- -
- 100%
- +
Иначе
Сульфат мечты, оксид удачи
И мелкий дождь в конце весны,
Иначе будет все, иначе,
Оставь на память лишь цветы.
И радикальность уж не в моде,
И новый взгляд на прежний блеск,
Иначе будет все, иначе,
Ну а тебе не надоест.
Прилив энергии к сознанью
Меняет образ аксиом,
Иначе будет все, иначе,
Оставь свой ветхий, старый дом.
Бываешь иногда в Париже
И смотришь на чужих собак,
Иначе будет все, иначе,-
Собаки даже говорят.
Рутиной обросла натура,
И принцип тычет палкой в грудь,
Иначе будет все, иначе, -
Сейчас попробуй отдохнуть.
Слегла прищуренные думы
Терзают на полу гашиш.
Иначе будет все, иначе,
Однажды ты не устоишь.
Послушав сердце непременно,
Не обрекай себя на тишь…
Иначе будет все, иначе,
Ты на своей душе стоишь.
Остыв на вязком катафалке,
Соблазны покидай в мешок…
Иначе будет все, иначе,
Стирай былое в порошок…
***
Следя за черными мечтами,
Теряешь часть любви своей,
Любви мятежной и безглавой,
Что искру садит вглубь очей…
Параллелепипед рёбра продал
И тихо обнажает боль.
Однажды на Земле без фальши
Докажут и твою любовью..
***
Топкий голос на брусчатке
Гиблым стоном ищет мир
Извинение ущербно
Оставляет пропуск в тир..
С верхней полки падал город
Обнесенный ложью дна
Одичалые преграды
Оставляют в сердце страх.
Колкие иголки в теле
Резкость не настроят вновь,
И опавшие симптомы
Падают однажды в кровь.
Глаза на спине
Белозубый и терпкий, как кофе,
Словно ландыш весной на Неве…
Я любила тебя очень долго,
Но порою была не в себе.
В междуречье я думала много,
Будто мыслей вязала клубок, -
Синтетическим розовым шелком
Мне открылся новый порог.
И не знает художник прекрасней,
Ярче, чем картина моя. –
Здесь портрет твой на столике красном,
Подпись ниже: «Любимый, твоя…»
Быль о боли, страдании, слезах
Я забыла – она вся в Неве.
Я тебя навсегда полюбила,
Оттого и глаза на спине.
P.S. Посвящается Санкт-Петербургу…
Раны и камыши
Я – разбитое сердце,
Я – умытая болью,
Консистенции мягкой у трухлявой души.
Я – разбитое сердце,
И подсодраны раны, -
Надоедливо тычут
В раны мне камыши.
Как крупою перловой я засыплю твой берег,
Рисовал адмирал впопыхах, уходя…
Я его не просила,
Верь мне, слышишь, поверь мне!
Он мне море дарил и сошел с корабля.
Мы с закатом проснулись,
Все в клубочек свернувшись,
Очутившись на миг в ранах счастья и лжи.-
Эти тонкие руки и разодраны раны,
Но по-прежнему тычут в них мои камыши.
А болото все тянет и дает нам надежды,
Трупным голосом песни нам лягушка поет.
Это было прекрасно, это было безбрежно,
И обоим нам грубо душу грустью скребет.
Не тревожься, у счастья
Есть особая проба.
Ее ставят на тех, кому сказки нужны.
Я тебя так любила
И была прозаична,
Что забыла, как были мне стихи те важны…
Слишком ярко
Теряя смысл, сущность, небо,
И падая, как водопад,
На дно мечты, где много снега,
Сползаешь со стены наград.
Разрыв сердечной мышцы ярок,
Пусть облачается в кафтан…
И обливает иномарки-
Артериальный будет шлак.
Болей, терзайся, на коленях, -
Весь в ссадинах и синяках
Не принимай себя с повинной -
Добей себя, оставь лишь прах.
Страдай, терпи, пошли все к черту,
И в поле выпей аммиак,
А летом ты сотри всю кожу,
Не понимая даже как…
Волнуйся, убивай живое,
Кричи, царапай, больше бей…
Но ты один лишь в этой луже
Нет места здесь для двух свиней…
Армирование сердца
Армируйте мне сердце, люди!-
Пусть прочным будет и стальным…
От боли убежать и фальши
Смогу я с сердцем лишь таким.
Армируйте мне сердце, люди!-
Конструкцию сердечную пересмотреть
Вам не доставить сложности особой,
А мне так легче будет умереть!
Армируйте мне сердце, люди, -
Продеформируйте меня,
И увеличьте долговечность
Души моей и бытия.
Армируйте мне сердце, люди!-
Материал я выберу сама,
Бетон, железо, камень, может…
Моё же сердце – из стекла.
Армируйте мне сердце, люди!-
Убейте чувства те, что есть,
И превратите чуткий орган в камень…
Так легче боль свою терпеть!
Сердцу
Незаметно скользнули вдаль
Равномерно, по сердцу углем,
И теперь лишь Его жаль –
Ведь оно, как каблук с туфлей
Недосказанных множество фраз,
Недописанных уйма речей…
В эту ночь мой хороший друг
Налепил на Него кирпичей.
И Оно как небесный тигр –
Слышен рык, а угрозы нет.
Я теперь с Ним один на один,
И не нужен теперь свет.
Поломать, разломить, раздробить,
Пожалеть, жизнь вдохнуть в Него можно,
Ну а снова заставить жить
Никого никогда невозможно.
В Каракасе сейчас апрель,
Маскарады ночные ходят
И оно, – ну а в Нем капель
Звонким камнем, упавшим в воду.
Улетел самолет ко мне,
Я звала его страшно долго…
Раз тебе не пристало – верь
И надейся, но делай с толком.
* * *
Пахнет мякотью сырной,
И я вновь чуть дышу…
Я не Уильям Шекспир
И не Кант, а пишу.
Не пейзажи Урала
И Сибири снега,
Не туманный злой Лондон,
Не Аляску пока.
Я пишу о межстрочье между нескольких строк,
Я пишу, что серьезней не давали мне срок…
Очень легким, вприпрыжку, чуть вприсядку шажком
Я поспорила с ветром и с чужим Пирожком.
С виду – славная стать и лазурная даль –
Беспокоит меня в Каракасе февраль.
Но не злой демон Гёте бедокурил во мне,
А простой, но похожий Собиратель психей.
Однородный мой возглас пишет вам обо мне,
О моем эгоизме, о любви, о мечте.
Но понять, кто же сможет столь болезненный ум?
Это Ангел, чьё сердце жаждет ангельских дум.
Мысли о любви
Опустились цепи и оковы
На моих чуть раненых руках,
Ведь усталость черствая сказалась
На любви застывших полюсах.
«Не давайся в руки никому,
Приближать не стоит слишком близко
Никого, ты слышишь никого!» -
На столе оставлена записка.
Болевой оттенок уж прошел,
Но остался отпечаток грусти…
Грусти и обиды на того,
Кто оставил в небе черный сгусток.
Я не обрываю ленты на тебе,
На мосту я, стоя, не читаю,
Ведь люблю, как странно, я люблю!
Но тебя в себе не ощущаю…
Розовая порочность
Скользя по утренним ветрам,
Лечу к забытому герою,
Сегодня он, а завтра я
Положим розы к аналою.
Их аромат, как пенье птиц,
Наполнит душу упоеньем,
А эти колкие цветы
Готовят вазу к омовенью.
Грехи не вылечить тебе -
Они погрязли в тине,
В болоте ужаса и тьмы,
Как иглы в героине.
Порок в тебе неистребим,
Ты в циферблате ноль,
Но не раздам я никому
Твою скупую боль.
Фома не веровал в Христа
И поплатился кровью…
Сегодня он, а завтра я
Положим розы к аналою…
***
Одурманен голод ядом,
Обесчинены мужи.
Не желаю непоняток
Зова «маленькой» души.
Очевидные решенья
Вводят в голову раствор,
Состоящий из асбеста
Слова честного и дров.
Обегать сухую землю
Трижды может быть за день…
Не вернешь былого счастья -
Возвращаться всегда лень!
На растерзанье
Молчаливый каприз.
Тайны ветер проник.
Уходи вглубь себя поскорее.
Не нужны жемчуга,
Я проникну в тайник,
А оттуда – обмажусь елеем.
Ты не ангел, не бес,
Ты как проклятый пес…
Ненавижу за вой на луну,
И за то, что вчера
На могилу мою
Ты поставил цветы поутру…
Заморожу слова
И пески растворю,
Сердце – вырву и кину ко псам…
Ну, чего ты не ешь,
Ты же проклятый пес,
Разорви же его по кускам!
Печаль
Топкий голос в тишине.
Уплывают дали.
Мы с тобой наедине.
Мы с тобой в печали.
Отчего же, милый друг,
Ты тоскуешь дико
По лесам Австралии
Или по индиго?
Может, ты соскучился
По снегам Сибири?
Или по сухим пескам
В сказочном Каире?
Воешь от недуга,
Ты меланхоличен? -
Ты не можешь без меня,
Случай сей типичен.
Ведь я есть все вместе,
Есть твоя Земля!
Ты, мой милый Магадан,
Я печаль твоя…
Панихида любви
Нет…не оставляй дыхание на мне,
Не оставляй следы любви…
Я умираю, как и каждый третий на земле,
Не вижу света впереди…
Оно болит, терзается, чернеет,
Горит, замрёт и вновь горит…
Оно не сердце, уголька остаток, -
Чернеющий осколочек в груди.
Седые мысли обнимают дерзко,
И кислота проела всё нутро…
Все будет хорошо, ведь время лечит,
И время, видимо, моё пришло…
И воском капать на живот младенца,
И красить в яркие тона мой мир пустой,
Бездарно, удивительно трагично,
Я труп, что отхаркнул любимый мой…
***
Полнопорывный детский плач,
За стенами стоит палач…
И яркий хохот бытия
Раздавит ньютоном тебя.
Шагая по невзгодам в час,
Предсказывай себе погоду, -
И может мох на туе тёплой
Опишет всю твою тревогу.
Мельчает мужество, отвага,
А женское начало-пыль!
Меняет с гордостью фальшивой
То, что зовем с тобой «кумир».
И Комильфо – уж шоколад лишь,
Порядочность ищи не здесь, -
А там, где нет финансов и карьеры…
– Будь завтра там, на месте, в шесть!
Огнеупорный циник бродит
По шелковым долинам лжи…
Теперь с тобою, Homo Ludens
Играть мы будем в баклуши!
Пол любви
Ты – бездна, боль, кочующая в студне,
Ты – опечаленный кричащим воем стон,
Ты – выброс вредный в поисках надежды,
И ты, увы, обезображенный Пигмалион.
Я одичала, верить перестала,
Ты давишь, мерзко давишь и молчишь…
Я одичала, в голове моей лишь шпалы -
Без рельсов я могу попасть в Париж.
Не вымогая, не прося, не плача,
Стою на каменном и ледяном полу,
Мне лед от ног до сердца передался,
И вижу сердце на твоем колу.
И изрыгая пламенные бури
Мятежности, отваги и любви,
Я тихо опущусь на пол из фальши
Я проиграла навсегда в пари…
Любовь иначе
Из убранства лишь кот и пиджак на стене,
Я скучаю по чутким молитвам…
Не желая остаться на этой земле -
Строю конусы и пирамидки.
Перегной перегнил, солнце светит назад,
Полумрак за собой оставляя,
Я влюбилась в тебя лет так триста назад -
И в тебе я с собою играю.
Молча, шаркая мыслью, тихо пишешь письмо
О бездонном, но слабом сердечке, -
А рассказ обо мне и лучах счастья лет
На картине, написанной кистью.
И летя над пером, окунаешься в сон -
Сладкий, темный, как шоколад…
Ты бы видел себя, открывая глаза,
Как ты очень, по-детскому рад.
От любви до любви время много пройдет,
Может век, может каменный год…
Верь, мечтай, даже можешь погладить кота…
И пиджак перевесь в потолок.
***
Отлетели листья от сырой вуали…
Облетело тело ночью Землю всю,
Коротка немного та немая книга,
И весь прошлый вторник снится дежавю…
Переписан белый, черный с феонитом,
Переписан желтый и порой чужой…
Переписан голос твой, ну а мой закрытый,
Ведь сегодня вторник очень неплохой…
Джентльменский галстук брошен на заборе,
И на лавках снятся людям гипносны -
В них не будет счастья, в них не будет горя…
И не будет больше никогда весны…
Тихо колебался тонкий ветер с моря,
Приносивший с жизнью желчный снобизм,
Не мешай же больше никогда наркотик
С коньяком из мысли, жаждущей нацизм…
***
Забвение бессонной головы…
Счастливее бываешь в Лете,
Когда внезапно падаешь в нее…
И от бессонного забвенья,
Зовущего твое нутро.
Во снах лишь ветреных, витая,
Ты озаряешь света бег -
И счастлив иногда бываешь,
Что ты хотя бы человек!
Проверить истину гордыни,
Прелюбодействуя, губя,
Ты сможешь, если не погибнешь,
Бежав от самого себя…
Не отдавай, кому попало,
Всю душу и кусочки головы…
И не люби – не надо рая, -
Останься в разуме тюрьмы.
Небесная решетка
Полынь настоянный я пью,
А горечь чувствую лишь позже,
Когда тебя в себе убью,
А за небесною решеткой буду тоже.
Короче день, мельчают капли,
Что я храню в нагруднике своем,
А помнишь, утро и яйцо восмятку,
Когда счастливее нас были – мы вдвоем.
Пересекая черты и границы рамок,
Я отпускаю старую себя…
Так хочется испить молив Тибета,
Но сделать это надо без тебя…
А за небесною решеткой будет лучше,
Я не сказала проще – будет просто тишь.
Смотря чрез ромбы из небесной влаги,
Порадуюсь, что у тебя малыш…
Иногда
Иногда сижу в тумане,
Иногда на полках,
Иногда я на горе
В розовых иголках.
Иногда пишу стихи о себе любимой,
Хочешь, сказку расскажу о седом дельфине.
Иногда невмоготу, иногда не очень,
Иногда все хорошо, как мне было в Сочи.
Иногда цукат, вино,
Иногда ножи,
Иногда твой ярый взор-
Ты его туши.
Иногда напополам, иногда вразрез,
Иногда душа в карман,
Чтобы не залез.
Иногда короткий флирт, чистый как дитя,
Иногда по рельсам или по путям.
Иногда усталый крик, иногда сакэ,
Иногда немой старик или чебурек.
Иногда полнейший вздор,
Иногда вуаль,
Иногда наш разговор,
Иногда февраль.
Иногда уста в ночи, словно в море шторм,
Иногда твои ключи открывают дом.
Иногда мои слова – ветер по скамье,
Но все чаще я сама иногда в себе…
***
Не слышно плача из тиши,
Она уже устала.
Ей дела нет, как без души
Ее почти не стало.
Ее слова – не ветер, Она не идеал.
Устать от жизни этой
Ей ветер помогал.
Движением колес
Услышано раскаянье,
Но у нее есть пес
С природным обаяньем.
Стальные горы покорила,
И стерты голени души,
Она играла на баяне
В сухой и ветреной тиши.
Услышав плач души усталой,
Укрыла желтый георгин.
Теперь она не та… К финалу
Она, как желтая пустынь…
Окно в пустоту
Окна в тишине полуоткрыты,
И уносит ветром грусть мою.
Я как дверь в раю пока закрыта,
Но молитвы слушаю и жду.
Разбросали под ноги каштаны
И уже не слышно пенья птиц -
Я тебя ждала, но перестала,
Но в душе моей лишь твой абрис.
Как немногословна наша встреча,
Расстоянье мыслей и речей
Говорит о том, что мы как дети,
И наш счет все близится к ничьей.
Новый день поставит скоро точку,
И не нужен будет разговор…
Слезы как лиловые нарциссы
Оставляют в памяти укор…
«Отрекись, пока ещё не поздно!
А не то погибнем от любви».
Окна в тишине полуоткрыты
А в гитаре две всего струны…
Раскопки души
Ошалелые мысли удручают меня -
Они бредом невольным меня наполняют.
Как же хочется сказки и полета на Марс,
Но мечты все быстрей ускользают.
Горы в светлой дали, как тритоны на дне-
Ощутимы слегка, но прекрасны.
Я люблю, и порой слабо тающий снег
Чуть горит и становится ясно…
Уходи, ты же сильный, поверь,
Отлучится на миг – есть мгновенье…
Ведь важнее открытая дверь,
А не замок, разрушенный ветром.
Слышен звон. Отголоски.
Солгала я тебе.
Отпустить и забыть постараюсь.
Уходи навсегда -
Мне не больно теперь.
Я поглубже в себя закопаюсь…
Забвение святых начал
Может, будем мы завтра разговаривать, жить,
Может, будем, тоскуя, судачить.
Но порой забываем, что такое вершить,
Все вершить – значит все переиначить.
Кофе с бренди стоял, где-то ангел упал,
И легенды о греках слагались…
Все начать, все сначала достать и опять
Сделать свой, но святой апокалипс.
Одурманен вожак, триста рыцарей спят,
И не важен уже сей итог…
Миру мир, не иначь,
Ты ударь и забудь…
А на рану повяжешь платок.
***
Уснуть сегодня не придется,
И тень мешает мне себя понять,
Как дико хочется от фальши,
От боли дикой убежать.
Бежать, не зная,где край света,
Где люди, мысли и мечты,
И позабыть про наше лето,
Оставив негу красоты.
Не путаясь в словах и встретив,
Коварный взгляд у ног своих,
Ты не лукавь, а плюнь на это,
Ведь у поэта все, как стих.
Уйди на время от решений,
От жадно заражающих гордынь.
Твоя душа – как кол на сцене,
Ведь ангелы уже в крови.
***
Нелепо обрывать слова,
Что с ветром в унисон…
Неуклюжа немного судьба,
А где-то рядом сон.
Я не свяжу из крапивы
Красивый жгучий холст…
Мне больно – раны так больны,
Как будто долбит дрозд.
Огонь небесного альянса
Не обжигает всю меня…
Хочу, порога всех исканий
Я не люблю уже тебя.
«Дождливо будет завтра», -
Оракул предсказал.
Не будет больше фальши -
Ведь наш пришел финал.
Запах чувств
Поломка сердца означала
Конец усталости слепой,
И сердце наконец-то замолчало, –
А жизнь тут стала вдруг немой…
Белеющий кусочек флага
Он вывесил на грудь свою …
«Сдаюсь, вернись, уйди обратно…», -
Все это разом говорю…
Немецкий запах диктатуры,
Японской вишни аромат
Смешались с дымом коноплиным
И в голове из слов бардак…
А, одичав, никто не нужен,
Никто не спросит, что с тобой,
И ярким пеплом на асфальте
Засыплешь прошлое горой…
Теплеет, держится, лучится
Энергия на склоне чувств,
И запах дыма сигареты
С тобой ассоциируется пусть…
Запах любви
Мускат, перемолотый кофе,
Пот, слезы и дождь проливной
Пусть в Книгах любви оттиск будет
И значить он будет: «Ты – мой».
Вина три бокала, печенье
И ясный желтеющий день,
Пусть будут мои ощущенья
Еще ярче этих вещей…
Щепотка корицы и кожа,
Что поры все вижу твои…
Карат крови, может и больше
Все это – лишь запах любви.
В горах воды, в море белуги
И тысячи теплых грачей,
И лук может даже с селедкой,
Любовью запахнет скорей…
На столике губ отпечаток,
В кармане ее лишь платок,
И номер ее в телефоне
Запахнуть по-новому смог…
Машинное масло плюс сода
И скошенный куст из травы
Тобою запахнет Вселенная,
И я чую запах Луны…
Глаза
Чтобы глаза не тряслись, и не резало болью, -
Я их закрою, я их закрою…
Пусть не забрызгаю плащ своей кровью, -
Я их прикрою, я их прикрою…
Молча читая февральский журнал,
Ты в домино у меня проиграл,
Но отдаю я победу свою, -
Я и без глаз на мосту постою…
Долго невинные ангелы спали,
Руку тебе без ума целовали;
В ярких тонах им привиделся сон:
Ты им на крылья наплавил гудрон.
Прочно, порочно смятение жил -
Боли тебя ведь никто не учил…
Сам закрывай ты очи свои,
Только костры по утрам ты не жги…
Чтобы глаза не тряслись, и не резало болью, -
Я их прикрою, я их прикрою…
Вот – не забрызгала кровью свой плащ, -
Я ухожу, мой любимый палач!
Бабочки
В Тибете бабочек нашли
Счастливых и спокойных…
На крыльях виден след любви
И боли, менее покорной…
На усиках кристаллы слез,
Но не опасных, словно бриллианты,
И рядом с ними букет роз -
Балетные из них пуанты…
Они так радовались свету
И ждали время луж цветных,
Блуждали, не сгорали летом,
Лететь надумали в Париж!
Делились знанием о реках,
О небе, травах и цветах,
Но оказавшись на Тибете, -
Задумались о всех грехах…
Не умоляя боли жуткой,
Рыданий, покаянных слез,
Молились часто, ели постно,
Скитались меж седых берез…
Ты, облачаясь в белые одежды,
Отмеришь время на своем счету…
Порой, что кажется беспечным
Сгорит на собственном свету…
***
Порой ты кажешься мне сном,
В котором я на радуге сижу;
Ты рядом у ресниц моих,
А я тебе любовь вяжу.
Ты – необычный, но родной,
Серьезный и любимый!
Ты – мой один – моей душой,
Надеюсь, укротимый…
Смотря сквозь взор твой, вижу я
Себя совсем малюткой…
Я рада слабой быть с тобой
Без сил и без валюты…
Мы ковш с тобой чугунный разобьем
И мимо мы пройдем ОМОНа,
Мы сможем даже на дорогах
Проехать на пароме.
И с каждым разом все сильней
К тебе я приручаюсь…
Люблю тебя… Люблю тебя…
Я на руках твоих качаюсь…
Нацизм чувства
Накроет силу вдохновеньем
И изотрется та шкала,
По той, что в этот понедельник
Определяли силу зла…
Перебивай свечами ветер,
И кротким взором потупись…
Я не сужу тебя, поверь мне…
Я улетаю снова ввысь…
Теория и практик стонут,
Реальность тихо режет кость,
Качели адские спустились,
Чтобы забрать у смерти трость…
Топи и жди усталой мести…
Не удручайся – жизнь идет!
И у былого конформиста
Симптом анархии пройдет!
Тембр покоя
Печаль растаяла в покое,
И милый отголосок дна
Оставил в сердце кафель зноя
И символ сказочного сна…
Ты сумасшествием почевствуй
Всю вакханалию свою,
И будь любим, и будь небрежен -
Оставь на срок надежду всю…
Воруй улыбки у прохожих,
И оставляй им взгляд ума…
Всепоглощающее чудо
Взрастит любовь внутри… до тла…
Сквозные облака на небе
Летят с тобой с Парнаса в рай,
Не облачайся в негодяя -
Там расположен другой край…
Отрицание
Ток по крови пустил волшебник,
И в жилах пульс летит на юг,
Эксперименты в воскресенье
Опишут душам сердца стук…
Необретенное сознанье,
Неопресневший еще сток.
Не убегай, придвинься ближе,
Теперь мы движем на восток.
Перекрывая чуткость мысли,
И осязая краткость чувств,
Не обольщай собак доверьем,
От зла они приносят грусть…
Топи в небесном цвете боли
И одурачивай людей,
Кидайся ложью и неволей,
И жизнь окажется ничьей…
Робкий шарф
Тихий, чуть липкий, немного в зелёнке,
Раненный солнцем, во вторник, с утра…
Я не смогла, не сумела быть нежной…
Правильным шелком разбавить уста.
Трогай, но тень, оставляя украдкой,
Освободи ты на шее чуть шарф…
Не говори то, что я не сумею,
Правильным почерком выписать штраф.
Тополь на низкой, чуть тоненькой ножке,
Мне не советовал грудью дышать -
Я не сумела, смогу – но не точно,
С нежностью шарф на тебе повязать…
Ропот души
Связать немалые осколки,
И переплавить в шлак души
Не каждый может и не каждый
Положит на спину цветы.
Порой, ослабив рамки чести,
Не оглянувшись, – упадешь
На холст сомнений и безличья,
Где обличен немецкий тост.