Сказания Меннескер. Потерянное сердце

Глава 9. Поднявшие голову

Резкий удар заставил демона свалиться на землю. Сплюнув кровь, Джерт поднял взгляд на капитана Беккер, встряхнувшую рукой, которая только что не слабо проехалась по его лицу. Старший офицер была довольно крупного телосложения, а кулаки у неё были весьма массивны, и удар, нанесённый ими, ощущался, как удар кувалдой по голове.

– Отвечай, где они! Спутники мага исчезли! Куда они направились?! – лицо, только затронутое тонкой сетью морщин, исказилось от гнева, а в тёмных от злости глазах капитана сверкнула сталь.

– Не имею ни малейшего понятия, – прохрипел лекарь.

Демон и вправду не знал, но, если бы и знал, не сказал бы. Он был рад, что чернокнижнику удалось ускользнуть. Демон знал, что этот человек важен для армии дочери Алого короля, и тот факт, что колдун находится сейчас так далеко от основных её сил, говорит о том, что его пребывание здесь наверняка очень важно.

Не сказать, чтобы сам Джерт питал симпатию к Алому королю, ведь отчасти считал его предателем, сначала отправившим своих подданных на войну, а после спутавшимся с королевой людей. Но из двух зол бывший староста выбрал меньшее, да и годы правления короля Гантера были вполне мирными, насколько это позволяла послевоенная обстановка.

Ещё один удар вышиб воздух из его лёгких.

– Госпожа старший офицер, возможно, стоит применить более жёсткие методы? – спросил один из её помощников.

– Приступай, лейтенант, – кивнула женщина, откинув со лба прядь вороных волос. – А я пока переговорю со старостой.

Она покинула небольшую обветшалую избушку, где и велся допрос бывшего старосты. Демон молча поднял глаза на лейтенанта, который собрался продолжить выбивать информацию из пленного, но тут снаружи послышались крики:

– Пустите нас!

– Вы не имеете права держать его там!

Это были местные жители. Недовольные тем, что их лекарь, который долгое время исправно исполнял долг старосты и проявлял заботу о простых людях, подвергается пыткам, точно преступник, они пришли требовать освободить его. Наивные! Что они могут против вооружённого до зубов отряда? Да солдаты попросту сравняют Шиповицу с землёй, если пожелают, думал старый демон.

Однако, несмотря на уверенность в том, что уже ничего не изменить, и он умрёт в этой лачуге после долгих пыток, в глубине души его затеплилась надежда. Бессмысленная, но надежда. Он чувствовал поддержку людей, которых когда-то защитил, и которые теперь отвечают ему тем же.

Думал ли он когда-либо за сотни прожитых лет, что ему будет так приятно находиться в людском обществе, приятно заботиться о них и получать заботу от них же в ответ? Быть может, подобное чувство когда-то поселилось и в душе Алого короля, когда он примкнул к Алексии Железной, будущей своей жене.

– Простите меня, – еле слышно просипел Джерт, когда холодное лезвие прорубило его плоть, точно нож масло, и окровавленный мизинец откатился в сторону. Душераздирающий крик вырвался из лёгких демона, в то время как офицер склонился над ним и потребовал ответа.

– Я… Не знаю, – только и произнёс бывший староста и потерял сознание.

Демон обмяк всем телом и свалился на землю. Офицер раздражённо цокнул языком и бросил остальным:

– Привести его в чувство.

– Господин младший офицер, – сказал один из солдат. – Полагаю, он действительно не в курсе того, где находится маг и его спутники.

– Полагать будешь перед капитаном, – процедил лейтенант. – Нам было приказано добыть информацию – и мы её добудем! А, если, в итоге, ты окажешься прав, то от него, – он пнул ногой бессознательного демона, – избавимся за ненадобностью. Все равно он помогал чёрному всаднику.

Тем временем снаружи столпилось немало людей: казалось, вся Шиповица собралась у заброшенной лачуги, чтобы вернуть себе господина Джерта. Солдаты сдерживали недовольных, грозясь применить оружие в случае неповиновения, но долго ли ещё будут опасаться люди направленных на них алебард?

За всей этой суматохой никто не обратил внимания на меннескерскую кошку, которая довольно мурлыкала, наблюдая за этим зрелищем. Возможно, её просто забавляла вся эта нелепая пёстрая толпа, а может… Может, она увидела в этом неплохую возможность.

***

Что в деревне что-то происходит, было заметно уже на подъезде к ней. Обведя вокруг пальца рыскающий поблизости патруль и подобравшись к поселению, Вайд нашёл укромное место, где вся троица и остановилась, чтобы перевести дух. Чернокнижник ещё пошатывался от усталости, но ни единой жалобы не слетело с бледных тонких губ. Подобная стойкость, конечно, вызывала у бывшего генерала демонов некое уважение, но в текущей ситуации его гораздо больше заботило, что же будет, если этот колдун из-за своего состояния возьмёт да и лишится сознания посреди погони, или ещё хуже…

Мотнув головой, чтобы прогнать дурные мысли, Вайд прислушался: голоса местных жителей сливались в единый гул, однако ещё можно было различить отдельные фразы, и они казались демону странными и даже противоестественными для его нутра.

– Отпустите его!

– Вы не имеете права держать его там!

– Освободите господина Джерта, изверги!

Очевидно, речь шла о бывшем старосте, который ныне занимал пост лекаря, и также очевидно, что все эти люди были на его стороне. Они готовы бороться за него, и это казалось Вайду чем-то неестественным. За почти три сотни прожитых лет он насмотрелся на то, с какой жестокостью люди относились к представителям его расы. И на то, как его сородичи отвечали, зачастую, ничуть не менее жестоко. А этот демон ещё и был среди тех, кто изначально заявились в деревушку как захватчики. Так откуда такая привязанность местных к нему? Откуда такая поддержка?

В его памяти возник образ Алого короля, которому демон был некогда беззаветно предан, ведь они оба разделяли ненависть к людям. Однако в какой-то момент что-то надломилось в Гантере, что-то заставило его усомниться в том, что он делает. И эта слабость стала той трещиной, из-за которой впоследствии все то доверие, все уважение, что Вайд испытывал к нему, в одночасье рухнуло.

Их разговор он помнил столь хорошо, точно он был только вчера.

Они шли по заснеженной деревне, сгоревшей дотла. Белое покрывало не могло полностью скрыть обугленные стены домов, обожжённые тела, разбитую утварь. Словно кто-то отчаянно пытался скрыть от посторонних глаз место преступления, но, увы, безрезультатно.

– Завтра мы уже подберёмся к перевалу, за которым лежит Монтис, – сказал Вендар, глубоко вздохнув, и лицо демона озарила улыбка. – Ещё немного, и королева падёт к нашим ногам. С удовольствием понаблюдаю за страхом и отчаянием в её глазах.

Только теперь демон осознал, что король отстал и стоит на месте. Обернувшись, Вендар вопросительно вскинул бровь. Алый король был ещё бледнее обычного, а взгляд его словно был направлен куда-то сквозь генерала.

– Что-то не так? – спросил Вендар, и король демонов словно пришёл в себя.

Последовавший ответ вогнал демона в шок:

– Имеем ли мы право на это?

Генерал непонимающе мотнул головой:

– Я не расслышал, на что?

Гантер развернулся и, присев, подобрал что-то с земли. Маленькая тряпичная кукла, местами обуглившаяся в пожаре и уцелевшая лишь чудом, выглядела неказисто и даже нелепо. Было видно, что её делали из того, что имелось под рукой: вероятно, семье не хватало денег на дорогие игрушки, которые можно было купить у городских умельцев.

Алый сжал в руке чудом уцелевшую куклу и сказал:

– Убивать тех, кто так похож на нас.

Какое-то время оба простояли в тишине, король с полным выражения скорби лицом, а генерал – с недоумением.

– Это война, ваше величество, – строго сказал Вендар. – Невинные будут гибнуть. И на вашем месте я бы переживал больше за потери с нашей стороны, чем за жизни наших врагов. Именно демоны всегда правили континентом, тысячи и тысячи лет, пока не заявились треклятые драконы, а люди не подняли восстание! Мы лишь восстанавливаем справедливость и возвращаем то, что было нашим по праву!

Король ничего не ответил, но с тех пор что-то кардинально изменилось в его взгляде и надломилось в душе.

– Ты как? – Арей положила руку на плечо демона, отчего тот вздрогнул.

– Все в порядке. Не считая того, что нас ищут цепные шавки капитана, а мы прячемся чуть ли не у них под носом, – пожал плечами Вайд.

Несмотря на внешнее спокойствие, демона обуревало море эмоций. Воспоминания вновь нахлынули на него с новой силой, пробираясь своими цепкими пальцами все глубже и глубже в душу.

Детство, смерть отца, одинокие скитания на улицах… Кричащие и показывающие на него пальцем человеческие дети, выкрики: «Остроухий урод! Убирайся!» Ноющее от побоев тело, страх. Стража и побег… Все сливалось в единый поток воспоминаний, который уносил его прочь отсюда. Видимо, Арей все же уловила что-то в его словах и, взяв демона за плечо, развернула к себе лицом:

– Точно? Мне кажется, ты что-то недоговариваешь.

Бой с королевой драконов… Предательство своего короля, ощущение триумфа и вскоре – стремительного падения. Боль, пронзающая все тело, и отчаянные попытки выжить. Разверзнувшаяся тьма, магия, струящаяся в последний раз по телу, и тёмная фигура в плаще, капюшон которой скрывает бледный волчий череп с горящими глазами…

– Да, хомячок, можешь не беспокоиться, – улыбнулся было демон, но вместо улыбки злобно оскалился.

Девушка ничего не сказала, просто молча взяла его за руку и крепко сжала. И, о Боги, как же он был благодарен ей за это! Сковавший душу ледяной страх, навеянный жутким образом, отступил, словно тепло драконьей крови через прикосновение передалось и ему, сжигая жуткие тени, следующие за ним попятам.

– Тс! – Вайлонд прижал палец к губам и кивнул куда-то в сторону.

На них смотрела своими зелёными, горящими в темноте глазами меннескерская кошка, покачивавшаяся длинным хвостом. И её моментально узнала вся троица.

– Риса? Где твоя хозяйка? – спросил на Первом языке Вайлонд, посмотрев кошке в глаза.

Та махнула хвостом и побежала куда-то в сторону, к востоку от поселения. Переглянувшись, вся компания решила следовать за ней. Чем дальше их уводила кошка лавочницы, тем гуще становились лесные заросли, припорошённые тонким снежным покрывалом. Вайлонд пару раз чуть не упал, запнувшись о корни деревьев, но мага вовремя подхватили с обеих сторон демон и принцесса драконов. Фамильяр чернокнижника тревожно заржал, когда его хозяин в очередной раз покачнулся и чуть не свалился в кусты.

– Может, стоит отдохнуть? – спросила Арей, глаза которой обеспокоенно замерцали в тени деревьев.

– И попасться в лапы солдатам? – хмыкнул Вайд.

– Согласен, – просипел маг, прокашлявшись. – Времени терять нельзя. К тому же… – он прищурил белесые глаза, словно вглядываясь в даль. – Мне кажется, мы уже почти пришли.

Вскоре они и вправду вышли на небольшую полянку, где и расположилась лавочница, нервно мерившая землю широкими шагами.

Аделаида, уперев руки в бока, окинула всех пришедших оценивающим взглядом и удовлетворенно кивнула:

– Вроде бы все целы и, о чудо, кажется, никто из вас не привёл за собой хвост. Значит, можем отправляться.

Вайд поджал губы, когда чернокнижник сипло сказал:

– Мы должны разобраться с этим отрядом.

Однако следующего от рыжей лавочницы никто не ожидал. Подойдя к магу, она потрясла в воздухе указательным пальцем и наставительным тоном, точно взрослый, журящий ребёнка, сказала:

– Вот уж нет, молодой человек! Довольно твоих «героических» выкрутасов. В таком состоянии я тебя к Шиповице не подпущу: и не надейся.

Только чернокнижник хотел возразить, как женщина опередила его:

– Мы уже оказались достаточно удачливы в том, что вас троих не поймали. Я понимаю, что тебе хочется помочь тому демону, – заметив, что Вайлонд собрался возразить, добавила женщина. – Однако мы мало что можем сделать. Разберёмся с отрядом (если, конечно, разберёмся), и деревню попросту сравняют с землёй другие солдаты, присланные из столицы. Не сможем разобраться – будем все схвачены, и тогда весь план по освобождению королевы пойдёт прахом. Ты этого хочешь, Мэриан?

Вайлонд свёл брови к переносице, но впервые не нашёл, что возразить. Возможно, из-за чрезмерной усталости и болезни, а может, аргументы лавочницы его убедили.

Вайд наблюдал эту картину со стороны, но мысленно он все время возвращался к Шиповице. Толпа людей, требующая отпустить демона, была чем-то неправильным, однако было и что-то ещё во всем этом…

Надежда. Это, к удивлению бывшего генерала только сейчас дошло до него. Если есть ещё подобные люди и подобные места в Ланд Меннескер, где вечно враждовавшие народы готовы заступаться друг за друга, то дочь Алого короля уже победила. Неважно, сколь сильно будет сопротивление узурпатора, неважно, как долго продлится это противостояние, но оно склонится в её пользу. И, если так оно и есть, то Гантер…

– Был прав, – тихо сказал Вайд себе под нос.

Он поднял взгляд на спорщиков и уже куда громче добавил:

– Мне кажется, наше вмешательство даже не понадобится.

Все тут же обратили на него взгляды. Демону было сложно произносить эти слова: что-то внутри словно мешало ему высказать это, что-то не давало ему признать нечто подобное. Ведь таким образом он признал бы своё поражение в противостоянии с Алым королём окончательно.

Арей легко дотронулась кончиками пальцев до его ладони, и демон крепко сжал её руку, более ничем не выдав своего волнения.

– Я полагаю, ты уже знаешь, что происходит в деревне, – обратился Вайд к Аделаиде. – Местные недовольны новым старостой, недовольны присутствием отряда особого назначения. И я готов поспорить, что они сами выступят против солдат, пусть силы и неравны. Они готовы защищать господина Джерта, готовы подать голос, который, если и не будет услышан в столице, то хотя бы поможет им отстоять то, что они считают правильным.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Речевые особенности варгров в данном случае могут проявляться различными способами: в виде нечёткого произношения/пропуска гласных в начале слова или интонационного выделения первой гласной и второй идущей за ней буквы в слове. Также буква «г» в конце слова чаще всего трансформируется в «х». «Ф» в словах звучит как «хв», а местоимение «что» – как «што» с характерным присвистом в «ш».