Вероника

История жизни Альберта, безусловно, заслуживает внимания. Дело в том, что в наше суматошное время он получил то, чего действительно хотел. Во-первых, он был счастлив. Во-вторых, он ушел тогда, когда его счастье закончилось.

***

– А фигура у нее хорошая? – спросил господин Бреннер.

Он всегда задавал этот вопрос, если видел, что девушка привлекательная. Если нет, он не говорил ничего. На этот раз его высказывание относилось к Анне, которая пришла устраиваться на работу дизайнером. Разумеется, сам Бреннер не занимался подбором персонала, ведь он был владельцем компании. Но он предпочитал как можно больше знать о новых сотрудниках, особенно о девушках.

– Да, сэр, – ответил помощник Бреннера, господин Саутсон. Он знал, в каком случае его начальник задает этот вопрос. И он видел Анну. – Вы хотите, чтобы я сообщил ей об этом?

Примерно так девушке давали понять, что она понравилась важной персоне, и в ее интересах ответить взаимностью.

– Нет! На этот раз я хочу жениться. Мне пора подумать о наследнике, – ответил Бреннер. Анна действительно была хороша.

Ухаживания 40-летнего босса за 25-летней девушкой не затянулись. Через полгода после знакомства они поженились. Разумеется, потом был медовый месяц и свадебное путешествие. А вскоре после этого Анна забеременела. Уже через пару месяцев ее положили в больницу.

– Вашей жене крайне нежелательно рожать, – говорил Бреннеру ее лечащий врач. – Ситуация весьма серьезная, скорее всего, при родах погибнет и она, и ребенок.

– Глупости! – возразил Бреннер. – Как может быть женщине опасно рожать? Они для этого и созданы. Тысячи лет женщины рожают, и ни одна от этого не умерла. А вы мне говорите!

– На самом деле некоторые из них действительно умерли, к сожалению.

– Ну даже если это и было, то наверняка давно. А сейчас вы со всем справитесь. Уж моего-то ребенка вы точно спасете! Любой ценой, вы поняли?

– Да, сэр, я все понял, сэр.

Как и полагал Бреннер, роды прошли благополучно. Иными словами, его жена умерла, а ребенок выжил.

– Сэр, ваша супруга хотела назвать мальчика Александром, в честь ее деда. Он был ученым, – обратился к начальнику Саутсон.

– Глупости! – в своей обычной манере отмел предложение Бреннер. – Какой-то дед, какой-то Александр. Откуда мне знать, кто это вообще такой? Будет Альбертом в честь этого, как его… В общем, мой сын – Альберт, и точка!

***

Маленький сын не доставлял хлопот Бреннеру. Главным образом потому, что он лично не занимался ребенком. Матери у мальчика, понятное дело, не было. Не появилась и мачеха. Бреннер и не думал избегать женщин, но вторично так и не женился. Может быть, он действительно любил Анну. А может, другим его девушкам было далеко до ее красоты.

Сначала мальчик был под присмотром няни и Саутсона, потом пошел в школу. А вот в подростковом возрасте он стал вызывать беспокойство отца. Во-первых, Альберт не носился по дому сломя голову. Во-вторых, он ничего не ломал – он аккуратно разбирал те или иные вещи, а потом так же аккуратно собирал. И наконец, он никогда не просил денег. Вообще никогда! С годами эта его странность усилилась.

– Сын! Я даю тебе в месяц сто кредитов, а ты тратишь только пятьдесят! – Бреннер решил серьезно поговорить с Альбертом.

– Ну, пап, я скоро закончу школу, нужно будет поступать в колледж, может, специальная подготовка понадобится, а это стоит денег, – ответил парень. На самом деле он уже готовился к колледжу, и на это хватало тех самых 50 кредитов.

– Может, мне и давать тебе пятьдесят, раз ты обходишься? – нахмурился Бреннер.

– Пап, это ведь твои деньги, только ты можешь решать, сколько кому давать, – сын глядел на него удивительно спокойными глазами.

– Зачем тебе вообще понадобился какой-то колледж? Неужели не придумал занятия получше? – Бреннер действительно не понимал, зачем его сыну получать какую-то профессию. Сам он был достаточно богат, чтобы и его внуки ни в чем не нуждались, даже если бы всю жизнь только тратили, причем без счета.

– Ну, пап, тогда я смогу помогать тебе, работая в твоей компании, – ответил его сын.

– В моей компании, а? – Бреннер решил, что таким образом мальчик пытается быть похожим на него, и ему это было приятно. – Ну ладно, пусть будет колледж. Только смотри, не перегрузи мозги!

– Хорошо, пап!

Как и следовало ожидать, Альберт поступил в один из лучших колледжей страны. По такому случаю отец подарил ему мультисистему с искусственным интеллектом. Она отличалась небольшими размерами и потрясающими возможностями. Эта дорогая штука позволяла быстро найти любой документ в любой библиотеке; любого человека, у которого есть хоть какое-то средство связи; самостоятельно посылала сигнал на заданный номер, если с владельцем что-то случалось, и сообщала, где он находится; определяла погоду на неделю вперед и могла еще много чего. В том числе создавала искусственную реальность, например, могла превратить обычную комнату в парк, башню древнего замка, побережье или что-то еще. Конечно, ни деревья, ни волны не были настоящими, но отличить их было практически невозможно – если не ставить себе такую цель. Правда, новая реальность размерами той же комнаты и ограничивалась, но Альберт был от нее в восторге.

– Ух ты! Круто, пап! Такой, наверно, ни у кого на нашем курсе нет, разве что у Виктора! – воскликнул парень.

– Ну, у Виктора, может, и нет, а у тебя точно есть! – отозвался его отец.

– Спасибо, пап!

Чуть позже Бреннер спросил Саутсона:

– Кто такой этот Виктор?

– Это сын Инориса, сэр.

Инорис был давним знакомцем Бреннера. Они постоянно соперничали друг с другом, в чем-то один обходил другого, в чем-то наоборот. В любом случае, Бреннер не мог не одобрить такое знакомство сына.

– Еще с ним будут учиться дети Свенсона и Вильфанда, сэр.

Это были, что называется, люди одного круга, хотя далеко не все действия друг друга они одобряли.

– Что, и они тоже?

– Да, ваш сын выбрал действительно хороший колледж, сэр.

– Ха, ну теперь уж они не смогут заявить, что их сыновья учатся, а мой – нет! И мальчик будет общаться в хорошей компании, связи в бизнесе лишними не бывают, – заключил Бреннер.

***

С этого момента поведение Альберта не слишком беспокоило отца. Хотя он по-прежнему считал, что мальчик растет чудаком.

– Сын! Как ты смотришь на то, чтобы на следующей неделе отправиться со мной на охоту в Загандию? – спросил как-то Бреннер. Это было любимое место охотников, где специально разводили самых необычных зверей. И в них можно было стрелять.

– Здорово, пап! Только у меня на следующей неделе экзамены, я не смогу, – ответил Альберт. – Может, получится взять меня с собой в другой раз?

– Ну, как знаешь. Можем, конечно, и в другой раз съездить. Смотри, не перегружай мозги. Чрезмерное увлечение книжками до добра не доведет, забудешь, как мир выглядит.

– Хорошо, пап.

Когда сын ушел, Бреннер заметил:

– Тоже мне, выдумал какие-то экзамены. Наверняка просто постеснялся сказать, что не умеет стрелять.

– С вашего позволения, сэр, умеет. Я сам научил его. Правда, сомневаюсь, что ваш сын выстрелит в человека, даже если тот будет стрелять в него.

– Вот! А я о чем говорю? Ясно же, что не умеет!

Зато Альберт умел многое другое. Он успешно осваивал программу, включая восемь иностранных языков. Он решил стать переводчиком, то есть человеком, который не только понимает жителей разных местностей, в том числе и их диалекты, но и может качественно настроить электронное устройство для перевода. Речь, конечно же, о новых языках и тех людях, с которыми еще не было большого количества тесных контактов.

Для получения диплома достаточно было пяти, но парень считал, что знания лишними не бывают. К тому же он опасался, что обычного диплома будет недостаточно, чтобы получить хорошую работу. Поэтому учил дополнительные языки, экономические связи и воздействие на имидж предприятий в обычных и сложных условиях. Из-за этого у него не было возможности ездить с отцом на охоту, ходить на вечеринки, да и вообще, времени на развлечения почти не оставалось. Разве что на общение с лучшими друзьями, Виктором Инорисом и Максимом Вильфандом. Виктор тоже учил восемь языков, Максим – шесть и еще занимался на курсах медицинской помощи. Он собирался после колледжа работать в фирме отца и опасался, что тот отправит его налаживать связи в какой-нибудь неблагоприятной для пребывания, но очень выгодной местности. Виктор тоже опасался, но рассчитывал на крепкое здоровье. Склонности к медицине у него не было.

После колледжа все трое устроились на работу в столице. Максим и Виктор – у своих отцов, а Альберт – в международную компанию «Крил». Фирма занималась производством систем связи, их продажей и настройкой. Причем действовала в самых разных местностях, постоянно расширяла сферу деятельности, так что знание восьми языков было не лишним для претендента на работу. Альберту без особого труда удавалось наладить общение с теми людьми, язык которых мало кто знал.

– Это парень Бреннера, – отметил специалист отдела кадров.

– Ну и что? Он в этом не виноват, у него прекрасный диплом и очень хорошие отзывы с практики. Да я бы скорее самого Бреннера взял на работу, чем одну из этих девиц, что мечтают выйти замуж, родить ребенка и сидеть дома, – признался будущий шеф Альберта. У него из отдела за полгода уже три девушки уволились после свадьбы. – А тут восемь языков! Такие специалисты на дороге не валяются.

Отец Альберта был от его работы не в восторге.

– Ты же собирался работать в моей фирме. Что случилось с твоими планами? – спросил он сына.

– Ну, пап, разве у тебя есть вакансия переводчика? – в обычной своей манере ответил Альберт. – А у них есть. А когда появится у тебя, у меня будут уже не только знания, но и опыт. Это очень важно.

– Опыт, говоришь? Ну, ладно. Осваивайся, а там видно будет.

– Хорошо, пап!

***

После испытательного срока на работе дела у Альберта пошли на лад. Он переехал в отдельную квартиру, объяснив отцу, что все так делают. Тот, в общем-то, и не думал возражать. Но поручил Саутсону по-прежнему приглядывать за сыном. А еще у Альберта появилось время на вечеринки с друзьями. На одной из них он познакомился с Вероникой.

Она пришла вместе с еще одним другом Альберта, Александром, когда веселье было в самом разгаре. Конечно, она не была самой красивой девушкой, но у Альберта при одном взгляде на нее мгновенно пересохло во рту.

– Ребята, а кто это? – спросил он своих друзей.

– Это Вероника, подруга Александра. Она скоро заканчивает наш колледж, будет репутационным менеджером. А еще танцует в «Акве», – рассказал Виктор.

– Познакомь меня с ней, а? – попросил Альберт, не отводя взгляда от девушки.

После знакомства он остался разговаривать с Александром и Вероникой. А Виктор вернулся за столик к Максиму.

– Зря ты их познакомил, – сказал тот другу. – Она же – подруга Александра, теперь Альберт всю жизнь будет несчастен. Ты посмотри на него!

– Это ты посмотри на него повнимательней, – возразил Виктор. – Сейчас он счастлив, как никогда раньше, пусть она и подруга Александра. А что будет дальше – кому это нужно знать заранее?

Когда начались танцы, Альберт, не отрываясь, смотрел на Веронику и Александра. Зрелище действительно того стоило – в «Акве», клубе, где собиралось избранное общество, посредственных танцоров не было. Периодически там устраивали благотворительные концерты, билеты на которые стоили больших денег. Выручка от них шла на сохранение вымирающих видов растений и животных.

– Скоро концерт в «Акве», ты в курсе? – спросил Максим Виктора, когда Альберт снова ушел к Веронике и Александру.

– Да, знаю, – отозвался друг.

– Я отдам свой билет Альберту.

Как молодой специалист Максим получал не очень много, но подруга его подруги Анжелики тоже танцевала в «Акве», а им разрешалось приглашать пару друзей на праздничный вечер.

– Ты же хотел пойти с Анжеликой! – удивился Виктор.

– Я попробую уговорить ее отдать свой билет тебе. Будешь присматривать за Альбертом.

***

Перед концертом Альберт задал своему другу едва ли не тысячу вопросов. Его интересовало буквально все, от истории возникновения клуба до правил поведения приглашенных гостей. Виктор рассказывал все, что знал. Но периодически приходилось подключать Максима – тот благодаря Анджелике знал об «Акве» гораздо больше.

– Послушай, ты случайно не в курсе, какие цветы нравятся Веронике? – спросил Альберт друга, когда они уже собрались на концерт.

– Честно говоря, не знаю, – отозвался Виктор. – Но выбора в любом случае не будет.

– Почему? – удивился Альберт.

– Они же защищают дикую природу, – пожал плечами его друг. – Так что, по их неписаным правилам, лучше дарить цветы в горшках. Немного дороже обычного букета, но, как говорится, это плюс к репутации гостя. Есть шанс получить следующий билет бесплатно. Правда, не слышал, чтобы там было несколько вариантов цветов. Одно, в лучшем случае, два растения – и все. Но если Веронике не понравится, она сможет передать цветок в Фонд клуба. Ей за это какие-то бонусы полагаются, у них своеобразный цветочный рейтинг ведется.

Альберт так и поступил. А потом все время смотрел на Веронику.

В это же время на девушку смотрел и мистер Бреннер. Периодически он посещал «Акву», хотя и считал репутацию клуба несколько завышенной. Тем не менее, он воздержался от высказывания насчет фигуры Вероники. Возможно, потому, что Саутсона на танцевальном вечере не было.

В конце праздника Альберт отправился вручать цветок Веронике. Виктор тоже пошел с ним, поскольку обещал присматривать за другом. Ни один из них так и не понял, понравилось ли девушке само растение. А в том, что ей был приятен подарок, сомневаться не приходилось. Бреннер в этот момент отправился звонить Саутсону и не видел, как его сын общался с Вероникой.

Через день Альберт позвонил девушке. Он нашел ее благодаря мультисистеме за пару минут. Остальное время понадобилось на поиски удобного повода для звонка.

– Привет! Мы виделись на вечере в «Акве», помнишь? – поздоровался Альберт.

– Привет! Конечно, помню! Ты был с таким милым цветком! – улыбнулась в ответ Вероника.

– Я знаю, ты сейчас готовишься к экзаменам. А репутационный менеджмент – довольно непростая вещь. И я тут подумал, может, тебе нужна помощь? Я мог бы быстро найти необходимые документы.

– О, это было бы здорово! Хотелось воспользоваться в работе ссылками на Хартию 32 года, мне нужен полный текст, а не общеизвестные два абзаца. А она в Центральном архиве, – вздохнула девушка. – Туда только пропуск оформлять будут две недели. А я за две недели уже все закончила бы.

– Я постараюсь чем-нибудь помочь, хотя и не буду обнадеживать.

Текст той самой хартии был не только в Центральном архиве. В 32 году, когда Хартию приняли, ее полный текст был опубликован в сетевой газете. Хотя через несколько лет документ сильно изменили, информацию в издании удалять не стали. Вот этот-то вариант мультисистема и выдала. А еще – комментарии чиновников, бизнесменов, политиков, историков и многих других, озвученные все в том же 32 году. И несколько сопутствующих документов. Радости Вероники по этому поводу не было предела.

– Ну надо же, как раз то, что нужно, – выдохнула она, едва ознакомившись с документами. – Это еще лучше, чем вариант архива. Ты мне здорово помог, Альберт! Спасибо!

– Поверь, это было несложно. Я рад, что тебе это пригодится.

– Еще как! Теперь останется немного времени на репетицию танцев. Это здорово расслабляет. Я потому и решила заниматься танцами. Когда целыми днями изучаешь всякие причины и следствия в сфере репутации, полезно отвлечься на что-то совсем другое.

– Ты очень хорошо танцуешь.

– Ну, по-другому в «Акву» не попасть, а тут очень интересно. Я обязательно оформлю тебе приглашение на один из вечеров. Они не такие шумные, как благотворительные концерты, людей бывает гораздо меньше, но программа более разнообразная. Мы не только танцуем, хотя об этом мало кто знает. Вот увидишь, тебе понравится.

– Буду рад его получить. А ты обращайся, если будут нужны еще какие-нибудь документы. Ну, или еще что-нибудь. Я буду рад помочь.

***

Бреннер долго разглядывал фотографии с благотворительного вечера, а потом спросил Саутсона, указывая на Веронику:

– Вот у нее хорошая фигура?

– Вы, разумеется, правы, сэр, – ответил тот. – Но, с вашего позволения, было бы лучше, если бы вы обратили внимание на других девушек.

– И все потому, что она – репутационный менеджер, а их так просто не проймешь? Могут себе позволить всякое, да?

– Не только. Ваш сын помогал ей готовиться к экзаменам. Смею предположить, он испытывает к ней симпатию.

– Глупости! – отмел возражения Бреннер. – Мальчик просто пытался показать свою воспитанность.

– Как скажете, – не стал спорить Саутсон. – Но она все равно репутационный менеджер.

– Ну, предложи ей работу!

– Боюсь, из этого ничего не выйдет.

– Это еще почему?

– Потому что она уже устроилась на работу в «Галактику».

– Ну, так предложи ей зарплату больше!

– Не поможет. Репутационные менеджеры не меняют решение из-за одних только денег. И они очень придирчиво относятся к тому, с кем работают. И как выполняют их рекомендации.

Репутационные менеджеры могли определить, как на будущем компании скажется то, какую рубашку надел владелец фирмы для завтрака в ресторане, где проводят выходные топ-менеджеры, какие магазины посещают их жены и многие другие факторы. Их рекомендации действительно позволяли улучшить положение дел. Но и стоили такие специалисты недешево. Даже начинающие. Так что Бреннеру действительно нечего было предложить Веронике. К тому же он не любил следовать чужим рекомендациям.

– Ну, личную безопасность все ценят. Найди специалистов, пусть постреляют немного вокруг, – распорядился Бреннер. – А потом можно отвезти девушку в безопасное место. Это хороший повод для знакомства.

– Как скажете, сэр.

***

В тот день Вероника позвонила сама.

– Привет! Помнишь, я обещала тебе приглашение на вечер в наш клуб?

– Привет! Конечно, помню!

– Ну вот – оно у меня в руках! Если удобно, я его тебе сегодня привезу после работы.

– Конечно, удобно!

Они договорились встретиться на остановке флаеров на крыше дома, где жил Альберт. Это была ближайшая от работы Вероники остановка.

Пока молодые люди обсуждани детали предстоящей встречи, их разговор слушали те самые специалисты, которых Саутсон нашел по распоряжению Бреннера.

– Скоро выходить, – сказал один из них второму. – Не забудь поменять магазин в карабине. У нас все-таки не боевое задание.

Подобная замена позволяла из одного и того же оружия стрелять самыми разными боеприпасами – от тех, что способны лишь привлечь внимание и не оставляют даже синяков, до действительно опасных, с какими ходили на самых свирепых зверей в Загандии. Для воздействия на Веронику было решено использовать свето-шумовые пули. Грохота от них было столько же, как от боевых, а вреда здоровью они не причиняли, только пугали.

– Ну уж нет, – возразил его напарник. – Мне через шесть часов ехать в Загандию, охранять Большого Босса. А сразу после смены магазина точность стрельбы падает на пару часов. Уж лучше я другой карабин возьму, я его уже приготовил.

В назначенное время специалисты направились к выходу. Причем тот из них, кому позже нужно было ехать в Загандию, вместо карабина с безопасными зарядами взял обычный, с боевыми. Просто рука сама потянулась к тому, что ей привычнее. А он и не заметил.

***

Альберт пришел на остановку за 15 минут до приезда Вероники. А специалисты с карабинами – за 20 минут до него. На крыше дома была своеобразная архитектура, так что спрятаться там можно было без проблем. Да и вряд ли кому-то в голову пришло бы обыскивать крышу.

Вероника легко выпорхнула из флаера, и он уехал еще до того, как к девушке подошел Альберт. Тут же началась стрельба, и практически сразу по желтому платью Вероники расползлось красное пятно, которое все увеличивалось. Мгновенно Альберт оказался рядом с ней и увлек ее за ближайшую колонну, закрывая собой. В укрытии он уложил девушку на крышу. Ему хватило одного взгляда на рану, чтобы понять, насколько серьезно состояние Вероники. Когда его друг Максим изучал медицину, Альберт помогал ему практиковаться. Сейчас ему было понятно, что медлить нельзя. Он сразу же вызвал «скорую», но прекрасно понимал, что врачи не появятся на крыше сию же минуту. Конечно, благодаря упомянутому уже Максиму, у него был пакет первой помощи, а может, и два. Но они были в квартире, а вокруг продолжалась стрельба. Впрочем, оружие у Альберта тоже было, по настоянию отца он сдал экзамен, оформил разрешение на простенький гражданский пистолет и всегда ходил с ним. Как и с мультисистемой.

– Вероника, нам нельзя здесь оставаться, – прошептал он. – Но мы не можем уйти, пока стреляют. Поэтому я постараюсь прекратить стрельбу. Ты не испугаешься побыть одна?

– Смотри, у тебя кровь, – слабо отозвалась Вероника.

– Кровь? Ну да, ты ранена, но это не страшно, – прянялся успокаивать ее Альберт. – У меня дома есть пакет первой помощи, с ним тебе сразу же станет легче. Не волнуйся, я умею им пользоваться. Все будет хорошо.

– Нет, у тебя кровь на плече, посмотри, – возразила девушка. Альберт с удивлением понял, что она права. Хотя его ранение было намного легче, чем ее.

– Да, кровь, – согласился он. – Нужны пакеты первой помощи, только тебе совсем нельзя двигаться. Ты не испугаешься тут одна? Я быстро. Не бойся, другие тебя не найдут. Смотри, что сейчас будет.

Альберт нажал несколько кнопок мультисистемы, и часть крыши превратилась в джунгли. Для врачей, даже если бы они прибыли так быстро, они не стали бы препятствием – у всех них обязательно есть маркеры, реагирующие на раненых. А вот нападавшим такая иллюзия могла усложнить жизнь, если у них не было тепловизора. То есть стрелять они могли по-прежнему, а вот прицелиться как следует уже было непросто.

В мультисистеме тепловизор был, и Альберт рассчитывал с его помощью найти людей с оружием и обезвредить.

– Хорошо, я не буду бояться. Только ты недолго, – выдохнула Вероника.

– Конечно, я быстро.

Тепловизор выдал две точки совсем рядом с укрытием. Они перемещались, не переставая вести стрельбу. Альберт стал двигаться за ними. Первый и второй выстрелы ушли в пустоту – он просто хотел увести противников подальше от Вероники. Третий почти попал в точку – он расплавил ствол карабина. К сожалению, это было шумовое оружие, оно никак не вредило, но Альберт об этом не знал. После четвертого, тоже неудачного, он не успел укрыться и получил еще одну рану, причем куда более опасную, чем предыдущая. Зато пятый выстрел расплавил боевой карабин. Настала тишина. Не дожидаясь, пока противники вооружатся чем-то еще, Альберт поспешил к Веронике. Она была без сознания. Он взял ее на руки и пошел к лифту. Все еще была тишина, и их по-прежнему закрывали джунгли.

В квартире Альберт уложил девушку на диван и достал аптечку. У него действительно было два пакета первой помощи. Он сделал все четко, как на занятиях с Максимом. Лекарство подействовало быстро, и когда Вероника открыла глаза, тревога немного отпустила. С таким пакетом время уже не было так важно. Врачи могли задержаться чуть ли не на два часа и все равно успеть. Конечно, с такими ранами время действия пакета сокращалось, но и такого долгого ожидания в городе никто не помнил.

– Ты здесь живешь, да? – спросила девушка, слабо улыбаясь.

– Да, я бы предложил чаю, но тебе пока не следует вставать, по крайней мере, пока не осмотрит врач, – Альберт знал, что понадобится операция, но не хотел пугать Веронику. – Даже не знаю, чем тебя развлечь, пока ждем.

– Давай отправимся в путешествие!

– Я был бы только рад, но…

– Ты не понял, я про виртуальное путешествие, с помощью мультисистемы, – уточнила Вероника. – Она ведь может создать абсолютно любое место, так?

– Да, конечно.

– Тогда давай отправимся на водопады. Мне всегда хотелось туда попасть, но все как-то не получалось.

– Значит, сейчас мы будем на водопадах, – улыбнулся Альберт.

И вот они уже на берегу озера, а рядом шумит вода. Они разговаривали, не замечая, как идет время, не замечая, как слабеют их голоса. А врачей все не было.

В тот самый день на Центральном вокзале беспилотный состав сошел с рельсов и врезался в пассажирский поезд. Перевернулись четыре скоростных вагона, и все сводобные «скорые» в первую очередь направляли туда. О стрельбе на крыше никто еще не знал, поэтому вызов Альберта не получил пометки «срочно». В итоге врачи не успели. Когда они зашли в квартиру – их ключи позволяли открывать запертые помещения – Вероника с закрытыми глазами лежала на диване. Рядом на кушетке лежал Альберт, держа ее за руку. И больше для них уже ничего нельзя было сделать.