Хроники загадочного Острова, или Файолеана

Письмо Олле Веруса

Пожилой, которого Яник и Эльта приняли за одного из матросов, оказался боцманом. Когда они поднялись на борт «Альбатроса», он велел им подождать, а сам ушёл к капитану. Матросы на палубе глядели на них с любопытством.

Вскоре за ними пришёл вестовой и повёл вниз по трапу, а потом через длинный коридор, отделанный тёмным деревом, в капитанскую каюту. Войдя, они остановились у дверей. Вестовой ушёл. Увидев капитана, Эльта сразу подумала: «Какой строгий!» То же самое подумал и Яник. Капитан «Альбатроса» был немолод, с заметной проседью в волосах и седыми усами, но при этом строен и подтянут. Весь его облик сразу наводил на мысли о порядке и дисциплине. Лицо его словно начертили по линейке: прямой нос, тонкие губы. Глаза смотрели твёрдо и требовательно.

– С кем имею честь? – спросил он, внимательно разглядывая их.

– Яник Стир. А это Эльта Подер.

– Олле Верус, капитан «Альбатроса», к вашим услугам. Что вам угодно?

Яник и Эльта переглянулись, и заговорила Эльта:

– Мы друзья Эймера. Зимой я побывала на Острове – Каус и Эймер привезли меня туда. Эймер предупреждал, что с Острова ничего нельзя брать. Но когда я уходила, совсем забыла, что нашла на берегу камень. Положила его в карман, забыла и забрала с собой… А он оказался волшебным.

– В Гайстуне мы заметили, что за нами следят какие-то тени, – прибавил Яник. – Беласко угрожал Эльте, и мы решили, что это он их подослал. А сегодня увидели, что он ищет нас, и убежали.

– Мы боимся, что это из-за камня…

– Так вот что ты прячешь в кармане, – сказал капитан, не сводя с Эльты глаз.

– Откуда вы узнали? – опешила она.

– С момента, как ты сюда вошла, ты поминутно опускаешь руку в карман платья, словно боишься, что он исчезнет.

Эльта протянула камень капитану. Его лицо стало заметно серьёзнее.

– Волшебный, говорите? А в чём это выражается? Сядьте и расскажите.

Они сели на стулья возле широкого стола, капитан расположился напротив. Яник и Эльта начали рассказ. Капитан внимательно выслушал, разглядывая камень, а потом спросил:

– Вспомните, вы хоть раз видели эти тени, когда камень был при вас?

Эльта и Яник подумали и одновременно ответили:

– Нет.

– Точно нет! – воскликнул Яник. – Ты впервые увидела тень после того, как я забрал у тебя камень! Потом я его тебе вернул, и на моём дне рождения камня не было. Ты же не брала его с собой?

– Нет, он оставался у меня дома, в шкатулке.

– Вот! И в день отплытия ты тоже не видела никаких теней, а я видел их дома, ведь камня у меня не было!

– А сегодня я ждала, что тени появятся, но ничего не заметила! И я их не чувствовала! Значит, камень их отгоняет?

– Как здорово! – восхитился Яник.

Капитан обдумывал что-то, нахмурив брови. Затем уточнил:

– Вы, конечно, обсуждали между собой этот камень, его цвет и свойства?

– Да, часто… Много раз.

– И камня при вас в это время не было?

– По-разному… Мы не раз говорили о камне и в школе, и по дороге из школы, – вспомнила Эльта. – Я не брала его с собой в школу… И в гостях у Яника говорили… Господин Верус, а что это значит? Что нам теперь делать?

– Это всё очень серьёзно, – ответил он. – Вам обоим необходимо как можно быстрее попасть на Остров, рассказать обо всём королеве и передать камень ей. Конечно, я могу сейчас забрать его и отпустить вас, но тогда вами займётся Беласко – по двум причинам: во-первых, Эльта нарушила закон Файолеаны, а во-вторых, Беласко очень нужен этот камень. Самое разумное для вас – остаться на «Альбатросе». Мы как раз идём на Остров.

Эльта всё время представляла, что сейчас творится с Бетинкой, как она в панике ищет их повсюду и плачет. Без них она, конечно, дальше не поедет, останется на острове Трод, будет искать их и ждать до последнего… Эльта вспомнила, как Бетинка старалась их порадовать, и сама начала плакать.

– Это что ещё за наводнение? – спросил капитан.

– Бетинка… Что делать с Бетинкой? Мы ведь не можем вот так исчезнуть, надо хотя бы подать ей весточку! Она там ищет нас, с ума сходит! Мы с ней ехали в Лакину… К ней в гости… Это моя кузина…

По лицу Яника Эльта поняла, что он думал о том же самом.

– Да, надо обязательно ей сообщить. – Яник вздохнул. – Бетинка хорошая…

Капитан покачал головой:

– Опасно. Беласко узнает.

– Ну и пусть узнает! – вспыхнул Яник. – Это всё из-за него! Хорошие люди страдают! И мне кажется, он всё равно узнает рано или поздно.

– Правильно кажется… Подождите, как вы сказали? Бетинка? А как её фамилия?

– Она недавно вышла замуж, – всхлипнула Эльта. – По мужу – Арлик, а девичья – Ветон.

– Выросла в Тейте?

– Да… Вы её знаете?!

Взгляд капитана потеплел. Он взял бумагу, быстро написал короткое письмо, позвал вестового и протянул ему конверт:

– Немедленно отвезти это письмо на «Косатку» и доставить лично в руки пассажирке Бетинке Арлик. Не исключено, что она съехала на берег, – разыскать её там во что бы то ни стало!

– Извиняюсь, а какова она из себя? – спросил матрос. – Если придётся на берегу искать?

– Светловолосая, – ответила Эльта. – Молодая, красивая… В светлом платье…

– Светло-голубом, с незабудками, – уточнил Яник.

– С радостью разыщем такую!

– Надо успеть за час. – Капитан взглянул на часы. – Час и десять минут.

– Будет сделано, господин капитан! – сказал матрос и исчез.

У Эльты и Яника отлегло от сердца.

– Вы знаете Бетинку? – повторила Эльта.

– Я дружил с её отцом… С тобой, Эльта, мне всё понятно. Эймер рассказывал о тебе, – заметил Олле Верус и посмотрел на Яника. – Мне интересно, как ты здесь оказался. На Остров ведь просто так не попадают, нужна веская причина.

– Я видел Кауса – тогда, вместе с Эльтой! – с вызовом ответил Яник. – И желание загадал! На этот камень.

– Час от часу не легче, – пробормотал капитан.

Яника такой ответ вполне удовлетворил, а Эльту встревожил.

– Скажите, а что это за камень? – спросил Яник.

– Только Эймер сможет ответить на этот вопрос. Я подозреваю, что это камень Меоллана… Неужели… – Он замолчал, задумавшись.

– Меоллана? – переспросила Эльта. – Учителя Эймера?

– Именно. Если это так, то история Меоллана куда печальнее, чем казалось всем нам…

Эльта и Яник смотрели на капитана с молчаливым недоумением. Он пояснил:

– Никаких особенных камней на Файолеане нет. Конечно, волшебник может сделать что-нибудь с любым камнем, но подобных свойств дать ему не сумеет. Теней заколдованным камням не отогнать… Уверен, что мы с вами знаем только о сотой части возможностей этого камня, если не меньше.

– А откуда он? – спросила Эльта и повторила: – Я просто нашла его на берегу.

– Это и есть самый главный вопрос. Никто не знает, откуда… Как вы, возможно, слышали, быть волшебником на Файолеане – это призвание, судьба, а не просто работа. Нельзя стать волшебником Острова, только если тебе этого захотелось. Нельзя устранить волшебника и занять его место. Даже если с волшебником что-то случится, Остров не даст его знаниям, умениям и воле пропасть просто так. Если волшебник умирает, когда срок его жизни полностью исчерпан и миссия выполнена, то ничего не происходит: он просто оставляет ученика, передав ему свои знания, и всё идёт своим чередом. А вот если волшебник был убит или погиб в результате подстроенного несчастья… В общем, если этого не должно было произойти, через некоторое время после его смерти на Острове появляется камень, в котором хранятся знания погибшего волшебника. Этот камень соответствует характеру волшебника, его натуре. Увидев ваш, я сразу, ещё ничего не зная, подумал о Меоллане: его любимым цветом был фиолетовый, он часто ходил в фиолетовой одежде. И свойства камня подтверждают это. Эймер скажет точно, но я почти уверен, что дело обстоит именно так.

– А зачем Беласко ищет этот камень? Наверняка это он погубил Меоллана, а теперь хочет замести следы! – возмутился Яник.

Олле Верус покачал головой.

– Да, такое возможно. Но совсем не обязательно. Делать выводы раньше времени, не зная фактов, – большая ошибка. Даже если Беласко не имеет никакого отношения к смерти Меоллана, ему всё равно хочется завладеть этим камнем. Ведь в нём таятся огромные силы.

– Но если Беласко нечего скрывать, почему нам нужно его бояться? – спросила Эльта. – Что будет, если мы оставим камень вам, а Беласко нас найдёт?

– Не забывай, Эльта: ты нарушила закон Файолеаны, пусть и не нарочно. Если об этом узнает королева, она только улыбнётся, но на доброту Беласко я бы не рассчитывал, особенно если из-за вас он навсегда лишится возможности получить этот камень.

Яник покосился на растерянную Эльту и спросил:

– А что полагается по закону за такое нарушение?

– Точно не помню. Да и закон можно трактовать по-разному, было бы желание… Насчёт теней вы догадались правильно: это слуги Беласко. Они давно следили за вами, и чаще всего вы их не замечали. А камень их отпугивает. Беласко в своё время пытался следить за Меолланом с помощью своих теней, но безуспешно – те не могли к нему приблизиться… Эймер всё прояснит. А нам надо опередить Беласко. Постараемся успеть.

– Долго плыть до Острова? – спросила Эльта.

– Когда как, – ответил капитан. – Отсюда – обычно два-три дня. Я рассчитываю прийти туда послезавтра вечером. Свободной каюты у нас нет, так что ты, Эльта, пока поживёшь в моей, а я переберусь в рубку.

– Большое спасибо, только мне неловко вас стеснять…

– Пустяки. Так всем будет удобнее: на судне никто и никогда не должен бездельничать. Даже кошка.

– На «Альбатросе» есть кошка? – обрадовался Яник.

– Кошки нет, но, если бы она была, для неё тоже нашлась бы работа. И для вас найдётся. Тебя, Эльта, я попрошу привести в порядок кое-какие бумаги и карты – вот они, в этом шкафу, покажу позже. Займёшься ими, времени как раз хватит. А ты, Яник, сейчас что-то думал о желании стать моряком, верно?

– Да, я ещё на «Косатке» думал об этом.

Яник изумился, что Олле Верус прочитал его мысли, но вспомнил рассказы Эльты об Острове и промолчал.

– Тогда попробуешь себя в качестве юнги, – решил капитан. – Жить будешь в матросском кубрике. Иди к боцману, он тебе всё объяснит.

– Ух, как здорово! Спасибо!

– Учти, это не так просто.

– Я знаю… Я буду стараться!

Яник собирался уйти, когда в дверь постучали. Заглянул вестовой:

– Разрешите, господин капитан… Всё в порядке, я нашёл госпожу Арлик, когда она с «Косатки» пыталась съехать. Как она обрадовалась! Красивая такая! Прочитала письмо – сразу передумала съезжать, вещи свои велела назад отнести, в каюту то есть. Всё допытывалась, что да как, а я ничего не знаю. Сказал, что дети живы-здоровы и что так надо, мол, – и всё. Она порывалась их вещи сюда передать, но я не взял, сказал, что лучше не стоит – всё необходимое у нас найдётся, так зачем лишнее внимание привлекать… Правильно я поступил? Или надо было взять?

– Нет-нет, всё правильно. Ступай.

Вестовой вышел, а капитан сказал задумчиво:

– Из-за этого письма Беласко теперь, конечно, узнает, где вы, и будет ждать нас на Острове. Ну ничего. Может, и повезёт.

– А если нет? – осторожно спросила Эльта.

– Если не сработает этот план, попробуем другой, – невозмутимо ответил капитан и больше ничего не объяснил. По его тону стало ясно, что дальше расспрашивать бесполезно.

Эльта и Яник поблагодарили его и поднялись на палубу. Не успели они толком осознать происходящее, как раздалась громкая команда капитана:

– Пошёл все наверх паруса ставить!

Они изумлённо повернулись – Олле Верус уже стоял на мостике с таким видом, словно давным-давно был там, и энергично распоряжался. Раздались пронзительные свистки боцманских дудок, и матросы и офицеры в мгновение ока оказались наверху.

– Здорово, да? – восхитился Яник. – Вот это моряки!

– Ты правда хочешь стать моряком? – спросила Эльта. – Ты никогда раньше не говорил.

– Правда. Я сам понял только вчера. Как поднялся на «Косатку», сразу понял, что это моё. Молчал просто – чего раньше времени языком болтать.

– Фок к постановке готов! Грот к постановке готов! – отрапортовали командиры мачт.

– Паруса к постановке изготовить! – приказал капитан.

– Марсовые к вантам! – скомандовали офицеры, и матросы выстроились у вант в нужном порядке. – По реям! Отдать сезни!

Яник мечтал посмотреть, как матросы взбегают на реи, и теперь глядел на них во все глаза, восхищаясь скоростью и слаженной работой: матросы поднялись по вантам так быстро, словно взбираться на эту головокружительную высоту для них было куда привычнее и проще, чем ходить по земле.

– Поднять паруса!

Ветер был попутный. Вскоре «Альбатрос» белоснежной птицей помчался на запад.

– Гляди, «Косатка»! – ахнул Яник, показывая рукой на север. Эльта вгляделась в морскую даль – там и в самом деле виднелась «Косатка», продолжавшая свой путь, уходившая прочь… У Эльты внутри всё сжалось при мысли о Бетинке. Что случится до того дня, когда они увидятся снова?

А Бетинка в это время стояла на палубе «Косатки» и смотрела назад, в сторону отдалявшегося острова Трод. Пыталась разглядеть «Альбатрос», но мешало слепящее солнце. Когда остров скрылся из виду, она спустилась в каюту, перечитала письмо Олле Веруса и со вздохом отложила его. Тут же взяла и снова перечитала. После пережитого ужаса слова капитана успокаивали и обнадёживали, хотя было ясно, что, пока «Альбатрос» не придёт в Лакину и она не увидит детей, ни о каком спокойствии не может быть и речи.

И перед тем как лечь спать, Бетинка читала не роман, начатый вчера, а это письмо:

Не беспокойся, девочка, дети у меня. Обстоятельства таковы, что им придётся прогуляться на Файолеану – такие уж у них сказки. Я о них позабочусь. Отправляйся в Лакину, я сам привезу их туда, но придётся немного подождать. Рад буду повидать тебя и вместе вспомнить твоего отца. Надеюсь, ты ещё не забыла страшного дядю Олле, который качал тебя на колене и звал на Остров?

Всегда твой

Бетинка с улыбкой вспомнила, как много лет назад Олле Верус несколько раз приезжал к её отцу и они вели долгие непонятные разговоры о морских делах, пока кто-нибудь из них не замечал, что маленькая Бетинка совсем заскучала. Она побаивалась Олле Веруса, порой даже пряталась от него, но он в два счёта находил её, брал на руки и вместо сказок рассказывал истории об удивительном острове Файолеана…

Бетинка положила письмо на столик у кровати и хотела погасить свет, но вместо этого вскрикнула и в ужасе отпрянула к стене: на её глазах из-под столика тёмным облаком выползла тень, едва не коснувшись её руки, и накрыла письмо. Задержавшись немного, тень проплыла к приоткрытому окну каюты, выскользнула в щель и скрылась в ночи.

Западный берег

Олле Верус положил на стол перед Эльтой большую кипу бумаг.

– Буду очень благодарен, если ты их разберёшь. Карты – к картам, письма – к письмам и так далее. Эти документы мне передали недавно в таком состоянии, а у меня всё руки не доходят ими заняться.

– Но если здесь письма, мне придётся в них заглядывать, а читать чужие письма…

– Заглядывай смело, я тебе разрешаю. В них нет никаких личных тайн. И людей, которые их писали, уже нет в живых.

Эльта стала раскладывать бумаги; думала, это будет очень скучно, но ошиблась: бумаги большей частью оказались старые, а то и вовсе старинные. У Эльты порой возникало ощущение, будто она в музее – если бы существовал музей, где можно трогать руками экспонаты.

В первый вечер Эльта только рассортировала их, а упорядочить каждую стопку решила назавтра. Утром начала с писем. Они были посвящены морским темам, многие состояли из нескольких листов, и приходилось искать недостающие части. Постепенно Эльте удалось собрать их и разложить по именам отправителей и датам. Один лист привлёк её внимание: он выпал из середины длинного письма, поэтому ни имени отправителя, ни даты Эльта узнать не смогла. Она даже заглянула в шкаф, предположив, что начало и конец письма завалились куда-нибудь, но ничего не нашла. Этот лист был исписан некрупным твёрдым почерком почти без наклона, и там говорилось об Острове, упоминался король Кин. Эльта обратила внимание на необычное начертание букв «а» и «д». Она положила находку в самый низ стопки писем.

После обеда добралась до карт. Морские разложила как сумела, но для этого пришлось постоянно заглядывать в огромный атлас, лежавший у капитана в шкафу. К удивлению Эльты, помимо морских карт, среди бумаг оказалось и несколько карт Файолеаны. Эльта сразу вспомнила зимний разговор с Эймером, его слова о том, что у Острова не существует карты. Посмотрела на карты повнимательнее и после некоторых раздумий решила, что это копии: было ощущение, что их перерисовали откуда-то, причём не очень умело. Вскоре Эльта обнаружила и оригинал, но более странной карты ей ещё не приходилось видеть.

Эльта неплохо помнила город, и по её ощущению, он был изображён абсолютно верно. Она мысленно прошла по знакомым улицам и не обнаружила ни одной неточности. Вдохновившись, решила удовлетворить своё давнее любопытство по поводу остальной части Острова, о которой спрашивала у королевы, но получила уклончивый ответ. Развернула карту и принялась рассматривать. Узнала, где находятся перевалы и что собой представляет лес за городом, но, когда перевела взгляд дальше к западу, пытаясь проследить направление лесной дороги, ей показалось, что у неё двоится в глазах или что рисунок смещается, словно бы дробится.

– Наверное, надо отдохнуть, – сказала Эльта сама себе, распрямилась, потянулась и стала бродить по каюте. Здесь было множество удивительных и красивых вещей: статуэтки, привезённые из дальних стран, навигационные приборы, которые Эльта видела на картинках, но не знала, как они называются, – ей удалось определить только секстант; на одном из шкафов стояла модель «Альбатроса» длиной в локоть, очень тонкой работы.

Эльта вернулась к карте, посмотрела на то же место снова – рисунок всё равно смещался, как плохо сложенная мозаика. Эльта вгляделась и поняла, что это не обман зрения и не волшебство, а замысел автора карты: она была прорисована очень тщательно, но изображение состояло из фрагментов неодинаковой величины и неправильной формы, которые почему-то плохо сочетались друг с другом. Между некоторыми светлели едва заметные пробелы – рисунок словно был разбит на мелкие кусочки. Так выглядели на карте центральная и западная части острова. Эльта в недоумении свернула карту, гадая, кому и зачем понадобилось рисовать её подобным образом.

А Яник в этот день встал ни свет ни заря, вместе с командой, и весь день носился по «Альбатросу», выполняя различные поручения. Он несколько раз видел Эльту, но не было времени поговорить с ней. Это удалось только вечером, когда Эльта вышла на палубу подышать свежим воздухом. Яник подошёл и встал рядом.

– Ой, что это у тебя? – спросила она, глядя на его руки, – все ладони у него были в ссадинах и свежих мозолях.

– Да это с непривычки. Помогал вытягивать снасти. Меня ещё обещали научить вязать морские узлы. Эх, как жалко, что мы уже завтра придём на Остров! Вот бы тут побыть подольше… Я только начал…

– Олле Верус сказал, что отвезёт нас в Лакину, когда мы отдадим камень.

Яник просиял:

– Ура! Это лучшее лето в моей жизни! А у тебя что нового? Разобрала эти бумаги?