Солнце над прерией

Предисловие

Повесть «Солнце над прерией» – литературное продолжение известной и популярной когда-то игры Fallout 2. Здесь действуют те же герои, что и в игре, читатель может узнать, что с ними произошло через нескольких лет после того, как закончился сюжет игры. Для тех, кто играл, это возможность окунуться в ностальгические воспоминания, для остальных – узнать кое-что о классическом постъядерном мире.

Вообще говоря, идея постапокалиптического мира не нова. Первым, скорее всего, ее реализовала Мэри Шелли в романе «Последний человек» (1826 год!). Она рассказала о том, как значительная часть человечества вымерла от чумы. В 20 веке появился роман Стивена Кинга «Противостояние». Здесь уже действовал неизвестный науке вирус. Если заменить вирусы на радиацию, получатся сюжеты, которые легли в основу таких игр, как Fallout или S.T.A.L.K.E.R.

Игры серии Fallout характерны тем, что в них разработчики уделяли основное внимание не 3D графике и спецэффектам, а сюжету и взаимодействию персонажей. Поэтому так тяжело расставаться с полюбившимися героями. Это и побудило меня написать эту повесть. Приятного чтения!

Алексей Гончаров

Танди

Утреннее солнце разогнало туманную дымку и осветило город, который прятался среди невысоких холмов. Город был окружен крепкой бетонной стеной, и лишь немногие дома поднимались выше нее. Строения выглядели так, как будто выросли из земли: серые, с закругленными углами, плоскими крышами и герметичными окнами. Из-за стены настороженно смотрели вдаль красноватые глаза видеокамер. Город словно припал к земле, боясь поднять голову. Он не ждал гостей, но был готов к нападению. Окрестные пустоши тянулись далеко за горизонт и могли таить любую опасность: жаркий вихрь, несущий с собой облако радиоактивного песка, стаю голодных крыс или нападение банды хорошо вооруженных рейдеров. Но, все-таки, этот город считался столицей, и у города был свой президент.

За удобным полированным столом, в глубоком кресле, сидела женщина и смотрела в окно. Женщина была стара – глубокие морщины на ее лице и седые волосы – тщательно уложенные – не скроешь никакими ухищрениями. Но в желтоватых глазах женщины сохранялись воля и ясность мысли. Женщина размышляла. За окном раскинулся президентский сад, где по дорожкам прогуливались полицейские в синей форме. Женщина рассеянно наблюдала за ними и вспоминала.

Она была совсем маленькой девочкой, когда разразилась Последняя Война, так что саму войну она не запомнила. Выросла в огромном подземном Убежище, и вот это Убежище она знала очень хорошо. Бесконечные бетонированные коридоры, люки, лифты, бункеры… За долгие годы, проведенные в нем, она успела изучить его полностью, все закоулки. Там имелось всё, что может заинтересовать ребенка, который не боится ходить в одиночку по темным коридорам. Там не было только простора, свободы и неба над головой.

А потом, когда уровень радиации на земле уменьшился, тяжелые бронированные двери Убежищ открылись, и обитатели подземных бункеров вышли на поверхность. Их никто не ждал. Требовалось как-то устраивать свою жизнь, и люди, огородив участок прерии ржавыми остовами автомобилей, принялись строить свое новое жилье и сажать растения. И юная Танди вместе со всеми возводила поселок Шэйди Сэндс, в которым им предстояло жить. А где-то далеко в то же самое время люди из другого Убежища возводили свое поселение. Это было давно, много-много лет назад.

Поначалу такие маленькие поселки жили очень замкнуто. Жителей держали в страхе новоявленные бандиты, которые, казалось, как и крысы, не боялись радиации и могли выжить в любой катастрофе. Или у бандитов были свои убежища? Страшились люди не напрасно. Танди сама побывала в плену у рейдеров и не понаслышке знала, что это такое. Но со временем страх стал отступать, когда одиночные поселки вокруг Убежищ превратились в небольшие городки. Промышленности не было. Убежища были нашпигованы всевозможной электроникой, и люди могли ее использовать. Но для строительства был нужен кирпич, металл, стекло. Все эти материалы давно не производились, и взять их можно было только в старых разрушенных городах. Поэтому в пустынной степи появились дороги, по которым постоянно двигались караваны. Когда поселения установили связь друг с другом, началась торговля. Люди не могли восстановить жизнь в том виде, какой она была до Войны, но потребности всё равно росли. Появился целый класс купцов, которые промышляли бродячей торговлей. А вместе с караванами шли переселенцы. Где-то караванщиков встречали радушно, а где-то откровенно враждебно. Каждая община жила по своим законам.

Танди была в числе немногих, кто с самого начала понимал, что изоляции поселков должен прийти конец. Что беженцев и переселенцев надо не отгонять от поселка выстрелами, а принимать в общину. Новые люди – это новые руки, новые знания, новый генофонд. И вот, наконец, наступил момент, когда деятельные люди, приверженцы открытой политики, начали одерживать верх над лентяями, трусами и теми, кого просто ничто не интересовало. Впрочем, это вряд ли можно было назвать политикой. Это было выживание.

Танди усмехнулась, вспоминая, как на площади в центре поселка собрались жители, чтобы выбрать нового лидера общины. Почти все проголосовали за нее. Она к тому времени была сильной молодой женщиной с властным характером. Она могла повести за собой людей, и люди это понимали. А когда трудно, многим хочется, чтобы нашелся кто-то, кто взял бы на себя ответственность и сказал, кому что делать. Тогда другим уже не надо будет об этом думать. Проще работать и не думать. Но бывает, что лидер жесток, честолюбив и алчен. Тогда он подчиняет людей своей злобной воле. Танди не была такой. Она как нельзя лучше подходила на роль командира этого маленького поселка. Поэтому тогда она, не смущаясь, вышла вперед и оглядела сельчан. Они все были перед ней, весь поселок. Люди с серьезными лицами, одетые в грубую одежду – кому что удалось найти. Многие держали в руках винтовки или ружья. Ну, прямо как переселенцы на Дикий Запад много веков назад, истории о которых были в одной книжке из Убежища. И ведь потом потомки этих переселенцев создали великую цивилизацию, а потомки потомков всё разрушили. А теперь все начинается сначала. Тот же самый Дикий Запад, только теперь «слегка» радиоактивный. Танди еще раз оглядела толпу и сказала:

– Хорошо, я буду лидером, но чтобы слушались!

И толпа одобрительно зашумела, потому что все знали, какой у Танди характер, и как она умеет заставить слушаться себя.

Они славно поработали тогда. Поселок рос, и все большее число людей изъявляли желание остаться в нем насовсем. Потом, когда поселок обнесли высокой защитной стеной и построили дома из бетона, он стал городом. Окрестные земли попали под его власть и стали называться Новая Калифорнийская Республика, а город называли просто – НКР. Здесь ценили время и не тратили его попусту на произнесение такого длинного названия целиком.

И вот когда жизнь вроде бы стала налаживаться, поползли слухи о том, что где-то сохранились остатки старой цивилизации. Слухи появлялись вместе с бродячими торговцами, как и диковинные вещи, которые торговцы приносили с собой для продажи. Такие вещи невозможно было сделать в тех городках, которые возродились после Войны…

Воспоминания прервал звук открывающейся двери. Танди повернула кресло. У входа стоял советник Вестин. Он считался самым близким соратником президента, но государственной работе уделял мало времени. Вестин был больше бизнесмен, чем администратор – западнее НКР раскинулись его огромные ранчо, которое снабжало продовольствием весь город и даже окрестные селения. Но и связи с администрацией города Вестин не прерывал: естественно, так ему было легче вести свой бизнес.

По всей видимости, он и сейчас пришел, чтобы попросить что-нибудь для себя, но Танди не дала ему заговорить.

– Вестин, подойди-ка сюда, – потребовала она.

Советник приблизился.

– Чем вооружены полицейские? – спросила президент.

Вестин подошел к окну и прищурился, вглядываясь вдаль.

– Это винтовки, достаточно хороший образец, – сказал он, мысленно прикидывая в уме цену.

– А у рейдеров из пустыни есть лазерное оружие, – заметила Танди. – Откуда они его берут?

Вестин помолчал, собираясь с мыслями. Он хотел что-то сказать, но Танди снова опередила его.

– Ты ведь рос в Убежище? – спросила она.

– Да, в семнадцатом.

– И вы изучали историю технологий?

– Изучали… Как это было давно! – вздохнул Вестин.

– Тогда ты должен знать, что до Войны ни у кого не было лазерного оружия. Но вот прошла Война, все разрушено, а когда люди выползли из Убежищ и начали по крохам восстанавливать свою жизнь, вдруг оказалось, что у бандитов есть лазерные и плазменные винтовки. Как это могло произойти?

– Ну, я не знаю, – медленно проговорил Вестин. – Возможно, какие-нибудь заводы и остались в сохранности…

– Каким образом?

– Раньше многие Технологические Центры строились под землей и могли выполнять функции Убежищ. Если в таком центре оставались люди, то они могли продолжать исследования и после Войны.

– Мы должны найти этот Центр, – твердо сказала Танди.

– Зачем?

– Если оставить все как есть, то рано или поздно рейдеры с лазерными пушками окажутся под стенами НКР. Как мы тогда будем обороняться?

– Да, действительно… – Вестин подумал о своем громадном ранчо и о том, что оно находится как раз за стенами НКР.

– Нужно послать смышленых людей, – продолжила президент. – Можно нанять рейнджеров.

Вестин кивнул:

– Рейнджеры против рейдеров. Неплохо звучит!

– Да, кстати, – вдруг вспомнила Танди. – У тебя на ферме работает парень. Он много скитался по прериям. Как его имя?

– Нарг.

– Вот-вот, Нарг. Можно отправить на поиски и его. Он, говорят, разбирается в таких делах?

– Я поговорю с ним, – сказал Вестин.

– Поговори, и побыстрее.

– Да, тут еще одно дело, – Вестин вспомнил, зачем он пришел к Танди. – У меня отчет о поставках фуража из НКР. По-моему, с нас берут слишком большие налоги.

– Давай поглядим, – усмехнулась Танди.

И Танди с Вестином занялись изучением финансовых документов…

***

Далеко за окраиной города в степи паслось огромное стадо браминов. Если бы тут оказался человек, живший до Войны, то он сказал бы, что это просто двухголовые коровы. Но таких людей уже не осталось, поэтому брамины оставались браминами. Других животных, от которых можно получать молоко, у человечества уже не было. Казалось, сама природа позаботилась, чтобы в новых условиях, когда на пастбищах почти не стало травы, этим двухголовым животным было легче добывать себе пропитание, собирая его в две глотки. Все эти животные принадлежали Вестину. Несколько вооруженных людей присматривали за стадом. Когда вдалеке на дороге появился человек, охранники как бы невзначай взяли оружие поудобнее. Пришедший – это был посыльный от Вестина – оглядел мирно пасущееся стадо, а потом махнул рукой.

– Нарг! Нарг!

Один из охранников направился к нему. Раскосые глаза, острые скулы, смуглая кожа – всё выдавало в нем «дикаря», как называли уроженцев Кламатских гор. Многие жители их побаивались. У парня действительно был довольно воинственный вид, а из кобуры торчала блестящая рукоятка пистолета. Тот, кто разбирается в оружии, сразу определил бы, что это Пустынный Орел – непревзойденный образец точности и дальнобойности. Но удержать его в руках при выстреле мог только очень сильный человек. Поэтому Пустынный Орел служил своеобразной визитной карточкой в пустыне. Многие мечтали владеть таким оружием, и за такой пистолет на рынке отдавали десять браминов. Но для Нарга этот пистолет был особенно дорог, потому что это был подарок – один из немногих, которые «дикарь» получил в своей жизни. С этим пистолетом он не расстался бы ни при каких обстоятельствах. Это был его талисман.

Нарг приблизился к посыльному.

– Ну, чего тебе?

– Хозяин зовет, – сообщил посланник, отводя глаза. Дикарь его раздражал.

Нарг обернулся к другим охранникам:

– Эй, смотрите, чтобы брамины не разбежались!

Парни осклабились: это была традиционная шутка. Ни в одну из двух браминских голов не пришла бы такая шальная мысль – побегать. Это были на редкость осторожные животные.

Нарг нашел Вестина в его доме, где хозяин ранчо обычно находился весь день, ожидая сообщений от своих людей. Вид у Вестина тоже был воинственный, но с оттенком карикатурности. Широкополая кожаная шляпа, ковбойский костюм, сапоги с заклепками и револьвер на боку никак не вязались с сутулой фигурой и старчески изможденным лицом.

Появление Нарга прервало его скуку.

– А, дикарь, заходи, – сказал Вестин, может быть несколько более возбужденно, чем было необходимо.

Нарг остановился в середине комнаты.

– У нашего президента есть дело для тебя. Придется побродить по прериям. Как, возьмешься?

– Как скажете, хозяин. – Лицо Нарга ничего не выражало.

Тут настроение Вестина изменилось. Он вдруг осознал, что теряет ценного работника.

Он хмуро оглядел Нарга, а потом пробурчал:

– Только помойся сначала, от тебя воняет навозом. Иди.

Нарг ушел.

На следующий день в приемной президента НКР появился парень с боевым ножом у пояса.

– Я Нарг, – небрежно бросил он секретарю и прошел к президенту.

Секретарь поморщился. Он сразу отметил про себя, что этот молодчик из дикарей, и манерам не обучен. Но, поскольку секретарь имел предписание пропустить человека по имени Нарг в любое время, то ничего не сказал.

Танди оглядела парня, который сидел напротив нее за столом. Она не собиралась говорить ему что-то вроде «от тебя зависит будущее нашего города», хотя на самом деле это было так. Или почти так. Вместо этого Танди сказала:

– Ты ведь давно не был в своей деревне, Нарг? Как она называется?

– Арройо. Это в Кламатских горах, – объяснил Нарг.

– Я слышала, ты опытный следопыт, ты ходил с караванами. Правда? – спросила Танди.

– Да, но я путешествовал и без караванов, – ответил Нарг.

– Где-то рядом живут мерзавцы, для которых люди – обычный товар. И к тому же они вооружены самым современным оружием. Мы не может оставить это без внимания. Если оставить всё как есть, то наш город будет захвачен. А потом доберутся и до других городов, и до твоей деревни тоже. Нам надо знать, что это за люди и где они находятся. Только тогда мы сможем решить, какие действия предпринять. И вот надо, чтобы ты это разузнал.

Лицо Нарга отобразило скуку и недовольство одновременно. Жизнь научила его скрывать свои подлинные чувства.

– Что конкретно я должен выяснить?

Танди встала и подошла сейфу. Тяжелая дверца открылась с еле слышным скрипом. Танди выложила на стол перед Наргом пистолет. На корпусе оружия было много каких-то кнопок.

– Это лазерный пистолет, – сказала Танди. – Он стреляет лучом света.

– Я слышал о них, – заметил Нарг и осторожно потрогал оружие.

– Ты можешь посмотреть его.

Нарг взял оружие в руку. Пистолет был тяжел. Лазерный пистолет всегда крупнее обычного, он больше походит на компактный пистолет-пулемет. Нарг направил ствол пистолета в стену, нажал одну из кнопок и внимательно рассмотрел значки, которые появились на маленьком экранчике. Потом он снова нажал кнопку и положил пистолет на стол.

– Он разряжен.

– Да, мы не пользуемся такими, – подтвердила Танди.

Она убрала оружие в сейф и снова села в кресло.

– Надо выяснить, кто их производит.

– А продавцы…

– Производство наверняка нелегальное. Работники, скорее всего, рабы. А покупатели, в основном, рейдеры.

– Понятно…

– Так как? Мы можем на тебя надеяться?

– Я найду их, – пообещал Нарг. – Если такие люди существуют.

– Если найдешь, НКР в долгу не останется. Мы всегда хорошо платим за сделанную работу, – подытожила Танди. – Ну, а теперь ступай.

В доме, где жили люди Вестина, было жарко. Волны тепла исходили от печи, сделанной из старой металлической бочки.

Нарг кивнул Сэму, другому работнику Вестина, и прошел к своему месту. Открыл сундук, осмотрел пожитки. Сэм с алчной завистью наблюдал, как Нарг уложил в заплечный мешок дозиметр, сушеное мясо, флягу с водой, компас. Сверху Нарг положил патроны, чтобы их можно было легко достать. Особенно аккуратно был упакован портативный компьютер – большая ценность в послевоенном мире. Заводы, производящие электронику, были давно разрушены.

– Опять уходишь? – спросил Сэм.

– Да.

– Не понимаю я этого, – покачал головой Сэм. – Что вам, дикарям, не сидится в городах?

– Нам, дикарям, больше нравятся прерии, – отозвался Нарг, и разговор сам собой прекратился.

Скоро Нарг был готов к путешествию. Он снял со стены снайперскую винтовку, повесил на плечо. Перед выходом на минуту задержался у зеркала, проверяя снаряжение. Вроде всё в порядке. Рюкзак туго уложен, оружие в исправности (уж это он знал наверняка), у пояса нож – самый лучший, боевой. Но чего-то еще не хватало. Ах да, он забыл о куртке. Нарг кивнул Сэму и вышел во двор.

Магазин находился недалеко, на северной окраине города. Нарг шел в одиночестве. На улицах почти не встречалось людей. Только в некоторых местах дежурили полицейские. Это было рабочее время.

Владелец магазина улыбнулся Наргу как хорошему знакомому, точнее, как покупателю, который обычно не уходит без солидной покупки. Продавцы мерят мир своими мерками, а в этом магазинчике обычно отоваривались караванщики, приходящие в город, и работники ранчо, которые занимались охраной скота на пастбищах. Поэтому в снаряжении недостатка не было.

Вестин неплохо платил своим рабочим, и Нарг всегда мог купить себе всё, что требовалось. Сейчас ему была нужна одежда для путешествия, и он выбрал куртку из хорошо выделанного коричневого меха. Бог знает, из какого зверя-мутанта шили эти куртки, но в таком густом меху вязли даже пули. Впрочем, Нарг знал, что от пули, выпущенной из винтовки, которая висела у него за спиной, не спасет никакой мутантский мех. Тут может помочь только боевой армейский панцирь, да и то не во всех случаях.

А плотный мех хорошо предохраняет от холода ночью и не заметен на фоне такой же коричневой, выжженной ядерными зарядами прерии. После Войны климат изменился. Теперь круглый год стояла солнечная холодноватая осень. Ни снега, ни жары, и почти не было дождей. Только иногда выдавались действительно теплые дни. Ученые говорили, что человечеству еще повезло, и могло быть гораздо хуже. Нарг не очень верил ученым, но хорошо знал, как совершать пешие переходы из города в город. Теплая куртка тут была совсем не лишней.

Нарг надел обновку, отдал деньги.

– В дорогу собираешься? – спросил продавец.

– В дорогу.

– А в караван не хочешь наняться охранником? Поведут браминов в Реддинг.

Человек за прилавком был не только продавцом, но и устроителем дел многих людей, обитающих вокруг НКР.

– Нет, у меня другая работа.

Нарг оглянулся. Больше посетителей в магазине не было. Нарг наклонился к продавцу.

– Мне надо найти город работорговцев.

Продавец усмехнулся.

– Чего ж его искать, это Волт Сити, все знают.

– Нет, я не этих маразматиков имею в виду, – сказал Нарг. – Мне нужны НАСТОЯЩИЕ работорговцы.

Продавец потер пальцем переносицу, подумал.

– Ко мне иногда заходят бродячие торговцы и предлагают рабов. Я думаю, у них есть где-то своя база или что-то вроде того. Но никто из них не говорил о ней. Ты бы поговорил с бывшими рабами. Говорят, ваш Вестин их иногда покупает.

– Да, я, может, так и сделаю, – задумавшись, ответил Нарг. Но у него возникла идея получше. Он вспомнил другого продавца, который мог помочь ему в поисках. Теперь стало ясно, куда и зачем надо отправиться в первую очередь.

Прощаться было не с кем, и Нарг быстро зашагал к выходу из города. Вскоре поселение осталось позади, а перед ним раскинулись пустынные пространства, поросшие низкой зелено-коричневой травой, из которой кое-где выглядывали округлые камни. Воспоминания о былых путешествиях переполнили его. «И чего я сам не послал подальше Вестина с его браминами, —подумал Нарг. – Давно надо было это сделать!» Каждому приятно ощущение начала пути. Дикарь снова почувствовал себя свободным.

Реддинг

Прерия быстро остывала после захода солнца, поэтому Нарг разжег костер. Вообще-то делать этого не следовало, но Наргу не хотелось коротать ночь в холоде. Кроме того, он знал, что люди в этих краях появляются редко.

Огонь быстро пожирал ветки, метаясь из стороны в сторону, словно хотел сбежать, а Нарг улегся рядом, не забыв расположить винтовку поудобнее. Когда он был далеко от дома, то вспоминал дом. Когда он будет там, в своей родной деревне, то станет вспоминать эту степь. А дом его находился за много миль отсюда, в Кламатских горах. Где-то там затерялась маленькая деревушка Арройо. Нарг представил, как на полянах стоят палатки, сшитые из шкур золотых гекко. Вокруг возделанные участки со злаками и овощами. Ребятишки, как обычно, играют в салочки. Он скучал по своей деревне, но понимал, что не смог бы оставаться в ней достаточно долго. Он привык браться за трудные необычные дела и добиваться успеха, даже если рядом не было никого, кто мог бы этот успех оценить. И уж точно не привык к однообразной жизни. За время странствий он научился искать повсюду информацию, и это стало чем-то вроде увлечения. Он получал удовольствие от обретения новых знаний, которые использовал потом как ключ для решения своих проблем.

Нарг усмехнулся, вспомнив, как часто выходцев из его деревни называли мутантами за раскосые глаза и широкие скулы. Нарг знал, что такое мутация, и мутантом себя не считал. Он помнил, что его деревню основал человек, который жил в Убежище, но был изгнан оттуда. Он не захотел оставаться и в каком-нибудь городке, поэтому создал собственное поселение. Его потомки обходились без машин и огнестрельного оружия: и того, и другого в горах Кламата не было. Нарг вспомнил соплеменников, которые плясали вокруг тотема, упражнялись в метании копий, ножей и топориков. Люди из городов пренебрежительно называли их дикарями. Но «дикари» жили вполне сносно и никому не завидовали. Цивилизованный мир сам недалеко ушел от дикарства и не мог предложить ничего, что было бы лучше жизни на природе. Во всех поселках «цивилизованные» жители испытывали постоянный страх. Огораживая свои поселения кусками ржавого железа, люди защищались от атак бандитов и диких зверей, обитающих в пустыне. По ночам им приходилось нести дежурство с оружием в руках, а днем работать на таких же полях, какие были у «дикарей». А «дикари» жили обособленно, их жилища прятались высоко в горах и были отделены от остального мира ущельями, поэтому там не опасались набегов бандитов. Вода в горах всегда чистая, не радиоактивная. Нет, жители деревни Арройо не были мутантами. Вот супермутанты – это другое дело. Огромные, только внешне похожие на людей, футов десять ростом, с зеленоватой кожей. Это действительно были мутанты в полном смысле этого слова. У них и сознание было мутировавшим, не совсем человеческим. Или, скажем, звери. Нарг никогда не видел зверей, которые жили до Войны, но понимал, что многие нынешние животные изменились за время жизни на радиоактивной земле. Теперь не всякое оружие было эффективно против такого зверья.

Нарг погладил приклад своей снайперской винтовки. Он вспомнил, как удивился, когда в первый раз попробовал мощь огнестрельного оружия.

Потом прилег, приложив ухо к земле, и заснул. Ему снилось детство.

– Нарг, попробуй метнуть это копье! Ну, спорим, не попадешь!

Минган всегда насмехался над ним, потому что был старше. Нарг взял тяжелое копье и взвесил в руке. Потом подошел к линии броска и прицелился. Копье со свистом рассекло воздух и воткнулось точно в красный кружок, нарисованный в центре большой деревянной мишени.

– Вот так! – он обернулся и посмотрел в глаза Мингану.

Тому это не понравилось, потому что события развивались не так, как он задумал. И он сразу разозлился.

– Все равно ты придурок! – крикнул Минган.

– Сам ты придурок! – не остался в долгу Нарг и добавил: – Крыса!

Этого было достаточно, чтобы обидчивый Минган кинулся в драку.

Они катались по земле и молотили друг друга. Нарг с радостью чувствовал, что теперь он не слабее Мингана. Он достаточно возмужал, чтобы больше не бояться. Он с удовольствием дрался и видел, как Минган корчится от его ударов. Вокруг столпились соплеменники, но растаскивать дерущихся не торопились. Деревне важно было знать, кто сильнейший. Сильнейших посылали на охоту и в дозор, охранять деревню. В этот раз верх одержал Нарг. Потом он проснулся.

Утро выдалось прохладное. Нарг собрал свои вещи и двинулся по выбранному им самим маршруту. Он шел быстро, чтобы разогреть мышцы. Решил не тратить время на завтрак, а перекусить на ходу. Но не успел он разжевать первый кусочек сушеного мяса, как пришлось упасть на землю и затаиться. Он увидел впереди людей.