Я все еще искала жениха. Настоящего. Не из посетителей. Конечно же хотелось красивого, богатого и доброго. Но такие в нашем городке не водятся. По словам девушек – в других городах тоже.

Если же вдруг в округе появится красивый, богатый парень, то до простушек ему не будет дела. А уж про бордельных девок и говорить не стоит. За все мои девятнадцать лет лишь одна уехала отсюда в качестве жены и о ней до сих пор вспоминают с завистью.

В основном девушки уходят из борделей когда теряют внешний вид. Идут в швеи, поварихи, рукодельницы. Если совсем ничего не умеют, то идут скитаться.

Я такой участи себе не желала, поэтому старалась научиться всему. Признаюсь, не всегда выходило, но я никогда не опускала руки. Ведь однажды Мирабель и меня выставит за дверь, когда устанет терпеть бездельницу, не приносящую дохода.

Но сегодня еще один хороший день. Мирабель увлечена новенькими, готовит их к первому выходу. Другие девушки с интересом на них смотрели, оценивали и громко перешептывались.

Как только солнце спряталось за лесом, первые гости не заставили себя долго ждать. Молодые и в возрасте, подтянутые и расплывшиеся, с улыбками и серьезными лицами. Ох уж эти мужчины. Они, как и девушки в борделе, всегда разные, но такие похожие.

Новички, заходя в большой зал, поначалу осторожно озирались. Зачем-то вместо девушек смотрели на обстановку и чистоту столов. Завсегдатаи же идут как к себе домой – бодрым шагом, с улыбкой и полным карманом денег.

Совсем недавно Мирабель сменила протертые кресла новыми диванами с бархатной обивкой, застелила столы красными скатертями (которые я каждое утро отстирывала от еды и разлитых напитков) и повесила разноцветные полупрозрачные отрезы ткани. Они загадочно свисали с потолка до самого пола, отгораживая столики друг от друга. Получилось очень интересно, но догадайтесь, кто раз в неделю лазил по шаткой стремянке и менял испачканные куски ткани?

Сегодняшний вечер не предвещал никаких потрясений. Мирабель встречала всех гостей теплой улыбкой. Кому-то кланялась, другим позволяла поцеловать свою ручку. Веселых девушек показывали клиентам и каждый выбирал по вкусу. Даже на новеньких кто-то позарился.

А я опять делала вид, что вроде как со всеми, но сама по себе. Простенькое серое платье без глубоких вырезов и чересчур открытой спины, волосы уложены кое-как и косметики на лице почти нет. Так, совсем немного пудры, чтобы хозяйка не злилась. Гости часто принимали меня за прислугу и не лезли, потому что аппетитных красоток в соблазнительных нарядах вокруг и так хватало.

Я как раз убиралась за столиком рядом со входом, когда услышала как кудахчет Мирабель.

– Господин, господин, какая честь! Прошу, проходите!

Снова какой-то толстосум решил наведаться в наше уютное заведение. Обычно только перед такими Мирабель лебезила с удвоенной силой.

– Все, что пожелает господин, будет сделано в ту же секунду! Только скажите. У нас просторные комнаты, чистое белье, есть ванные. Любая девушка сочтет за честь скоротать с вами вечерок.

Ох, как разошлась хозяйка! Мне стало любопытно, перед кем она так распинается. Сквозь прозрачную ткань проглядывал силуэт высокого мужчины в темном плаще. Он как раз осторожно снял шляпу и осматривал зал. Вроде стройный и плечистый, но сквозь ткань сложно разглядеть лицо. Может под плащом скрывается доходяга, а может отвисшее брюхо.

Словно прочитав мои мысли, гость снял с себя плащ и передал в руки Мирабель. Буквально мгновение я видела подол верхней одежды. Пыльный темно-синий плащ.

Охотник!

Я замерла, с любопытством разглядывая силуэт. Проклятая ткань мешала, но зато гость не заметит, как я пялюсь. Хозяйка, схватив вещи, быстро подозвала кого-то из девочек и велела немедленно очистить от дорожной грязи.

– Мне бы просто комнату. Я не ищу приключений.

Безупречный и ровный мужской голос. Не слишком низкий и не высокий. Я бы сказала идеальный.

– Все, что пожелает господин! Все, что пожелает! Мы – единственные во всей округе, где вы можете остановиться с комфортом и в самых лучших условиях. Может ужин? Немного вина? Может, все же, девочку? У нас самые лучшие красавицы, на любой вкус. Вы не пожалеете. Любое ваше желание будет законом.

– Как вы умело рекламируете товар, – усмехнулся гость. – Любое желание?

– Конечно! – в голосе хозяйки послышались нотки обиды. – Любая красавица и любое желание!

Она набрала полную грудь воздуха и громко, но не срываясь на крик, позвала девушек. Возле входа тут же образовалась небольшая компания улыбающихся прелестниц.

– Девочки, у нас очень важный гость, – строго произнесла хозяйка. – Вы знаете, кто такие Охотники? Это очень уважаемые люди. Очень! Они подчиняются самому королю и имеют власть над всеми магами наших земель. Наш гость из самой столицы! Ведь так, из столицы?

Хозяйка вопросительно посмотрела на мужчину, словно сама была не уверена в своих словах. Гость в ответ молча кивнул. Среди девушек начались перешептывания и оценивающие взгляды, обольстительные улыбки появились на их лицах. Я же лишь усмехнулась под нос и продолжила убирать стол.

– Если господин подскажет какие девушки ему по вкусу, я немедленно такую найду. У нас очень большой выбор!

Гость довольно долго молчал. Ох уж эти муки выбора, когда оказался на цветочной поляне, а сорвать сил хватит один, максимум два цветочка. Все мужчины теряются, когда необходимо выбирать. Скромный тихонько скажет «любую», потому что постесняется указать пальцем на ту, которая понравилась. Посмелее же еще и пощупает каждую.

Интересно, Охотник к какому типу относится? Навряд ли он из скромных. Когда в руках почти безграничная власть и острый клинок на поясе, скромность ни к чему.

Я оторвалась от уборки и с интересом наблюдала за выбором гостя. Столько историй и легенд про этих Охотников. И надо же, один из них появился на нашем пороге. Теперь сплетен будет на неделю.

Неожиданно наши взгляды пересеклись. Пусть через свисающую ткань, но мы смотрели друг на друга не моргая. Долго смотрели. Мужчина изучал меня и для него ткань не была преградой. Его взгляд вспыхнул видимым огоньком. Я же просто боялась лишний раз шевельнуться, затаилась мышкой и смотрела в ответ.

– Ее, – Охотник указал пальцем в мою сторону.

Мирабель спохватились, подпрыгнула на месте и резким движением убрала последнюю преграду – струящуюся ткань.

Теперь я могла хорошенько разглядеть гостя. И правда высокий и плечистый. Хорош собой, я бы даже сказала красив настоящей мужской красотой. Ровные черты лица без изъянов, уверенный взгляд, гордый подбородок. На него точно обратишь внимание даже в рыночной толкучке. К тому же носит синий плащ. Люди сначала одежду увидят и ахнут, а уже после будут смотреть на лицо. Охотники и правда у нас в почете. Их боятся и уважают.

А еще такие мужчины редко заходят в бордели, ибо и так не обделены женским вниманием. Но к нам он пришел не за утехами, а после долгой дороги. Пыльные сапоги и копна взъерошенных темных волос намекали именно на это. Показалось, что даже на лице осела дорожная пыль и чуть заволокла желто-зеленые глаза.

– Ой, это наш цветочек! – кудахтала хозяйка, приближаясь ко мне. – Молоденькая, хорошенькая. Вы только посмотрите какое чудо! – Мирабель вырвала из рук тряпку, бросила на стол и схватила меня под локоть, чуть не силой таща к гостью. – Ну, как вам, а? Зубки ровненькие, молоденькая, сделает для вас все, что пожелаете. И цена приятная.

– Пойдет, – снисходительно кивнул Охотник.

2 глава

Я с трудом открыла дверь самой лучшей комнаты нашего борделя. Руки не слушались, ноги не сгибались. Я даже забыла, как правильно дышать. За спиной стоял мужчина и терпеливо ждал, когда же я совладаю с простым замком.

Едва зайдя в комнату, я тут же зажгла все свечи. Привычные дела хоть немного отрезвили. Я бы и кровать поменяла, вот только она и так была застелена чистыми простынями и подушки были взбиты утром моими же руками.

Надо же, какая ирония, взбила подушки для себя же.

Пока я суетилась вокруг со свечами и камином, гость остановился посреди комнаты и осмотрелся. Ночи уже прохладные, камин как нельзя кстати согреет.

Кого согреет?

Охотник сел в мягкое кресло и наблюдал за моими движениями. А я просто что-то делала, лишь бы не подходить к нему. Раздувала угли, поправляла поленья. Да что угодно, лишь бы не садится в кресло напротив!

– Мне кажется уже достаточно тепло, – заметил мужчина. – Сядь рядом, не бойся.

Ох, от взгляда Охотника ничего не укроется. Ни черная магия, ни злые помыслы, ни страхи. А мне было не просто страшно, я была готова в обморок упасть от ужаса.

Но он меня купил на всю ночь, значит я должна выполнять все его прихоти. Ведь так обещала Мирабель.

А еще не надо злить Охотника. Они веками следят за магическим порядком от имени самого короля. Много власти, много силы и полная безнаказанность. Против людей они редко выступают, ибо стоят на их защите. Но вот мир магический их не любит и побаивается.

Я хоть и отношусь к миру людей, но Охотников еще ни разу в жизни не видела и чего ждать именно от этого мужчины не знала. Но решила на всякий случай не спорить и исполнить его просьбу – села в кресло напротив, целомудренно сомкнув ножки в коленях и смущенно улыбнулась, как учили девочки.

Охотник внимательно меня разглядывал, расслабленно развалившись среди мягких разноцветных подушек. Он блуждал где-то глубоко в своих мыслях, иногда улыбался, а иногда хмурился. Зато теперь можно было разглядеть его глаза. И правда зеленые с яркой оранжевой короной вокруг черных зрачков. Он долго на меня смотрел, словно изучал и, наконец, спросил:

– Ты здесь работаешь?

– Живу. Я тут родилась.

Легкая, скорее надменная улыбка и неожиданный вопрос:

– И как же тебе удалось сохранить невинность, живя в борделе?

Ничего не ускользнет от взгляда Охотника. Должно быть они сами колдуны.

– Алкоголь.

Я стыдливо улыбнулась, а Охотник лишь чуть вздернул брови.

– А если кавалер не пьет?

– Такие сюда не ходят.

Я звонко рассмеялась, но отчего-то моему собеседнику было совсем не весело. Он даже снисходительную улыбку не соизволил натянуть. Смотрел на меня, как на скучную куклу, и спокойно ответил:

– Я не пью.

Вот тут-то до меня наконец дошло, что я вляпалась. Конечно же в бордель приходят непьющие искатели женского тепла и иногда выбирают меня. Тогда в игру снова вступает наш волшебник-выпивоха Карнур. Он умело наколдует сонное зелье хоть для вина, хоть для воды. Гость не может сидеть весь вечер и не пригубить хотя бы чай. А наутро мужчина будет вспоминать яркие сны, полные любви и страсти, принимая их за явь.

С Охотниками такой трюк не пройдет. Карнур к нему за километр не подойдет, не то, чтобы зелье подсыпать. За маленькие шалости с чаем он может сурово поплатиться.

Но все же я не растерялась. Снова повесила на лицо улыбку и посмотрела на гостя:

– Тогда я вас заболтаю!

– Ты не расскажешь мне ничего нового.

– Откуда вы знаете?

– Я видел все.

– Даже великанов?

Он кивнул.

– А снег летом? А белых волшебниц? А горные вершины, где живут золотые орлы?

– Я видел весь мир, девочка. А твой мир ограничен стенами этого заведения.

– Ну хоть имя скажите, – улыбнулась я, радуясь очередной хорошей идее. Ведь можно долго проболтать про разные красивые и смешные имена. Я даже парочку забавных вспомнила.

– Оно для тебя ничего не значит.

– Тогда вы расскажите что-нибудь.

– Я не хочу болтать.

Нет смысла спрашивать, чего же он хочет. И так ясно. Я немного поникла, потому что в голове почти не осталось дельных мыслей.

– Может вы желаете фруктов или приказать принести ужин?

Он легко повертел головой, не сводя изучающего взгляда.

Что ж, рано или поздно это должно было случиться. Жаль, что Мирабель не сможет второй раз продать мою невинность. Зато не придется придумывать истории для девчонок о том, какой невероятный любовник мне достался. А они точно устроят завтра расспрос с пристрастием. Не каждый день к нам заглядывают такие мужчины.

– Что ж, – протянула я, медленно покрываясь жгучим румянцем. – И как… Где… Что вы предпочитаете, господин?

– Если удивишь, заплачу вдвойне, – с издевкой в голосе произнес Охотник.

В этот момент меня обуяла огненная злоба. Да он же издевается! Сидит, весь из себя такой важный, и самым наглым образом измывается. Он купил меня и до самого рассвета может вытворять все, что пожелает. К сожалению, ему некуда спешить, до утра еще много бесконечно долгих часов.

– Вы же знаете, что не удивлю. Зачем же обещаете вознаграждение за невозможное?

– Да, ты права.

Мужчина, наконец, оторвал от меня колючий взгляд и посмотрел в угол комнаты, где стояла большая медная ванная – гордость Мирабель.

– Она для красоты?

– Нет. Если желаете, прикажу наполнить.

– Да, пожалуй не откажусь.

Я тут же схватила со стола колокольчик и уже через двадцать минут две девушки таскали ведра с горячей и холодной водой, медленно наполняя емкость.

Чудесные минуты спокойствия! Охотник разглядывал девушек, что трудились для его удовольствия и иногда бросал быстрые взгляды в мою сторону. Я же сидела и радовалась, что с каждой минутой утро все ближе.

Когда последнее ведро горячей воды было вылито, Охотник лениво поднялся с кресла и подошел к наполненной ванне, опуская руку.

– Попросить еще горячей воды? – тут же отреагировала я, желая еще пару минуточек спокойствия.

– Нет. В самый раз, – мужчина оглядел комнату с нового ракурса и остановил взгляд на мне: – Подойди.

Сердце неприятно екнуло. Но я покорно встала, пряча взгляд в пол и поплелась навстречу мужчине. Другие девушки наоборот смотрят гостям в глаза и много улыбаются, чтобы они думали только о ней и утром отблагодарили лишней монетой. А мне совсем не хотелось, чтобы Охотник обо мне думал. Хотелось поскорее закончить и убежать в свою каморку. Там-то меня точно никто не достанет.

– Ну, что же ты стоишь? Раздевай.

Я поджала губы и смиренно потянула руки к мужчине. Грубый кожаный жакет расстегнуть не составило труда – всего три застежки. Следом посеревшие пуговицы на белой рубахе свободного кроя. В нее бы поместилось две, а то и три меня.

Под рубашкой пряталось удивительно красивое тело. Широкие плечи, напряженные от долгой дороги вены и рельефные мышцы, обтянутые чуть смуглой кожей. Особенно интимно смотрелась ямочка между ключицами. Отчего-то ни обнаженная грудь, ни поджарый живот с видимыми кубиками не вызвали во мне такого восторга, как эта ямочка.

Из вещей на мужчине остались только штаны и пыльные сапоги. Он смотрел на меня сверху вниз, чуть приподняв уголки губ. Видимо, ему до жути было любопытно, как же я справлюсь с его штанами.

Не все сразу, дорогой гость.

Я медленно села на пол и протянула руки к сапогам. Один, второй. Я никуда не спешила, потому что после сапог все равно придется возвращаться к штанам. А Охотник тем временем послушно приподнимал то одну ногу, то другую, но хитрого взгляда не сводил.

Когда с обувью было покончено, пришлось вновь подниматься и все же тянуть руки к застежкам. Одна пуговка, вторая, третья. Ну почему же их так мало!

Штаны легко слетели с бедер, представляя моему взору все то, что обычно скрыто от посторонних глаз. Я лишь мельком взглянула на чуть возбужденный пенис и тут же отвернулась, делая вид, что ищу полотенца.

Не стану скрывать, что Охотник был далеко не первым обнаженным мужчиной, которого мне доводилось видеть. Все же в борделе всякое бывает, в том числе и через чур разгоряченные гости могут выйти из комнаты в чем мать родила. Но впервые я видела обнаженного мужчину наедине.

Весь он – от кончиков взъерошенных темных волос и до самых ступней – был прекрасно сложен. Без единого грамма жира, только мышцы и сила. Охотники другими и не бывают. Они с юных лет, как только поступают на службу, неустанно тренируются физически и умственно.

Охотник, заметив мои метания по комнате, не стал дожидаться пока я снова подойду и медленно опустился в горячую воду. Я тут же принесла свернутое полотенце и осторожно подложила под шею. Он откинул голову на мягкую ткань, сполз поглубже и довольно улыбнулся.

– Что-нибудь еще желаете, господин? – осторожно спросила я, стоя над головой и стараясь не смотреть на темное пятно под водой в середине ванны.

– Конечно. Помой меня, – последовал невозмутимый ответ.

Ну, это не сложно. И можно растянуть надолго.

Я покорно села рядом на тканный коврик, смочила небольшое белоснежное полотенце и нанесла несколько капель ароматного масла. Осторожно обмотав ее вокруг волос мужчины, взялась за второе.

Я намеренно медленно водила ароматной тканью по плечам, стараясь не пересекаться взглядом. Он все время следил за мной, но ничего не говорил. Просто наблюдал, как я касаюсь его тела, краснею и не смею посмотреть.

Не так уж и сложно не смотреть в глаза, когда прямо передо мной прекрасная впадинка под шеей. Ею можно любоваться бесконечно долго. Особенно сейчас, когда он положил руки на края ванны, отчего ямочка стала еще рельефнее, утопая в плену ключиц.

Покончив с плечами и грудью, я сняла полотенце с влажных волос и нарочито медленно вытирала их от пыли. Ох, если бы можно было помыть каждый волосок по отдельности, я бы так и поступила.

Но мужчина не оценил медленного подхода. Он поддался вперед, подставляя широкую спину. Только сейчас я смогла разглядеть несколько глубоких шрамов, изуродовавших нежную кожу. Меч или кинжал когда-то оставили память о себе.

Когда и со спиной было покончено, Охотник грузно поднялся из воды и предстал передо мной в полный рост. По упругому телу бесстыдно стекали ручейки крупных капель, повторяя изгибы мышц. Прямо над моей головой красовался его пенис, который не собирался успокаиваться, а лишь больше набирал силу.

Пришлось вставать с пола, чтобы дотянутся до живота и не сгорать от стыда при виде возбужденного полового органа. Возможно, если бы сейчас с нами в одной комнате были другие девочки, мне бы не было так неловко. Но мы двоем и до самого утра без приглашения никто не войдет.

И от этого осознания внутри меня страх боролся с предвкушением неизвестности. Я не знаю, что будет дальше. Я не знаю нежен ли он или груб, заботится ли об удовольствии дамы или думает только о себе.

Из болтовни девушек я знаю почти все о поведении мужчин в постеле. Но не представляю, кто же достался мне. Остается лишь надеяться, что зная мой секрет, он поступит разумно и не сделает слишком больно.

Рука с полотенцем медленно опускалась по животу, стараясь как можно дольше не касаться интимного места, из которого прямо на меня смотрел готовый к удовольствиям член. Не знаю считается ли он большим или маленьким, но по мне так просто огромный. С выпуклыми венками, с розовой головкой, что не просто просит, а уже требует ласк.