- -
- 100%
- +
I
Вечерело. На темнеющем небосклоне пробивались первые вестники ночи – маленькие золотистые звездочки. Неожиданно появились мрачные, черные тучи и луна из бледно-желтой, сделалась серебристо-черной. Небо вдруг загромыхало, загрохотало и принялось изрыгать огненную струю, которая змейкой увиваясь в разные стороны, пересекала его, членя на части. То была молния – пугающая, стремительная, ослепляющая и завораживающая. На миг все озарилось ярким светом. Но этим вечером, молнии не удалось долго властвовать в небесном пространстве. Скинуло небо ее разом вниз. В один момент все стихло и прояснилось. Тучи испарились, и непогода отступилась также быстро, как и пришла, и словно не было ее вовсе.
Окончательно пробудились все звезды. Замерцали они, заискрились и во всей красе показался млечный путь. По небесной молочной дороге медленно двигался путник. Наблюдателю, который находился в самом центре лесной опушки, путник мерещился крошечной точкой. Но, тем не менее, наблюдатель обладал отменным зрением и точно знал, что путник движется к нему.
Лесная опушка осветилась мягким лунным светом. Бархатный свет, пробиваясь сквозь изумрудные кудрявые кроны дубов, кленов и ясеней, делился на тонкие линии и являл собой едва различимую палитру желтого цвета, от приглушенных бежево-желтых и золотистых тонов до темных горчичных оттенков.
Точка приближалась, и наблюдатель стал прислушиваться к шорохам. За опушкой бежал ручей, издавая умиротворяющие, урчащие звуки и лишь кваканье надувающихся пузырем жаб, изредка перебивало его мелодию.
На трухлявом пне, рядом с наблюдателем примостился веселый сверчок. Он потер лапки, расправил крылья, настроил мелодичный инструмент и с большим усердием принялся исполнять заводную трель. Она великолепно вписалась в вечернюю мелодию леса и внесла свежую струю.
Озорные молодые звездочки подхватили мелодию и принялись веселиться. Благозвучно постукивая ножками в такт музыке, устремились они к матушке Луне и увлекли ее в хоровод. Небо качнулось. Луна, выскочив из пляски, пригрозила им пальцем и вернулась на прежнее место. Но не только звезды, но и все лесные жители наслаждались великолепной игрой крошечного музыканта.
Меду тем, наблюдатель пребывал в плохом расположении духа, отчего на маленького виолончелиста не обращал абсолютно никакого внимания. Эта идиллия продолжалось бы и дальше, если бы не лягушки, которые громким горловым пением стали всячески перекрывать музыку. Сверчок принял вызов и усерднее заиграл. Лягушачий звук во много крат увеличился. Наступил такой шум и гам, что наблюдатель был вынужден прервать противостояние, и забросил в сторону ручья старый сапог, валявшийся неподалеку. Кваканье стихло. Сверчок озаботился состоянием наблюдателя и тоже приутих. Теперь ничто не мешало ему сосредоточиться на предстоящем важном разговоре.
Небесный странник ушел с млечного пути и двинулся в сторону леса. Вскоре можно было разглядеть его очертания. Грациозная фигура с тонкими линиями, длинными развевающиеся на ветру волосами цвета агата, в плаще с капюшоном, небрежно накинутым на голову, не скрывала в путнике молодую девушку.
Наблюдатель со странным именем Арникус с хмурым видом принялся расхаживать по опушке взад-вперед. Ему не терпелось поскорее встретиться с путником, чтобы сообщить о постигшей их двоих, беде.
Долго ждать не пришлось. Девушка скоро приблизилась и зависла в воздухе. Волосы растрепались по красивому лицу. Она дернула головой, скидывая их назад. Вместе с волосами убрался капюшон, и взору Арникуса предстало знакомое и любимое лицо молодой хозяйки Ягиньи. Девушка прилетела на метле. Метла же, прибыв в родные края, радостно помахивала помелом. Ягинья спрыгнула вниз и скомандовала метле:
– Метла, лети домой.
Она, повинуясь, метнулась в сторону, но домой попасть не смогла. Не успела Ягинья подойти к Арникусу, как метла вернулась обратно. Хвост ее висел, печально опущенный.
– Что случилось? – Спросила Ягинья.
Метла молчала. Молчала не потому, что не хотела говорить, а потому, что делать этого не умела. Ягинья это прекрасно знала. Вопрос она адресовала скорее себе, нежели подопечной.
Она бросила взгляд в сторону дома и побелела. Вместо милой сердцу избушки, на опушке покоилась куча пепла. Подоспевший к ней Арникус, уныло повесил голову.
– Арникус, меня не было два дня, а ты избу уже спалил. Говорила тебе, не играй с угольками. Угли для печки, не для тебя. Что ж делать то будем?
– Все не так, как ты думаешь хозяйка. Все вышло по-другому. – Пришла очередь наблюдателя заговорить.
Узнаем, наконец, кем являлся Арникус. Он был котом, хотя на обычного кота мало походил. Яркий рыжий цвет его шубы, вкупе с тонкими черными полосками и янтарного цвета глазами, делали его похожим на миниатюрного тигра. Вот только рычать, как старший сородич, он не умел, зато шипеть мог превосходно. Порой бывало, принимался шипеть так громко, что любая гремучая змея, могла проиграть ему битву.
– Продолжай, скорее. – Быстро проговорила хозяйка. Ей срочно требовались подробности.
– Два дня назад, как только ты покинула нас, прибыл на опушку зверь лютый в железной броне… Бульдозером, кажется, люди зовут его. Только он показался, я сразу смекнул, избушку портить приехал. Я в избушке сидел в тот момент у окошка. Зверь ревел так оглушительно, что все звери и птицы попрятались. Я незаметно выскочил на улицу, спрятался за деревом и стал шипеть. Шипел громко, но его шум не перекрыл. Тогда я зарычал от безысходности, как лев и в то мгновение открыл в себе эту удивительную способность. Человек, который управлял чудищем, испугался, развернул его и рванул из леса. Я этот бульдозер до самой окраины провожал своим рыком. Вот, думаю, избавился от очередного непрошеного гостя. А, нет… Поутру два мужика пришли. Я их по запаху определил. Я не спал и у ручья сидел, восходом любовался. Слышу, шуршит кто-то. Я к избушке метнулся и вижу на лицах их маски маскарадные. Подумал, как странно, что по лесу они в масках разгуливают. Деревья кругом, от кого лица скрывать им тут? Они прокрались к избушке… Вижу, они избушку чем-то поливают из бутылок белых. Я снова спрятался и зашипел. Они странные оказались, совсем не испугались. Один достал какую-то штуку из кармана. Штука, как дракон огонь изрыгает. Я удивился очень. Никогда доселе такого не видал. Он зажег фитиль в бутылке и бросил ее в окно избушки. Пламя вмиг обратилась вверх, и съело соломенную крышу, а потом и… В общем, сожрал огонь нашу избушку. Я кинулся в дом, но только бок себе опалил и вынужден был отступить. Смертью храбрых пасть не мог. Не оставлять же тебя одну на произвол судьбы. Вынести ничего не успел.
– И книга сгорела? – Ягинья сильнее побледнела.
– Нет, хозяйка. Книгу Времен они забрали с собой. Все остальное сгорело. Мы обречены на вечное скитание, бродяжничество и нищету. Ничего у нас не осталось.
Широко отрыв глаза, сверчок тоже слушал историю кота. Он спрыгнул с пня на землю.
– Присядь, Ягинья. – Сказал он.
Ягинья уселась на трухлявый пень и, закрыв лицо руками, горько заплакала.
– Ягинья, не плачь. Воительница моя, будь стойкой! Мы же сильные, что-нибудь придумаем. И книгу обязательно отыщем. Пришельцам этим я отомщу. Обещаю тебе, я накажу их. Они еще пожалеют о своем поступке. Мы не будем скитальцами. Я сказал, не подумав. Все наладится.
Стоит отметить, Арникус считает себя котом умным, ученым. Истинный возраст кота доподлинно никому не известен. Сам же кот твердит хозяйке, что живет на свете уже пятьсот лет. Несмотря на почтенный возраст, выглядит он весьма моложаво. Одно можно утверждать точно – Арникус поистине не глуп, прозорлив и дальновиден. Он люто ненавидит современную цивилизацию, находя ее разрушительницей мира. Людей же, творивших эту самую цивилизацию, считает созданиями низшего вида, способными лишь к разрушению, а не созиданию. Свою хозяйку к категории людей не относит, хотя она наполовину человек. Ее отец был человеком. Но, по мнению кота, хозяйка не может относиться к этому виду. Она ведь настоящая Баба-Яга – носитель магии. А еще Арникус имеет весьма странную особенность: безумно любит золото, шоколад и гамбургеры. Именно, поэтому Ягинья каждый раз, прилетая из дальних стран, везла ему самые лучшие золотые украшения, шоколадные плитки и гамбургеры. Золото свое кот прятал в сундуке в дупле крайнего дуба на лесной опушке. К причудам ученого кота хозяйка давно привыкла. У всех ведь есть свои странности.
Дабы мы не утомились описанием кота, перейду к Ягинье. Ягинья – последняя носительница крови древнего рода. Корни рода уходили глубоко в тысячелетия. И внешняя схожесть с человеком, не относила Ягинью к таковому. Баба-Яга–вот кто прародительница и основательница рода.
Старшая сестра Ягиньи, очаровательная Веллисия лет десять тому назад вышла замуж за человека и потеряла магический дар предков. Она обосновалась на севере Норвегии среди суровых фьордов и жила с тех самых пор, тихой и размеренной семейной жизнью.
Ягинья тоже слыла красавицей, но описать ее красоту не решился бы ни один писатель, не воспел бы ни один поэт, потому как красота ее была неземной и слов для нее на всем свете не найдется. Исполнилось Ягинье сто лет и один год по магическому летоисчислению, что в роду ее считается совершеннолетием. По обычному же, человеческому времени, красавице нашей стукнуло двадцать. Много чего повидала на свете она, много чего узнала, и много еще предстояло узнать. Жила она в человеческом обличии и лишь, когда ей угрожала опасность, она становилась тем, кем являлась на самом деле. Облик предков не раз помогал прогнать не прошеных гостей из лесной опушки.
Вот так, совсем недавно пожаловали к ней в избушку незваные гости с деловым, как они выразились, предложением. Ягинья, завидев их на окраине опушки, обратилась дряхлой старушкой в рваной одежде, выпятила горб, оскалила беззубый рот и, опираясь на кривую клюку, вышла на порог хилой избушки. Гости настоятельно принялись предлагать купить у нее, закрепленные старым документом, лесные угодья, которые тянули гектаров на пятьсот. Когда ж Ягинья отказала, они не проявили должной пугливости и деловое предложение подкрепили деловыми угрозами. Хозяину их позарез нужен этот лес. Ягинья стойко держала оборону. Ни восьмизначная сумма в чеке, ни явные устрашения, не поколебали волю владелицы. Да и к чему лесной жительнице столько деньжищ? Одним книжным заклинанием молодая волшебница могла получить ровно столько, сколько бы пожелала, но гости этого не знали. Не знали они и того, что лес был ее домом, ее Родиной. В лесу этом она родилась и выросла, здесь жила ее бабка и ее мать. Согласиться на сделку, означало продать Родину, а Родина то не продается. Вот и прогнала она незнакомцев. Они ушли, ругаясь громко, но обещали вернуться. И вернулись ведь. Вернулись, в тот момент, когда хозяйки не было дома.
– Не грусти, Ягинья. Мы им еще покажем, где раки зимуют! – Арникус, как мог, поддерживал хозяйку.
– Ты прав, теперь мы бездомные. – Вздохнула она.
– Ты хотела сказать бомжи?
– Что за новое слово? – Брови Ягиньи взметнулись вверх.
– Это люди, у которых нет дома. В городе иногда такие личности встречаются.
– И где же они живут?
– Они ж бездомные! На улицах, в подвалах, на остановках живут.
– Жаль их.– Вздохнула девушка.
– Но мы-то ведь найдем новый дом, правда? Я не хочу жить в подвале. Ко всему прочему в подвале я застряну в трубе, а мне нельзя в трубу, у меня клаустрофобия. – Сказал кот.
– Конечно, Арникус. – Ягинья даже не улыбнулась. – Мы сейчас же пойдем и найдем временное жилище. Не ночевать же нам на улице. Может, у Лешего переночуем? – Спросила Ягинья.
– Не выйдет. Леший мужик сердитый, не по нраву ему постояльцы. Его дупло не лучше трубы. Хмыкнул кот. – Скряга наш Леший. Не удивлюсь, если за ночлег он денег попросит. А нам платить нечем. Золота своего ему не дам. К тому же за угол в дупле он попросит столько, сколько стоит лучший номер в гостинице в центре города.
– Выходит ты тоже скряга, раз золото пожалел.
– Я экономный. У Лешего душонка темная. По документам – ты хозяйка леса, а фактически он здесь всем заправляет. Он же спит и видит, как нас из леса выжить. – Не унимался кот. – Не удивлюсь, если он руку приложил к поджогу. Вот если бы не видел самолично, как те двое жгли избу нашу, первым делом подумал на Лешего.
– Довольно, Арникус. Зачем ему это? Не логично как-то. Давай лучше подумаем, что делать будем.
Кот принялся прогуливать по поляне и размышлять сам с собой. Ему очень не хотелось расставаться со своим богатством. Много веков он собирал бесценное сокровище, и оно было единственным имуществом, которое принадлежало лично ему. Чтобы построить новую избушку, требовались бревна, но их тоже не было. Если срубить деревья в лесу, придется отвечать за них в полиции. Кот же был очень и очень умным и знал много чего такого, чего обычным котам знать не доводилось. Месяца два тому назад, кот после обеда отправился в город и там от городских котов узнал новость. Рассказали коты, что какой-то мужик спилил дерево под своим окном. Из-за дерева свет пробивался в его окно. И как только спилил мужик дерево, тут же приехала полиция и объяснила тому мужику, что попал он под Уголовный кодекс. Кот с тех пор стал изучать кодексы разные и много чего из них узнал интересного. Покупать бревна не за что. Золото, не выход. Документы на землю сгорели вместе с избушкой.
– Вот, сколько раз говорил тебе Ягинья, давай переселимся в новую избу. За городом другой лес стоит. Там речка, а на берегу коттедж деревянный продается. Между прочим, в укромном месте. Вокруг ни души. Жили бы сейчас по-человечески. А у нашей старой избушки ноги курьи в землю вросли, и убежать бедняга не смогла, когда поджигатели пожаловали.
– Не забывай Арникус, ты кот и по-человечески жить не можешь. Ты ж людей не жалуешь. Тот лес чужой, не хочу жить на чужбине. Да и далеко он. От города верст двести, не меньше.
– Здесь шумно стало. По ночам машины гудят так, что уши мои к морде прилипают. У меня мигрень развилась и прогрессирует. Видно последняя стадия. Уже с полгода, как мучаюсь головными болями, а ты не замечаешь, помру ненароком.
– Валерианы попей, легче станет. – Ягинья парировала выпад кота.
– Шутишь, да? А мне не смешно. Мне может тоже плакать хочется.
Арникус всегда болезненно воспринимал, когда его хозяйка подтрунивала над ним. Он искал понимания, а получил насмешку.
– Арникус, ты стал жадным и капризным котом. О себе только думаешь. Если бы мы переселились в другой лес, ты думал, что станет с нашими зверями? Лес вырубят, построят здесь большие дома, а они пропадут. Поверь мне, разрешение у тех людей на стройку найдется. Зайцы, хорьки, белки, ежи и даже лягушки, которых ты так не любишь, погибнут. Вот ты сможешь выжить в городе, а они нет. Скажи, они тебе совсем безразличны?
– Вовсе нет. Хозяйка, я все понял. Довольно стыдить меня. Не горячись, итак дышать в лесу нечем. Вон дым едкий, до сих пор по траве стелется.
Кот резко остановился и посмотрел в сторону города.
– Кажется, придумал. Если эти люди отняли у нас дом, то мы поселимся в их доме. Давай пойдем в ближайшую новостройку и найдем там пустую квартиру. В ней и станем жить, до тех пор, пока книгу не отыщем. А как книгу найдем, то и избушку новую справим. А до тех пор, в лес наш станем приходить каждый день.
– А почему бы и нет. Хорошая идея. Во всяком случае, другого выхода пока у нас нет.
– Идите, идите в свою новостройку. Я вот патриот. Я здесь останусь. Печка моя цела.– Пропищал сверчок.
– Я, между прочим, тоже патриот, но еще и не предатель. Куда хозяйка, туда и я. – Пробурчал кот.
– Не ссорьтесь. Мы скоро вернемся. Найдем книгу и вернемся. – Сказала Ягинья.
– Мало я кого знаю, кто из города возвратился. Кто туда раз попадет, так там и пропадает. Сестрица твоя тоже в город поехала и замуж вышла. Вот и ты тоже замуж там выскочишь и пиши, пропало. Затянет вас этот город. Уж поверьте. – Сверчок не мог угомониться.
– Нам пора. – Ягинья быстро встала, накинула капюшон и направилась к тропинке, бегущей от опушки в сторону города.
– Может, полетим на метле?
– Нет, пойдем пешком. Прогуляемся и подумаем. Нельзя привлекать внимания. В городе света много, даже ночью.
Ягинья взяла в руку метлу, и они направились в новую жизнь. Кот трусцой, засеменил следом. Хозяйка леса шла так быстро, что кот едва успевал за ней. Она напряжено делала широкие шаги и своей стремительностью, пыталась заглушить нарастающую тревогу.
II
Луна, завидя грустных путников, засуетилась и принялась помогать им, отчего засветила еще ярче. Вдалеке доносился шум мегаполиса. Смешались в нем гул клаксонов, завывание сирен, динамичная музыка и много всяких звуков, которые уши кота никак не могли распознать. Город, казалось, никогда не утихал. А лес, напротив, впал в спячку. Шум лягушек стих, и лишь изредка можно было услышать легкое, едва различимое шуршание крыльев и гуканье то ли совы, то ли филина.
– Еще немного и скоро будем на месте. – Переводя дыхание, вымолвил кот, как только они оказались на краю леса.– Вот и новостройка уже видна.
– Что дальше? – Поинтересовалась Ягинья у умного кота.
– Дальше мы посмотрим в окна. В тех, квартирах, где свет отсутствуют, значит, никто не живет. Там и поселимся.
– Может люди спят, и выключили свет?
– Еще мало жильцов заселилось. Там места много, найдем угол. – Заключил кот.
Прошло еще десять минут, и они уже стояли перед девятиэтажной панельной новостройкой. Площадка у дома слабо освещалась. Лишь тусклые лапочки у подъездов с грязным оранжевым светом, да плавно струящийся свет из окон новоявленных жильцов, служили ориентиром. Вокруг дома наблюдались остатки не вывезенного строительного мусора. Штукатурка, бетон, обломки кирпичей и даже ржавые бочки с опилками – находились у каждого подъезда.
– Да, видишь, цирк уехал, а клоуны остались. – Услышали они незнакомый голос, прозвучавший в темноте. – Мусор остался, и неизвестно когда заберут отсюда. Я все каблуки переломала. В Управе ругалась, но все без толку.
Ягинья обернулась. Перед ней стояла длинноногая высокая блондинка с тоненькой талией в коротком цветастом платьице и пухлыми губами, выкрашенными в розовый цвет.
– Соседкой что ли моей будешь? Давай знакомиться, я – Маша. – Она протянула руку.
– Ягиньей меня зовут.
– Какое красивое имя?
– Ага, вот и я так думал. Имя сладкое, как карамелька во рту перекатывается. – Съязвил кот.
– Да веселые твои родители, раз тебя так назвали. Откуда ты? Явно не из этих мест. Внешность тоже не наша.
Ягинья смекнула, что девушка приняла ее за приезжую и решила поддержать. Ничего нового на ум не пришло.
– Из-за Урала приехала.
– Ух, ты. У вас там тайга, муравейники кругом и мишки по улицам бегают. Верно?
– Не совсем.
– Слушай, а зачем тебе метла? Может я ошиблась? Может не соседка ты вовсе, а новая наша дворничиха, а я за соседку тебя приняла. Извини, ладно. Хотя на дворничиху совсем не похожа, слишком красива и молода. Ну, ты подруга меня в тупик поставила.
– Я не дворничиха. Я здесь жить буду. Выходит соседка. Метла мне от бабки досталась, реликвия семейная. Я на историческую родину вернулась.
– Прикольно… Тогда понятно. – Блондинка Маша понимающе кивнула. Золотистые кудри взметнулись вверх, и она деланно поправила их так, будто за ней наблюдал не один десяток поклонников.
– А багаж твой где?
– Скоро приедет.
– Ясно. В какой квартире жить будешь?
– Пока не знаю. Ищу ее.
– Что-то я не поняла. Ты пришла так поздно и не знаешь где твоя квартира?
– Выходит так. Я только что с дороги.
– Ладно, так и быть, я добрая и ты вижу такая же. Давай сделаем так, сегодня переночуешь у меня, а завтра утром я помогу тебе отыскать твою квартиру.
– Нет, нет. Спасибо, Маша я не хочу вас утруждать.
– Как знаешь. – Блондинка пожала плечами. – Мое дело предложить… Ой! Какой котик миленький. – Маша наклонилась, чтобы погладить Арникуса. Кот отпрянул в сторону, выгнул спину и зашипел.
– А котик то дикий. С виду такой милашка.
– Тебе-то какая разница до меня? – Кот метнул гневный взгляд в сторону Маши. Маша же услышала одно шипение.
– Он вас еще не знает. Вообще-то он ласковый и добрый. – Сказала Ягинья.
– Ну, раз помощь моя не нужна, тогда я пошла. Поздно уже. Еще увидимся.
Маша поднялась по ступенькам к подъезду. Ступеньки весело застучали под ее каблучками. Она открыла тяжелую металлическую дверь и вскоре скрылась.
– Почему ты отказала ей? – С укором спросил кот. – Сейчас бы укладывались в теплую постельку.
– Арникус, нам нельзя раскрываться. Вдруг она что заподозрит. Это непозволительно в нашем положении. Мы же решили провести здесь немного времени. Давай, найдем пустое жилье, как изначально решили, переночуем там, а утром отправимся на поиски книги.
– Хорошо. Спорить не буду. Я тоже устал. Такой стресс сегодня вытерпел, что шерсть блестеть перестала. Пойдем следом за Машей. Дверь в подъезде не заперта ведь.
Ягинья открыла дверь. В подъезде было чисто и пахло свежей побелкой, перемешенной запахом краски, шпатлевки и керосина. Поднявшись на второй этаж, наши скитальцы подошли к первой попавшейся двери и подергали за ручку. Дверь не открывалась.
– Заперто. – Прошептала Ягинья.
– Дергай за все ручки. Может, какая поддастся.
Действительно, в длинном коридоре, рассчитанном на десять квартир, одна дверь оказалась открытой.
– Я пойду первым, осмотрюсь там, в темноте, вдруг опасность, какая таится. – Важно сказал кот, опережая хозяйку.
Арникус, пригнул пузо к полу и заполз внутрь квартиры. Ягинья осталась в холле. Пять минут прошло, а его все не было. Усталость начала сказываться. Ягинья прислонилась к стене и присела. Десять, двадцать прошло минут, а кот не возвращался. Вздохнув, она встала и пошла следом. Девушка видела в темноте, не хуже Арникуса. Открывшимся ее взору обстоятельством, было то, что кот довольно разлегся на какой-то тряпке в коридоре и мирно посапывал.
– Хорош защитник, ничего не скажешь. – Тихо проговорила хозяйка. Кот довольно проурчал, но не проснулся. В квартире посторонних лиц не было. Ягинья расстелила на полу свой плащ и улеглась рядом с Арникусом. До рассвета не могла сомкнуть глаз. Спасть на полу ей ни разу не приходилась. Все кости болели. Под утро природа взяла свое, и она погрузилась в крепкий, но тревожный сон. Снилась строгая бабка ее. Бабка ругалась и приказывала немедленно покинуть город.
– Ну, ничего себе? Вставайте гости непрошенные. Разлеглись здесь, как у себя дома.
Солнечный свет ударил в глаза, Ягинья вздрогнула и пробудилась. Перед ней возвышалась женщина с большим бюстом, увесистым подбородком, в зеленом платье с красной полоской, которое было на пару размеров меньше самой женщины и походило на арбуз.
– Че развалилась на полу? Ты кто такая? Новая жилица что ли?
– И, да и нет. – Ответила Ягинья, поднялась с пола, стряхнула пыль и выпрямилась во весь рост. С пола женщина показалась огромной, а теперь перед Ягиньей стояла маленькая, пухленькая особа, которая едва доходила ей до груди.
– Не поняла? Ты в загадки играть со мной вздумала, не выйдет. Давай показывай документы на квартиру и паспорт свой тащи.
– Какие документы? – Ягинья удивленно перевела взгляд с женщины на кота. Кот тоже проснулся и таращился то на хозяйку, то на женщину.
– Не прикидывайся. Ордер на заселение доставай или договор купли-продажи с застройщиком.
– Простите, а вы кто будете?
– Я в домоуправлении работаю. Сегодня обход делаю. Вот, смотрю, кто заселился в квартиры, и нет ли посторонних в подъездах. Замки на подъездные двери не поставили пока, вот и шляются все кому не лень.– Сурово нахмурилась женщина.
– Может и ты бездомная или наркоманка какая? Тогда иди прочь отсюда, а не то полицию вызову.
– Кот мигом вскочил, ощетинился и вцепился когтями в пухлую ногу крикуньи.
– Ай, помогите … Убивают. – Во весь голос закричала она и отшвырнула кота. Арникус отлетел в сторону, но не сник, а разъяренно бросился снова. Ягинья успела перехватить питомца.
– Стой Арникус. Нам не нужна полиция.
– А, полиции значит боишься? Может ты беглянка? Из тюрьмы сбежала? Тогда я точно тебя сдам, да еще вознаграждение получу.
– Не беглянка я никакая. Да, я бездомная. У меня дом вчера сгорел. И ночевать было негде. Не зовите полицию. Хотите, я вам брошь подарю?
Ягинья сняла с плаща золотую брошку-лилию с переливающимися драгоценными камнями.
Глаза женщины блеснули.
– Погорелеца, значит? Тогда другое дело. Почему ж не помочь бедной девушке. Так и быть, на первый раз прощу тебя. Но если еще раз увижу здесь, не обижайся. Она быстрым движением руки, словно фокусник, перенесла брошь на свое платье. У меня как раз юбилей намечается. Вот мои девки в конторе позавидуют.