Да здравствует Император

Глава 5. Часть 5

Спустя двенадцать часов после отбытия чемпионов с Земли.

Израил вновь занял место пилота, отправив Сирену на заслуженный отдых в каюту после долгих часов полёта через мёртвый сектор, в которым не так давно велась практически нескончаемая война между различными группировками наёмников за власть и пути снабжения. Ангел не понимал, что могло случиться в столь короткий промежуток времени и кто мог остановить данный конфликт с такой особой жестокостью с учётом того, что империум человечества был совершенно не причастен к произошедшему. Однако выяснение было не возможным при сложившихся обстоятельствах. Чем быстрее судно прибудет в Мир корабль, тем раньше чемпионы смогут начать операции и познакомиться с очередным противником, который будет рад обглодать кости служителей империума и использовать их телесные оболочки для своего распространения. Израил хорошо запомнил тех, кто уничтожил большую часть его команды и друзей в прошлой жизни. Ангел мести не мог дождаться прилёта, чтобы пролить омерзительную кровь ксеноморфов и показать им, как сражаются те, кто больше не боятся смерти.

В скором времени Израил решил развеяться и за одно проверить, что случилось на среднем уровне и почему датчики пожарной тревоги резко сработали в зоне отдыха, где в последнее время засел ангел смерти. Проверив сканеры и убедившись, что в ближайшее время на пути движения судна не должно возникнуть проблем, Ангел включил автопилот и направился на средний уровень, как и хотел ранее. Практически сразу, войдя в лифт, Израил учуял железный запах свежей крови в смеси с жженым мясом, который пробуждал в нём зверский аппетит. Выйдя на среднем уровне и добравшись до зоны отдыха, через небольшую прослойку чёрного дыма, ангел наблюдал за попытками Арлекина поджарить пару стейков на корабельной плитке. Не смотря на очевидно неудачные результаты, Сионис не хотел сдаваться и вновь пробовал сделать идеальный для себя и команды ужин, чтобы доказать что-то для своего больного рассудка.

Добравшись до плиты Израил включил вытяжку и попросил друга отойти в сторону, пока тот не сжёг целый уровень, но ангел смерти не слушал его и просто продолжал заниматься тем, что и раньше. Стейк за стейком погружались на плиту, но сгорали в слишком сильном пламени буквально за несколько минут. Понимая, что лучше не трогать безумца в моменты его срыва, Израил сел за ближайший столик и стал поглядывать на Сиониса со стороны, изредка кидая взгляд на панель с системой пожара-тушения. Через двадцатый потерянный в огне стейк, в зону отдыха решил заглянуть и Джеккилл, которому надоело терпеть запах жжённой плоти. Гиена сразу всё понял по лицу Израила и просто сел с ним рядом, наблюдая за очередным приступам безумия Пятого.

(Джеккилл) – Зачем он делает это?

(Израил) – Не имею ни малейшего понятия.

(Джеккилл) – Но должен признать, если у него получится, то я был бы не прочь попробовать.

(Израил) – Возможно, но зная, кому принадлежит данный продукт, я вынужден отказаться.

В течении получаса Сионис продолжал заниматься тем же, чем и ранее, но с приложением ещё больших усилий и свежего мяса, которое прибывало из открытой ангелом смерти бреши. Больше не в силах терпеть данную картину, Джеккилл подошёл к другу и с глубоким страхом смог его оттащить от плиты, чтобы показать, как нужно готовить свежие стейки с кровью. Арлекин на мгновение избавился от своей улыбки, но практически сразу, вновь отдавшись безумию, присел за столик к Израилу, чтобы понаблюдать за качественной работой со сторон наблюдателя. Через несколько минут жарки мяса на среднем огне, Сионис полностью погрузился в свои мысли, которые были весьма хаотичны. Прежде чем полностью отдаться картине приготовления, Пятый задал Израилу весьма нестандартный вопрос, который поставил несгибаемого бойца в тупик: "Если я скажу, что ты умрёшь на данной миссии, то можно я заберу твои картины в своё место обитания? Шутка! Умрут все вокруг нас, но если вдруг, то можно?" Израил похлопал товарища по плечу и слегка приобняв, продолжил смотреть на Джеккилла, который мастерски переворачивал стейки в воздухе, как старый больной своим делом повар.

В скором времени Джеккилл подал несколько пускай и слегка поджаренных стейков, но весьма аппетитных на вид всем тем, кто собрался за столом. Израил поблагодарил друга за старания, но предпочёл отказаться и просто понаблюдать за тем, что будет делать Арлекин, однако его взору предстал кривой прикус гиены, который начал поедать пережаренное мясо. По нему было видно, что он наслаждался данным блюдом, зная, кто был изначальным поставщиком ингредиентов в системе потребления. Сионис так же наблюдал за товарищем, но без особого энтузиазма. Даже пребывая в безумии, он пытался соблюдать нормы этики и приличия в обществе. Как и раньше, тень ангела смерти отделилась от владельца и принеся столовые приборы, начала разрезать стейк на мелкие кусочки, медленно поднося по одному ко рту своего повелителя. Через пару минут и несколько тщательно прожеванных кусочков, Арлекин всё же улыбнулся вновь, но было видно, что это улыбка была весьма поддельна и не полыхала той маниакальностью, что обычно. Джеккилл заметив это, выхватил тарелку из рук товарища и выкинул её в мусороcжигатель.

(Джеккилл) – По крайней мере я узнал, что корабельный повар из меня не лучший. А что нового узнали вы?

(Израил) – У тебя не ровный прикус и судя по паре чёрных зубов весьма запущенная форма кариеса.

(Сионис) – Реальность иллюзия, вселенная голограмма. Наше существование не имеет смысла.

(Израил) – А, ты это нам Роман?

(Сионис) – Что? Нет! Я говорил со своими голосами в голове. А из нового, что я узнал, это то, что больно улыбаться, если ты это делаешь не искренне.

(Джеккилл) – Поздравляем с открытием. Получается, вы же не будите доедать?

(Израил) – Я и не начинал.

(Сионис) – Тебе нравится есть себе подобных. Это восхищает.

(Джеккилл) – Любите меня таким, какой я есть и не кладите палец мне в рот. То я за себя не ручаюсь.

(Израил) – Я хочу навестить нашего охотника. Подменишь меня на мостике, когда закончишь с трапезой?

(Джеккилл) – Мы в четырёх стенах друг мой. Куда мне деваться?

(Сионис) – Зайди в ближайшую тень, если хочешь и тебя уже никто не увидит.

Израил без особого промедления покинул общество Арлекина и спустился на нижний уровень судна в мастерскую, которую на время миссии присвоил себе Дария. Охотник всегда является неотъемлемой частью команды и ведёт её к победе, но при подготовке он старается быть в уединении, чтобы его инстинкты и жажда погони смогли обостриться до максимума, лишая цель всякой возможности на спасение, а мольбы о пощаде звучали намного созвучнее тем, что постоянно крутятся у него в голове.

Через мгновение Израил стоял около бронированной двери из-за которой прекрасно слышались звуки точения металла и голос Дарии, который на своём древнем диалекте заклинал то, что давно стало продолжением его тела. В частности его технологическая алебарда, которая уже множество столетий сопровождает охотника в каждой его охоте как в стенах, так и в не стен империума. Не смотря на столь редких выбор своего духовного орудия, даже среди своих сородичей, Дария смог доказать, что в руках настоящего высшего хищника оружием может быть всё, не говоря уже о теле. Как только Израил несколько раз поступал по бронированной брони, Дария прервал столь радостный процесс и слегка приоткрыв одну из ставней, взглянул на старого друга, которому он всегда был рад. Через пару минут уборки охотник окончательно открыл двери и запустил Израила внутрь. Ему было интересно, что привело ангела мести в его временное пристанище.

Войдя во внутрь, Израил на мгновение опешил из-за высокой температуры, которая была в мастерской. В спертом воздухе чувствовался накал слегка остывшего оборудования, которое много часов доводило орудия охотника до пика своей опасности. Дария сидел на против одного из точильных станков и смотрел на результат своей работы. Все его ловушки были выложены на столе, они были заточены на столько, что в отражение их железной поверхности можно было смотреться словно в зеркало. Израил хотел присесть на не занятый край стола, но Дария остановил друга с улыбкой на лице. Затем охотник взял небольшую железную трубку, для подачи топлива и кинул её на край. Как только труба соприкоснулась с поверхностью, сработал замаскированный капкан, который моментально разрубил её на несколько частей.

(Самуэль) – Не бывает хорошего однорукого ловушечника. Подумай об этом.

Охотник, уняв небольшой смешок, уступил место другу, но попросил того не трогать алебарду, которая лежала на другом столе. Она ещё не была полностью освящена и в данный момент никто, кроме её владельца не имел права дотрагиваться до неё. Израил прекрасно понимал и чтил многие традиции, но только не те, какими был ведом Дария. Ангел не понимал зачем были нужны словесные заклинания и другие древние ритуалы, если охотник давным-давно оставил свой родной мир, предав свой народ и его идеалы, без каких-либо раздумий и угрызений совести. Но Израила волновали другие вещи, в частности, что гложет его старого друга. В предыдущие миссии охотник всегда любил бывать в центре компании, пускай и редко что-то комментируя, будучи её душой. Но на данной миссии, что-то резко изменилось. Даже в глазах Дарии не было того огня, что обычно опаляет того, кто в них смотрит. Выбрав подходящий момент, Израил всё же смог подловить друга, чтобы тот сознался в том, что у него на душе. Охотник не сразу захотел покаяться, но всмотревшись в своё отражение на любимой алебарде, решил объясниться перед другом.

(Самуэль) – Со мной всё в порядке, просто. На днях я узнал, что моя сестра была убита. Когда Император был в моём родном мире, на его защиту выступила она.

(Израил) – Почему это тебя печалит? Я думал, что ты полностью разорвал все связи с тем миром и давно призывал совет уничтожить его.

(Самуэль) – Я не призывал уничтожить. Я хотел присоединить его к империуму, в принципе это и получилось в конечном итоге. Но я должен был убить её, а не Левис.

(Израил) – Есть и другие достойные воины, которые падут от твоей руки.

(Самуэль) – Я не рассказывал, почему решил стать одним из тех, кто следует за Императором?

(Израил) – У меня только догадки.

(Самуэль) – В родном мире всегда шла борьба за власть в цепи вознесения, и я всегда был тем, кто проливал кровь без единой мысли или сожаления. Все кличали меня совершенным будущим верховным охотником. Они верили, что я стану сильнейшим из когда-либо существующих охотников, но их вера была ложной. Я никогда не стремился на вершину и состязался с сильнейшими сородичами только по одной причине: мне нравилось убивать. Это единственная причина, по которой я дышал и поднимался выше и выше и выше по цепи. Но когда дошло дело до пред-финального раунда, где я должен был сразиться с сестрой за переход на новое звено, мой старший брат и верховный охотник в одном лице отправил меня в один мир, которым правил угнетатель и тиран. Лишь после его убийства, я мог добраться до сестры и брата. Перед отлётом на Землю мы с сестрой совершили кровный кровавый ритуал, по которому мы должны были умереть только от наших рук. Но Роб испортил договор, которому было несколько сотен лет. Но я его не виню. Её смерть – это был предопределённый исход.

(Израил) – Понятно. Но ты не должен унывать. Возможно скоро будет самая опасная охота в твоей жизни.

(Самуэль) – Я знаю, поэтому и готовлюсь к наступающему небольшому побоищу друг мой. Но ты прав, мне нужно развеяться. Есть идеи?

(Израил) – Идей много, путей реализации не так. Пошли к Сирене, у неё всегда есть припрятанный ящик увеселения.

(Самуэль) – Не люблю вино, но в хорошей компании можно сделать исключение. Мне нужно немного времени, чтобы закончить.

В это время на среднем уровне судна в зоне отдыха Сирена и Урия решили взять небольшой перерыв от обыденных дел и разделить меж собой один из припрятанных ящиков воительницы. Оборотень был рад выбраться из лаборатории и общества Че Агре. За много часов споров и обсуждений он так и не смог переспорить Мастера химии, который практически не слушал своего друга и просто пытался игнорировать все его выходки, к которым Моомон привык за множество десятилетий совместной работы. Сирена так же решила оставить гиену позади, чтобы не слушать его многочисленных вопросов на счёт того, с кем ему предстоит провести вечер, при возвращении на Землю.

Урия, после нескольких выпитых бутылок слегка задумался и вытащив один из своих револьверов, начал раскручивать барабан. Через пару медленных вращений, стрелок приставил револьвер к виску и без раздумий нажал на спусковой крючок, после чего, глядя в глаза подруги, спрятал револьвер обратно в кобуру. Сирена мигом отобрала бутылку из рук друга, попутно дав ему мощную пощечину. Урия слегка рассмеявшись, раскрыл свой кулак и показал ранее убранную пулю. Воительница не оценила юмор друга и показав средний палец, решила поискать хоть что-то из еды, что осталось после пасти Джеккилла. Через пару минут поиски всё же увенчались успехом и Сирена смогла найти в небольшой морозильной камере кусок сильно пережаренного, но неплохого на вид стейка. Воительница даже не стала подогревать закуску и просто отнеся её за стол, принялась опустошать очередную бутылку вина. Урия хоть и был достаточно пьян, но нюх его никогда не подводит. Он сразу учуял, что с мясом что-то не то и дело было не в свежести.

(Урия) – Где ты его взяла?

(Сирена) – Нашла.

(Урия) – Я чувствую запах смерти и разложения. Лучше выкинь это в мусоросжигатель.

(Сирена) – Я как-то нажравшись, съела скорпиона живьем. А это так, деликатес.

(Урия) – Моё дело предупредить. Окочуриться твоё.

(Сирена) – Да заткнись ты. Никогда ничего дельного не скажешь. Всё время только какую-то чушь. Тебе надо меньше времени проводить с Че.

(Урия) – Он будет по умнее, чем ты. Но, ты права. Он сводит меня с ума. Эх, ладно. Помирать, так вместе. Мне половину.

(Сирена) – Так бы сразу.

Урия показательно выставил свой указательный палец и медленно выдвинув длинный чёрный острый коготь, прошёлся по стейку. Коготь двигался, словно раскалённый нож по маслу, разрезая мясо вдоль. Когда стрелок закончил, он приставил палец к кубам и нежно его облизав, убрал руку за стол, подмигнув подруге на против. Сирена забрала свою часть стейка и мило улыбнувшись, нагнулась и прошептала другу: "Я не твой уровень мальчик, но сука ещё та". Когда Урия смог унять свой смех, он приступил к поеданию и своей части деликатеса. В скором времени за стол к парочке присоединились Израил и Дария, которые хотели ухватить и себе бутылку другую, пока есть, что хватать. Самуэль сразу приобнял Урию и попросил его отойти в сторону, чтобы обсудить наедине несколько интересующих его вопросов. Встав с третьей попытки, перевёртыш всё же смог преодолеть качку от алкоголя и пересесть за противоположный столик.

Израил решил присоединиться к Сирене, чтобы узнать её мнение по поводу охотника на борту судна. Ангел помнил, что в былые времена между ними были весьма пылкие споры, которые иногда переходили в драки и побои. Однако ангела отвлекло подобие стейка, который воительница держала в руках и ела его словно бутерброд.

(Израил) – Где ты его взяла?

(Сирена) – Нашла. А у вас нет другого вопроса? Нормальный! Нормальный он!

(Израил) – А ничего, что его приготовил Роман? Это тебе подсказка, из кого он.

(Сирена) – Нет.

(Израил) – Да.

(Сирена) – Нет!

(Израил) – Так и есть.

В одно мгновение Сирена развернулась и вставив два пальца в рот, вызвала рвотный позыв, который очистил её желудок от всего содержимого. Урия, сидящий напротив, начал дико смеяться и только благодаря дружескому обьятию не упал на запачканный водительницей пол.

(Урия) – Тебе идёт стоять на коленях. Моя любимая поза.

(Самуэль) – Я люблю обратную наездницу.

(Сирена) – Так трахните себя, уверена, вам понравится голубки.

(Израил) – У нас есть, на кого изливать свою ярость. Давайте оставим это для них.

Израил поднял Сирену с колен и взяв её за руку, повёл отсыпаться в каюту. Воительница из последних сил, прихватив полу-пустую бутылку, начала напевать одну из своих песен. Как только товарищи ушли, перевёртыш спросил у Самуэля. Кто будет это убирать? Но охотник предвидел вопрос и скрылся раньше. Осознав, что кроме него никого не осталось, Урия завыл и пожав плечами, отправился в лабораторию к Че, чтобы хорошенько выспаться на холодном столе. К его везению, при выходе из зоны отдыха он наткнулся на Элизабет, которая сидела по среди коридора и не знала, чем ещё можно убить время. Волчица была рада получить хоть какую-то работёнку, но сильно пожалела, когда ей пришлось оттирать пол от блевотины ближайшей подруги.

Множество часов спустя.

Джеккилл в очередной раз сменил товарищей на посту главного пилота и готовился входить в сектор, который принадлежит Миру кораблю. Однако на границе западного сектора служителей империума ждал небольшой приведённый в боеготовность флот, который принадлежал императору Кайлосу, а не слугам мира порядка и равенства. Гиена резко остановил судно и попытался выйти на контакт с гостями из вне и нынешними "союзниками" империума человечества. Но флот шакалов блокировал связь и постепенно начинал сводить свои орудия на судне Земли. Джеккилл перенаправил всю энергию на щиту и включил сигнал тревоги на всех уровнях, чтобы уведомить остальных о возникших проблемах. В скором времени кресло второго пилота заняла Электрисити, которая была не довольна, что её отвлекли от разговора со своей женой перед началом миссии.

Однако, увидев причину тревоги, Анна-Мария начала диктовать частоту сигнала, на которую нужно послать определённое сообщение. Менее чем через минуту гиена отправил сказанное сообщение, после которого флот шакалов начал медленно отводить орудия в сторону и открывать небольшой коридор, через который имперское судно могло безопасно пройти в назначенную зону. Джеккилл хотел связаться с Императором, но Электрисити попросила следовать назначенному курсы и не беспокоиться, что флот откроет огонь. Гиена поверил подруге и на стандартной скорости за несколько минут преодолел заслон флота, после чего активировал двигатели на полную.

(Джеккилл) – Близко. Что было в том сообщении, что они нас пропустили?

(Электрисити) – Рамон попросил императора Кайлоса о защите границ сектора Мира корабля из-за нападок со стороны Мисонов. Он предполагал, что мы можем попасть в данную ситуацию и дал мне указания на дальнейшие действия. Но с моей скоростью и реакцией, это была не такая уж хорошая идея.

(Джеккилл) – Моя стальная задница на месте, это главное. В течении часа прибудем в Мир корабль. Если не трудно, можешь сказать остальным, что всё в порядке. То, готов поспорить, что наш охотник уже расставляет свои ловушку по всему судну. Не хочу остаться ещё и без ноги. Мне хватает и половины утраченных органов.

(Электрисити) – Хорошо. Но можешь слегка замедлиться. Хочу в последний раз попробовать связаться с ней.

(Джеккилл) – Без проблем.

Джеккилл практически в двое снизил скорость судна и кивнув подруге, продолжил смотреть в пустое пространство. Электрисити поблагодарила друга за понимание, после чего направилась к себе в рубку, чтобы уловить хоть какой-то сигнал связи с Землей.

Через пару часов судно с чемпионами начало посадку недалеко от дворца императрицы Каталины, которая в первые за долгое время была раду появлению в стенах своего дома одних из лучший убийц своего бывшего стального гиганта. После окончательного заключения перемирия и союза с Кайлосом и его рабской империей, несколько послов под управлением одного из самых узнаваемых генералов шакалов остались на территории столицы. Каталина была рада, что столетие разногласий подошло к концу, но прославленный генерал позволял себе слишком многое, даже сама императрица была в шоке от его поведения. Но из-за договоров и соглашений, она не имела права выгнать наглого шакала из своего сектора, пока Кайлос сам этого не захочет.

Когда Судно окончательно приземлилось на территории Дворца, чемпионы обсудили и выбрали тех, кто пойдут к наследнику, чтобы затащить его на борт. Каждый из них знал нрав повелителя огня, особенно в моменты потери им контроля. Никому не хотелось стать очередным мясом на гриле. По жребию Сирена и Че Агре решили пойти и переговорить с наследником по "своей" воле. Через пару минут после выбора, Воительница и Моомон стояли на спусковой платформе в нижней части судна, недалеко от склада, готовясь, вступить на землю нового мира. Сирена уже неоднократно посещала этот мир и думала о том, чтобы вновь найти начальницу охраны и продолжить их посиделки в уютной обстановке, c бокалами местного алкоголя в руках. Но Агре лишь доводилось слышать об данном мире, мастеру энтропии хотелось оценить данный мир в живую и взглянуть на тех, кто его населяет, чтобы подобрать необходимые методы по их нейтрализации, если союз между мирами будет разрушен. Жители Мира корабля были практически не изучены из-за их связи с Землёй и Императором.

Как только платформа опустилась, взгляду чемпионов предстал дворец императрицы, который был практически идентичен тому, в котором большую часть времени проводит Император. Но насладиться величественным видом и вдохнуть чистый воздух полной грудью, было достаточно сложно из-за стражи дворца, которая практически сразу окружила пускай и званный гостей, но весьма опасных. Более десятка воинов, переглядываясь между собой, обсуждали печально известного Моомона и следили за каждым его движением. Cирена не захотела терпеть весь этот фарс и весьма ёмкой фразой, послав всех присутствующих, потребовала поговорить с начальницей охраны дворца или тем, кто представляет интересы императрицы. В скором времени в вооружённый круг из стражи вбежал Залик и начал отчитывать начальника охраны за его выходку. Как только правая рука императрицы умолкла, начальник охраны встал на колено перед чемпионами и попросив прощения, приказал всей страже разойтись по постам и впредь не ограничивать гостей в их пребывании на территории дворца.

(Залик) – Прошу прощения, что мои люди задержали вас. Из-за присутствия генерала Кироса в стенах дворца, вся охрана находится в возбуждённом состоянии.

(Сирена) – А это вообще кто?

(Моомон) – Тоже ни разу о нём не слышал.

(Залик) – После заключения союза Земли с императором Кайлосом, наши отношения тоже наладились. В честь данного события в качестве адъютанта для курирования постройки посольства шакалов в столице, был назначен генерал шакалов Кирас. Но по большей части, он мешает всем во дворце и уже несколько раз вызывал стычки из-за своего поведения. Опасный субъект, который закалён смертью. Находиться в четырёх стенах для него, скажем так, проблематично.

(Моомон) – Интересно. Нужно будет учесть его.

(Сирена) – У нас и так полно конченных, мы с тобой прямое тому доказательство. Куда ещё?

(Залик) – А это не плохая идея. Я бы был благодарен вам, чтобы хоть на пару суток вы забрали его.

(Моомон) – Я направляюсь к Майлзу. Значит твой выбор весьма не велик.

(Сирена) – Смерть или гибель. Мой выбор прост. Ладно, где очередная собачка? Поговорю с ним, но ничего не обещаю.

(Залик) – Отлично! Я провожу вас к нему. А вас Моомон сопроводит к принцу начальник стражи. Давайте не будем терять времени. Я не могу сказать точно, кому не рады больше. Поэтому буду счастлив избавиться хоть от одного.

(Сирена) – Майлз у вас практически две недели. А у нас уже лет двести. Чувствуете разницу?

(Залик) – Я уважаю и люблю мою царицу, но скажу честно. Принц самое жестокое, аморальное, безнравственное существо из тех, что я встречал. Надеюсь он ещё не скоро вернётся.

(Моомон) – Жизнь жестока. Майлз прямое подтверждение тому, что иногда лучше умереть, чем жить в боли и безумие. Но мы из тех, у кого нет права умирать.

(Сирена) – Хватит уже верещать без дела. У нас ещё впереди побоище.

Залик не стал терять времени и направился к выходу из дворца, где большую часть времени выше упомянутый генерал пугал стражей своим выходками, которые могли стоить чьей-то жизни. В скором времени при подходе к центральным Сирена начала слышать выстрелы очередью, которые шли практически без остановки. Как только Залик открыл главный вход во дворец и огромные двери распахнулись, он встал на против него и велел всем стражем сверху ничего не предпринимать и позволить чемпиону Земли самой во всём разобраться. Воительница лишь пожала плечами и двинулась к выходу под взор старого посла. На противоположной стороне стен она повстречала того, кто был виновником раздора в мире порядка. Шакал стрелял по вылетающим мишеням из установленного им устройства, которые летели совершенно в разнобой и иногда, пролетали рядом со стражами, которые держали свой пост. Генерал стрелял без раздумий и промедления, что могло стоить кому-то весьма дорого. Однако, заметив новое лицо, шакал решил сделать небольшой перерыв и переговорить с новой кровью. Нацепив практически на полу-голое тело несколько пластин брони и надев небольшую офицерскую фуражку на голову, Кирас предстал перед Сиреной в своей первородной природе, которая требовала новых действий и встреч с неприятелями. Шакал убрал винтовки за спину и крепко пожав руку собеседнице, заметил на её наплечниках знаки империума человечества. Будучи прекрасно осведомлённым о всех чемпионах, он прекрасно знал кто перед ним стоит, но не знал, что было нужно от него. Сирена так же мельком осмотрев генерала понимала, что перед ней был хороший вояка, который прошёл действительно много дерьма. Закончив с прелюдией приличия, Кирас сел на корточки и стал смотреть в даль, где виднелась столица Мира корабля. Благодаря своему строению и передвижным платформам, замок каждые сутки менял своё местоположение и был в разных расстояниях от столицы. Cирена не понимала, что генерал хочет этим сказать и просто присела рядом с ним, так же глядя на очередной мегаполис в нескольких милях впереди.