Да здравствует Император

(Дориан) – Значит вот она, кто заставила Дьявола податься искушению. Сам бы отведал данный плод, если бы не Вулфи. Первые грешки, как они чудны. Но чем больше им поддаешься, тем скучнее становится наслаждение. Вот поэтому я люблю пытки, они всегда универсальны в своём исполнении и каждый раз приносят новое удовольствие.

Наследник с высока во всех смыслах смотрел на волчицу, играя со своим ножом. Заостренный окровавленный ножик был словно часть его, Дориан даже не взирал на лезвие, которое скользило по его длинным костлявым пальцем. Несколько капель крови попало на Лауру, но Дориан только посмеялся и направился к сестре. Медленным шагом он двигался извиваясь словно змей, вытворяя со своей бабочкой колоссальные трюки. Лишь после того, как наследник отошёл на десяток метров, то волчица поняла откуда шёл звук трения металла. Только увидев его в живую и немного пообщавшись, она поняла какое чудовище стояло перед ней. Если Императору есть дело до чужих жизней, пускай они для него лишь пунктики в списке, то для его сына они ничего не значили. Лишь от одной его бабочки отправилось в небытие явно бесчисленное количество живых существ. Лаура пребывала в ужасе, но пыталась скрыть свой страх от Джерси. Дьявол прижал к себе свою волчицу и держась за подбородок повёл её на выход, чтобы пообедать и насладиться утолением своей давно развязанной мести с ныне мёртвым гладиатором.

(Джерси) – Дориан мастер манипуляций. Не верь ни единому его слову. Если остальные дети Рамона просты и ничего не скрывают, то это поганище манипулирует своим окружением, натравляя всех друг на друга. А самое главное, что по силе он равен своему отцу.

(Лаура) – Я думала Майлз не такой как все, но эта тварь. Он разве человек?

(Джерси) – Когда-то он был самым отважным и доблестным воином империума, пока не потерял себя. Чтобы унять боль и позабыть о своей нецелостности, малец подсел на наркоту и стимы, которые превратили его в это. А самый сок в том, что Рамон взял его с улицы и воспитал, как сына. Но он единственный, кто хоть, как то на него похож.

(Лаура) – Не слушать его, не смотреть на него, не принимать ничего из его рук. Мне нужно виски чтобы это забыть.

После того, как парочка вышла за пределы площадки, Император направился на борт корабля, чтобы поприветствовать и показать дворец юной принцессе, отправленной матерью в мир главного антагониста вселенной. Дориан не мог устоять на месте и бил своими ногами о землю, поднимая пыль вокруг себя. Вероника обхватила брата и не хотела отпускать, её хватка была как у Императора, но немного мягче. Через минуту сорвиголова смог выбраться и засунуть руку в задний карман униформы. Немного покопавшись, Дориан вытащил небольшой кристальный кулон и вручил его сестре. Вероника приняла дар братца и предложила ему пройтись до казарм особого отряда, чтобы познакомить его со своими подчинёнными. Сорвиголова был не против, да и сам хотел переговорить с Эузебио, чтобы тот обратно вернулся в его ряды.

(Дориан) – Вот мы и дома. Знаешь, тот мир был не так уж и плох. Заговоры, интриги, заказные убийства, предательства, жульничество, неявное расовое рабство. Было весело наблюдать, как эти черти подогревает котлы под собой и варятся в них заживо.

(Вероника) – Всегда думаешь только о потаенном. Прими явную действительность и станет легче. Ну или так будет казаться.

(Дориан) – Если бы я принимал всё, как как есть, то сошёл с ума гораздо раньше и намного ярче. Что ж, давай взглянем на твой сброд и моего лучшего бойца!

Дориан находился полностью в своём уме, хотя наркотик струился по его телу. Дозы было достаточно, чтобы не потерять контроль и чувствовать себя в пределах нормы. Вероника шла своим обычным шагом, но братец всё равно был впереди неё. Наследница не могла выносить звук трения металла, который исходил от протезов Дориана, но долгая разлука заставила её принять данный фактор. Дориан всё время рассказывал сестре о Лорге. Ящерица удивила его, хотя она была достаточно дотошная и обделенная по истине злыми умыслами. Вероника внимала каждому слову, что доносились от мастера хаоса, но её больше интересовало, самочувствие брата. Провести столько времени вне дома, используя стимуляторы сделанные пускай лучшим биохимиком, но из посредственных составляющих корабельного мед-блока. Император не рассчитывал на столь долгое отсутствие.

Как посредственные стимы могли повлиять на крайне нестабильное состояние того, кто проводит большую часть времени пребывая в наркотическом опьянении, не отличая реальность от своего больного воображения, закаленного в боли и агонии, которое сравнится только с той, которую пережил Император? Этот вопрос особенно волновал Веронику и не выходил из её головы. По внешним признакам, сорвиголова чувствовал себя в пределах нормы. Его кашель, после каждого предложения был не так уж силен. Бледная омертвевшая от стимуляторов кожа ничем не отличалась от той, с которой он покинул империум. Постоянная дрожь и лёгкие судороги были такими же, как и всегда. Хилый служитель смерти – многие зовут его так, и их легко понять. Но за явным безумием и развившимся на фоне принятия своей нецелостности маниакального стремления причинять боль окружающим, что бы те поняли, через что прошёл он сам, за всем этим ещё скрывается тот, кого Вероника считает братом. Пускай на его руках крови больше, чем в любом океане, но нет вернее служителя империума, чем он. Наследница и не заметила, как они дошли до казарм. Дориан всё время болтал без умолку, заставляя её желать обратной отправки его в мир ящеров или ещё дальше.

У главного входа в казармы стояли Николя и несколько командиров, которые являлись его бывшими учителями. Грозные войны прошлых веков обсуждали старые дни, проведённые в академии, под взором и смехом мастера подавления. Вероника сразу узнала двух из трех служителей империума.

В тени от главного входа стоял Генерал-майор Самуэль Дария – Выходец из мира, который отправляет своих детей на охоту всей их жизни, чтобы те смогли стать настоящими солдатами с правами и целями. Но даже среди охотников находятся те, кто продолжают искать новую жертву, не смотря на число поверженных. Такие, как Дария не могут перестать охотиться и всегда странствуют по вселенной, ради очередной головы в зале трофеев. Генерал-Майор – прославленный боец на счету которого более нескольких тысяч успешных операций и ни одного поражения. Охотник без страха, который ведёт солдат по полю боя, игнорируя вражеские нападки так, как большая часть неприятеля уже пала от его рук. Мастер засад и скрытых нападений, который деморализует противника, открывая его для лобового столкновения. По истине опасный воин, загнать в ловушку которого невозможно. Любое поле боя – это его охотничьи угодья. А любой противник всего лишь дичь, которая топчется на месте своей скорой гибели.

Следующим, кого Вероника смогла распознать стала Иошши Мори – Генерал-полковник, чья личность скрыта сильнее всего в Империуме. Одна из самых опасных воинов, которых обучал лично Император, что тот делает в единичных случаях. Мори Хакер высшего класса, способная взломать любую систему, технологию и оружие неприятеля. Мастер разведки и выведения из строя противника. Так же, как и Дария, её отряд не знает поражения. Если она отправляется на задание, то неприятеля ждёт кромешная темнота от Э. М. И и верная гибель от взлома всего, что их окружает. Её лицо открыто, но биография скрыта и засекречена самим Императором. Вряд-ли это её настоящее имя или даже внешность, но одно однозначно – никто не способен найти того, кто скрывается среди технологического хаоса и массовой резни.

Но третий незнакомец был неведом Веронике. Она не могла рассмотреть его из-за рваного плаща, который укрывал своего владельца. Только трубка с курительным табаком в руках фигуры была достаточно видна, чтобы предположить, кто стоит среди прославленных воинов. Как только наследники подошли к Николя, командиры попрощались со старым другом и отдав уважение, покинули вход казарм. Как только все бойцы разошлись, Вероника спросила Гиену о третьем командире, но Николя лишь ухмыльнулся и положил руку на плечо Дориана. Сорвиголова тоже был рад видеть друга и наставника. Но хватка усилилась и наследник упал на колено, не имея сил дотянуться до своей бабочки. Гиена раздался в смехе и рывком поднял своего ученика, затем шлепком по спине заставил его снова пасть. Вероника хотела схватить брата, когда увидела, что тот тянется за ножом, но его скорость реакции опережает обычного человека во много раз. Дориан выхватил небольшую камеру с пояса, с помощью которой он снимает свои безбожные дела и стал рядом с гиеной. Сделав пару снимков, наследник начал кашлять около минуты и только полностью отойдя от небольшого припадка, смог обнять Николя.

(Николя) – Рад видеть тебя малыш. Погляжу, солнце того мира тебе не пошло. Бледный как смерть, тебе идёт. Мы со змеем скучали по твоей специфике. Лучший ученик пришел показать класс или дело в жуке?

(Вероника) – Дария и Мори. Кто был третий?

(Дориан) – Его называют Пастором. Подполковник Леонид Гончий. Один из самых скрытый бойцов, которые служат отцу. Его специализация заключается в том, чтобы внушать захваченным врагам планы отца, которые приведут противника к краху, когда те вернутся в свои ряды. Мастер психиатрии и глубокого гипноза. Обучался у него аспектам психологии. Опасный солдат, который при одном общении способен заставить многих убить всех своих близких чудовищным способом, заставляя их верить в благие намерения совершенных деяний. Один из моих героев.

(Николя) – Мой старейший друг, со времен, когда я сам обучался в академии. Он хороший человек, просто делает плохие дела. Как все мы.

(Дориан) – На свете нет без грешных. Надо будет вас как-нибудь познакомить, но не смотри ему в глаза. Скажем так, это один из способов манипулирования. Его коронная фраза это "глаза – зеркала души, которую легко запутать и заставить идти по следу в обратном направлении от жизни".

Закончив с пояснениями Николя, вошёл в казармы первым и криком приказал всех собраться, для инструктажа. Через мгновение весь отряд Вероники был в сборе, кроме Лауры, которая ужинала со своим дьяволом, чтобы забыть встречу с наследником. Вероника хотела представить свою гордость, в лице отряда, но звонок от Майлза заставил её оставить Дориана одного. Наследница направилась во дворец, Дориан хотел последовать за ней, но получил жёсткий приказ остаться на месте. Как только сестра покинула казармы, сорвиголова стал развлекать себя своим любимым способом. Действовать всем на нервы.

В одно мгновение Дориан вколол себе стимулятор и кинул пустую ампулы себе под ноги. Затем раздавил её, пребывая в лёгком веянии от наркотика. Но за столько лет колок, его организм быстро начал справляться с наступающим наплывом, переводя кайф в желание нести боль и агонию окружающему миру. Как только наркотик начал струиться по телу, Дориан сел за главный столик и попросил остальных сделать тоже самое. Наследник хотел показать своё умение пользоваться ножом, но его отвлек Эузебио выходящий из лаборатории. Жук сразу заметил своего капитана и отложил блок данных. Дориан уверенно протянул руку вперёд, Жук пожал её и немного преклонился, в первые показывая своё уважение кому-то кроме себя.

(Дориан) – Мой лучший воин решил покинуть меня, пускай и временно. Но боль, которую ты принёс рою полностью окупило твоё перемещение. Знай, если эти неженки тебе надоедят, всегда жду тебя обратно.

(Эузебио) – Принято капитан. В данный момент бойцы Вероники нуждаются в медике и ученом вроде меня. Но, если вам нужна будет помощь, я окажу её незамедлительно.

(Элис) – Значит вот ты как, мне помнится ты говорил – "не мой бой, не мои проблемы".

(Эузебио) – Всё относительно змей.

После небольшого диалога на визор жука пришёл сигнал. Моомон нуждался в помощи, находясь в главной лаборатории дворца. Эузебио ещё раз немного приклонился перед своим капитаном и направился во дворец, для оказания помощи учителю. Дориан засунул руки под стол и начал елозить и шуршать в своих ободранных шортах, не отрывая взгляда от Чарли. Юная рысь была сконфужена, её мордочка немного покраснела, но не отворачивалась от взгляда наследника. Через минуту сорвиголова вытащил и положил на стол свои протезы. Затем достал из-за спины небольшой набор инструментов и начал копаться в левой голени. Отряд внимательно смотрел за каждым его действием, но не решался предложить помощь, пока Дориан сам не попросил её.

(Дориан) – Юная кровь, хочешь удовлетворить своего господина? Просто поработай ручкой и поддержи мой причиндал, пока я поправляю гидравлику и схождение спиц контроля.

(Чарли) – Что? Я? Простите, не понимаю.

(Дориан) – Ладно, потом поработаешь ручками у меня под причинно-следственным местом. Мой фетиш. Прям бы съел, но если Вулфи узнает, то оторвет мне не только протезы. Элис удерживай мою спицу, пока поправляю схождение. Этот постоянный звук металла сводит меня с ума ещё больше, чем это суровая действительность.

Змей со всей силы отодвигал спицу, пока Дориан настраивал гидравлику. Гаечный ключ медленно закручивал пайки, попутно гель смазывал искусственные суставы, чтобы те не производили столь раздражающего стального звука. Как только наследник удостоверился, что всё сделано, Элис вставил спицу и закрепил коленный сустав. Николя взял левый протез и сделал несколько сократительных движений. Звук трения уменьшился, но всё равно исходил в достаточной степени, чтобы раздражать больной рассудок Дориана.

(Элис) – Рад видеть тебя Локо. Эти протезы износили себя тысячи миль назад. Император давно предлагал тебе новые. Зачем мучаешься с этим хламом?

(Дориан) – Рад видеть тебя Элис, приятно созерцать ещё хоть кого-то без ног. Как будто вернулся обратно в академию, где вы выбивали из меня мои таланты. Хорошее было время. У меня были ноги и жалость. Теперь я безжалостен. Я привык к ним. Для меня это тоже самое, что сменить бабочку на удавку. Убивать ей приятно, но люблю причинять боль, а не смотреть на неё.

Николя схватил Дориана за пояс и поднял над землей, держа его словно куклу убийцу. Змей в это время прикручивал ножные протезы, чтобы поставить наследника на его ноги. Сорвиголова не отводил взгляда от отряда, но заметив давно знакомое изуродованное им лицо, изменился в мимике. Легкая улыбка и неприкаянность сменились на маниакальный треск зубов челюсти и прожигающий взгляд. Как только змей закончил с установкой нижних конечностей, Дориан вырвался из хватки гиены и за мгновенье оказался перед Кандо. Наследник стоял перед котом, вертя свою бабочку и не спуская с него взгляда, готовился пролить кровь. Другую руку он засунул под правый бок, где таился его пистолет. Кот так же схватился за нож и готовился к поножовщине, готовя свой лазер для поражения цели. Но зная реакцию Дориана, он понимал, что у него нет ни шанса. Под стимулятором эта тварь способна увернуться даже от пулеметной очереди, не говоря уже о замахе и ударе. Полностью убедившись в том, что перед ним сидит тот самый Клайд, Дориан не спеша сел рядом, направляя из под стола свой пистолет прямо в живот оппонента. Бьянка взяла наследника на прицел своей винтовки, убрав её с предохранитель. Элис взял Чарли за руку и попросил помочь в одном деле, они скоротечно покинули назревающий бой, чтобы юная рысь не попала под гнёт безумия наркомана. Николя прекрасно знал, что его ученик не причинит вреда Кандо, но всё равно готовился к нейтрализации Дориана.

(Дориан) – Знаешь, одна мысль много лет не даёт мне покоя Клайд. Если через грех смерть вошла в наш мир, как говорят старые летописи отца. Значит смерть – есть лишь преувеличенное, резкое, кричащее, тяжеловесное выражение того, что есть сам сущий мир. Значит мир и есть сплошной грех.

(Клайд) – Кандо. Ты меня с кем то спутал адреналино-зависимый наркоман. Интересная мысль. А как тебе такая. Кому верить: Богу, который допускает бесчинства и войны, или Сатане, который их устраняет? Не лучше ли принять сторону более приближенного к людям? А что, если Бог намеренно даёт людям право выбора между добром и злом? Чем больше он об этом думал, тем меньше понимал, где же истина.

(Дориан) – Поэтому он покинул нас. Ведь Ад, это первая попытка сотворения рая. Но и вторая не удалась. А глядя на его детей в лице Пятого и Израиля, ангелы те ещё демоны. Но хватит лирики. Мои шрамы помнят тебя, как твоя душа меня. Рад видеть, что в рядах моей сестры есть настоящий воин, а не сброд вроде тех, кто держит меня на прицеле.

Дориан сложил свою бабочку и убрал пистолет обратно за спину. Затем несколько раз повернул шеей, было видно, как его позвонки двигались через тонкую полумёртвую плоть. Издавая до ужаса ломкий звук сворачивания костей. Скрестив тонкие пальцы, он практически вывернул их, наполнив окружение звуками ужаса. Через броню виделись его ребра, которые нечем было скрывать. Закончив с короткой зарядкой, наследник протянул свою длинную руку, в знак того, что прошлое забыто. Или временно ушло на второй план. Кот крепким рукопожатием сжал его руку, но кроме голой кости, он ничего не чувствовал. Внимательно всмотревшись, он увидел несколько татуировок на правой руке.

(Дориан) – Non terrae plus ultra. В грубом переводе: движение вперёд, не взирая на рамки. Как раз про меня.

После соблюдения приличий, Дориан хотел пообщаться с остальными членами отряда, но на визор поступил сигнал от Аизика. Наследник сразу лёг на скамью вытянувшись в полный рост, сложа ноги на стол. Приняв удобное для себя положение, канал связи был открыт.

(Дориан) – Рад слышать твой железный голосок. Я немного занят бездельем. Что-нибудь нужно? Чёрт, уже бегу. До встречи смертные.

Дориан рывком вскочил со скамьи и вколов себе очередной стимулятор, после короткой пробежки на месте побежал, не зная рамок. Через мгновенье только разбитый шприц напоминал о присутствие Дориана. Капли наркотика медленно стекали по игле, со звуком лёгкого падения росы. Николя с осторожностью подобрал шприц и выкинул его в утилизатор. Отряд сидел молча, не понимая, как Вероника терпит своего брата.

В это время Император показывал юной недавно прибывшей принцессе её покои в имперском дворце. После долгой прогулки по этажам своего дворца, Рамон отвёл принцессу в комнату, в которую он много лет не мог войти без сожаления и нескончаемой ярости. Гостья держалась гордо, но свой страх ей скрыть не удавалось. Всё окружающее напоминало ей клетку, а не дом, пускай и временный. Но увидев комнату, ящерка на мгновение успокоилась, она отличались от чистого хаоса, который царствовал вокруг. Император вошёл первым и немного пригнувшись попросил сесть принцессу на её ложе. Затем подойдя к шёлковым шторам открыл их, благодаря чему комната озарилась ярким солнечным светом. В углу комнаты располагался небольшой старинный бонсай и ничего более. Над ним висела огромная кварцевая лампа и была проведена трубка, которая подавала воду смешанную с удобрениями. Потолок и стены были расписаны химическими символами и уравнениями, связанных с криогеннетикой. Небольшой столик был уставлен всевозможным лабораторным оборудованием, которое не использовалось уже много лет, но полностью исправно работало. Император лично следил за их состоянием. Кровать была просторная, но одновременно узкая и сделанная из мягчайшей кожи, покрытая бархатом. Её мягкость была запредельна. Ящерица сразу отдалась ей, на мгновение позабыв о существе, которое пугало её больше всего. Из-за стресса принцесса прилегла на жёсткую, но облегающую подушку и начала засыпать. Её величественный хвост задел небольшую статуэтку на столе, Император сделал рывок, чтобы схватить дорогую для памяти вещь. Но не успел. Принцесса сразу начала просить прощения, практически моля Императора. Рамон сел с ней рядом и нежно обнял, пытаясь не причинить ей боли. Затем погладил по голове и полностью откинулся на кровать.

(Император) – Это просто вещь. Её ценность важна лишь для меня, но это больше воспоминания о боли, чем о радости. Я даже рад, что одной печалью стало меньше.

(Лиана) – Прошу прощения ещё раз. Мой повелитель.

(Император) – Не смей обращаться ко мне так, как будто я твой хозяин. В империуме запрещено рабство. Мы с твоей матерью заключили полноценный союз. Твои права выше, чем у большинства во дворце. Пока ты здесь, считай что ты моя дочь. К тебе все будут относиться именно так. Зови меня Рамон или Император. По другому ко мне не обращаются.

(Лиана) – Хорошо, Рамон. Это комната такая необычная. Одновременно женственная, но такая грубая. Чья она?

(Император) – Раньше она принадлежала моей дочери. Но с тех пор, как она погибла, я не трогал её. Разве что оборудование и это поганое дерево, которое она взрастила с семени. Я же сказал, ты для меня как дочь. Значит самое лучшее.

(Лиана) – Сожалею о вашей потери. Обещаю, что ничего не сломаю.

(Император) – Это теперь твоя комната. Делай с ней что заблагорассудится, хоть сожги. Малышка мне нужно идти, дальше тебя будет сопровождать мой сорвиголова. Дориан покажет тебе, всё что захочешь. Он скоро подойдёт. Обещаю, с твоей матерью всё будет в порядке. Теперь я не позволю никому навредить ни ей, ни тебе, иначе миры сгорят в моей священной ярости.

Император с болью встал с бархатной кровати, окинув взглядом комнату своей малышки, он несколько раз нежно погладил Лиану по голове, на мгновенье вспомнив Александру. Подавив свои эмоции, он вышел за дверь и направился в лабораторию, где его ждал Джеккилл для дополнительного обследования. Принцесса осталась одна, не зная чем себя занять, пока Дориан не явится к ней. Ящерка села за стол и начала изучать стоящее на нем оборудование. Она не представляла зачем оно нужно, но всё выглядело очень притягательно. С осторожностью принцесса надавила на несколько кнопок, после чего в комнате постепенно стало холоднеть. За несколько минут температура понизилась практически до нескольких градусов Цельсия. Не привыкнув к столь резким изменениям, Лиана попыталась отменить то, что натворила. Она понажимала еще несколько кнопок, но ничего не изменилось, лишь произошел небольшой щелчок. Не зная что делать, принцесса хотела выйти за дверь, но она была заперта. В её родном мире самая низкая температура доходила до десяти градусов, ниже она представляла опасность для жизни. Лиана зарылась под одеяло, чтобы хоть как-то сохранить тепло, но этого было недостаточно. Сон овладевал ей, она понимала, что не должна поддаваться ему, или он будет вечный. Но через мгновенье раздался стук в дверь, принцесса вскочила и начала колотить в неё, чтобы привлечь внимание из вне. Но холод начал брать своё, через несколько ударов она начала терять силы и потихоньку засыпать. Пара громких ударов привели её в чувства. Полностью открыв глаза, ящерка увидела, бледную кисть медленно тянущуюся к небольшой панели рядом. Дориан с трудом смог ввести код, опираясь на ощупь и память. Он прекрасно знал все секреты комнаты так, как раньше сам был владельцем. Дверь незамедлительно открылась и наследник сразу сел за стол. Через мгновение температура стали расти и все ограничения были сняты. Дориан схватил принцессу и перенёс на кровать, укрыв пледом. Затем сел рядом и взял за запястье, чтобы прощупать пульс. Убедившись в норме, он показал ей два пальца и попросил проследить за ними и сказать количество, которое она видит. Дориан приложил руку ко лбу, чтобы понять температуру. Чешуя принцессы была холодна, но не критично. Вколов себе стимулятор, он выбежал из комнаты, оставив Лиану одну, но теперь в полной безопасности и комфорте. Через пару минут наследник вернулся с чашкой в руках. Без слов он протянул её Лиане, чтобы та выпила содержимое. Принцесса попробовала напиток, но хотела выплюнуть его. Дориан положил руку на свою бабочку и посмотрел на кружку, дав знак, что лучше ей выпить содержимое. Немного испугавшись она залпом выпила всё, забыв об ужасном вкусе. Через минуту юное тело начало пылать, так что принцесса скинула плед и села на кровать. Дориан схватил стул и развернув его спиной вперед, сел, сложа голову на спинку. Расплывшись в улыбке, сорвиголова не отводил взгляда от Лианы, пытаясь оказать на неё небольшое психологическое давление.

(Дориан) – Будь осторожней в преть. Лучше не трогай то, что тебе непонятно. Ты включила встроенный конденсат, понизив температуру в комнате до минимума. Затем заблокировала дверь и закрыла вход вентиляции. Если бы не открытое окно, то ты бы задохнулась раньше, чем замерзла.

(Лиана) – Спасибо. Теперь мне так тепло. Что это за напиток?

(Дориан) – Мой фирменный коктейль. Многократно повышает обмен веществ, который способствует огромному выделению тепла. Сделан из частей тел… Лучше никому не знать. Через полчаса ты съешь всё, что влезет в твой маленький ротик.

(Лиана) – Дориан. Мне приятно с вами познакомиться лично. Мать мало, что говорила мне о вас, но я вижу, что вы уникальны.

(Дориан) – Хорошо подобрало слово. Обычно про меня говорят ебанутый на голову, но уникальный, так меня ещё никто не называл. Через пару минут пойдем на задний двор дворца, познакомлю тебя с моим другом и посмотрим на сад. Затем все соберёмся за столом дворца и пообедаем.