Пьесы. Сборник

© Лев Голубев-Качура, 2020

ISBN 978-5-4498-9521-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Премия

Драма в пяти действиях

Действие первое

Большой кабинет Генерального директора рудника. Справа от входа «французское окно» с видом на небольшой городской парк. Возле него столик для чая с двумя креслами. На столике газета и журнал. Прямо от входа стол с приставным к нему столом для совещаний. У левой стены дверь в комнату отдыха – она закрыта. От входной двери до стола тянется ковровая дорожка.

В кабинете находятся трое: сам Генеральный директор, он сидит в кресле за своим столом. Его заместитель стоит у окна и курит заграничную сигаретку, и начальник автопарка. Начальник автопарка возбуждённо ходит по кабинету, и говорит, говорит…

Г р о м о в (сердито). Ты можешь хоть на минуту перестать бегать по кабинету? У меня скоро в глазах будет рябить от твоего мельтешения.., чёрт тебя побери!

Начальник автопарка останавливается, поворачивается, смотрит на шефа, затем продолжает.

В о р о б ь ё в (частит). Так я ж, Виктор Сидорович, к чему веду разговор: у меня от этой гонки за премией все машины раньше срока выбегают свой ресурс. Ведь вы только посмотрите какие выкрутасы мои шофера устроили – ремонтники не успевают машины ремонтировать… Пришлось трёхсменку вводить. А если, не дай бог конечно, случись авария – кто в ответе? (Вопросительно смотрит на шефа.)

И н н о к е н т и й (показывает пальцем на Игоря Михайловича). Ты в ответе. Не я же начальник автопарка, а ты. Вот и следи за своими лихачами.

В о р о б ь ё в. Так как же… за ними уследишь… Не могу же я по всей трассе контролёров поставить … (Игорь Михайлович вопросительно смотрит на шефа.)

И н н о к е н т и й. Твои проблемы.

Иннокентий поворачивается к шефу.

И н н о к е н т и й (продолжает). Виктор Сидорович, в этом квартале объём вскрышных работ увеличился, и мы…

Г р о м о в (переводит взгляд на зама). На сколько?

И н н о к е н т и й. Ну-у …, точно не могу сказать.., но…

Громов нажимает на кнопку селектора.

Г р о м о в. Плановый? Вера Ивановна, кто у нас ведёт учёт вскрышных работ?

К у д р я в ц е в а (испуганно). Валюша, Виктор Сидорович.

Г р о м о в. Какой объём вскрышных работ за этот квартал?

К у д р я в ц е в а. Подождите секундочку… Я сейчас…

Слышится шуршание бумаг.

К у д р я в ц е в а (продолжает). Сто пятнадцать процентов, Виктор Сидорович.

Г р о м о в (смотрит на Иннокентия и Игоря Михайловича). Вы считаете.., что этого достаточно? Достаточно, да?

В о р о б ь ё в (опустив взгляд). Нет конечно.., но…

Г р о м о в. Никаких «но», крутись-выкручивайся, ночи не спи, а в этом месяце чтобы было не ниже чем сто двадцать пять! Понял? А ты, Иннокентий… (Он опять посмотрел на зама.) Проследи за бригадами экскаваторщиков и бульдозеристов!

И н н о к е н т и й (с жестокими нотками в голосе). Я прослежу..! Хотя… это епархия главного инженера.

Г р о м о в. Он в отпуске!

И н н о к е н т и й. Да, да, конечно…

Г р о м о в. Иннокентий, ты можешь идти. А ты… (Шеф тыкает пальцем в сторону Игоря Михайловича.) Задержись.

Иннокентий выходит. Когда за ним закрывается дверь, Виктор Сидорович поднимается из своего просторного кресла и нажимает на кнопку селектора…

Г р о м о в (повернув голову в сторону нач. автопарка) Тебе, Игорь, чаю или кофе? (Пауза.) А может рюмочку коньяка употребишь? (Смотрит на Воробьёва.)

В о р о б ь ё в. Лучше чаю, а то мои шофера сразу унюхают.

Г р о м о в. Люба, один чай…

В о р о б ь ё в (поспешно). С лимоном.

Г р о м о в. А мне, как всегда.

Громов показывает Игорю Михайловичу на кресло у журнального столика.

Г р о м о в. Ты присаживайся.

Воробьёв садится в кресло и, немного повозившись, устраивается.

В о р о б ь ё в (вздохнув, жалуется). Устал я. Старость, что ли?

Г р о м о в (с улыбкой). Какие твои годы, Игорь. Вот у меня годы…

В о р о б ь ё в (ворчливо). Шутишь? Но всё равно пятьдесят шесть, это тебе не двадцать шесть… (Он ещё раз вздохнул, но теперь протяжно). О-хо-хо… Моя Надежда, нет-нет, да и скажет: «Что-то ты, Игорёша, постарел. Чуть что, сразу и покряхтываешь».

Г р о м о в (бодро). Да будет тебе прибедняться. Ты ещё вон какой орёл.

В о р о б ь ё в. Ага – орёл с общипанными крыльями.

Входит миловидная, рыжеволосая девушка с небольшим разносом в руках, и ставит на столик чашки с чаем и кофе.

Л ю б а (мило улыбнувшись). Ещё что-нибудь Виктор Сидорович?

Г р о м о в. Нет, спасибо. Люба, полчаса меня ни для кого нет. Нам нужно с начальником автопарка кое-что перетереть.

Л ю б а. Хорошо. Поняла. (На щеках девушки появляются милые ямочки.)

Г р о м о в. Маме передавай привет. Хотя… я сам, если вырвусь, загляну.

Л ю б а. Обязательно передам. Она будет рада. Очень рада.

Г р о м о в. Ну, ступай.

Громов садится напротив Игоря Михайловича, пьёт кофе.

В о р о б ь ё в (пытливо). Виктор, что, она всё ещё убивается по мужу?

Г р о м о в. Даа. Жаль и её и Александра… Хороший был человек, и маркшейдер «от бога». Но, видишь как получилось… Видно на роду ему было так написано. На работе сгорел – сердце сдало… Судьба…

В о р о б ь ё в. Судьбаа… Не знаешь, где, и когда помрёшь. Так ты, Виктор, зачем меня задержал? У меня дел невпроворот, как-бы и, правда, авария не случилась.

Г р о м о в (подняв взгляд на нач. автопарка). А что? Так серьёзно? Или ты… подстраховываешься?

В о р о б ь ё в. Не знаю, нее знаю… Томит что-то меня… Вроде предчувствие что ли.

Г р о м о в. Расскажи. Должен же Генеральный директор знать, что творится у него на руднике.

Воробьёв встаёт из кресла, и подходит к окну.

В о р о б ь ё в. Понимаешь, в связи с объявленной премией… мои шофера как с ума посходили, особенно… Ну, в общем.., в третьей бригаде, на КАМАЗе, работает один молодой шофёр.., Хороший парнишка.., добросовестный.., Пашет как вол с утра до позднего вечера… Ну, естественно, производственные показатели у него на высоте. У него жена Настёна – не красавица, но миленькая…

Г р о м о в. Игорь, ты к чему всё это рассказываешь? У меня время дорого стоит.

В о р о б ь ё в. Так без этой преамбулы ты не сможешь понять «что» и «почему».

Г р о м о в. Ладно.

Громов допивает кофе и подходит к селектору.

Г р о м о в. Люба, принеси ещё чашечку кофе… (Поворачивает голову к Игорю Михайловичу.) Тебе ещё чаю?

В о р о б ь ё в (отрицательно качая головой). Нет, спасибо.

Г р о м о в. Люба, одно кофе, мне.

Люба приносит кофе, ставит на столик. Выжидательно смотрит на Виктора Сидоровича…

Г р о м о в Спасибо, Люба. Можешь идти.

Девушка уходит. Генеральный подходит к сидящему Игорю Михайловичу и, покачиваясь с пятки на носок, выжидательно смотрит.

Г р о м о в. Ну? Чего тянешь?

В о р о б ь ё в. Как я тебе уже сказал – его жену Настей зовут…

Г р о м о в (возмущаясь). Ты, что, прикажешь мне имена жён всех моих работников помнить?

В о р о б ь ё в. Не всех. Не всех. А только без этого имени рассказ не получится.

Г р о м о в. ануда ты неимоверный, Игорь. Как только тебя жена и дочь терпят?

В о р о б ь ё в (пожимает плечами). Не знаю. Вроде как, терпят. Мне они не говорили.

Г р о м о в (хохочет). Ха-ха, так они тебе и скажут. Ладно, проехали. Рассказывай.

Воробьёв тоже встаёт.

В о р о б ь ё в. Так вот, к ней стал «клеиться», тоже наш водитель. Как мне сказали, он ей проходу не даёт. Красавец парень – гроза всех местных девчонок и молодых жён, ноо сволочь препорядочная! И дружки у него под стать – такие же «отпетые». Не скажу, что бандиты, но хулиганьё настоящее, всё стаей, как шакалы рыщут. Как только их земля терпит? Но работник он классный, ничего не скажу. Таких бы работников к нам в карьер побольше.., и мы план выполняли бы и перевыполняли.

Г р о м о в. Игорь, повторю вопрос: «К чему ты мне всё это рассказываешь?».

В о р о б ь ё в (повысив голос). Да пойми же ты, на руднике назревает что-то нехорошее!

Г р о м о в. И что ты мне прикажешь делать? (Он пытливо взглянул на друга.) Приставить к этой.., этой…

Громов щёлкает пальцами.

Г р о м о в (продолжая). …к этой Настёне охрану, чтобы она своему благоверному в подоле подкидыша не принесла?

В о р о б ь ё в (обиженно). Фу-у, как грубо. Не ожидал я от тебя такой реакции.

Воробьёв возмущённо взмахивает рукой.

В о р о б ь ё в (продолжая). Эх, ты…

Г р о м о в (оправдываясь). Ну ладно, ладно, пошутил я.

Виктор Сидорович приобнимает друга за плечи.

Г р о м о в (продолжая). Ты уж прости меня, старика. Интересные вещи ты, Игорь, рассказываешь.

В о р о б ь ё в. Хочешь прямо?! (Осуждающе смотрит на директора.)

Г р о м о в (продолжая полуобнимать друга). Конечно. Выкладывай как на духу. Мы же друзья стародавние.

В о р о б ь ё в. Так вот. Я думаю, если Николай Крутояров узнает, что этот «красавец» ухлёстывает за его женой… – быть смертоубийству!

Виктор Сидорович хочет что-то возразить, но так ничего и не сказав, проходит к своему столу. Затем, полуоборачивается к другу.

Г р о м о в. Ты серьёзно полагаешь, что дело может дойти до убийства?! Но ты сам сказал, что Николай Крутояров спокойный, выдержанный человек! И вообще…

В о р о б ь ё в (переходя на официальный тон). Господин Генеральный директор, считаю своим долгом предупредить Вас, что если не будет отменена, в качестве награды, столь крупная премия, то за последствия я не ручаюсь!

Громов, начинает злиться.

Г р о м о в. Да чёрт побери! Причём здесь премия? Причём?

В о р о б ь ё в. Да притом Витя, что из-за неё устроили на техтрассе настоящие спортивные гонки! Не на жизнь, а насмерть! Основными конкурентами на эту чёртову премию и являются Крутояров и Владлен Солнцев!

Г р о м о в. Иии, чтоо..?

Генеральный директор не понимает, почему это состязание между двумя водителями так опасно.

В о р о б ь ё в (сдерживая гнев). Потому что при таком раскладе всего можно ожидать…. Даже убийства.

Г р о м о в (всё ещё не понимая ситуации). Господи, затуркал ты меня Игорь своими авариями и убийствами. Трындычишь одно и то же, как та Трындычиха: авария-убийство, авария-убийство… Ладно, ты иди, я подумаю…

Громов неожиданно прерывает Игоря Михайловича.

Г р о м о в (заинтересованно). Игорь, подожди. Что это мы всё о работе, да о работе. Есть же в жизни и другие ценности…

В о р о б ь ё в (удивлённо). Ты думаешь?

Г р о м о в. Конечно. Ккстати, как там твоя дочь.., Катя? Скоро институт закончит?

В о р о б ь ё в (с довольной улыбкой). Да, Виктор Сидорович, завтра провожаю в институт… Последний курс остался…

По селектору слышен голос Любы.

Л ю б а. Виктор Сидорович, вам звонит второй секретарь Райкома. Соединять?

Г р о м о в. Соединяй. (Воробьёву.) Извини.

Воробьёв идёт к двери.

Г р о м о в. Подожди… Не уходи.

Громов пальцем показывает на кресло у столика.

Г р о м о в (в половину голоса). Посиди. Я быстро. Мне ещё кое-что надо тебе сказать.

Воробьёв возвращается. Садится в кресло. Листает журнал. Громов поднимает трубку. Разговаривает.

Г р о м о в. Громов. Слушаю тебя, Николай Порфирьевич… Здравствуй… Да всё по старому… Нет, нет, не забыл… Я уже распорядился… Кто конкретно отвечает?.. Так мой заместитель и отвечает… Передам.., обязательно передам супруге. Всего хорошего.

Громов кладёт трубку. Подходит к Воробьёву. Воробьёв встаёт.

Г р о м о в (Воробьёву). Извини. Мы с тобой не закончили. Я вот что тебе хотел сказать… Передай Кате… чтобы хорошо училась. Получит диплом, возьму её к себе в Управление.

В о р о б ь ё в. Скажу. Обязательно скажу.

Начальник автопарка уходит. Виктор Сидорович провожает его взглядом. Затем проходит к своему столу, и нажимает кнопку селектора прямой связи с заместителем.

И н н о к е н т и й. Слушаю вас Виктор Сидорович.

Г р о м о в. Иннокентий, ты не очень занят?

И н н о к е н т и й (встревоженно). Что-то случилось, Виктор Сидорович?

Г р о м о в. Ничего серьёзного. Зайди ко мне.

Слышен стук в дверь. Затем, дверь приоткрывается, и заглядывает Звонцова.

З в о н ц о в а. Разрешите, Виктор Сидорович.

Г р о м о в. Входи, входи профсоюзный бог. З в о н ц о в а. Всё шутите, Виктор Сидорович? А я к вам с жалобой.

Г р о м о в. С жалобой? Интересно, на кого? Уж не на меня ли? Слушаю вас. Присаживайтесь.

Громов отодвигает стул от стола для заседаний. Ждёт пока Звонцова сядет.

Г р о м о в. Ну, рассказывайте, чем я могу помочь профсоюзу?

З в о н ц о в а. Вы обещали выделить автобус для делегации… А в диспетчерской автопарка девочки слыхом не слыхивали ни о каком автобусе.

Г р о м о в. Сейчас разберёмся.

Громов нажимает кнопку селектора. Ждёт.

В кабинете раздаётся голос Воробьёва.

В о р о б ь ё в. Слушаю вас, Виктор Сидорович.

Г р о м о в (недовольным голосом). Игорь Михайлович, Вчера, на пятиминутке, я дал вам указание – выделить автобус для профкома. Почему автобус не выделен!

В о р о б ь ё в. Кто вам это сказал?

Г р о м о в. Профсоюз жалуется.

В о р о б ь ё в. Виктор Сидорович, пожалуйста, напомните Звонцовой, что наряд на следующие сутки вывешивается на доске объявлений к пятнадцати часам. И, кстати, она могла бы зайти к моему заму и уточнить.

З в о н ц о в а (громко). Игорь Михайлович, так будет автобус?

В о р о б ь ё в. Конечно будет. У вас всё, Виктор Сидорович?

Г р о м о в (Воробьёву). Да. Занимайся своими делами. (Смотрит на Звонцову.) Вот видите, уже занарядили вам автобус.

З в о н ц о в а. Спасибо, Виктор Сидорович. Извините, что побеспокоила.

Звонцова уходит.

Занавес

Действие второе

Городской парк. От входных ворот идёт дорожка. С обеих сторон дорожку окаймляют ровно подстриженные кусты. По бокам дорожки, возле кустов, напротив друг друга, стоят скамьи. Дорожка ведёт прямо до павильона летнего кафе. За ажурной оградой видны столики, и приставленные к ним стулья. За одним из столиков сидят Алексей и Катя. Катя ест мороженое. За соседним… Владлен с двумя девушками пьют лимонад. Они весело о чём-то разговаривают. Часто с их стороны слышится женский, несколько ненатуральный смех.

Ранний вечер, но солнца, из-за деревьев в парке, не видно.

А л е к с е й (берёт Катю за руку, смотрит ей в глаза). Катя, что случилось? Почему ты не можешь встречаться со мной? Я же люблю тебя… (Тянется через столик, чтобы поцеловать.)

К а т я (отклоняется). Не надо. Люди смотрят.

Алексей садится.

А л е к с е й (хмуро). У тебя кто-то появился? Ты больше не любишь меня?

К а т я (доедает мороженое). Не говори глупостей… Почему обязательно «кто-то»? Ты только посмотри какой замечательный вечер, а ты своими дурацкими вопросами портишь хороший вечер. (Берёт за руку Алексея.) Пойдём потанцуем.

Алексей и Катя, взявшись за руки, идут к выходу. Сталкиваются с Гришанчиком.

Г р и ш а н ч и к (шутовски кланяясь). Миль пардон мадам! Миль пардон… (Пропуская, отступает в сторону.)

Алексей и Катя спускаются по ступенькам, и идут к ближайшей скамье.

А л е к с е й. Катя, подожди меня здесь, я куплю билеты. (Уходит.)

Катя смотрит вслед Алексею, затем, садится на скамью.

К а т я (задумавшись). Как банально всё то, что сейчас происходит: кафе.., танцплощадка…

Возвращается Алексей.

А л е к с е й. Катя, а может ну их, эти танцы-манцы. Давай… просто погуляем, или посидим здесь, в парке. Вечер же замечательный…

К а т я (целуя Алексея). Какой ты молодец,

Лёша!

А л е к с е й. Правда?

К а т я (шаловливо). Правда, правда. (Тянет Алексея.) Садись рядом.

Алексей, незаметно для Кати, рвёт, а затем выбрасывает билеты.

А л е к с е й. Так ты всё же завтра уезжаешь?

К а т я. Да. Скоро начнутся занятия в институте.

А л е к с е й (вздохнув). Опять несколько месяцев не увидимся…

К а т я (тоже вздыхая). Что поделаешь..? Но мне надо закончить институт… Всего один год осталось. К тому же.., я приеду после окончания первой сессии.., на Новый Год. (С тревогой смотрит на Алексея.) Надеюсь, ты м будешь меня ждать?

А л е к с е й (твёрдо). Клянусь! Как ты можешь во мне сомневаться, дурочка? Я же люблю тебя!

К а т я (прижавшись к Алексею. Шёпотом). Как Ромео Джульетту?

А л е к с ей (целуя). Сильней и верней!

Катя издаёт счастливый вздох.

К а т я. Я тебя, Лёша, тоже очень сильно люблю..! Очень! Очень!

Катя встаёт.

А л е к с е й (встревоженно). Ты чего, Кать?

К а т я (мягко). Идти мне надо, Лёшенька. Мне ж ещё собираться. Да и папа с мамой волноваться будут. (Немного подумав.) Нет, не могу остаться… Прости.

Алексей берёт Катю за руку, заглядывает в глаза.

А л е к с е й. Всё же… Может ещё немного погуляем, а?

К а т я (убирая руку, вздыхает). Нет Лёша. Надо идти.

А л е к с е й. Прижимает Катю к себе, и несколько раз целует.

К а т я (высвобождаясь из объятий, хихикает). Ох и жук же ты Лёшка!

Из кафе выходит Гришанчик. Увидев молодую парочку, подходит.

Г р и ш а н ч и к (пошатываясь). Миль пардон… Закурить не будет?

Катя с отвращением смотрит на пьяного Гришанчика.

А л е к с е й. Я не курю.

Гришанчик садится рядом с Катей. Катя встаёт.

К а т я. Пойдём отсюда Лёша.

В дверях кафе появляется Владлен с девушками. Подходят к Алексею, Кате, и Гришанчику

.В л а д л е н (насмешливо). Молодые люди, не пугайтесь. Этот человек безобиден и кроток.., аки агнец божий… (Наклоняется к Гришанчику. Шепчет). Ты хоть знаешь, кто это?

Г р и ш а н ч и к (пьяно). Какая разница… Я подошёл, попросил закурить… А они не дают… Владлен, дай закурить.

В л а д л е н (шепчет в сторону). Хуже нет пьяного, да ещё и дурака в придачу… (Жёстко, но с улыбкой на лице.) Гришанчик, не пора ли тебе домой баиньки? Не мешай людям отдыхать. Пойдём, мы тебя с девушками проводим!

Г р и ш а н ч и к (пьяно). Я не хочу домой. (Ложится на скамью.) И вообще, не мешай мне отдыхать. Раскомандовался тут…

В л а д л е н (как-бы извиняясь). Вы уж простите его. Перебрал человек немного, вот и не соображает. Хоть он и не друг мне, но я постараюсь увести его домой…

К а т я. А вы знаете, где он живёт?

В л а д л е н. Не совсем точно, но найду. Не бросать же человека на скамье… Мало ли что… К а т я. Вы добрый человек. Спасибо вам!

Владлен иронически кривит лицо.

А л е к с е й (говорит в сторону). Знала бы ты, Катька, какой это «добрый» человек. Не благодарила бы.

Владлен и девушки поднимают Гришанчика, и уводят с собой.

К а т я. Один неприятный человек может испортить весь вечер. (Брезгливо передёргивает плечами.) Пойдём Алексей.

Алексей смотрит вслед уходящему Владлену и девушкам.

А л е к с е й (берёт Катю под руку). Катя, ты разве не слышала о Владлене?

Катя непонимающе смотрит на Алексея.

К а т я. Кое-что слышала. Он, кажется, участвует в соревновании за премию… Также говорят, что он… один из лидеров этого соревнования…

А л е к с е й (возмущённо). Он один из самых нечистоплотных участников соревнования..! А Гришанчик знаешь кто?

К а т я (заинтересованно). Кто?

А л е к с е й (продолжая возмущённо). Да он «шестёрка, Владленовская! Думаешь, почему Владлен забрал его с собой?..

Катя с немым вопросом смотрит на Алексея.

А л е к с е й (продолжая). …Да потому что, этот бывший урка, всё делает, чтобы Николай не выиграл соревнование!

К а т я (неуверенно). Алёша, я этого не знала… То-то он мне показался каким-то… нечистоплотным… что ли…

Уходят.

Занавес

Действие третье

Комната в квартире. Комната проходная. В комнате две двери. Дверь по центру ведёт в коридор. Левая дверь, для входа в другую комнату. Прямо напротив входа окно. По центру комнаты круглый стол, застеленный скатертью. По середине стола ваза с цветами. Диван у левой стены. Тумбочка с телевизором в правом, дальнем углу комнаты. Шифоньер по центру правой стены. По телевизору идёт программа новостей.

Свирская сидит на диване, вяжет. Звонит звонок у входной двери. Свирская откладывает вязание, идёт к двери.

С в и р с к а я (ворчливо). Мужу ещё рано со станции вернуться… Кто это может быть?

Слышно, как она открывает дверь, и молодой мужской голос спрашивает: «Катя дома?» Голос Надежды Карповны: «Проходи Алексей». В комнату входят Надежда Карповна и Алексей. В руке у него букет цветов.

С в и р с к а я (ехидно). Алексей, ты чего, ни свет, ни заря, пожаловал, да ещё и с цветами?

А л е к с е й. Надежда Карповна, позовите Катю.

С в и р с к а я. На что она тебе? Да и дома её нет.

А л е к с е й (разочаровано). Как это нет? Она должна ещё быть дома…

С в и р с к а я (пожимает плечами). Так.., её отец отвёз на станцию.

Алексей ищет Катю по всей квартире. Надежда Карповна с язвительной улыбкой наблюдает за его поисками.

С в и р с к а я (насмешливо). Я же тебе сказала, что её уже нет.

Алексей хочет уйти.

С в и р с к а я. Алексей, подожди. Мне надо поговорить с тобой.

А л е к с е й. Но я опаздываю.

С в и р с к а я (догадливо). Знаю, куда ты торопишься, но ты всё равно опоздал: Катя уже уехала. Так что… задержись.

Алексей вновь хочет уйти, но услышав слова Надежды Карповны, остаётся.

С в и р с к а я. Ты парень не плохой, Алексей, но ты не пара нашей Катеньке…

А л е к с е й (с удивлением). Почему это не пара?

С в и р с к а я. Почему не пара..? Ну, ты сам посуди, она без пяти минут инженер, а ты?

А л е к с е й. А что я? Поработаю пока слесарем, это пока учусь, а потом… Я поступил на курсы механиков, а закончу их…

Свирская жестом приглашает сесть. Алексей остаётся стоять.

С в и р с к а я (не дослушав). Как хочешь. (Продолжает.) И что? Приведёшь Катю в общежитие? В свою комнатушку? Так Катя не приучена жить в комнате общежития. Ты определись в жизни сначала. Заимей квартиру, хорошую зарплату…

А л е к с е й (повысив голос). Надежда Карповна, а вы то сами с чего начинали? Мне Катя рассказывала, как вы втроём… тоже в одной комнате общежития жили. Не пропали же?

С в и р с к а я. Алёша, так то совсем другое время было. Тогда все так жили.., или почти все. А я не хочу чтобы моя дочь повторила мой путь!

А л е к с е й. Но я же люблю вашу дочь, и она любит меня…

С в и р с к а я. Как полюбила, так и разлюбит! Помается с тобой в общежитии с полгода – сразу любовь пройдёт! Так что, Алексей, не морочь голову моей дочери! Не пара ты ей! Да и я, и Игорь Михайлович.., мы не разрешим ей больше с тобой встречаться. Понял? Не морочь голову Кате!