Американская мечта, или Социальное сравнение России и США
- -
- 100%
- +
Спорт был очень популярен в 1950-е, когда рос папа, и неудивительно, что многие толковые ребята шли в спортсмены, а потом – в науку, поскольку это тоже было престижно. Поэтому папа был мастером спорта по баскетболу, 7-кратным чемпионом России в составе «Уралмаша». Папа всю жизнь проработал в НИИТЯЖМАШе, на Уралмаше, «заводе заводов», был одним из 5-ти докторов наук. Много раз ему говорили: вступай в партию, ведь он работал в отраслевом техническом НИИ, и сможешь тогда продвигаться по службе; и хотя он был честолюбивым и активным, но в партию не пошёл, поскольку возлагал на неё ответственность за репрессии, и остался завлабом. А еще он преподавал в двух вузах города и начал активное сотрудничество с только что образованной Инженерной академией, но умер в 1994 г. на шестом десятке. В начале 90-х папа ездил в Америку, был у них совместный контракт, поездка в целом понравилась, но сказал, «жить я там не буду, чужое там всё, – хочу жить на родине».
Мама, Татьяна Михайловна Головина, таких высот в спорте не достигла, а стала хорошим, добрым, очень самоотверженным врачом, который откликался на звонки незнакомых людей, чтобы куда-то бежать ночью, кого-то спасать; и хотя она была главным детским пульмонологом города, но из больницы уходила поздно вечером, ведь у неё… «сегодня тяжелый ребенок поступил, как его бросить?» Кажется, в Америке платят бешеные деньги врачам, но такой самоотдачи от них не получают.
Была доброй и ни на кого не обижалась, не ругала никого! Все же кого-то ругают – шефа, соседа, сотрудника, кого-нибудь из близких, свекровь, сноху; у мамы все были совершенно замечательные.
Моя семья – это просто один пример нашего российского прошлого, где все события государства отражались в истории семьи, где люди сами делали эту историю и были добрыми и готовыми прийти на помощь в трудную минуту. Какое неплохое будущее у нас ожидалось в Российской империи! По крайней мере, для половины моих предков было бы лучше жить в империи, однако другой половине – при советской власти, несмотря на репрессии, которые и нашей семьи коснулись (но поскольку из всех родственников членом КПСС был только один дедушка, вот он и отсидел 4 года). А репрессии при коллективизации были повсеместны: был расстрелян брат дедушки (по маминой линии), а прабабушка (по папиной) была раскулачена, потом она переехала к дочке в город. Через 4 года ей сказали, что мы ошиблись, но она всех уже простила. Конечно, не все крестьяне так хорошо жили до революции 1917 г., как часть моих предков, но что было выдающимся – это наше православное мировоззрение, которое помогало людям жить в трудных климатических условиях, при том государственном устройстве и позволяло заботиться о тех, кто попал в трудную жизненную ситуацию. Также уникальность имперской национальной политики помогла создать мощную империю, когда другим народам давалось даже больше прав, чем русским. Татары и другие народы (кроме русских) не были крепостными! Можно сказать, что наши предки жили в тех реалиях, которое давало им государство. Иногда эти реалии были героическими, иногда трагическими, иногда будничными, но я уверена, что люди жили с оптимизмом и верой в будущее, творя историю, которая часто была лучше той, что им была уготована судьбой.
Да, моя семья обычная, одна из миллионов, и мы, как правило, мало знаем о наших предках. Два года назад я знала о них, наверное, тот минимум, что и большинство знают о своих предках, родившихся ещё до революции: что моя бабушка из Симбирска, дедушка – из деревни где-то рядом, другая бабушка – из-под Камышлова, а дедушка родился на Среднем Урале. Какие-то немногочисленные факты из их жизни, а вот дальше бабушек и дедушек – вообще ничего. Первое и важное, я узнала названия деревень от моих самых старших родственников. Дальше был вовлечён историк Владимир Гуркин, который в архивах города узнал дополнительную информацию о моих родственниках из Симбирска. Мои родственники из Екатеринбурга тоже смогли выстроить цепочку предков по архивам церквей, которые хранятся в центральной библиотеке города. А дальше – интернет в помощь.
Историк В.О. Ключевский писал: «Предмет истории – то в прошедшем, что не проходит, как наследство, урок, неоконченный процесс, как вечный закон. Изучая дедов, узнаём внуков, т. е. изучая предков, узнаём самих себя. Без знания истории мы должны признать себя случайностями, не знающими, как и зачем мы пришли в мир, как и для чего в нём живём, как и к чему должны стремиться».
Глава 2. Распад Союза – осколки русского мира
М. Булгаков писал в статье «Театральный Октябрь», опубликованной в одной из владикавказских газет в 1920 или 1921 году: «Надо отдать справедливость русской интеллигенции. Она со своей вечной способностью всюду отставать и оказываться в хвосте, со своей привычкой оценивать события гораздо позже того, как они произошли, со своим извечным страхом перед новым осталась верна себе и тут».
2.1. 1991 – новый вид революций
Сейчас не понимают причину распада Советского Союза (если вы, конечно, не либерал, иначе всё понятно – Советский Союз так не мог больше существовать, и точка), ведь можно было наладить экономику, перейдя к новой экономической политике. Но Россия, кажется, всегда в лидерах всех катаклизмов за последние 100 лет. Наши политики исходят из материалистической идеологии, где бытие определяет сознание; и на первом месте – производственные силы. Но мир меняется, и теперь средства массовой информации получают такую первичную роль. Я считаю, что 1991-й был первым опытом революции в мозгах, революции сознания, охватившей целую большую страну, когда не было ни революционных масс, ни особых выступлений; когда идея несовершенства государства завладела массами, поскольку и верхи, и 90 % населения поддержало идею слома строя. И это была совместная победа западных сил, прозападных сил в России и той российской элиты, которая от этого выиграла, обогатившись на проданной за бесценок государственной собственности, смогла вывезти деньги за границу и, как следствие, развалить крупное производство, что привело к обнищанию населения. Однако всё бывает обычно не столь однозначно. С другой стороны, Россия тоже выиграла за счёт того, что реализовался потенциал активных предпринимателей, которые смогли накормить страну, обеспечить ширпотреб более успешно, чем это делалось в совхозах и на советских предприятиях. Выиграл мелкий и средний бизнес, проиграло крупное производство, наука и вся социальная сфера. Как тут не вспомнить другую революцию 1917 года, которая тоже была неоднозначна. С одной стороны – кровавый террор, голод, разруха, но с другой стороны – новая экономическая политика, индустриализация, электрификация и повсеместная грамотность населения. Всё это позволило создать совершенно новую цивилизацию, где новый тип человека – советский человек – смог за короткое время превратить аграрную страну в мощную индустриальную, создать передовые науку и технику, новую культуру и образование, что позволило выиграть Великую Отечественную войну и стать первой страной, пославшей человека в космос. Можно ли было избежать трагических перегибов в этих революциях? Наверное, да, или сделать их менее кровавыми. Разделение между либералами и патриотами проходит как раз по этому вопросу – либералы зациклены на всём отрицательном в советском прошлом, а патриоты, оптимисты хотят двигаться дальше и брать из русской истории различных периодов всё хорошее, что было создано нашими предками.
2.2. Причины революции. Недостатки системы
Что же явилось предпосылками революции сознания 1991-го? Основным недостатком стал застой в экономике и неэффективность существовавшего производства. Дополнительно тяжёлым финансовым бременем оказалась война в Афганистане. Идеологическими предпосылками стали однопартийная система и отсутствие свободы слова на фоне углубляющегося экономического кризиса. Возможно, полное отсутствие каких-то оппозиций привело к тому, что любая отличающаяся от партийных газет информация воспринималась в перестройку на ура. Видимо, отсутствие оппозиции – нездоровая вещь, люди тянутся к тому, что им запрещают. Когда ограничение свободы слова было снято, то под лозунгом гласности и перестройки Советский Союз был затоплен (в прямом и переносном смысле) критической информацией о России, и в первую очередь о Советском Союзе, а также очень хвалебной информацией о жизни на Западе – всё это попало на благодатную почву сознания неподготовленного читателя. Благодаря предательству элит (вспомним Андрея Козырева, министра иностранных дел), журналистов, которых мы сейчас оцениваем со знаком минус, а раньше пытались не пропустить их передач (например, E. Киселёв), сознание жителей было обработано до той степени, что они стали противниками советской власти; кризис экономики поддерживал эти устремления. Однако вместо модернизации экономики выплеснули с водой и ребёнка – нашу систему социальных благ и защиты населения. Пользуясь тем, что большинство людей никогда не жило при капитализме, элиты провели так называемую «ваучеризацию» страны, что позволило им приобрести в свои руки государственную собственность за бесценок, при этом оставив большинство своих граждан нищими. Услуги, мелкое производство, товары для дома, ресторанный бизнес, сельское хозяйство – всё это расцвело, когда открылась возможность частной инициативы. Но крупная страна не может успешно и независимо существовать при отсутствии крупной промышленности. А вот развивать крупную промышленность, вкладывать деньги в модернизацию, создание новых рабочих мест захватившие предприятия владельцы, как правило, не собирались и в основном были нацелены на распродажу западным компаниям и вывоз капитала за рубеж. И без работы и средств к существованию остались миллионы людей. А новый курс на развитие последние 20 лет в условиях, когда экономика России сначала не поддерживалась западными странами, а потом уже стала проводиться и санкционная политика, не смог остановить деградацию промышленности. Некая положительная динамика стала наблюдаться только в последние годы.
Однако поступательное движение происходит в условиях жёсткой идеологической борьбы двух платформ – либеральной, нацеленной на Запад, и патриотической, которая провозглашает свой особенный российский путь. Критики российской истории переусердствовали: кажется, не осталось ни одного царя или генерального секретаря, которого бы не заклеймили. Вроде американских президентов так не клеймят, хотя был и геноцид индейцев, и рабство, и войны, включая очень разрушительную Гражданскую. (Хотя я не права, всё поменялось в последние годы, сейчас тоже клеймят, но об этом чуть позже.) С другой стороны, действительно, если взять советскую эпоху, то сначала Ленин устроил кровавую революцию, потом Сталин устроил кровавый террор; Хрущев заложил временную бомбу, передав Крым Украине; Брежнев устроил застой; Горбачев создал почву для развала Союза, и Ельцин этот Союз развалил. Однако в то же самое время несмотря на этих лидеров, а иногда и благодаря им Советский Союз внес основной вклад в победу во Второй Мировой войне, победив нацизм и спасши весь мир от этого зла, стал одной из двух супердержав мира, построив мощную промышленность, включая наиболее наукоемкие тяжелую промышленность, авиастроение, космическую отрасль; имел прекрасное образование, хорошую медицину. И самое главное богатство – это были наши советские люди – добрые и отважные, очень моральные, работящие, любящие окружающих и готовые всегда прийти на помощь. Вот, видимо, наши люди и наша прогрессивная идеология и были той основой, которые обеспечили успех. Под прогрессивной идеологией я имею в виду социализм, с бесплатным образованием и медициной, с правами трудящихся, правами женщин, равенством наций, 8-часовым рабочим днем, что было прогрессивно для человечества.
2.3. Национальная политика
Очень прогрессивной была и национальная политика, причём как в имперский период, так и в большей степени в советский. А. Керенский вспоминал порядки, когда через 24 года после завоевания Туркестана он с родителями переехал в Ташкент по службе отца: «Успех русской колониальной политики в Азии зиждился на терпимости к местному образу жизни. Конечно, случалось, в Туркестане, как и в любой другой губернии Центральной России, служили чересчур ретивые и малообразованные чиновники; порой совершались отдельные попытки вмешательства в религиозные обычаи и национальные традиции. Но с самого начала населению было ясно, что все эти случаи – лишь исключение из правил. Русские города росли и процветали бок о бок с местными поселениями. Наряду с сохранением традиционной системы мусульманского обучения открывались русские школы, которые были доступны всем, без каких-либо ограничений по религиозному или национальному признаку. Местная судебная система, основанная на Коране, сосуществовала с открытым судебным разбирательством, принятым в России. Строительство железных дорог, открытие банков и промышленных предприятий, развитие хлопководства и других отраслей сельского хозяйства, возведение ирригационных сооружений – все это, несомненно, произвело благоприятное впечатление на мусульманское население. Туркестан, некогда страна с замечательной, а ныне исчезнувшей цивилизацией, за 30 лет русского господства вступил на путь возрождения и процветания».
Такой же империей наоборот оставался и Советский Союз, в еще большей степени – где лучше жили окраины, особенно типа Прибалтики и Грузии, а вот денег больше всего зарабатывала Россия: практически все, кроме Белоруссии, имели отрицательный баланс, и Украина, наверное, была по нулям, поскольку она обеспечивала в том числе оборонную промышленность. Что это – передача нашего «имперского мышления»? А наши общинность, православие, «имперское мышление» заменили на идеологию советского человека.
Революция 1991 года привела к распаду страны также из-за системных проблем в национальной политике. Не всё было так радужно в национальной политике, с развитием национальных культур мы забыли о единстве, которое, конечно, всё равно было: русская культура сливалась с местной, давая некий синтез, а в городах она преобладала. У нас произошла подмена понятий этноса и национальности. Национальность во всех странах – это гражданство страны; когда мы убираем это понятие и заменяем его на этнос, тем самым мы убираем единство граждан. Национальность у всех одна – русский, россиянин, советский человек: всё это синонимы для меня. А вот этнических групп у нас много – порядка 200, и все местные культуры развивались в Советском государстве, ни одна не была потеряна за 70 лет. Это одно из основных преимуществ Российского государства, что каждая этническая культура поддерживается.
После распада Советского Союза началось обвинение России во всех тёмных пятнах российской истории. B России, но не в других бывших республиках Союза, до сих пор порядка 70 % исторической литературы – это самокритика. Никто не спорит, что страна должна знать все эпизоды российской истории, хотя бы для того, чтобы они не повторялись, но зацикливаться только на тёмных сторонах – это погружать целую страну в депрессию (то же самое и для человека, который не может нормально жить, если он зациклен только на негативе). Надо сказать, что историческая наука до сих пор поддерживается американскими и другими западными грантами, хотя процент поддержки я не знаю. Однако сам прецедент порождает проблему, я, как получавший научные гранты человек, могу сказать, что для успеха заявки на грант нужны уже опубликованные работы в этом направлении, и чем их больше, тем больше вероятность одобрения.
В образовавшихся новых государствах, по мнению либералов и элиты этих самых стран, исторической вины нет совсем, а вот в России для некоторых эта вина является священной. Вопрос: все отрицательные моменты в истории связаны только с этническими русскими, то есть, нужно определять у себя процент русской крови – на том и будет твоя вина? Некоторые новые государства, в которых слишком много или русских, или имеющих русскую кровь, с этим не согласятся. Тогда, если ты сейчас живёшь на территории России, то это твоя вина, а вот если ты выехал до 1991 года – то всё в порядке?! Или вина накладывается на правительство и людей, которые были непосредственно задействованы в репрессиях? Но тогда виноваты и все республики тоже, поскольку правительство было многонациональным, а репрессии проводились на местах – неужто Грузия не несёт никакой ответственности, или, допустим, Латвия с латышскими стрелками – может быть, кровавая революция тогда бы и не победила? Тем не менее, наиболее передовые республики обвиняют именно Россию во всех смертных грехах: тем более интересно, что зачастую как раз эти так называемые прогрессивные республики (за исключением Прибалтики) просили Россию включить себя в состав Российской империи. Но и в состав Советского Союза они были включены на принципах своей большей самостоятельности и национальной суверенности – по сравнению с их пребыванием в Российской империи; правда, некоторые были включены не без борьбы; но самую большую борьбу против вхождения в Советский Союз вела именно Россия – Гражданская война была очень кровопролитной.
C учётом этнических конфликтов современности на территории бывшего Советского Союза можно дать пять с минусом (можно лучше знать свой язык всем этническим меньшинствам) за сохранение национальных языков, культур в Советском Союзе и двоечку за чувство единства. Видимо, понятие национальности (или общности, как у нас называли) «советского человека», как не имеющего исторических корней, не прижилось; а вот понятие «русский», вне зависимости от своей этнической принадлежности, было утрачено. Ведь никого не удивляет, что, например, на Украине – все украинцы (и это правильно), хотя много этнических групп, в том числе с историческим компактным проживанием. Но либеральная и националистическая пропаганда в России продолжает разделять русских и россиян (которые не равны русским), а значит, опять есть какая-то группа, не имеющая под собой никакой конкретной национальности. Уже было показано, что это не работает – ни в Советском Союзе, ни в Югославии. Ни в коем случае нельзя притеснять какие-то языки или этнические культуры – это наше богатство и отличие от большинства других стран, но чувство единства тоже должно прививаться, и оно выражается в единой национальности, которая обозначает твою государственную принадлежность и во всех культурах тождественна наибольшей этнической группе или той группе, язык которой закреплён как государственный.
Новая успешная национальность была создана в Америке – но там все были переселенцами, которые хотели единой новой национальности, отличной от их этнической, и никаких других этнических разделений там нет (кроме индейцев в резервациях). А если бы деление штатов было по этническому или религиозному признаку, то, наверное, Америка бы давно распалась: кто-то хотел бы проводить какую-то свою политику (вспомним войну Севера и Юга), кто-то считал бы себя более развитым и кормящим других, кто-то бы проводил другую идеологическую политику – вспомним Юту, мормонский штат; а уж современное противостояние демократов и республиканцев, если бы оно еще и сопровождалось этническим делением, конечно, закончилось бы развалом страны. И было бы вместо единой могущественной Америки 50 стран (может быть, меньше – кто-то бы объединился, кто-то кого-то захватил), и появление новых границ, конечно, сопровождалось бы военными конфликтами; например, мормонская Юта поняла, что её последователи оказались в мексиканской Аризоне: правда, они живут там уже 150 лет на границе, но нужно «спасать»! Конечно, в Европе каждый метр границы полит кровью не один раз. Но всё это сюр! Все жители Америки ощущают себя прежде всего американцами; и уж, конечно, американцами для заграницы, хотя могут быть итальянцами, ирландцами дома; но такие, как правило чистопородные, а подавляющее большинство американцев – такая смесь, что можно отмечать сразу много культурных праздников. Всё изменилось последние десятилетия для новых американцев, которые, как правило, остаются в первую очередь со своей этнической культурой – изменится ли что-нибудь в последующих поколениях, непонятно. Вот в Европе турки или арабы ими и остаются, даже во втором и третьем поколениях. Советский народ мог бы стать тоже новой успешной национальностью, но тогда не надо было вводить этнические территориальные деления; а если вводить, то сохранять русскую национальность для всех, как то единство, которое необходимо стране; тем более, что русский язык, русская культура, русская история, а также территориальная принадлежность Российской империи была её основой.
Насчет этнического происхождения – вспомнила результат исследования ДНК моей подруги на основе нескольких зарубежных платформ. Не хочу кого-то рекламировать или наоборот, но лишь одна ДНК платформа выдала результат, что подруга на 95 % русская (что соответствует её известным предкам по крайней мере с 16–17 веков), а на 5 % – это разные добавки, которые меняются со временем ввиду уточнения; из них на 1 % она финка. А вот уже по другим платформам она была или только на 50 % восточно-европейка, или вообще была только из района Польши и Литвы, литовка (в основном) с примесью прибалтийских и эстонских генов. В связи с белорусскими событиями и утверждениями части радикальной оппозиции, что они в основном литовцы, не являются ли данные по ДНК для кого-то «железным» аргументом? Для оппозиции это находка, нужно только «правильную» платформу ДНК советовать, потом когда-нибудь разберутся… Конечно, возможно, 2 000 лет назад у нас и были общие предки, но должны ли мы заходить на такую глубину веков?
Естественно, у большинства не одна этническая группа в предках – поэтому разбираться в процентом этническом содержании генов предков – это семейное дело; но вот национальность должна соответствовать стране. Если живёшь в Казахстане – то казах, в России – русский. Советская культура была тождественна именно русской культуре, и именно Русская империя была предшественницей, и именно русский язык был и оставался языком многонационального общения; через 70 лет выяснилось, что некоторые бывшие советские республики признают только себя, и никакого советского братства не было, а русских людей они рассматривали как оккупантов (такое мнение, конечно, не у всех, а у ориентированных на Запад элит). А советская культура не рассматривается этими элитами как русская, а просто как смесь культур отдельных республик. Естественно, этнический компонент был, но все-таки и была общая составляющая, и это была именно русская культура. Даже вот здесь, в эмиграции, разницы никакой в культурах людей из городов разных республик не наблюдается; конечно, в деревнях культура отличалась и была более этнической – в общем это всегда было характерно для русской глубинки. Да здравствует наша деревенская, национальная культура! – наверное, это основной лозунг на Украине, потому что в городах была русская культура (однако не случайно, поскольку это была общая культура). 20 лет тому назад, если в Киеве кто-то начинал говорить по-украински, то его воспринимали как реднека (прозвище в Америке для простодушного парня, занимающегося простой работой) из далекой глубинки. Я не хочу обижать деревенских, добрых и великодушных жителей Украины, но все-таки основная культура в плане развития языка, науки формируется в городах.
В данном случае хочу подчеркнуть, что под русскими я понимаю всех жителей России и тех жителей Советского Союза, для которых русская культура – родная. Что касается этнических русских, то здесь я понимаю то определение, которое им давали (как в русской, так и зарубежной литературе) до нашей революции 1917 года: русские – это три народа: великороссы, малороссы и белорусы. Очень обидно, что за годы Советской власти, а возможно, благодаря присоединению во время войны западных территорий, это понятие единства утратилось. Видимо, В.И. Ленин допустил большой философский промах – его национальная политика, может быть, и неплохая для развития национальных культур, приводит к разобщению народов и потенциально к войнам, если вспомнить все конфликты после развала Советского Союза. Выходом из сложившейся ситуации может быть только поддержка культурной составляющей наших многочисленных этносов, развития языка, преподавание в школе, но политическую составляющую жизни народов должен брать федеральный центр в плане формирования единой политики, единой идеологии, общей школьной программы – плюс местные классы по языку и культуре. Национальные области, где этническое население составляет всего несколько тысяч, должны быть объединены с прилегающими областями, поскольку это разбазаривание денег на поддержку дополнительного административно-хозяйственного аппарата, а вот лучше эти деньги направить на улучшение условий жизни малых народов, качества преподавания этнического языка, поддержку культуры, всего этноса ввиду его эндемичности. Мы заботимся даже о каждом редком виде растений или животных – а тут целая человеческая культура!