Чрезвычайная ситуация. Детективы

У РАЗБИТОГО КОРЫТА

Очень не хотелось идти на лечение актеру Александру Романовичу Солнечному. Ему, привыкшему подчиняться только режиссерам на съемочной площадке, было в лом прогибаться под медиков, коих он за людей не считал. До последнего времени жизнь Солнечного складывалась как нельзя удачно. Приехав в Большой город из глухой провинции, он поступил в театральное училище. Блестяще его закончил. Свою исконную фамилию Выползов, еще будучи студентом, сменил на более светлую – Солнечный. Во время учебы снялся в ряде сериалов. Его – недавнего выпускника знали зрители, знали режиссеры, сценаристы, специалисты по кастингу. Получив диплом актера драматического театра, Александр ни дня не прослужил в нем. Завершал работу в одном сериале, переходил в другой. Итак, десятилетиями. Деньги получал огромные. Звания заслуженный и народный артист России свалились как-то сами собой. Добавились к ним «Заслуженный деятель культуры» и «Заслуженный деятель искусств». Промелькнули четыре жены, появилась пятая, годящаяся по возрасту в дочки. Промелькнули четыре квартиры, каждая последующая лучше предыдущей. Он благородно оставлял жилье женам и детям, кои со временем ему надоедали. Приобретал что-то «более продвинутое». Бывшие супруги тоже получали с его подачи «заслуженных», прочие преференции. Вдруг Александр Романович запил. Запил тяжело, с алкогольным бредом, со срывами съемок. Результат – с двух телепроектов его выгнали. Трое режиссеров, предложивших роли в своих сериалах, «передумали» задействовать маститого, но ставшего не надежным актера. С горем пополам до конца довел роль в многосерийной эпопее, откуда выгонять не было смысла, поскольку «шедевр» снимался и демонстрировался по телевидению несколько лет к ряду, и зритель попросту не понял бы замены главного действующего лица. Перестали предлагать роли и Саше-маленькой – пятой жене, с которой Александр Романович познакомился на съемках, а после женитьбы таскал с собой из фильма в фильм. Терпеть безденежье Саша не хотела – нажилась на стипендию в общаге, а после на грошовую зарплату начинающей актрисы драматического театра. Супруга подключила других жен Солнечного, алименты на детей коих существенно уменьшилось. Сам актер, хотя и не сразу, понял, что попал в «тупиковый вариант». Когда заикнулся на киностудии о представлении к ордену «За заслуги перед Отечеством» третьей степени по случаю приближавшегося юбилея ответили четко:

– Бери себя в руки, прекращай пить! Иначе оформим не награду, а увольнение по статье.

Молодая жена через Интернет нашла частную лечебницу. Оказалось, кое-кто из ее сокурсников там лечился и от алкоголизма, и от наркотической зависимости. Все хвалили врачей, отменное питание, внимательный персонал, комплекс оздоровительных мероприятий. Правда, пару лет назад в лечебнице сменился менеджмент. Однако народ был уверен, что лучшие традиции заведения сохранились. А оно существовало около трех десятков лет, и брали за его услуги весьма немалые деньги. Столь немалые, что Александр Романович даже крякнул, увидев сумму, которую надлежало заплатить за три месяца пребывания в клинике. Уточнил, обязательно ли лечиться три месяца или можно «уплотнить» курс. Ответили: обязательно, так как более короткое нахождение в стационаре попросту бесполезно, а следовательно – бессмысленно. Лучше бы побыть с полгодика, но понимаем – сниматься надо, зритель ждет очередного сериала.

В назначенный день Саша-маленькая отвезла супруга в лечебницу – бывшую трехэтажную дачу, окруженную небольшим парком. Их проводили в светлую, одноместную палату на первом этаже. Чемодан с вещами попросили пока не разбирать, поскольку надлежало побеседовать с главным врачом Ириной Алексеевной Колесниковой. Роскошная блондинка средних лет приняла чету в небольшом, но богато обставленном кабинете с дорогим компьютером. Смартфон и деньги сразу же изъяла у Солнечного.

– Мобильники мы возвращаем пациентам после прохождения ими половины курса лечения, то есть через полтора месяца, – предупредила врачиха, она же – хозяйка заведения. – Увы, наши подопечные не всегда адекватны, особенно в период «ломки». Начинают звонить близким, требовать, чтобы их от нас забрали. Не у всех, кому звонят, выдерживают нервы. Забирают, потом возвращают назад. Уже в куда худшем состоянии, чем при первичном поступлении. Поэтому мы разрешаем контакты с внешним миром, лишь убедившись, что пошел позитивный процесс освобождения от алкогольной или наркотической зависимости. По сему также разрешаем посещения пациентов родными не раньше, чем через три недели пребывания у нас. Друзьям вход сюда запрещен. Именно они проносят спиртные напитки. В результате гибнут плоды нашей кропотливой работы, и все приходится начинать с начала. По этой же причине наличные деньги оставьте мне на хранение или пусть супруга их заберет! С женами-мужьями и прочей близкой родней мы сами связываемся по телефону и говорим, когда можно навестить наших пациентов. Продукты оставьте в холодильнике! Не везти же назад! Наши «больные» не нуждаются в дополнительном питании. Господин Солнечный! Вы можете проводить супругу до машины, проститься с ней.