Круговерть. Детективы

Детективы

КОНЕЦ БЛОГЕРШИ

Вика Коршунова ждала очередного гостя. Могла бы и не ждать. Денег, которые она получала от рекламы в своем блоге, было полно. Однако ей казалось мало! Девушка привыкла жить на широкую ногу и ни в чем себе не отказывать. Прошли годы, проведенные в студенческой общаге, когда приходилось выгадывать если не каждый рубль, то каждую десятку. Однако годы прошли, а осадок остался. Именно тогда пришлось заняться проституцией. Красотку быстро приметили, определили в элитный бордель для богатых и очень богатых господ. Временами красавица выезжала «на работу» в Европу. Предпочитала Квартал красных фонарей в голландском Амстердаме. Привезенных денег хватало на проплату сессий, курсовиков, дипломной работы. С преподами дивчина предпочитала рассчитываться деньгами, а не телом. Уж, больно старые и гнусные, к тому же нищие были доценты с профессорами. Правда, пару раз пришлось дать. Тогда педагоги заявили либо интим, либо неуд, и пересдать его будет невозможно. В этом случае прощай вуз, прощайте денежки и не малые, выложенные за сессии, прощай общага, хоть гнусная, но дававшая крышу над головой

Получив диплом, Вика не стала париться с работой: ни с легальной в офисе, ни с проститутской в бардаке или в сауне. Она давно мечтала завести в Интернете собственный блог. Завела. Стала давать советы девчонкам, как растрясти на деньги «богатеньких Буратино». Рекомендовала парням, как разводить на деньги состоятельных дамочек. Прошло! Блог в момент обрел огромное количество подписчиков, а следом фирм, фирмочек и даже банков, желавших разместить на них за хорошую плату свою рекламу. Одновременно Виктория Кайт (коршун – англ.) разместила свои фото с предложением эскортного обслуживания на сайтах интимных услуг. Предупреждение: «Дорого» отсеяло безденежную гопоту. Клиентами стали далеко не бедные граждане. С щедрыми мисс Кайт поддерживала отношения годами. С жадными расставалась, максимум, после второго свидания. Немного воды утекло с тех пор. Съемную квартиру сменила «однушка» в хрущобе. Затем «двушка» в новом доме, правда, на окраине. После появилась квартира новом, но уже элитном доме ближе к центру. Освободившуюся жилплощадь Вика сдавала в наем. Предпочитала студенток из провинции. Одновременно старенькую «Киа» сменила «Ауди», имевшая всего одного владельца, потом появился новый «Мерседес», за ним Вика приобрела модный в среде богемы «Порше-Кайен». Драгоценностей, шуб, прочего «барахла» была уйма. Это, как правило, дарили клиенты. Кого-то из них Вика, решив, что пора поменять гардероб, тащила на недели «Высокой моды» в Европу. Кого-то – просто на шопинг туда же. Кстати, помогала им подобрать вещички и парфюм для жен и дочерей, чем клиенты были весьма довольны. Разобралась и с охраной своего жилья. Предложила жильцам нанять частное охранное предприятие, услугами коего пользовалась не один год. Его сотрудники охраняли не только недвижимость. Заодно крышевали дорогие бордели. Таким образом, посещавшие Вику джентльмены могли беспрепятственно проникать в ее жилище. Достаточно был сказать номер квартиры, и двери в роскошное строение распахивались. За это приходилось давать секьюрити чаевые, но это была мелочь по сравнению с деньгами, оставленными у мисс Кайт очередным «любителем клубнички».

Вот и сейчас одного из таких ждала Виктория Андреевна. На фотке, присланным по е-мейл, был запечатлен европейского вида, дорого одетый красавчик – владелец нескольких преуспевающих компьютерных компаний. Коршунова последнее время всегда требовала прислать фото, что помогало отсеять лиц кавказской или среднеазиатской внешности. Эти требовали немыслимых извращений, а «за любовь» старались недоплатить, в ряде случаев рассчитаться фальшивыми банкнотами. Тогда наверх поднимался дюжий охранник, а то пара – решали вопрос. Подобные услуги стоили отнюдь недешево. На сей раз «шибко европейская» внешность не насторожила молодку. В свое время немало европеек вышло замуж за «новых русских». Теперь их детишки стали взрослыми, дорвались до денег папаш. Многие предпочитают жить в России. Существование здесь куда круче, чем в Европе, возможностей делать деньги в разы больше, а налоги по сравнению с Западом смехотворно малы.

Дверной звонок заиграл «Оду к радости» Бетховена – гимн Евросоюза. Доверившись охране, не глянув в глазок, Вика открыла дверь и разочарованно выдохнула:

– А, это – ты…

В квартиру втерся парень лет двадцати пяти. Одет был дорого, однако уже в третий раз в одном и том же пальто, в одном и том же костюме, правда, от Версаче, вонявший не приличным парфюмом, а дешевой китайской, в лучшем случае, турецкой поделкой.

– Что-то с компом случилось, – пробормотал он. – Похоже, мой е-мейл у тебя заблокирован… Пришлось на всякий случай кинуть фотку какого-то графа или герцога, по-моему, из Люксембурга. Ну и текст письма подработать.

– Раз пришел – проходи! Деньги давай! – проворчала Вика.

Кавалер ей очень не нравился. Мужик – никакой, к тому же – жлоб. Не случайно она заблокировала его в Интернете. Однако парень платил как все, дорого. Хотя отдавал деньги трясущимися, вспотевшими руками. Был далеко не красавец. Не помогли даже пластические операции, следы которых остались на вечно сальном лице. Пачка купюр в сто евро несколько улучшило настроение, но не настолько, чтобы отдаваться по полной. Не стала даже имитировать оргазм. Закурила, плеснула себе французского коньяка «Мартель».

– Выпьешь на дорожку? – спросила мисс Кайт, скользнув взглядом по шраму от липосакции на животе клиента.

– И это – все? – охнул незваный гость. – За такое бабло ты должна всю ночь отработать!

– Цены растут! Кризис, пандемия… Хочешь продолжения – доплачивай! Не хочешь – одевайся и выматывайся!

– Пожалуй, пойду! – стал натягивать одежду парень.

– Лучше – навсегда! Я сама из «глубинки». Вас – провинциалов знаю. Жмоты и быдляки, а гонора как у миллионеров! Не ходи больше! Не то прикажу охранникам, чтобы тебя пинками гнали! Ты еще не убрался? – потянулась Вика к «тревожной кнопке», чтобы вызвать секьюрити.

– Ах, вы ж суки! – охватил клиента приступ бешенства. – Дома, в Челябинске сколько на вас б… ей не тратил – такое же хамство получал! Один к одному!

Внезапно клиент выхватил из кармана нож с выбрасывающимся лезвием и всадил Виктории Андреевне под левую лопатку. Та, вскрикнув, обернулась. Получила еще пару-тройку ударов под сердце. С хрипом красотка повалилась на гостя, сползла по нему, испачкав кровью костюм, дорогущие рубашку с галстуком. По открытым, застывшим глазам распутник понял, что хозяйка мертва.

– Курва! Даже сдохнуть не могла по-человечески! Весь прикид кровью изгадила! Немеряных денег стоил! Куда его теперь?!

Он втащил бездыханное тело в санузел. Швырнул труп в ванну. Разделся. Развесил одежду, чтобы подсохла. Затем, вспомнив детектив «Коварный должник» (см. сборник «Замученные мазохисты»), принес с кухни большой нож. В несколько ударов отделил голову несчастной от тела. Оставил в раковине, чтобы стекла кровь. Надев перчатки, пошел шарить по квартире, выискивая тайники. Нашел для начала свои деньги. Их потерпевшая кинула в бар. Обнаружил мини-сейф в форме книги. Ключ оказался воткнутым в замок. Открыл. Таких денег он давно не видел. с тех пор, как добрался до родительского тайника, где предки хранили накопления на покупку новой квартиры. «Бабки» тогда потратил на пластические операции и девок. Ну а папашу с мамашей хватил инфаркт, когда те обнаружили пропажу. Умерли как в сказке – в один день. «Стариков» кремировал, подхоронил в могилу деда с бабкой. Быстро продал старую «однушку» и улетел в Большой город. Там таксистам платили куда больше, нежели на Южном Урале. Снял в пригороде квартирку в старом клоповнике. Быстро нашел работу. Остатки продолжал тратить на девушек с «низкой социальной ответственностью». Однако хотелось чего-то большего, продвинутого. Стал шарить по сайтам интим-услуг. Вышел на мисс Кайт. Дважды встречался. Даже купил для этого на остатки денег дорогие костюм, пальто, обувь. И вдруг – облом. Да еще с хамством и выплеснутым презрением. Не сдержался… Теперь подумывал: брать ли драгоценности? Можно «запалиться» с реализацией. Однако победила жадность. Рассовал все по карманам пальто, подсохших пиджака с брюками. Несколько золотых даже не цепочек, а цепей повесил на шею. Хотел в пластиковом пакете увезти с собой голову. Потом решил:

– Да хрен с ней! Отпечатков пальцев я не оставил. Гостевые тапки заберу с собой. В туфлях по квартире не ходил. Следов не останется. Увы, придется и «колеса» уничтожить! Жаль – английские!

Вытащив ключ из замка, пришелец запер дверь. Осторожно, пряча лицо от возможных камер скрытого наблюдения вышел из подъезда. На открытой парковке для гостей его ждала машина из каршеринга. Свою, рабочую он предпочитал использовать только для заработков. «Тачка» стояла удачно. Сама Кайт перед первым свиданием рассказала, куда поставить авто, чтобы не попасть под запись видеокамер. Теперь снова можно было красиво пожить. Даже драгоценности можно будет продать позже, когда утихнет шум. Да не в Большом городе, а в области, желательно – сопредельной. Ну а курва пусть гниет! Как та в Челябинске которой он проломил череп, а счастливому сопернику, женившемуся на ней, воткнул в оба глаза ножницы. На него даже не подумали!

В СМРАДЕ И ГНИЛИ

– Родичев, Хомутов на выезд! – вошел в комнату опергруппы недавно назначенный начальником «убойного отдела» Главного управления внутренних дел по Большому городу, подполковник Алексей Александрович Розанов. – У нас в Центральном муниципальном округе какая-то непонятка с известной блогершей Коршуновой случилась…

– Да, что в Центральном округе своего ОВД нет? – напомнил Алексею Александровичу в бытность того старшим группы его любимую в таких случаях фразу преемник подполковника – майор Иван Васильевич Родичев.

– Причем, со специалистами высочайшей квалификации! – поддержал коллегу старший оперуполномоченный, капитан Юрий Владимирович Хомутов.

– Отдел внутренних дел там имеется. Специалисты высочайшей квалификации – это вы, господа-офицеры. Они пока – всего лишь высокой. Есть указание начальника Криминальной полиции генерала-майора Х… кова (сотрудники быстро заменили первую букву в фамилии пришедшего на это место из ФСБ Зуйкова). Словом, дамочка уже давно не появляется за порогом своей квартиры…

– Может быть, куда-то отдохнуть или по делам отъехала, а соседям с охраной сообщить не удосужилась, – предположил Родичев.

– Жалуются соседи на неприятный запах, исходящий из жилища Коршуновой, она же в Интернете – Виктория Кайт.

– Коршун по-английски, – вспомнил язык Шекспира Хомутов.

– Жильцы элитного дома, именно в таком строении обретается Виктория Андреевна Коршунова, весьма чутки на запахи, – добавил Алексей Александрович.

– Эти господа, стоит им въехать в дорогие хоромы, сразу забывают вонь клоповников, откуда сами родом, – проворчал Иван. – Чем из большего быдла такой субъект, тем чувствительней он к внешней среде и окружающей публике.

– Все это, Ваня, лирика. Реальность такова, что нынешнему Большому начальнику и шефу Криминальной полиции пошли звонки. Много звонков. В том числе из ФСБ. Требуют, чтобы делом занялись именно мы, а не кто-нибудь другой. Вероятно, девица, промышляющая кроме блогерства эскортными услугами, постукивает на клиентов.

– Зачем ей это? – удивился Хомутов. – Раскрученный блог приносит миллионные ежемесячные доходы.

– Вот и я «чешу репу»: зачем? Но, если занимается, значит зачем-то надо! Словом, Ваня, Юра, смотаетесь по адресу Коршуновой. Здесь на машине минут пятнадцать. Возьмете людей из ОВД «Центральный». Понадобится – вскроете дверь, глянете, что в квартире. Еще раз напоминаю: пропажа человека рассматривается как убийство – наша компетенция.

– Алексей Александрович, ты нам компанию составишь? – осведомился Родичев.

– Нет, Иван! Поезжайте без меня! У меня, кроме вас, еще две опергруппы. Сам знаешь – какие! Прежний начальник Гавриков натащил друзей, приятелей, лично преданных ему лиц. А работники – ноль! Я дам вам в помощь человечка. Лейтенант Петров, войдите! – открыл дверь Розанов.

– Лейтенант Петров. Прибыл для дальнейшего прохождения службы! – щелкнул каблуками худощавый молодой человек с непропорционально длинным лицом.

– До чего же некрасив, – отметил про себя Хомутов. – И рожа как у лоха трамвайного.

– Лейтенант Петров Сергей Борисович – выпускник нашей академии. Окончил с отличием. Мастер спорта по пулевой стрельбе. До нас послужил в штабе МВД. К нам зачислен на должность оперуполномоченного. – представил Розанов.

– Не сынок ли генерала-лейтенанта Петрова – нового начальника Управления кадров и учебных заведений? – осведомился Юрий.

– Его самого…

– Отчего аж из штаба и к нам – убогим? – полюбопытствовал Родичев.

– Не мое это. К младшим офицерам отношение одно: принеси, подай, пошел вон! А мне дела хочется…

– Здесь тоже придется покрутиться. Конечно, при ваших успехах вам бы лучше в аспирантуру или в аналитическое управление, – хмыкнул начальник отдела.

– Мое глубокое убеждение, товарищ подполковник, что для занятия наукой надо поработать «на земле». Накопить опыт. Тогда и науку можно двигать, и аналитикой с пользой для дела заниматься, – ответил новый опер.

– Осваивай, лейтенант Петров, рабочее место! – кивнул Розанов на стол, за которым еще недавно сидела Оля Касьянова, погибшая полтора месяца назад. – Прежняя хозяйка оперативницей от Бога была! Не подведи! Заговорились мы, господа-офицеры! По коням!

На парковке Петров предложил поехать на его машине, кивнув на черный «Мерседес», который богатые люди считают недорогим.

– Батя по случаю окончания академии подарил. Не знаю: все деньги с банковского счета на «тачку» вытряхнул или пришлось еще кредит брать, – пояснил лейтенант.

– На Серёге и поедем! – принял решение Родичев. – Нас на моей «Волге» в элитное домовладение не пустят. А шум, как я понимаю, поднимать не надо бы. Здесь же – «Мерин» с чинушами и лейтенантом-водителем внутри. У тебя как с вождением, Петров?

– Имею права на управление всеми видами автотранспортных средств, – доложил начинающий сыщик.

Быстро пролетели по ноябрьскому городу с уже опавшей листвой деревьев и подернутыми ледком лужицами. Захватили пару оперов из Центрального ОВД. Добрались до высоченного здания, словно одинокий зуб, торчавшего над еще дореволюционными доходными домами. На долгие звонки никто не отвечал. Иван Васильевич достал связку отмычек, доставшуюся в наследство от погибшего по лету начальника отдела Крупина.

– Фиговенький замок, – пробормотал он, открывая дверь.

Пахнуло гнилью, начавшей разлагаться плотью. Надели медицинские маски и резиновые перчатки. Пошли по помещениям.

– Мать моя – женщина! – ахнул Иван Васильевич, наткнувшись в санузле на отрезанную голову в раковине и тело в ванной. – Пацаны из «Центрального», ищите понятых! Юрик с Петровым, приступайте к протоколу осмотра жилища! Я звоню Алексею, чтобы поднимал судмедэкспертов с криминалистами.

– Смотри, Серёга, не дай блевака! – напутствовал молодого коллегу Хомутов. – У нас такие дела, слава Богу, не каждый день, но случаются. Я буду говорить на диктофон, ты пишешь «бумажную версию» протокола. Ни одной мелочи не должно быть упущено!

– Я в этих делах – специалист, – прохрипел позеленевший Петров.

Нашли кухонный нож с засохшей кровью, выпотрошенный сейф-книгу. Заглянув под диван, Хомутов выудил серьгу: рубин в обрамлении мелких брильянтов.

– Ух, ты! – выдал Петров. – Батя такие же серёжки маме на сорок пять лет подарил. Года два деньги отначивал, чтобы заказать у хорошего ювелира. Будет разочарован. Думал, что его серьги одни на весь Большой город. Ан, нет!

Тем временем приехал Розанов, судебно-медицинский эксперт Трофимыч, криминалисты, начальство из ОВД «Центральный».

– Предположительно, смерть потерпевшей наступила от трех ножевых ударов в сердце, нанесенных со стороны груди. Думаю, удар в спину не был смертельным. Затем злоумышленник ампутировал голову жертвы. Зачем? Вопрос к психологам и психиатрам. Потерпевшая была убита дней десять назад. Более точно могу определить после вскрытия и химико-биологических исследований. Заключение дам завтра к обеду.

– Почему не сегодня? – уточнил Розанов.

– Анализы займут много времени. Итак, придется пахать до вечера, а то и полночи.

Криминалисты сняли отпечатки пальцев. Большинство принадлежали покойной. Закончившие протокол Хомутов с Петровым смотались на пост охраны. Затребовали записи с камер видеонаблюдения. В некоторых местах они были стерты. На вопрос, как такое случилось, охранник нагловато ответил:

– А я знаю?

– А я подозреваю, что кто-то из охраны, может быть, ты убил Коршунову, – строго глянул на него Юрий. – Потерпевшая, знавшая вас, открыла, получила нож в сердце. После чего из жилища были вынесены ценные вещи и деньги. Повторяю вопрос: почему некоторые записи стерты?

– У нас с Викторией Андреевной была договоренность, – забегал глазами секьюрити. – К ней в гости захаживали разные люди. Большие люди. Визиты сугубо конфиденциальные. Не дай Бог, всплыви съемка в том же Инете, нам бы самим башки посносили…

– Записи мы изымаем! Еще имеются?

– Нет… Вроде бы, ЧОП богатое, а флэшки используются, пока не выйдут из строя. Три дня запись храним, потом стираем, записываем по новой.

– Лейтенант! Протокол допроса свидетеля готов?

– Так, точно!

– Подписывай, служивый! Никуда из города не отлучайся! С коллегами помалкивай! Не то ты у меня, как минимум, в качестве соучастника по делу пройдешь!

Труповозка прибыла быстро и увезла тело к большому разочарованию начавших подтягиваться журналистов с теле- радиоканалов, из таблоидов.

– Какие версии?! – крикнули вышедшему из дома Розанову.

– Версий несколько: от банального ограбления до профессиональной деятельности потерпевшей.

– Не так кому-то дала?! – взвился хмельной голос.

– Мой предшественник – Виталий Валентинович Крупин всегда отвечал: «Я понимаю, что зрителям, слушателям, читателям будет интересно узнать о ходе расследования резонансного преступления. Однако современные убийцы тоже смотрят телевизор, слушают радио, читают газеты. Именно по вашим репортажам они смогут понять, насколько мы близки к раскрытию дела. Если близко – затаятся или вообще скроются из города. Если далеко – еще кого-нибудь убьют». Держите связь с нашим пресс-центром!

ИНТЕРНЕТ-РАССЛЕДОВАНИЕ

Едва сыщики вернулись с места происшествия, Розанова и опергруппу в полном составе вызвал Зуйков.

– Должен сообщить вам, господа-офицеры, как вы себя называете, пренеприятное известие. Потерпевшая Коршунова выполняла деликатные поручения Федеральной Службы Безопасности. Коллеги настаивают на скорейшем раскрытии преступления, изобличении и предания в руки правосудия злоумышленника или группы злоумышленников, совершивших чудовищное по жестокости убийство. Поэтому от успешности проведения оперативно-розыскных мероприятий будет зависеть ваше продвижение по службе, представление к очередным званиям, государственным и ведомственным наградам. Мало того, будет зависеть ваше дальнейшее пребывание в органах охраны правопорядка. Это касается и вас, лейтенант Петров, хотя вы в отделе совершенно новый человек. Итак, подполковник Розанов, каковы рабочие версии? Сидите во время доклада! В ногах правды нет! – остановил шеф Криминальной полиции, начавшего вставать Алексея.

– Первая версия, товарищ генерал-майор, – ограбление. На месте происшествия обнаружен вскрытый сейф-книга. Ключи оказались в замке, поэтому преступнику не составило труда добраться до содержимого. Сказать, сколько и на какую сумму, пока не представляется возможным. Однако было немало, судя по одной из сережек, оброненных убийцей. Вот, ее фотография положил перед начальником Розанов смартфон с фоткой.

– Дорогая вещица, – глянул Зуйков. – Я такую в свое время видел на герцогине Йоркской – жене одного из сыновей английской королевы Елизаветы. Кроме серег на ней красовались кулон и перстень с крупными рубинами в обрамлении мелких брильянтов. Уже что-то!

– После совещания разошлем фото в ювелирные магазины, ломбарды, скупки драгметаллов. В перспективе могут всплыть в одном из этих заведений. В городе или области.

– Почему в перспективе?

– Опыт показывает, товарищ генерал-майор, что грабители сначала тратят наличность. А уж потом продают ценности. Не исключаем причастность к преступлению охраны элитного жилого комплекса, где обитала потерпевшая. Осуществляющее караульную службу частное охранное предприятие «Щит» неоднократно замечено в крышевании подпольных публичных домов, нелегальных казино, дорогих наркопритонов.

– Почему при столь подробной информации сие предприятие еще не закрыто?

– Как нередко случается, товарищ генерал-майор, владельцы «Щита» всегда выходили сухими из воды. Почему-то довольствовались их объяснениями, дескать сотрудники кадровой службы наняли не тех людей, вставших на путь крышевания. Недобросовестных охранников увольняют, кадровиков меняют, ЧОП остается на прежнем месте, и снова начинается «сказочка про белого бычка». Завтра же группа Родичева навестит «Щит», допросит секьюрити. Кого-то, при необходимости, изымет из употребления. Вторая версия – профессиональная деятельность Коршуновой.

– Вы подозреваете, подполковник, что убиенная могла кого-то шантажировать и поплатиться за это?

– В это не очень верится. Если бы с Коршуновой расправились на почве шантажа, убийца или убийцы вынесли бы все электронные носители информации. В данном случае дорогущие ноутбук, планшет, айфон, флэшки и диски остались на месте. Не позарились на навороченную аппаратуру с коей можно «запалиться» при реализации. Да и перекупщики возьмут все это за гроши. Надо будет пересмотреть все записи. Мы передали технику потерпевшей техническим специалистам. На всех носителях очень сложные коды безопасности. Кое-что из флэшек с дисками глянули на наших компьютерах. Диски – музыка, клипы песен. Флэшки – многочисленные зарубежные поездки погибшей. Кстати, на всех только она одна. Кто ее снимал? Большой вопрос! Если установить фотографа, кое-что бы прояснилось…

– Не факт, как говорил ваш бывший начальник и мой старинный приятель Виталий Валентинович Крупин. Съемки могли вестись при помощи специального штатива, а то и вовсе случайными прохожими или такими же туристами по просьбе погибшей. Что вы имеете в виду под словами «профессиональная деятельность»?

– Мои офицеры успели потолковать с журналистами, прибывшими на место происшествия. Установили, что Коршунова вела блог, где учила молодняк, как разводить на деньги богатых леди и джентльменов. У кого-то могло не получиться. Результат – убийство с целью мести. К тому же Виктория Кайт, как называла себя Коршунова в блоге, могла стать жертвой психически больного человека. Таких полно «гуляет» по Интернету. Наконец, третья версия. У тех же репортеров парни выяснили, что потерпевшая оказывала так называемые эскортные услуги. Иными словами, занималась дорогостоящей проституцией. В данной ситуации также могла оказаться жертвой неадеквата. Здесь мы очень рассчитываем на содержимое компьютеров потерпевшей.

– Все, что касается содержимого электронных носителей, немедленно докладывать и показывать мне! Как было сказано в начале совещания, Коршунова выполняла некоторые деликатные поручения ФСБ. Кое-кого с ее подачи, как сказал подполковник, изъяли из употребления. Кое-кого заставили работать на Государство Российское. Поэтому, опять же, не факт, что она стала жертвой сумасшедшего. План оперативно-розыскных мероприятий к концу дня мне на утверждение! Работать в обстановке строжайшей секретности! Даже отцу с матерью ни слова! В-первую очередь это касается вас, лейтенант Петров. Вообще-то поздравляю! Вы попали в группу одних из лучших профессионалов в стране. Сам в ней начинал рядовым опером. Потом перешел в КГБ, окончил его академию. Еще при коммунистах…

– Так, вы с Крупиным и Гавриковым начинали, товарищ генерал-майор? – не удержался от вопроса Розанов.

– Начинал… Ваш родитель, капитан Хомутов, был в ту пору начальником «убойного отдела». Кошелев, занявший позже его место, – старшим опергруппы. Ну а мы трое под их командованием. Так, что славные традиции сохранились! С Виталием Валентиновичем нас долгие годы связывали добрые отношения…

– А Гавриков? – здесь уже не выдержал Юрий.