Чужая кровь

Глава 1

Эмис Ло. Румейн. За восемь месяцев до Большого исхода

Процесс идентификации личности на восьмом по счету посту ничем не отличался от той, которой доктор Ло подвергся при въезде на территорию базы – до момента, пока сканер радужной оболочки глаза не подтвердил, что он – именно тот, за кого себя выдает, очередная бронеплита не сдвинулась ни на сантиметр. Раздраженно проследив взглядом за уходящей в стену перегородкой, доктор украдкой покосился на бойницы, за которыми, готовые к любой неожиданности, дежурили часовые с оружием, и последовал за сопровождающим его офицером. К его огромной радости, этот пост оказался последним – терять драгоценное время на оставшихся паре сотен метров до кабинета генерала Ольстейда не пришлось – капитан прикладывал пластиковую карточку к желтым квадратикам перед дверями, и они послушно сдвигались в сторону. Наконец, последнее препятствие было пройдено, и, с трудом дождавшись, пока сопровождающий доложит о его прибытии и получит разрешение войти, доктор шагнул в очередное безликое помещение Базы—413.

– С приездом, док! – улыбнувшись уголками губ, но даже не подумав привстать из-за своего стола, буркнул генерал. – Говорят, у вас есть какие-то новости? Садитесь… Транслятор – к вашим услугам…

– Спасибо… Кстати, добрый вечер, генерал! – медленно, чтобы не потревожить травмированную пару недель тому назад ногу, присев в кресло, Эмис положил перед собой прикованный к руке дипломат и, набрав на замках коды, достал оттуда кристалл с записью и воткнул его в щель транслятора… – Кажется, у нас получилось…

Смотреть, как вспухает черное облачко над мысом, глубоко вдающимся в воды Заболоченного лимана, было неинтересно, и доктор Ло, откинувшись на спинку, принялся с интересом осматривать кабинет.

Нельзя сказать, что он сильно отличался от помещений других высших офицеров Урлии. Портрет верховного главнокомандующего Озинка Солла над креслом хозяина, карта мира с закрашенными серым цветом Спорными территориями, голография Списка Павших в Последней войне и кусок алой ленты с надписью «Умираю с надеждой на отмщение» под ним. Два шкафа с прозрачными бронестеклами, за которыми виднелись пластиковые папки и кассеты с кристаллами, обозначенные цветовыми метками от «Секретно» до «Только для первой категории». Тактический стол, на матовую поверхность которого можно было вывести изображение любой части планеты в необходимом масштабе. Стол с рабочим терминалом и четырьмя телефонами разного цвета. Три кресла. Стойка с оружием и вешалка, на которой на плечиках висел генеральский китель с орденскими планками. И все. Ни портретов членов семьи, ни каких-нибудь личных вещей – ничего. Голая рациональность и аскетизм…

– Как я понимаю, частоты, позволяющие открывать Окно, вами уже подобраны? – досмотрев короткий ролик, довольно улыбнулся Ольстейд.

– Угу… Последние одиннадцать раз Окно удавалось удерживать в стабильном состоянии по двадцать минут. Правда, потом оно самопроизвольно закрывалось, и в течение четырех суток с небольшим не реагировало на практически любой порядок подаваемой мощности. Видимо, это и есть технологический предел наших возможностей… – сообщил Эмис Ло. – Это еще не все. Мир, который находится за Окном, обитаем.

– Однако! – приподняв одну бровь, генерал сжал кулаки и с интересом уставился в глаза довольному собой доктору. – Тут подробнее, пожалуйста!

– Планета Рокхского типа. Тяготение – одна целая и четырнадцать сотых от нашего. Атмосфера – пригодная для дыхания. Чуть больше кислорода, чем у нас, но в пределах нормы. Микроорганизмов, опасных для нас, пока не выявлено. То же – с излучением их светила. Хоть сейчас переселяйся и живи. Животный мир пока изучен слабо – с той стороны Окна – горная долина весьма скромных размеров с одним проходимым без спецснаряжения перевалом. Но в результате разведывательного выхода отделения отряда «Кайро» установлено, что мир обитаем. Уровень его развития соответствует приблизительно второй половине третьего века от Восстания Эолов…

– Эпоха стали? – не поверил генерал.

– Именно. Мечи, арбалеты… Судя по захваченным в плен аборигенам, говорить о наличии у них какой-нибудь науки пока не приходится. С общественным строем – как когда-то у нас – княжества, королевства, империи. Провести аэрофотосъемку не представляется возможным – к сожалению, диаметр Окна – метр сорок два сантиметра. Для того чтобы собрать что-нибудь из транспорта, способного летать, потребуется слишком много времени. Двадцатиминутная активация раз в четыре дня – это слишком мало…

– Да плевать на их империи, доктор! Когда придет время – вся их планетка станет нашей… – подскочив с места, генерал метнулся к карте мира, ткнул пальцем в изображение столицы Магирона и расхохотался: – Гораздо важнее то, что момент Отмщения уже рядом! Не понимаете? Статью сорок седьмую акта капитуляции помните?

– Да, конечно… – закатив глаза, Эмис пошевелил губами и процитировал: – …Урлия лишается права иметь военную промышленность, институты, работающие над созданием оружия или технологий двойного применения, средства доставки поражающих элементов…

– Достаточно! – перебил его Ольстейд. – Если разместить в мире за Окном такой институт, то мы сможем реализовать как Проект-одиннадцать, так и те идейки, завершить исследования которых нам не дала эта проклятая капитуляция и Союз Шести Государств.

– А как быть с теми, кто носит на себе Метку?

– Не смешите! Частоты подачи контролирующего сигнала нам известны. Мало того, в этом году периодичность проверки места нахождения объектов снова снизили – теперь спутники генерируют сигнал каждые шесть часов… Что нам мешает за это время доставить нужного нам ученого к Окну и отправить его в сопредельный мир? Ничего! Думаю, оттуда Метка не откликнется?

– Оттуда не проходит ничего… – почесав затылок, ошарашенно подтвердил доктор Ло. – Даже при открытом Окне.

– Вот и хорошо! Кстати, можно подумать об экспроприации мозгов и у наших противников! Хе-хе… Похитить того же профессора Меддира, например… А что, тоже идея… Значит, так. С сегодняшнего дня вы прикомандировываетесь к Базе–413. Задача номер один – составить список тех специалистов, которых надо отправить за Окно в ближайшее время. Мои люди отработают места их проживания, маршруты передвижения и разработают схемы их транспортировки к Базе–53. К вашему заместителю, как его там правильно, доктору Миддиору, я пошлю пару толковых офицеров из Отдела–3, и за месяц-полтора в сопредельном мире появится палаточный городок для начала работ по интересующим нас проблемам… Что еще? Надо отработать технологию скрытой доставки необходимого оборудования и минимизацию размеров того, что не пролезет в створ Окна. Этим тоже займетесь вы, доктор. Остальное – по ходу дела. Я вами доволен… – вернувшись в свое кресло, генерал посмотрел на не скрывающего радость Ло и ухмыльнулся: – Завтра утром я доложу о результатах нашей работы Верховному, и, думаю, орден Отмщения первой степени, как минимум, мимо вас не пробежит… Естественно, со всеми вытекающими привилегиями…

– Какие могут быть привилегии, генерал? – скривился Эмис. – Когда я в последний раз выходил за ворота военных баз?

– Нашли, о чем мечтать… – хмыкнул хозяин кабинета. – Чего вы там не видели? Послевоенной нищеты? Продуктовых карточек? Военных патрулей? Строительных бригад? Урлия в развалинах! Но не на коленях… – посмотрев на портрет Озинка Солла за своей спиной, патетически добавил он. – И час расплаты за содеянное уже близок, как никогда. Благодаря нам с вами, дорогой Ло. Так что очень скоро привилегии из чисто теоретического довеска станут очень и очень весомой реальностью… Надо только дождаться своего часа… И ударить железным кулаком народного гнева в мягкое подбрюшье этого ублюдочного Союза… Ладно, вы можете идти… Вас сейчас проводят в выделенный для проживания и работы бокс, а я займусь подготовкой доклада…

Генерал ткнул пальцем в сенсор вызова адъютанта и ухмыльнулся:

– А все-таки мы молодцы, док… Надо же – целый мир, и только наш…

Глава 2

Бруг Наир по кличке Нос

– Итак, уважаемый, как я понимаю, мы договорились?

На лице гостя заиграла легкая улыбка, и Бруг неожиданно для себя улыбнулся ему в ответ:

– Да, господин Лади!

– Оман! Просто Оман! Какие могут быть церемонии между друзьями, и, тем более, между деловыми партнерами? Никаких! Одно дело делаем…

– Как скажете, Оман, друг мой… – кивнув, согласился с таким подходом Нос. – Ладно, перейдем к деталям. Сколько человек вы можете собрать к пятому числу?

– Думаю, человек двести двадцать-двести сорок. Может быть и больше… – что-то прикинув, ответил гость и пощелкал костяшками длинных, тонких и нервных пальцев, живущих какой-то своей, непонятной для праздного зрителя жизнью. С трудом оторвав взгляд от одного из самых известных медвежатников по эту сторону Лесистых гор, Наир довольно усмехнулся:

– Неплохо… У меня будет около полутора сотен. Еще двадцать пять-тридцать обещал прислать Биззи Омионский. Для того чтобы провести всех их в город, не привлекая внимания стражи, потребуется около недели… Так что до дня Большого исхода у нас останется еще трое суток на проработку всяких мелочей…

– Среди моих ребят есть бывшие солдаты… – слегка понизив голос, признался Лади Отмычка. – Около полутора десятков арбалетчиков, двадцать с небольшим мечников, два из которых – Одержимые. Так что, если есть такая возможность, подготовьте для них подходящее оружие…

– Армейские арбалеты и клинки подойдут? – стараясь не показать своего удивления, поинтересовался Нос: наличие среди Братства любого из крупных городов Симинора даже пары бывших солдат всегда считалось большой удачей. А тут – почти четыре десятка. Не говоря уже о тех, кто свободно владеет двумя клинками…

– Да, вполне… Достанете? Или привезти свои?

– Пронести оружие через городские ворота будет довольно сложно. Тем более перед Исходом. Так что об этом я позабочусь сам.

– Заметано… Как вы планируете захватить площадь, мой дорогой партнер? – переплетя пальцы, поинтересовался Оман. – Думаю, в этот день весь гарнизон столицы будет стоять на ушах…

– Да, ходят слухи, что Император приказал принять беспрецедентные меры безопасности. Еще бы – в Черном Остроге содержится сам Доходяга Эгг! И в этот день его выведут из камеры. В первый раз за четыре года…

– Вот-вот… Солдат на площади будет больше, чем зрителей… И наших четырех сотен человек, боюсь, окажется маловато…

– Если ударить внезапно… – с сомнением в голосе начал было говорить Бруг, но замолчал, увидев поднятую вверх ладонь собеседника.

– Я тут подумал немного и вот что у меня получилось. Что, если мы сделаем немножечко похитрее? Скажем, нападем на Арсенал? Приблизительно во время появления первых Искр Исхода. Или чуточку позже. Тогда часть городской стражи направят туда…

– Угу. А на площадь пошлют гвардию императора. Которая подготовлена намного лучше… – скривился Нос.

– А кто мешает после Арсенала изобразить атаку на Казначейство? – хохотнул Отмычка.

– Туда направят вторую роту гвардии. Из казарм дворцового комплекса… – пожал плечами Бруг. – И что нам это даст?

– Ну, то, что во дворце останется только третья рота… И караульная смена… Третьим объектом для ложной атаки станет именно дворец! Что произойдет тогда, друг мой?

– Первая и вторая роты бросят все и рванут во дворец, на защиту Митриха Тринадцатого! И таким образом почти оголят площадь Большого Исхода… Тогда нам хватит времени, чтобы разобрать чертову клетку и вытащить оттуда Доходягу Эгга! – Поняв, что именно предлагает гость, Нос с уважением покачал головой: придумать такой коварный план лично он не смог бы никогда. Наверное…

– Именно! – осклабился Оман Лади. – И еще мы успеем немного облегчить карманы всех тех, кто купит места на Сиреневой трибуне… Думаю, золотишка там должно быть предостаточно…

– Об этом я… – «тоже не подумал» хотел было признаться Нос, но, сообразив, что выставляет себя полным идиотом, поправился: – …думал, но не был уверен, что успеем… Отличный план, дорогой Оман! Когда начнут прибывать ваши люди?

– Свиту, прибывшую со мной, я могу оставить тут уже завтра, а вторая партия появится где-то к четвертому числу… Раньше успеют вряд ли – все-таки добираться до Милхина не так уж и быстро… кроме того, на дорогах стало заметно больше патрулей, а попадаться им в руки большинству моих людей как-то не с руки…

– Понятно… Теперь о добыче… Как бы вы хотели ее разделить? – хитро посмотрев на сидящего напротив Отмычку, поинтересовался Наир.

– Ну, думаю, что если вы, как нынешний Глава Братства Милхина, высоко оцените нашу помощь и выделите нам, скажем, треть от чистой прибыли, то я и мои люди будем вам благодарны до конца своих дней.

Бруг вовремя прикусил язык – доля, запрошенная Отмычкой, была слишком маленькой для такого Большого дела. И это вызывало опасения.

– Из чистой прибыли? – на всякий случай поинтересовался он у гостя. – То есть за вычетом себестоимости покупки оружия, подкупа наших людей на воротах, компенсации семьям погибших при освобождении Эгга кормильцев и так далее?

– Именно так, мой дорогой друг! – утвердительно кивнул Оман Лади. – Просто я рассчитываю получить куш как с добычи в Казначействе и Дворце Императора, так и с награбленного в Сиреневой ложе… Иначе бы нам это было бы не интересно… Несмотря на долг перед всеми нами уважаемым Доходягой…

– Теперь понятно… – представив себе на мгновение стоимость того, что можно было бы вынести с одного только дворца, хмыкнул Бруг. – Идет. Меня устраивает. Моя рука!

– Моя рука! – подтвердил нерушимое слово Отмычка. – Тогда, с вашего позволения, я отбуду рано утром – надо успеть собрать людей и провести с ними инструктаж…

– Утром. После небольшого застолья в вашу честь? – приподняв брови, спросил глава Братства.

– Естественно, друг мой! Как я могу пропустить такое мероприятие? – усмехнулся Оман. – Говорят, что лучше милхинского вина могут быть только милхинские красавицы… И я намерен лично оценить это утверждение…

– Вы не пожалеете… – радушно улыбнувшись, пообещал Бруг. – Всего этого будет предостаточно… А теперь, позвольте, я лично провожу вас в выделенные для вас покои…

Глава 3

Профессор Иор Меддир. Румейн. Город Стомн

Как ни странно, близнецы ворвались в гараж еще до того, как Иор завел машину и нажал на клавишу открывания ворот. Удивленно посмотрев на несущихся к передней двери мальчишек, профессор на всякий случай посмотрел на табло внутрисалонных часов и хмыкнул: сегодня выехать из дома получится без ставшего уже привычным пяти—десятиминутного опоздания. Если, конечно, не задержится Лита, последние полчаса перед выходом из дома всегда проводящая перед зеркалом.

– Папа! Я успел первым! Можно, я поеду рядом с тобой? – рванув на себя пассажирскую дверь, дико завопил Плокс.

– Так не честно! Я первый за ручку схватился! – отставший от брата Дилон не желал уступать вожделенное место и пытался не дать своему вечному сопернику забраться в переднее кресло.

– Так! Что за вопли? – оторвавшись от созерцания двери, ведущей в дом, рявкнул профессор. – Плокс едет тут. Ты – сзади. Тихо!!!

В гараже мигом настала тишина.

– Мама уже собралась, не видели? – удостоверившись, что дети смирились с его решением, поинтересовался Меддир.

– Вроде ковырялась в шкафу. Плащ какой-то искала. Говорят, что дождь будет… – подал голос недовольно хмурящий бровки Дилон.

– Значит, скоро придет… – облегченно выдохнул профессор. – О, а вот и она…

Лита, как обычно, выглядела так, как будто собралась на прием во Дворец Присоединившихся государств или на собственную свадьбу. Одежда на грани приличия, там, где надо, подчеркивающая ее великолепную фигуру. Искусно вылепленный образ, в соответствии с которым были подобраны аксессуары и косметика, царственная походка, не обратить внимания на которую мог разве что слепой. В общем, супруга была великолепна…

– Мое место уже занято? – заглянув в салон, весело поинтересовалась она и, притворно вздохнув, открыла заднюю дверь…

– Уступить? – расстроенно спросил Плокс и тяжело вздохнул.

– Не обязательно… – пребывающая в великолепном настроении Лита отрицательно покачала головой и, слегка приподняв и без того короткую юбку, забралась на заднее сиденье. – Я и тут неплохо проедусь…

– Ты сегодня бесподобна, милая… – плотоядно посмотрев на жену в зеркало заднего вида, профессор дождался вспышки понимания в ее глазах и только тогда тронул машину с места…

…Разница в десять минут почувствовалась сразу – в это время движение было заметно меньше, и для того, чтобы вклиниться в поток мчащихся мимо их дома машин, времени понадобилось всего ни– чего.

Пристроившись за огромным черным внедорожником, Иор нажал на клавишу активации автопилота и весело улыбнулся:

– Ну что, разбойники, как вам мое предложение?

– Бэмц!!! – подпрыгнув на своем месте от избытка чувств, завопил Дилон. – Ой, я хотел сказать отличное!

Плокс, глядя в окно, мрачно промолчал.

– Эй, а ты чего молчишь? – удивленно посмотрев на сидящего впереди пацана, удивленно спросила Лита. – Ты что, не хочешь провести выходные в парке аттракционов?

– Хочу. Но получить два высших балла за два оставшихся дня у меня, наверное, не получится… – мрачно пробурчал он.

– А ты голову включи… – хмыкнул профессор. – Не только же есть в нее…

– К нему Жаба цепляется! – подал голос вступившийся за брата Дилон. – Позавчера Плокс рассказал все, а она его срезала на дополнительном вопросе не по теме…

– Ну пусть прочтет лишнее… – пожал плечами профессор. – Литературы у нас дома хватает. Да и выход в Сеть аж второго класса. Учи – не хочу…

– Я постараюсь… – прижавшись носом к боковому стеклу, пообещал Плокс. – Но там уж как получится…

Здание школы вынырнуло из-за поворота минут через пять. К этому времени забывшие о Жабе мальчишки с пеной у рта обсуждали, на какие аттракционы они потратят заработанные за две предыдущие декады бонусы. Остановив машину напротив ступенек, ведущих в надземный переход к центральному входу, профессор два раза нажал на клавишу включения внутрисалонного ревуна, прежде чем дети сообразили, что им пора вы– ходить…

– Дорогая! Пересядешь вперед? – дождавшись, пока выскочившая из салона малышня захлопнет двери, поинтересовался Иор и, наткнувшись на понимающую улыбку жены, слегка покраснел: – Ну да, не хватило…

– Прости, Йоррик, боюсь, если я и сегодня при– еду на работу с опозданием, то меня просто уволят… Давай подождем до вечера…

– Как скажешь… – вздохнув, профессор с трудом оторвал взгляд от выступающего сквозь белую блузку бюста супруги и тронул машину с места…

– Ну, не расстраивайся ты так… – прикосновение ладони Литы обожгло его затылок, и Меддир почувствовал, что у него перехватило дыхание. – До вечера осталось не так много… Я… тоже тебя хочу… Радость моя…

…Силуэт жены, спускающейся в подземный переход, еще не скрылся в спешащей по своим делам толпе прохожих, как Иор поймал себя на мысли, что в машине что-то не в порядке. Повертев головой и не поняв, что его смутило, он все-таки приподнялся с сиденья, и, снова повернувшись назад, в направлении, куда ушла жена, попытался восстановить момент, когда почувствовал что-то не то. Пара минут раздумья, и Меддир сообразил, что тут не так – лямка сумки Дилона, торчащая из-под его сиденья, в это время должна была находиться в классе!

Пробежавшись пальцами по табло коммуникатора, профессор поставил режим исходящего звонка на вибросигнал и нажал клавишу подтверждения. Пара секунд ожидания, и, к его удивлению, на экране комма появилась надпись «Абонент не локализован»…

– Не понял? – повторив вызов и получив тот же результат, Иор ошарашенно посмотрел на себя в зеркало и, вздохнув, попробовал набрать номер Плокса.

– Абонент не локализован! – пробормотав себе под нос непонятную фразу, Меддир взволнованно оглянулся по сторонам и решил позвонить жене.

– Так, выходим в меню, нажимаем цифру один, и… – Яркая вспышка прямо за лобовым стеклом автомобиля заставила профессора зажмуриться и рефлекторно прикрыть глаза руками. Потом в его затылке словно взорвалась бомба, и он потерял сознание…

…Пробуждение было ужасным. Жутко болела голова, слегка мутило и двоилось в глазах. Кроме того, оказалось, что его руки и ноги намертво прикованы друг к другу. Попытка открыть глаза и оглянуться по сторонам ни к чему хорошему не привела – черная ткань, в которую оказалась замотана его голова, оказалась совершенно непроницаемой для света.

– Где я! Есть тут кто-нибудь? – набравшись смелости, завопил профессор.

– О, очнулся еще один! – в хриплом голосе, раздавшемся за спиной, звучали истерические нотки. – Только не ори, ладно? Голова раскалывается…

– Где я? – стараясь говорить потише, повторил вопрос Меддир.

– Судя по моим ощущениям, в грузовом салоне самолета… Уже час, как летим…

– Куда летим? – не понял Иор.

– Не знаю… – зло пробурчал тот же голос. – Никого из тех, кто нас сюда закинул, тут, скорее всего, нет…

– Руки затекли. И поясница… – женский голос, донесшийся откуда-то издалека, заставил профессора вздрогнуть.

– Мелиолисса, вы?

– Проф? – радостно взвизгнула доктор Инци. – А вы что тут делаете?

– Лежу, связанный, как баран… – буркнул Меддир. – И ничего не понимаю…

– Не вы один такой… – язвительно пробормотал еще кто-то. – Думаю, мы все в таком же положении… Надо подождать часа три, и все обязательно прояснится…

– Ну да… – сообразив, что Метка не экранируется, слегка успокоился профессор. – А что, уже девять?

– Девять пятнадцать…[1] – подтвердил тот же голос. – У меня вживленная модель. Два часа и восемьдесят пять минут,[2] и спутники засекут наши координаты. Еще от силы час, и мы будем на свободе…

– Если выживем… – пробормотала доктор Инци.

– А куда мы денемся? – попробовал ее успокоить Меддир. – Вряд ли нас похищали для того, чтобы уничтожить при попытке спасения…

– Папа!!! – полупридушенный крик Плокса заставил профессора вздрогнуть и дернуться всем телом.

– Я тут, сынок! Ты-то как тут очутился?

– Мы забежали в переход, а дальше я не помню…

– При чем тут дети? – прошипела Мелиолисса. – Их-то зачем?

– Не знаю… – произнес кто-то за спиной.

В этот момент самолет ощутимо накренился на бок и, судя по ощущениям, начал довольно резкое снижение.

– О, скоро сядем… – думаю, ситуация должна проясниться… – скорее для себя, чем для окружающих буркнул профессор.

Через мгновение ожило бортовое радио:

– Господа, я смотрю, некоторые из вас начали приходить в себя. Отлично. Очень большая просьба. Не надо разводить дискуссии, иначе я буду вынужден вас наказать. Все, что вам НАДО будет знать, я сообщу после приземления. Терпение, друзья мои, терпение…

Желающих ощутить на себе то, каким может быть неведомое наказание, отчего-то не нашлось. Даже на крики приходящих в сознание коллег по несчастью не раздавалось ни слова, ни шепота – угроза неведомого террориста проняла всех. Впрочем, ждать посадки пришлось недолго – уже минут через пятнадцать лайнер коснулся взлетно-посадочной полосы, и, взревев включенными на реверс двигателями, быстро погасил скорость. Тратить время на маневрирование его пилоты не стали – буквально через минуту после того, как самолет прекратил движение, взвыли приводы грузового люка.

– Еще… Еще… Стой!!! – донеслось откуда-то снаружи, и, услышав глухой удар по корпусу лайнера, профессор понял, что их сейчас будут перегружать в машины.

– Взяли эту! И-и-и, р-раз!!! – Истошный женский визг, мат, донесшийся снаружи, и многоголосый хохот луженых мужских глоток.

– Теперь этого… Живее, живее!!! – командовал старший. – Хрыч! Лентяй! Сюда! Берем это тело!!!

Оказавшись в воздухе, Иор чуть не заорал от боли – скованные вместе запястья и щиколотки стрельнуло жуткой болью. Потом под его спиной оказалось что-то мягкое, и профессор слегка расслабился.

– Больно! – прохрипело под ним…

– Ничего… Три километра можно и потерпеть… – заржал какой-то из «грузчиков».

Судя по времени, прошедшему с начала «погрузки», похитители здорово торопились. И с техникой у них проблем не было – машина сорвалась с места, приняв в кузов человек десять, не больше. Перекатываясь по кузову в поворотах, Иор мрачно пытался считать виражи, но вскоре плюнул и перестал – понять, на какой угол повернула машина на такой высокой скорости, было невозможно, а значит, и смысла что-то вычислять – тоже. Стоило отвлечься от размышлений о направлении движения машины, как в голову полезли мысли о детях и оставленной в Стомне жене.

Реакцию Литы, не дозвонившейся в обеденный перерыв до мужа, нетрудно было предугадать. С вероятностью процентов в восемьдесят она должна была начать звонить на проходную и пытаться выяснить, куда же запропастился ее суженый – ее голос, раздающийся в наушнике, узнавали практически все дежурные телефонисты Инсти– тута.