Развод в 47. Вторая семья предателя

Глава 1

– Ты зачем на ребенка кричишь? Думаешь, это выход? – говорю я мужу, наблюдая за тем, как он, стоя у зеркала, поправляет галстук.

– Наш сын не ребенок. Он уже совершеннолетний парень. Который, к слову, характером пошел точно в тебя… Ни хрена не понимает.

– И что же я не понимаю?

Никаких эмоций с моей стороны. Потому что к грубости Ивана я привыкла. Стиль общения у него такой. И муж никогда не пытался его исправить. Даже приятная речь из его уст всегда звучит как раздраженный рокот.

Муж наорал на нашего сына за то, что тот попал в ДТП и разбил машину. Ваня не понимает, что все могло обернуться куда хуже… Даниил мог даже инвалидом стать! Мы должны радоваться, что все обошлось, что никто серьезно не пострадал. Но вместо этого муж устроил скандал. Полагаю, его разозлило, что на счету Даниила это уже вторая авария.

– Все, что я делал тебе во благо, ты принимала в штыки.

– Ты до сих пор считаешь, что продать мой офис – это нормально? У тебя достаточно ресурсов, чтобы выпутаться из паутины, куда ты сам себя загнал! Это были не мои проблемы. Но из-за тебя я лишилась почти всего.

– Да брось, Карина, – муж разворачивается ко мне и насмешливо продолжает: – Тебе же хорошо жить на мои деньги. Чего ты опять начинаешь?

Я усмехаюсь его словам. Бесит.

– Ты меня предал в тот раз. Из-за детей я тебя простила. Но порой мне кажется, что зря.

– Опять начинаешь… – Ваня подходит ближе и, сжав мой подбородок, заставляет поднять голову и посмотреть ему в глаза. Они у него темные, почти черные. – Чего тебе не хватает, а?

– Уважения. У тебя бизнес, ты хорошо зарабатываешь, отправляешь мне деньги… Раз в месяц. И каждый месяц ты озвучиваешь это вслух при всех, будто делаешь мне одолжение! Ты забываешь, Ваня, что я твоя жена. И ты обязан меня обеспечивать.

– Придумываешь то, чего нет, – цокает муж. – Хватит, а? Ты мне надоедаешь, Карина. Я мужик и могу говорить все, что хочу.

Сделав шаг назад, снова усмехаюсь. Даже глаза закатываю, давая понять, как он бесит меня.

– Ты мужик, да. И ты обязан обеспечивать семью, а не обращаться так, будто мы тебе что-то должны. Ты нас попрошайками считаешь или как?

– Хватит, – гаркает муж. – Что тебе не нравится, а? Деньги есть? Есть! Значит, заткнись и будь послушной, мудрой женщиной. Хватит делать мне мозги по каждому мелочному поводу!

Взяв флакон с парфюмом, Ваня распыляет его в воздух, а потом проходит сквозь облако аромата.

– Я не пыталась их тебе сделать. Это ты ведёшь себя как школьник, – бросаю уже ему в спину и вслед за мужем покидаю нашу спальню.

Мы спускаемся на первый этаж. Иван молчит, я тоже, не желая, чтобы наши споры услышали дети.

Словно откликнувшись на мои мысли, из кухни выходит Даниил, а за ним и Катя.

– Привет, – здоровается дочь и берет с дивана свой рюкзак. – Я побежала, мам, пап… До вечера.

Даня смотрит на отца виновато. Мне жаль сына, потому что… Ему плохо. Столько всего Ваня в его адрес наговорил, что самой тошно стало.

– А ты чего встал? Деньги нужны? Опять закончились?

Даниил кивает.

– Пап, я найду работу. Обещаю.

– Конечно найдешь. Когда не сможешь за бензин платить.

– А с тачкой что? – Даниил нервно сглатывает. Явно ждет, что отец вновь начнет орать на него. Но к машине сын привык… Уже не может без нее. Поэтому пойдет на все, чтобы добиться хоть какого-то ответа.

Ваня поджимает губы. Его грудь тяжело вздымается. Муж злится, но эмоции контролирует. Видимо, потому что я в комнате ругалась. Нельзя так обращаться со взрослыми детьми. Даже если они совершают ошибки.

– В последний раз, Даниил… Ещё раз я увижу хоть какую-то вмятину, ты лишишься своей ласточки.

– Спасибо, пап! – широко улыбнувшись, сын расправляет плечи. – Деньги скинешь на карту?

– Не испытывай мое терпение! – рявкает муж. Сын переводит взгляд на меня. Украдкой киваю, показывая, что я отправлю ему денег.

– Не опаздывай, Дань, – говорю. – Иди. Машину отремонтируют в кратчайшие сроки. Папа обещал.

Перевожу взгляд на Ваню. Он скрипит зубами.

Сын уходит, а Иван снова закипает.

– Какого хрена ты за меня что-то решаешь?

– Это плохо? Ты когда-то тоже за меня решил. Чтобы спасти свой бизнес, пожертвовал моим. А я всего лишь хочу, чтобы дети не расстраивались. Хватит, Ваня… Веди себя как настоящий мужчина. Как нормальный любящий отец. Мне порой кажется, что ты любишь кого угодно, но только не свою семью! Может, у тебя есть другая?

Я, конечно, преувеличиваю. Возможно, несу бред. Но… Всего на мгновение мне кажется, что Иван бледнеет, его лицо словно серым становится. Однако спустя долю секунды муж приходит в ярость.

– Порой мне так хочется избавиться от вас! Потому что ничего, кроме проблем, вы не создаете. Задолбали!

– На то и нужен мужчина, чтобы обеспечивать семью, заботиться о близких и решать их проблемы!

– А нельзя просто жить? Идите, ищите себе работу! И сами о себе заботьтесь!

– Я с удовольствием заботилась бы о себе и детях! Но ты уничтожил все, что у меня было!

– Боже, Карина! У тебя был всего лишь небольшой офис! Хорошо, что ты не какой-нибудь крутой бизнесмен! Иначе…

– Хорошо, что ты не можешь подняться ещё выше, – перебиваю я. – Иначе считал бы нас ничтожеством, а не членами семьи! Если я с тобой, то только из-за детей! Не забывай!

Разворачиваюсь и уже хочу уйти, как слышу в спину:

– Больно нужна ты мне.

– Смотри, не пожалей о сказанных словах.

Поднимаюсь к себе, беру телефон. Ещё утром мне звонила сестра. Они с Сергеем несколько дней провели в нашем городе, занимались рабочими вопросами. Мы встречались буквально вчера. Сегодня они уже должны были вернуться домой.

Ира отвечает сразу:

– Карин, родная…

– Привет. Уже улетели?

– Да, мы в аэропорту. Только приземлились. Ты как?

Выдыхаю, едва сдерживая порыв заплакать.

Мы с сестрой очень близки. Секретов друг от друга нет. Она в курсе, что наши с мужем отношения давно держатся на волоске, но никогда не лезет с вопросами. Знает, что я сама ей все расскажу, если что-то будет волновать. Но не в этот раз. Мне не хочется нагружать сестру своими проблемами. Она только-только избавилась от своих и начала дышать полной грудью.

Однажды Ваня предал меня. Воспользовавшись доверенностью, полученной от меня много лет назад, муж продал мой офис, чтобы спасти свой бизнес. У меня была истерика. Весь мой труд пошел коту под хвост.

А потом я узнала, что у него есть другая…

Мы были на грани развода. Муж умолял, чтобы я не уходила. Клялся, что больше так не поступит. Говорил, что совершил огромную ошибку и признает ее. Дети тогда учились в седьмом классе. Из-за них пришлось простить его и начать все заново.

Да, чувства давно не те, конечно, но все же… Мы семья. Прошло пять лет, ничего не изменилось. Ваня мой муж, я его жена. Спим вместе, просыпаемся, общаемся. Однако я никак не могу забыть его двойное предательство.

И да, я могу все начать заново. Точнее, уже два года как начала, но в столице. Несколько раз в месяц улетаю в Москву, а тут, в Питере, из дома всем управляю. Иван не знает, потому что бизнес изначально оформлен на мою маму. Я не хотела снова наступить на те же грабли. И да, могу вообще не получать от мужа денег, но тогда возникнут вопросы. А мне так легко – когда он не в курсе.

Порой кажется, что Иван – родной брат Алексея, бывшего мужа моей сестры. Тот тоже не переваривал, что Ирина успешная и хорошо зарабатывает. В итоге они развелись и не прошло и пары месяцев, как Леша все потерял и попытался вернуть к моей сестре, пожалев как собака. Просил прощения. Но Ира его, естественно, не простила. Более того, в ее жизни к тому моменту появился такой шикарный мужчина, что я ей по-доброму завидую.

Я бы сейчас тоже не отказалась от развода. Потому что семья не должна быть такой… Муж не уважает ни меня, ни детей. Не ценит. В его жизни первое место занимают деньги.

Катя с Даней в этом году поступили в университет. Я как-то намекала, что они могут перевестись в Москву, что там есть очень хорошие учебные заведения, однако дети отказались. Потому что у сына тут девушка, а у дочери… Кажется, тоже отношения.

Без них же улететь не хочу. Знаю, что Ваня превратит их жизнь в ад. Не могу я этого допустить.

Какая дикая ситуация, однако…

Хочу наилучшего для детей, а они отказываются, выбирая своего отца и, по сути, чужих им людей, которых, как им кажется, они любят.

– Все хорошо, сестрёнка. Слава богу. На следующей неделе прилечу, поговорим. Ты мне так и не сказала, когда вы собираетесь пожениться.

– Цыц, – смеется Ира. – Обещаю, что ты самой первой обо всем узнаешь. Давай, родная, перезвоню вечером.

Переодеваюсь и звоню своему мастеру, сообщаю, что приеду на маникюр. Салон красоты находится неподалеку от компании Ивана. Наверное, надо было вместе поехать, но я не хочу лишний раз с ним цепляться. Устала.

По дороге набираю маму по видеосвязи. Заодно общаюсь и с папой, который сразу же понимает, что со мной что-то не так. Что я на нервах. Но у меня получается отбиться. Обещаю родителям прилететь в ближайшее время в гости и отключаюсь.

Не забываю скинуть деньги на карту сына.

В груди будто камень образовался. Мне так больно за Даню. Я просто к такому не привыкла. Когда мы с сестрой учились в университете, папа без лишних вопросов давал нам деньги. Не отчитывал, не ругал, даже когда я, будучи на втором курсе, разбила его же машину, возвращаясь домой на высокой скорости. Тогда Ира чуть не пострадала. Но, слава богу, все обошлось легкими ссадинами и поломанной машиной. И сейчас, глядя на то, как реагирует на похожую ситуацию Иван, хочется забрать детей и свалить отсюда. Жаль, что они против.

Заметив машину мужа, я выруливаю в сторону супермаркета, где вижу свободное парковочное место. Выхожу и сразу нахожу его авто глазами. Он что, в торговый центр собрался? Зачем?

На моих глазах муж покидает салон и открывает заднюю пассажирскую дверь, откуда вылезает девочка лет десяти. А с другой стороны из машины выходит женщина. Высокая худая блондинка.

Какого черта?

Девочка что-то говорит Ивану, а он, улыбнувшись, наклоняется и целует ее в макушку. Какая милота, однако. Не видела, чтобы муж к Кате такую нежность проявлял.

Интересно…

Подхожу ближе, замираю позади черного джипа в надежде услышать хоть что-то. Из-за шума машин приходится максимально напрягать слух.

– Ванечка, я хочу в ювелирный магазин заглянуть. Ты не против? Для дочки купить цепочку. Она давно просит…

– Покупай все, что она пожелает, – отзывается мой муж.

У меня шок.

Это… Это что, его дочь?

Его вторая семья?

Серьезно?

– Спасибо, папа! – хлопнув в ладони, громко говорит девочка. И эта фраза, звонкая и наполненная детской радостью, превращает мою жизнь в руины.

Глава 2

Все пытаюсь понять, что я чувствую. Больно ли мне? Да, больно. Ведь Ваня говорил, что больше никогда не изменит, а получается, много лет наставляет мне рога. Обещал никогда не смотреть на левых баб, но… Как я вижу, он лгал мне всю жизнь.

О его прошлой измене я узнала буквально несколько лет назад, значит, предал он меня гораздо раньше того случая, когда я застала его с другой.

Боже, какая же я дура. Несмотря ни на что я доверилась ему снова. Думала, больше никогда не пойдет налево. Наивная…

Наши с сестрой судьбы почти не отличаются. Разве что у ее мужа не было ребенка от другой женщины. Или же… Просто дело до того не дошло.

Посмотрев вслед этой милой семейке, тихо иду за ними. Нет, я не стану устраивать допрос посреди торгового центра. Не стану истерить и тем самым себя позорить, унижать. Мне просто интересно, куда они пойдут.

И да, первым делом муж со своей второй семьей заходят в ювелирный магазин. Задерживаются там минут на двадцать. И, судя по тому, что женщина разглядывает кольцо на своем пальце, с пустыми руками она оттуда не выходит.

Поднимаются на эскалаторе на третий этаж. Нахожу их в отделе детской одежды. Остановившись в магазине напротив, я прячусь за мужским манекеном и звоню мужу, который сидит на диване, закинув ногу на ногу, и терпеливо ждет, пока его любовница помогает их дочери выбирать обновки.

Иван берет трубку не сразу. Я слышу рингтон его телефона, вижу, как муж оглядывается, будто я могу быть где-то рядом, и только потом принимает звонок.

– Карина…

– Я, да… Хотела спросить.

– Что случилось? – от него веет раздражением.

– Ты где? Что-то слишком шумно.

– На работе, где ещё, – огрызается, встает и выходит из отдела.

– Интересно… хорошо, дома поговорим, Ваня.

– Ты что хотела, Карина? Зачем позвонила?

– Поговорить захотелось, но вижу, что ты не в духе. Огрызаешься, хочешь поскорее попрощаться. Что ж… Не стану отнимать твое драгоценное время.

Отключаюсь и быстро ставлю телефон на беззвучный, боясь, что Иван может перезвонить. Снова наблюдаю за мужем. Он что-то цедит сквозь зубы, потом опять оглядывается. Какое-то время стоит неподвижно, будто задумавшись, стоит ли перезванивать мне. Закатив глаза, прячет телефон в карман и возвращается в отдел детской одежды.

– Пап, смотри! – читаю по губам девочки. Она в платье нежно-розового цвета. Крутится, пританцовывая и демонстрируя свой наряд.

Боже, как же улыбается ей Иван. Как же смотрит на нее… С такой любовью, нежностью.

Клянусь, в этот момент я его придушить готова. Я никогда не видела, чтобы он так обращался с Катюшей или же Даней.

Телефон вибрирует. На экране номер моего мастера.

– Черт, – выругавшись, выхожу из отдела через заднюю дверь и спускаюсь на первый этаж.

Оказавшись у своей машины, тяну воздух носом. Будто все время, что я находилась в торговом центре, не дышала.

– Да, – отвечаю на второй звонок девушки.

– Карина Сергеевна, вы скоро? Я немного раньше освободилась…

– Да-да, сейчас буду. Пять минут.

Мне нужно остыть. Не хочу ничего натворить на эмоциях.

Пока мастер занимается моими ногтями, прокручиваю в голове, как быть и что делать дальше. Если пойти к Ивану и рассказать, свидетелем чего я стала, он покрутит пальцем у виска и заявит, что я сошла с ума. Выдумываю то, чего нет. Он всю жизнь мне врал, отрицал то, что делал за моей спиной. А сейчас будет честен со мной?

Я сильно сомневаюсь.

Через два часа я снова сижу в своей машине. Некоторое время смотрю перед собой, а потом не выдерживаю – звоню адвокату сестры. Благо он отвечает сразу.

– Сергей, прошу прощения, если отвлекаю…

– Здравствуй, Карина. Я в офис еду, свободен, можешь говорить. Что-то случилось?

– Иры нет рядом, верно? Я просто… Не хочу ее тревожить. Сама толком ничего не знаю.

– Ее нет.

– Сергей, мне кажется, у моего мужа есть вторая семья. Я бы хотела все разузнать об Иване. Уверена, он будет все отрицать, если я вдруг скажу, что видела.

– А что ты видела?

Выдыхаю. Включив наушники, ставлю телефон на подставку и завожу двигатель.

– Я видела его с другой женщиной и девочкой лет десяти, которая называла Ивана папой.

В трубке на несколько секунд повисает пауза.

– Ты же на днях хотела сюда прилететь?

– Да. Мне это необходимо. А сейчас тем более… Хочу с тобой лицом к лицу поговорить.

– Я постараюсь связаться с коллегами из Питера. Но лучше самому приехать, конечно… Что-нибудь придумаю. Дай мне время.

– Спасибо большое! Я… хотела развод уже давно, но не решалась. Видимо это какой-то пинок, – нервно усмехаюсь. – Давно надо было. Но я уверена, что Ваня не даст мне его.

– Почему?

– Не знаю. Но каждый раз, когда мы ссорились, он говорил, что я никогда не смогу от него избавиться.

– Алексей то же самое нес. Не обращай внимания, – хрипло смеётся адвокат сестры, который скоро станет ее мужем. – Никуда не денется ублюдок, если у него действительно есть ребенок от другой. Кто он вообще такой? Отправь мне всю информацию о нем, хорошо?

– Конечно. Спасибо, – шепчу, едва сдерживая эмоции под контролем. Мне плохо, да, но я держусь. Нужно поговорить с детьми.

Попрощавшись с Сергеем, еду домой. Дочь возвращается ближе к пяти и сразу же закрывается у себя в комнате. А Даниил приходит к семи, бежит на кухню.

– Мам, что на ужин?

– Не до ужина было, – сажусь и прошу его сесть напротив. Сын хмурится, но опускается на стул.

– Что случилось?

– Поговорить хотела, – заглядываю в его глаза. – Ты вчера так и не пообещал мне… Что больше не станешь ездить на высокой скорости.

– Ой, мам, не начинай!

– Что “мам”, Даниил? Ты давно не ребенок! Тебе нравится, как отец ругает тебя?

– Ну пусть ругает. В итоге же и деньги дает, и машину чинит.

– Боже, – вырывается у меня с досадой, – Даня, мне кажется, что я тебя сильно избаловала! Ты ведёшь себя как ребенок! Иван прав, нужно самим научиться зарабатывать деньги, а вы только и умеете тратить, не думая о будущем.

– Деньги-то отцовские, Тебе-то что? Да и хватит меня уму-разуму учить. Я просто пожрать хотел, а ты… весь аппетит испортила.

– Постой! – Встав следом за сыном, дергаю его за рукав. – Тут даже не о деньгах речь, а о твоей безопасности, Даниил. Твои игры рано или поздно могут выйти тебе боком. Ты хоть понимаешь это?

Сын выдыхает.

– Ма, понимаю. Просто… В этот раз так получилось. Не смог я справиться с управлением. Ну бывает. Разве ты сразу стала профессиональным водителем? Не думаю. Хватит уже повторять одно и то же, пожалуйста. А насчет работы… Да, папа в последнее время огрызается на все вокруг, поэтому придется попотеть и самому как-то стараться. Найду я, чем заняться.

Облегченно выдыхаю и прижимаюсь к сыну. Он обнимает меня в ответ.

– Я люблю тебя, сынок.

– Мам, ну ты чего? Плачешь, что ли?

Нет, я не плачу. Просто голос сорвался.

Отстраняюсь от сына.

– Мне нужно тебе кое-что сказать.

– Что случилось? – Даниил сводит брови к переносице.

Я шумно сглатываю.

– Мне кажется… Твой отец мне изменяет. Я видела его с другой, Даня. И…

– Ну и что с того, мам? – сын перебивает меня и я не успеваю сказать о ребенке его отца от другой. – Так вы несколько месяцев как кошка с собакой. Неудивительно, что папа пошел налево. Он же мужик, причем видный. Так что повторяю – неудивительно.

– Что ты несешь? – слова сына ввергают меня в шок. – Что ты говоришь, Даниил? Ты в своем уме вообще? Ты хоть себя слышишь?

Я не кричу, не плачу. Говорю ровно, но с такой злостью, что меня трясет.

– Мам, прошу тебя, не драматизируй, а? Что тут такого? Как ни крути, он вернётся к тебе… А будешь устраивать истерики… Папа вообще развод потребует. Оно нам надо? Так что не испытывай его терпение, ок?

– Ты серьезно поддерживаешь его? – не узнаю свой голос.

– А кого я ещё должен поддерживать, мам? Мне нормально живется с отцом. Да, характер у него не айс, но… что поделать. Он мой папа. С ним я точно не пропаду, а вот с тобой…

Глава 3

Шокированная, я смотрю на сына и не верю, что его слова мне не послышались.

Он действительно произнес это. Голос, пренебрежение в сказанном и во взгляде… Все такое нереальное и колкое.

Минуту назад сын обнимал меня, когда я сказала, что люблю его. А мгновением позже больно ударил в грудь своими словами.

– Ты что такое говоришь? – хмурясь, я свожу брови к переносице и стряхиваю с себя этот шок, иначе мыслить нормально не смогу. – Во-первых, с чего ты взял, что со мной ты пропадешь? Откуда вообще такие мысли? Во-вторых, какие к черту деньги? Какая разница, есть они у меня или нет? Почему ты в первую очередь думаешь о них? Я твоя мать. Ты разве не слышал, что я тебе сказала только что? Выходит, на родную мать тебе все равно? Деньги – это все, что тебя интересует?

– Мам, – мямлит Даниил невнятно, – я вообще-то не это имел ввиду. Но если посудить, разве я не прав? Какая жизнь без денег? Учеба, поесть, шмотки…

– Вот как? – Складываю руки на груди. – Получается, если у меня их нет, то и у тебя тоже. Но… так как ты взрослый парень, то должен работать и хоть чем-то помогать матери. А не требовать, чтобы я тебя обеспечивала. Разве не так?

– О-о… видишь? – тянет сын и закатывает глаза. – Вот поэтому я и предпочту остаться с отцом. У тебя вечно столько проблем. С тобой невозможно разговаривать, – фыркает, размахивая руками в разные стороны. В каждом жесте недовольство и непонятное мне раздражение. – Папа хоть поорет, но деньги даст, помогает и больше не лезет. А ты же… лекции читаешь и нифига не делаешь.

– Это действительно то, что ты видишь, Дань?

– Да блин, мам, че ты вечно, а? – Сын отступает на шаг назад и топает ногой, задирая голову к потолку, словно сильно раздражен. – Вот сейчас еще обидься и ваще класс. Я виноват во всех твоих бедах.

– И это мой сын, – разочарованно проговариваю я. Руки опускаются вниз, словно кто-то отнял все силы. – Скажи, твоя девушка…

– Маша.

– Маша, да. Ты ей изменяешь?

– С чего бы это? Я Маху люблю.

– Правда? Почему же ты считаешь поведение отца нормальным?

– Ну, я был прав. Все с тобой ясно. Спасибо за ужин, ма. Обожрался прям.

Сын, психуя, уходит с кухни и, громко топая, поднимается к себе в комнату. Затем слышится разносимый по дому стук закрытой двери.

Все верно. Ответа у Дани нет. Потому что ему нужно, чтобы отец в любом понимании ситуации был прав, ведь с ним «он не пропадет».

– Бог мой, – выдыхаю, прижав руку к груди, и сажусь на стул.

Такое ощущение, что у меня дежавю. Я просто… словно на месте Иры оказалась. Ее Алинка ведь тоже самое вытворяла. Не злорадствуя по этому поводу, я еще тогда подумала, что мои дети так бы не поступили, что… мне жаль сестренку. А оказывается, вся любовь и доброта, материнская ласка и опека вылезли боком именно мне. Не человеку, который их ни во что не ставит, который не умеет разговаривать спокойно больше двух минут, а мне…

Почему мы не видим границ своей любви к детям и так жестоко платим потом? Почему женщины созданы таким образом, что их открытые души потом так жестоко сжигают предательством?

Совладав со своими эмоциями, я встаю и поднимаюсь к Кате, собираясь поговорить и с ней. Открыв дверь, перед этим постучав, я вижу дочь перед длинным во весь рост зеркалом. Она смотрит на себя со всех сторон, облаченная в красивое алое платье, вышитое пайетками.

– Ма, скажи, ведь хорошо смотрится?

– Ты просто красавица, – улыбаюсь дочери в отражении, глядя, как она сияет. – Куда-то собираешься?

– Ага. Синицына устроила вечеринку в честь дня рождения. Я говорила, помнишь?

– Конечно. Забыла, что это сегодня. Поужинать не хочешь?

– Не. Что-то аппетита нет. Может потом, когда приеду.

– Ладно. Хорошего вечера.

– Спасибо, мамуль.

Решаю отложить разговор на другой вечер, чтобы не портить дочери настроение.

Катя целует меня в щеку, пообещав вернуться пораньше, и уезжает на такси.

Я прохожу мимо двери в спальню Даниила и задерживаюсь там на мгновение. Но разочарование в сыне такое сильное, что в итоге я спускаюсь на первый этаж и ухожу на кухню, чтобы помыть посуду и поесть самой.

Иван возвращается позже обычного, но вопросов у меня к нему нет. Потому что знаю причину. Потому что не хочу с ним говорить.

Я сижу перед зеркалом за своим дамским столиком и наношу крем на лицо, когда муж, приняв душ, вытаскивает небольшую спортивную сумку и собирает в нее вещи.

Я молча наблюдаю за Иваном. Рассматриваю мужчину, с которым видела свою старость и многое из того, что уже не сбудется.

Смотрю и не понимаю, как он может быть таким… спокойным? Днем, солгав, что на работе, он ходил по магазинам с женщиной и ребенком. Счастливо проводил время, втаптывая в грязь обмана меня и наших детей. А теперь он здесь. Как будто ничего не было. Как будто все в порядке.

Каким человеком нужно быть, чтобы вытворять такое и не мучаться совестью?

Оставив сумку на полу, Иван подходит ко мне, стоящей теперь у окна. Его руки опускаются на мою талию, а дыхание проходит по затылку и жалит шею в поцелуе.

Внутри пустота. Я вообще никак не реагирую. Но и не отталкиваю.

– О чем ты хотела сегодня поговорить? – Иван кладет голову на мое плечо, прижимаясь еще ближе.

Подавив рвотный рефлекс от омерзения, которое я сейчас чувствую, разворачиваюсь к нему лицом. И из-за этого ему приходится увеличить между нами расстояние. Размыкаю губы, чтобы снова задать тот самый вопрос:

– Где ты сегодня был, когда я тебе звонила?

Мои глаза сужаются в поиске эмоций, но муж как глыба льда. Однако ему хватает совести отвести взгляд.