Иван Дурак и месть Кащея

Побаловавшись полчаса с посетителями ресторана, Дурак пришел к выводу, что может брать под контроль любого из них, заставлять делать все, что угодно и даже полностью убирать испытуемого непонятно куда (это выяснилось, когда Иванушка попробовал приделать один конец веревочки к другому).

Новые возможности немало позабавили Иванушку. Он вышел из ресторана, забыв, естественно, заплатить (а вместо того аккуратно перечислив всю выручку заведения на свой только что созданный банковский счет), и отправился вдоль по улице, любуясь мириадами веревочек, исходящих от всего, что движется и что не движется в пределах широты иванушкиного воображения. Очень быстро Дурак научился объединять сложные заклинания в короткие команды, поручив перстню всю черновую работу, и теперь он даже вовсе и не шел по тротуару, а совсем даже ехал в роскошном лимузине, раздумывая, чтобы еще такое предпринять. Ему, конечно, же пришло в голову воспользоваться сговорчивостью какой-либо прекрасной дамы (или двух), но он вовремя отказался от этой затеи, сочтя ее нечестной по отношению к свободе прав человека. Но сама мысль о представительницах прекрасного пола внезапно вернула ему воспоминание о некой Василисе, выручать которую из лап Кащея, он, в общем-то, собирался еще в самом начале книжки.

Приказав водителю остановить лимузин, Иванушка вышел на улицу и задумался. Внезапный порыв ветра сдернул изображение города, будто плохо закрепленную на бельевой веревке наволочку. Вместе с городом улетел и лимузин, не успев даже бибикнуть на прощание. Голая пустыня серого цвета лежала перед Иванушкой. И не было той пустыне ни конца, ни начала.

Борясь с испугом, Дурак попытался сообразить, что же такое произошло. Очевидно, кто-то или что-то выдернуло его из того мира, где он развлекался веревочками. Причем, именно в тот момент, когда он крепко задумался над проблемой поисков Василисы…

– Дурачок ты мой!

– Что?

Иванушка резко повернулся на голос и увидел свою жену, Василису Прекрасную, стоящую перед ним во всей красе, поражающую воображение, парализующую все мысли и все органы всех чувств (можно даже добавить, что она была совершенно обнаженная, если вам этого хочется)…

– Было очень мило с твоей стороны вспомнить обо мне, любимый, иначе я так бы тебя и не нашла!

Василиса улыбалась, улыбка ее имела ослепительный вид, Иванушка растерялся, он разводил руками, пожимал плечами, терял дар речи, полностью повергался в недоумение и темпорально входил в состояние шока.

Подробно описывать его эмоционально-физиологическое состояние в этот момент я не буду из морально-этических соображений, а, наоборот, перейду к следующей части повествования, которая последует, как только эти двое бестолковых влюбленных балбесов перестанут заниматься развратом, а перейдут к более конкретным действиям, хоть как-то влияющим на ход сюжета. А пока я с вами прощаюсь, обещая вернуться к изложению событий сразу, как только они произойдут.

Это не конец.