Цена дороги домой, или Вместе навсегда

– А я походу только в ванной…

Потрогав ногой, оказавшуюся относительно теплой воду обе подруги медленно вошли в воду. И через какое – то время уже с наслаждением плавали медленно, не отплывая далеко от берега, переговариваясь и радуясь, наконец – то гигиеническим процедурам. Со стороны берега послышалось тихое покашливание. У воды стояла девочка лет 10. Она с интересом смотрела на необычных «гостей».

– Мамка вам велела мыло передать и одежду. – прокричала девчушка и, как будто испугавшись своей смелости, или возможного ответа, стремглав бросилась прочь.

На берегу и правда, остался лежать какой – то сверток тряпок, а у самой воды – кусок мыла.

–Чур, я первая мыть голову! У меня волосы дольше сохнут.

–Даша, тогда давай скорее, я уже скоро жабры отращу.

Быстро сполоснувшись брусочком мыла, напоминавшим наше простое хозяйственное, и, пока сохли волосы на солнце, дамы принялись отстирывать свои уже изрядно грязные вещи. Развесив на ветках одежду и памятуя, что их ждут, а они и так долго тут возятся, они подошли к принесенной кучке вещей. Не очень приятно было одевать чью – то чужую одежду, но выбора не было. Одежда оказалась почти новая, чистая. Несколько юбок и рубашек, которые носили местные женщины. Марина обрадовалась, что нашёлся и на нее не маленькое тело наряд. Переодевшись, они начали, как возможно, подгонять вещи под себя. Даше пришлось только туже завязать пояс, чтобы зеленая юбка держалась лучше, да подвернуть рукава, а вот Марина в виду своих 160 см пришлось сложнее. Юбку пришлось в несколько раз закрутить в поясе, чтобы возможно было ходить не подметая землю, и завязать поясом, а вот рубашку так и не смогла найти. Одна была более – менее по размеру, видимо подростковая, но страшно трещала на груди пятого размера, а те из рубашек, кто был свободнее, награждали рукавами «грустного Пьеро» и были длинной по колено.

– Вот блин!!! Что ж тут за народ такой. И так была мелкой, а тут вообще чувствую себя пигалицей. Вот бы еще размеров восемь сбросить, и могу сойти за подростка.

– Слушай, я тоже заметила, что тут все намного выше что ли и крупнее, даже дети. Я сама со своими, 170 сантиметрами чувствую себя девочкой прямо.

– Я тогда вообще – пигалица. Етишкина моль.. Все, хочу домой. Пошли уже скорее на завтрак. Есть охота до уровня «жрать». Только надо одежду собрать и на территории повесить. – Марина все же одела большую ей рубашку, завернула несколько раз рукава, и, решив, что такая «туника» лучше чем ее сырая кофта, пошла к вещам.

Быстро собрав влажные предметы гардероба, они поспешили по тропинке вверх. Сопровождающий их мужчина так и стоял прислонившись к дереву у спуска тропинки к воде, флегматично жуя травинку. Увидев подопечных с вещами в руках, оценивающе осмотрел с головы до пят и, хмыкнув, не сказав ни слова, пошел в сторону стоянки.

Вещи пришлось развесить при подходе к кибиткам на свободной веревке и спешно догонять ворчащего Паронна. И так все водные процедуры и стирка заняли почти час. Хорошо хоть вечно не снимаемые часы Марины позволяли хоть как – то ориентироваться во времени.

На завтрак их привели к большому костру. На земле у огня были расстелены покрывала, на которых кучами лежали маленькие подушки. В центре покрывала стояли тарелочки и подносы с разной едой. Во всем этом гастрономическом пиршестве хозяйничала бабушка Мехеш. Около нее сидело еще несколько женщин и мужчин еще не старого, но уже преклонного возраста. Молодежи и детей нигде почему – то не наблюдалось. Мехеш наблюдала за подходящими гостьями, с одобрением кивнула, осмотрев их одежду, и, когда те подошли, предложила сесть напротив.

– Как спалось деточки?

– Спасибо уважаемая, Вы очень добры к нам и щедры. Я переживаю чтобы Ваше гостеприимство не стало обременительным.., Марина старалась вспомнить правила обращения, которые уже слышала в цыганской семье. По тому как заулыбались и за кивали головами окружающие стало понятно, что форма обращения выбрана верно.

– Что ты. Я была рада услышать новости от тебя. Мне с утра пришлось рассказать все, что ты мне говорила, некоторым из нас… – и она обвела окружающих рукой, показывая кому именно, – я очень хочу чтобы ты еще немного потешила меня и всех тут рассказами о потерянных нами собратьях. А потом мы обсудим, что же вам дальше делать.

– Старейшая а мне, наверное, нечего больше рассказать. Я же сталкивалась с вашим народом будучи маленькой, и вообще немного опасалась их.

– И почему же? – спросил мужчина лет 50 с крупными кудрями, в которых мелькали золотые ниточки седины, и лицом актера – любовника из бразильских сериалов.

Даша хмыкнула, – А они у вас стали грозой криминального мира. Всем известно, что цыгане гипнотизируют и снимают с людей золото, деньги отбирают и вообще наркотой приторговывают.

По рядам слушателей прошелся ропот. Старушка Мехеш попросила, прищурив один глаз:

– Марина а расскажи ка нам об этой стороне жизни наших родных. И заодно что такое наркота и хипноз.

Марина недовольно зыркнула на подругу, которая, ничуть не смутившись заявила:

– А что? Хотели правду – пусть все знают…

– Она права. Есть и такая сторона жизни у вашего народа там. Гипноз это воздействие на человека. Я училась на психолога и мы проходили этот феномен. Вроде как достаточно говорить тихо, монотонно и с определенными правилами и тогда человек сделает все, что ему скажет. Так ваши сородичи научились выманивать деньги у прохожих или заставляют снимать золото прями с себя.

– Хм… Ну, облапошить кого –то это святое!..– хмыкнул тот же любопытствующий мужчина..– а что такое это, чем они торгуют?

– У нас в мире есть ряд растений и грибов при переработке которых можно получить сильнодействующее вещество, сильно влияющее на сознание. Например поджечь подсушенную определенную травку, и подышав ее дымом, тебе будут приходить ведения, будет все казаться чудесным и мир станет радужным.

– Так это же хорошо.. – изумилась одна из женщин, обладательница самого большого колье из монист.

– Как сказать. Со временем тяга к этим веществам становится все сильнее. Многие сходят с ума, начинают воровать сперва из дома, а потом и убить могут лишь бы добыть денег на эту «дурь». Мир совершенно перестает их интересовать. Убить мать в состоянии, когда желание этой пакости, скручивает тело – проще простого.

– Зачем же у вас это все придумали?

– А никто уже и не знает зачем. Сперва вроде как лечили тяжело больных, а потом вот это. Сейчас есть вещества которые можно вдыхать, пить, глотать, в кровь впускать.. на любой вкус.. На этом делают огромные деньги. Особенно молодёжь падка на эту мерзость. Вы не думайте, не только цыгане торгуют ей. Просто так остальным людям привычнее думать. Хотя на своем веку я никогда не видела цыгана – который бы сам употреблял это.

– Так, хватит донимать вопросами. Дайте девочкам поесть. .. Грозно шикнула на всех Мехеш.

После этого обе подруги, животы которых до неприличия громко требовали внимания к себе, дружно накинулись на еду. Пока они старательно наедались овощами, похожими на картофель, ломтиками мяса, пожаренным на костре, лепешками и горячим травяным отваром, все, сидящие за столом, переговаривались между собой и медленно жуя что -то, обсуждая все услышанное. Когда трапеза уже заканчивалась и все скорее говорили чем ели Мехеш подняла руку.

– Я, как Старейшая этого рода и семьи. Позвала всех, чтобы мы вместе решили важный вопрос. Эти двое первые кто прошел из Тяжелой земли за многие сотни лет. Не секрет что такого уже не помнят и старожилы. Так же не тайна, что каждый раз приходили оттуда люди, и это приносило изменение у нас в мире в хорошую или плохую сторону, но что – то менялось. Сейчас нам надо решить, что делать с этими двумя девочками.

Обе женщины просто замерли. У Даши кусок лепешки застрял в горле, а Марина почувствовала что значит «опустились руки», как будто руки налились тяжестью, и их просто стало не поднять. Хорошо хоть сидели обе, а то, наверное, упали бы.

– Что мы вам сделали? Что мы можем изменить тут? Нам вообще главное вернуться назад, у нас там семья и дети… – возгласы посыпались от них градом.

– Тихо!!! – Мехеш недовольно поморщилась. – Никто вам ничего не сделает. Мы с вами за одним столом сидели, один хлеб ели, так что бояться вам нечего, но и ваше появление тут не просто так.

– Мехеш, а ты посмотри на картах этим пришелицам, – предложила одна из сидящих женщин.

– И то верно…

– Старейшая, спроси совета высших сил…

Со всех сторон стали звучать возгласы с подобным требованием.

– Хорошо. Несите мой платок сюда. – старушка слегка скривилась, и по всему было видно что ей не очень нравится эта идея.

На взмах руки одной из женщин подбежала девочка лет десяти и, получив указания, умчалась, хотя уже через минуту принесла яркий платок, снова умчавшись играть с другими детьми.

Мехеш аккуратно расстелила платок на земле и достала из кармина большие и сильно потрепанные карты.

– Сними ка колоду на себя Марина.

– Мне вообще гадать никогда никто не мог. Вечно карты врут или полную ахинею несут., – пожаловалась Марина.

– А это мы сейчас посмотрим, – женщина довольно ловко стала раскладывать по платку замысловатый узор из карт. Порой она хмурилась или косилась на Марину, но ни слова не сказала.

– Бабушка Мехеш, ну что там? Мы попадем домой? Кто – то нам сможет помочь в этом?

– Не все так просто деточка. Скорее все совсем странно. А ну ка теперь ты сдвинь колоду, доченька, – попросила она, обратившись к Даше и задумчиво потирая нос.

И снова карты веером выкладывали какой – то хитрый узор на платке, а старушка становилась все задумчивее. Потом резко сложила все карты, убрала в карман передника и замерла глядя перед собой отсутствующим взглядом человека, напряженно думающим о чем – то

– Ну не молчите же. Что Вы увидели? Что карты сказали? – взмолилась Даша.

– Я сама мало что поняла. Только вижу, что не просто так вас обоих сюда занесло, да с нами познакомило. Ждут вас дочки дороги и испытания, выбор серьезный, обиды, на вас какое – то задание есть, и пока вы его не сделаете – не сможете вернуться домой. Вернуть вас может только кто – то из столицы, маг сильный вроде бы. Рядом с вами королей видела с чистыми помыслами. Правда видела, что вы это уже не вы, а другие стали, даже карты у обоих вас сменилась. Еще видела, что не могут вам местные боги помогать, хотя, по сути, они вас и призвали, а вот нам велено прийти к вам на помощь как понадобится. Что – то все запутано.

– Ну про ваших богов не знаю, а мы обе с Дашей крещеные,– сказала Марина, показывая свой крестик, в то время, как Даша его наоборот прикрыла ладошкой.

– Те вы прошли обряд посвящения своему Богу?

– Можно и так сказать, – Даша улыбнулась. Они обе всегда были верующими, часто ходили на службу или ездили вместе по святым местам. Этого не понимали не их родственники, ни знакомые, но какая – то потребность хотя бы периодически прикасаться к святыням у обеих подруг была очень сильной.

– Так вот, наверное, почему вас и вытянули сюда. Что – то будет происходить, и в этом вам обоим уготована какая – то роль. И именно на вас, которые принадлежат другому Богу, не может распространятся влияние наших богов. Наверное так. Хотя… Все вам помогут узнать Оракулы Пустоши.

– Это кто еще такие?

– Говорят что это три утробные сестры, от одной матери рожденные, они живут уже очень давно и могут общаться с самими Богами, но настолько устали от мира и людей за ту сотню лет, которую были среди них, что озлобились и ушли в Мертвую Пустошь, где и живут. К ним мало кто рискует пойти через Проклятые земли, но вам надо туда, ибо только они смогут вам рассказать, зачем вы тут, и идти надо вам вместе, только вдвоем вы сможете сделать то, что вам уготовано, и уйти назад к себе. Они все расскажут.

– А что значит, что мы уже были не мы, и какие еще короли рядом? У нас обоих мужья есть и вообще мы обе ни разу не оборотни.

– Не знаю как это объяснить вам девоньки. Что видела – уже рассказала. А нам.. – Мехеш тяжелым взглядом обвела всех присутствующих цаахов..– велено ждать и силы копить, а когда придет время прийти на помощь этим двум пришелицам.

Окружающие молча кивали головой, в недоумении переводя взгляды с обеих женщин чужого мира, друг на друга.

– И еще напоследок скажу вам, что нельзя вам свои имена носить, наш мир чужой вам, и имена тут надо взять другие, хотя и созвучные. Не смогут вам тогда навредить, да и мир вас тогда примет быстрее… Дабы вопросов было меньше представляться лучше сестрами. А теперь извините нас, давайте кушайте.

Буквально через минуту, пока Марина с Дашей доедали все вкусности, некоторые члены импровизированного совещания, встали из – за стола, откуда – то появились еще люди. Подошли несколько женщин, встав не далеко, дали понять, что ждут подруг и надо следовать за ними. Наевшихся, и в принципе довольных жизнью женщин, отвели в какую – то кибитку, где на кровати лежал ворох одежды, и сказали, что они могут выбрать одежду по вкусу сколько захотят.

От такой стремительной смены событий женщины растерялись, но, привычка не спорить с обстоятельствами, а подстраиваться взяла верх, и они начали перебирать разноцветные тряпки. Даша довольно быстро нашла себе пару длинных юбок («хит местной моды видимо»), несколько блузок разных цветов, тунику и на всякий случай льняные штаны. Марине, как обычно приходилось сложнее. Отобранные по размеру юбки пришлось все же убрать. Только одна, однотонная красная, которая уж больно понравилась Марине была наспех, найденными тут же ножницами, укорочена, блузки подходящего размера корректировались завязками на горловине, рукавах и по талии, что страшно бесило Марину, а платья так и не нашлись. Марина просто была в бешенстве от предложений надеть все те же аляповатые юбки и сарафаны, и в результате, не выдержала и стала требовать простые штаны. Сперва все сопровождающие начали убеждать что «негоже деве носить мужские портки». Марина все больше злилась, убеждая что ни за что не оденет этот «клоунский наряд». Как не странно, но спор разрешил Парронн, заглянувший на шум.

– Ну и чего вы бабы шумите. Пусть идет в штанах. Если что скажет что магичка. К тому же в Академию идет, так что все складно.

Притихшие женщины с видимой неохотой согласились, и двое убежали доставать те самые штаны. Спустя пару минут Марина уже натягивала на себя простые черные штаны, и прибирала еще одну пару таких же простых черных брюк, не украшенных, а скорее практичных.

– Ээээх.., ёшкин кот.. , жаль джинсы мокрые и их одеть нельзя. В этих штанцах у меня попендель еще больше…, хотя кто на него будет смотреть, – вздохнула огорченно обладательница пышных форм.

–Ну что ты переживаешь. Выглядишь ты хорошо, и вообще не ной по поводу своей фигуры, ведь сама ж ее любишь..

Марина еще раз огорченно вздохнула, кивнула, и в это время их с улицы позвали. Пришлось, прихватив весь ворох одежды, вместе с добавленный туда парой смен трусов (Благо оно было таким же, но с завязками вместо резинок), поспешить на улицу, чтобы успеть забрать хоть что – то из своей одежды.

Вот с этим случились первые проблемы. Если красную кофту Марине отдали без возражений, то все остальное, включая обувь, зловредный Паронн наотрез отказался выдавать. На шум и перебранку пришла Мехеш. И объяснила, что подобной одежды тут не носят, и что ее надо заменить чтобы не отличаться от окружающих. Даша в результате так и осталась в одетой юбке в пол синего цвета, и голубой кофточке с рукавом. Марина же еще раз подтвердила что она желает идти в штанах, и в своей собственной красной кофточке. Готовясь к путешествию они обе хотели все же забрать свои вещи. В результате препирательств всю одежду своего мира пришлось отдать «на хранение» все вещи, и даже сумку, и получить в замен: два заплечных мешка, куда каждая сложила свою новую одежду; по паре обуви – достались черные удобные черевички похожие на балетки, но очень прочные, хотя и мягкие; по куску мыла; расческу к себе спрятала Марина, как обладательница более длинных волос; а Даше достался маленький котелок. Еще каждой проложили по краюхе хлеба, пару небольших мешочков с солью и травами укрепляюще – тонизирующего свойства, немного разных круп, сушеных долек каких – то фруктов и по большому куску вяленого мяса. Единственное, что смогли подруги отвоевать и запихнуть в мешки – бюстгальтера. На все уговоры они просто встали стеной, уйдя в глухой отказ, пока Мехеш и Паронн все же не согласились оставить им такую странную деталь туалета.

– Даша давай, чтоб не тащить всего по два набора, возьмем всего по одному – ту же соль и огниво.

– НЕТ! – Буквально вскрикнула Мехеш. – пусть все так лежит. Лишнее не будет. Поверьте мне, так надо.

Спорить с бабулечкой, от которой обе видели только хорошее, было неудобно и подруги согласно кивнули.

– А теперь садитесь, пейте отвар с лепешками и внимательно слушайте. Вам надо попасть в столицу в Академию. Там живут самые сильные маги.

– Вот ничего себе, – восхитилась Марина. – Я уже хочу туда попасть. Там учат магии? А сколько лет? А какие факультеты?

– Тихо ты, шебутная, – Мехеш по – доброму улыбнулась и у ее глаз собрались лучики морщинок. – Там нет классов или факультетов. На самом деле магов не так уж и много и каждый, как только выяснят что у него есть Дар, приходит туда сам, и даже если есть только подозрение что у человека есть способности, его все равно возьмут в Академию. Ему выделяют комнату и назначают наставника. Этот наставник и подбирает ему уроки и следит, как тот развивается, как изменяется его Дар. У каждого наставника не больше трех подопечных. И каждый развивается до своего уровня, у каждого свой талант, свой путь и свое место в жизни. Кто – то выходит с умением создавать любое оружие, кто – то лечить взглядом, кто искать все что угодно и кого угодно, а кто – то наоборот – прятать.

– А вы откуда все это знаете?

– Одна из моих дочек училась в Академии три года, достигла своего предела. А потом работала с рыбаками, направляя им ветер в паруса. Она могла воздухом управлять. И тогда не страшен ни один шторм был, и рыбы столько набирали, что сети рвались. Но разговор сейчас не о том. Вам надо попасть туда, чтобы спросить помощи у архи магов. Есть конклав самых великих из живых магов. Всего их шесть и они составляют Великий Круг. Они могут сделать многое при условии что хоть один из них захочет вам помочь и уговорит остальных. Они могут помочь вам, но, поверьте мне лучше бы им не знать кто вы и откуда появились тут и даже имен ваших настоящих, хотя бы вначале. Если поймете что доверять хоть одному из них можно то раскрывайте себя и просите помощи, но если не почувствуете доверия ни к кому – проищите сопровождающих до Проклятых Земель чтобы дойти до Оракулов Пустоши. Карты сказали, что именно они могут вам все рассказать и помочь. Одни вы к ним не дойдете, так что придется сопровождение искать, а в Мертвую Пустошь, поверьте мне не каждый пойдет. Так что девоньки будет у вас тяжелая дорожка, хлопот много, слез, неожиданностей… А может вам плюнуть на все и остаться у нас?, – Мехеш с надеждой посмотрела на обоих., – Найдем вам мужа, будите жить с нами весело, мне помогать, весь мир посмотрите?

– Ой, нет! – всплеснула руками Марина, – простите, но у меня там ребятки маленькие, как же я сыновей брошу? Да и у Даши семья и сын младший маленький еще, да и старший только начал самостоятельно жить. Так что спасибо за предложение, уважаемая Мехеш, но видно нам путь в Столицу. Вы нас научите еще чему можно, помогите советом, чтоб мы добрались туда, я вам за это серьги свои золотые отдам.

– Не надо, не гневи богов, дочка. Я ж не за награду помогаю. Чувствую что нужны вы нашему миру, что пришли для чего – то, а толком не могу понять… вы уж простите меня старуху., – Мехеш опустила глаза, в которых появились слезы, ее сухие тонкие губы задрожали в попытке сдержать рыдания.

Даша обняла сухонькую фигурку стараясь согреть ее и передать всю свою благодарность.

– Ну что Вы, мы так благодарны за помощь. Если бы не Вы мы б не поняли куда попали, в лесу замерзли бы или на зверей набрели. А Вы нас защитили, обогрели, накормили, объяснили все, еще и вещей дали. Это нам во век с Вами и семьей вашей не рассчитаться. Не надо огорчаться. На все воля Бога. Так что видимо неспроста и встреча наша и вообще все что произошло.

Мехеш улыбнулась губами, хотя в глазах стояла грусть и жалость.

– Бабушка Мехеш, вы как погадали на нас, как – то сильно изменили отношение. Что Вы еще увидели? Расскажите. Ведь если знать будем, может все проще будет.

– Марина, ты же сама знаешь что нельзя… Все что могла – сказала вам, а остальное карты сказали для меня. И ведать – то вам о всем не надо, – Старушка грустно улыбнулась глядя на девушек.

– Я не буду даже спрашивать откуда Вам известно что я гадать немного могу, не спрошу что еще вы видели и что Вам сказали карты, попрошу только дать нам совет такой, чтоб нам помог тут выжить и домой вернуться. – попросила Марина.

– Тогда вот что. Поменяйте свои имена, так чтоб никто не смог вам навредить. Только вы будите знать свои истинные имена; знак вашего Бога с себя не снимайте и знайте, что если одна из вас погибнет, то у другой этот знак почернеет; старайтесь быть вместе и не разлучаться, ибо только вместе вам суждено пройти путь или сгинуть, ну и чтобы не случилось – верьте в себя и будьте осторожны.

Мехеш отвернулась, и стала тихонько пить остывающий отвар, устала она так много говорить, да и эмоций было слишком много для ее почтенного возраста. Не могла она сказать двум этим пришлым что карты ей их смерть показали и что велели помочь в свой час.

В это время Даша наклонилась к уху подруги:

– Слушай я что – то боюсь.

Марина молча обернулась и вопросительно подняла бровь.

– Ну что…вот боюсь я … тут хоть к нам отнеслись не плохо, а пойдем, фиг знает куда, не зная ни местности, ни правил, ничего…

– Поверь, я тоже очкую, друже. Только оставаться не вариант. Надо идти в столицу в Академию эту, а там уж если не помогут в ту Пустошь к Оракулам… Домой надо, там мелкие. Я и сейчас с ума схожу от беспокойства.

Марина резко поднялась.

– Спасибо вам всем большое. За приют, за хлеб, за совет, – она говорила и кланялась – особенно Вам, Старейшая, за доброту и помощь. Только пора нам. Долгие проводы – большие слезы. –Даша удивленно вскинула голову.

– Куда ж вам спешить? Поживите у нас, хоть на пару дней останьтесь, – предложила Мехеш.

– Спасибо за предложение, но нет. Нам пора идти. И все знают, что так будет правильно.

Марина потянула Дашу за руку в сторону, и той пришлось встать, выйти из кибитки и пойти за подругой.

– Ты чего вдруг сорвалась. Давай и правда пару дней отдохнем, узнаем все что можно и потом уже пойдем.

– Нет, Дань. Нам надо скорее уходить, прямо сейчас.

–Так еще только полдень, куда ты несёшься.

Они подошли к кибитке Мехеш, где лежали их собранные уже сумки. Следом шла и старейшая рода. Молча наблюдая как обе женщины проверили еще раз сумки, поправили внутри все, повесили на спину и тихо переговариваясь, подошли к ней.

– Ну что же, вижу, вы собрались. Пусть дорога будет вам легкой доченьки, а боги милостивы. Вы идите по этой тропке, она выведет на Большую Дорогу. Идите по ней на восход солнца. Постарайтесь не привлекать внимания путников, всякие люди бывают, и упаси вас боги свернуть с дороги. Там рядом Зачарованный Лес. В него не заходите совсем. Говорят, в нем раньше деревня эльфов была, много лет они жили, но потом кто – то вырезал за одну ночь почти всех жителей. То ли умирающие эльфы что – то сделали нарочно или нечаянно, то ли тот, кто на них напал, но с тех пор в том лесу творится всякая жуть. Почти никто из него не возвращается, а кто смог сбежать с ума сходили. А сами эльфы ушли далеко и теперь живут только в пределах своей страны. Вот вам еще мешочек с монетками, и не спорьте. Тут, правда, не много, три серебрушки да медяков горсть, это все, что могу вам дать. Напоследок я хочу вот что вам дать.

Мехеш оторвала по монисте, с усыпанного ими воротника кофты, и протянула каждой.

– Когда придет время, если будет нужна вам помощь, они помогут связаться со мной. А сейчас идите сюда, девоньки, я вас обниму.

Троица обнялась, и возникло чувство, как будто трое родных прощались. Будто бабушка и правда внучек отпускала в дальний путь. Всхлипнув и вытерев слезы, стоявшие в глазах, Марина и Даша, не долго думая, вдели монисты в свои серьги, чтобы не потерять, а мешочек с деньгами Марина прибрала к себе в мешок. Еще раз, поблагодарив за все подошедших цаахов, они пошли по тропинке. А Мехеш еще долго стояла и смотрела на две удаляющиеся среди деревьев фигурки.

– Дай вам боги сил и защиты.

– Ну что, Марин,… «Мы в город изумрудный идем дорогой трудной?», – вспомнила Даша песенку из детского фильма.