- -
- 100%
- +
Глава 1
Айдамир обогнул выступ скалы и пошёл на снижение, уже различая открытую дверь своих покоев. Агнесса стояла за порогом, придерживая рукой волосы, которые растрепал ветер, и улыбнулась, заметив его над балконом. Он собирался опуститься у дальней стены, чтобы не обдать жену потоком воздуха, но дракон вдруг замедлил взмах крыльев и всмотрелся в неё с таким недоумением, что Айдамир невольно насторожился.
Зачем она здесь? Зверь не задавал вопроса, однако Айдамир почувствовал это недовольное замешательство и попытку разобраться в привычной картине. Агнесса ждала его дома, как ждала уже больше года, и ничего странного в этом не было. Он мысленно потянулся к дракону, напоминая о той, к которой они оба ещё несколько мгновений назад спешили, и знакомое тепло вернулось вместе с желанием приблизиться.
«Полегче. Это же наша Агни», — подумал он, складывая крылья после посадки, а затем вернул человеческий облик и потянулся за одеждой, оставленной у двери. На мгновение под рёбрами болезненно стянуло, и Айдамир придержался за каменный выступ, пережидая неприятное ощущение. Оно почти сразу прошло, но Агнесса уже шагнула к нему, и он встретил её поцелуем прежде, чем она успела что-нибудь спросить.
— Ты сегодня рано, — сказала она, обнимая его за шею, и улыбнулась у самых губ. — Я думала, до ужина не дождусь. Назар утром был такой сердитый, что я решила: ты опять куда-то его отправляешь.
— Ему не понравилось, что я отправился сам, а он остался разбирать жалобы. Завтра можете вместе пожаловаться мне за завтраком, — предложил Айдамир и поцеловал жену ещё раз, придерживая её за талию. — Ты куда собиралась? Я видел шаль на кресле.
— К Алсу, но теперь попозже пойду. Мир, у тебя что-то болит? Ты сейчас за стену держался, я видела.
Он хотел отмахнуться, однако неприятное стягивание повторилось, когда он наклонился за поясом. Агнесса сразу убрала руки с его плеч, освобождая место, и Айдамиру стало досадно: прилетел к жене, успел её обнять, а теперь стоит и ждёт, пока отпустит какая-то непонятная боль. Полёт был обычным, даже приятным, и над дальним перевалом он позволил себе задержаться, поднявшись к облакам. Никакой усталости до возвращения не чувствовал.
— Под рёбрами тянет, — признался он, распрямляясь, и всё-таки застегнул пояс. — Уже проходит, Агни. Должно быть, слишком резко сменил высоту.
— Тогда посиди, пока окончательно не пройдёт. Я позову Багира, а ты ему расскажешь про высоту, потому что я в этом ничего не понимаю.
Она говорила без тревожной суеты, но уже взяла его за руку и повела в комнату, не оставляя возможности задержаться на балконе. Айдамир остановился возле кресла и притянул её к себе, собираясь объяснить, что вполне способен прожить вечер без осмотра. Агнесса упёрлась ладонью ему в грудь, внимательно прислушалась к дыханию, а затем подняла глаза, дожидаясь возражений.
— Я ещё ничего не сказал, — напомнил он и провёл пальцем по её щеке. — Может быть, я собирался попросить тебя остаться со мной до ужина, а не идти к сестре.
— Я останусь, если ты сядешь и позволишь позвать лекаря. Очень выгодное предложение, Айдамир, я бы на твоём месте согласилась.
Он рассмеялся, но от смеха снова потянуло бок, и пришлось опуститься в кресло. Агнесса тут же перестала улыбаться, позвала служанку и попросила найти Багира, а сама устроилась рядом на подлокотнике, не выпуская его руки. Айдамир положил ладонь ей на колено и погладил ткань платья, с удовольствием ощущая тепло её бедра. Дракон оставался непривычно тихим, хотя обычно в такие минуты устраивался совсем близко, разделяя с ним удовольствие от прикосновений истинной.
Багир пришёл прежде, чем успели принести воду, и, увидев их, задержался у двери, ожидая позволения приблизиться. Айдамир поманил его и собирался встать, чтобы не заставлять лекаря наклоняться, но Агнесса придержала мужа за плечо. Багир заметил это и улыбнулся, поставив возле кресла небольшой кожаный футляр.
— Правильно, госпожа, пусть посидит. А вы, господин, рассказывайте, что случилось, и покажите, где болит, — попросил он, присаживаясь на придвинутый стул. — После обращения началось или ещё в полёте почувствовали?
Айдамир рассказал о стягивании под рёбрами, а потом, немного помедлив, упомянул странную заминку дракона перед посадкой. При Агнессе говорить об этом было неприятно, но скрывать от лекаря то, что могло иметь значение, он не собирался. Жена слушала, положив ладонь ему на затылок, и её пальцы замерли в волосах, когда он дошёл до короткого недоумения зверя.
— Меня на миг отвлекло, — уточнил Айдамир, почувствовав, как она придвинулась. — Я напомнил ему о тебе, и всё прошло. Багир, такое вообще бывает?
— При истощении меняется восприятие, в том числе у зверя. Дайте сначала посмотреть, — ответил лекарь и попросил расстегнуть ворот, после чего положил пальцы возле ключицы Айдамира и некоторое время держал их неподвижно. — Вы последние дни сколько отдыхали? Помните, я просил после дальнего перелёта хотя бы вечер не заниматься делами?
— Вечер я не занимался, а утром пришёл Назар. Если ты договоришься с ним не приносить мне ничего до обеда, я буду тебе очень признателен.
— Договорюсь, — пообещала Агнесса, и Айдамир повернулся к ней с возмущением, которого она ничуть не испугалась. — Что? Ты сам попросил! Теперь не говори, что мы тебя неправильно поняли.
Багир усмехнулся и попросил их ненадолго замолчать, а затем провёл ладонью вдоль груди Айдамира, не касаясь ткани. Давление усилилось, заставив податься вперёд, но лекарь придержал его за плечо и велел дышать глубже. Агнесса соскользнула с подлокотника, чтобы не мешать, однако руку оставила в его ладони. Айдамир сжал её пальцы, чувствуя, как наконец отпускает боль и становится легче сидеть прямо.
Через несколько минут он уже мог вдохнуть полной грудью и без неприятных ощущений повернуться к жене. Багир ещё раз проверил его состояние, убрал футляр и предупредил, что ближайшие два дня лучше обойтись без полётов, а дела перенести в покои. Айдамир собирался возразить против последнего, но Агнесса так довольно посмотрела на него, что он передумал спорить при лекаре. В конце концов, никто не запрещал Назару приносить бумаги сюда.
— Я приду утром, — сказал Багир, поднимаясь. — Если снова потянет, не ждите, зовите сразу, господин. Пока похоже на перенапряжение после обращения, но повторяться это не должно.
— А если он решит, что снова всё прошло и звать незачем? — спросила Агнесса, и Айдамир потянул её за руку, возвращая к себе. — Я серьёзно, Мир. Ты сейчас уже так смотришь, словно мы тебя зря задержали!
— Тогда зовите сами, госпожа, — разрешил Багир и закрыл футляр. — А вы не сердитесь на неё, господин. Мне гораздо удобнее прийти лишний раз, чем потом слушать, что болело недолго и поэтому никто не побеспокоился.
После его ухода Агнесса попыталась подняться, но вдруг остановилась, опершись ладонью о спинку кресла. Айдамир сразу встал и обнял её, дожидаясь, пока она посмотрит на него. Она потёрла висок и улыбнулась виновато, как улыбалась всякий раз, когда собиралась убедить его не беспокоиться, а сама уже понимала, что он не отступится.
— Голова закружилась, я резко поднялась. Не смотри так, пожалуйста, сейчас пройдёт.
— Багир ещё не успел далеко уйти, я велю вернуть его. Почему ты раньше не сказала, что тебе нехорошо?
— Потому что раньше было хорошо, а потом ты прилетел и начал меня пугать. Дай мне немного посидеть, — попросила она и взялась за его рукав, когда он повернулся к двери. — Мир, побудь со мной. Если не пройдёт, позовём.
Он усадил её на диван и устроился рядом, положив её ноги себе на колени. Агнесса попыталась возмутиться, что он мнёт платье, но, когда Айдамир начал растирать её ступню, с удовольствием откинулась на подушку. Его уже ничего не беспокоило, зато она выглядела уставшей и прикрывала глаза, продолжая держаться за его руку. Он послал за Багиром, не вступая в новый спор, и пообещал жене, что сам объяснит причину возвращения.
Лекарь осмотрел её, расспросил о головной боли и о том, хорошо ли она спала, после чего оставил средство, которое следовало выпить вечером. Агнесса призналась, что проснулась ещё затемно и долго не могла уснуть, и Багир посоветовал не откладывать отдых до ночи. Когда они остались вдвоём, Айдамир лёг рядом с ней и притянул к себе. Она устроилась щекой у него на плече, попросив разбудить к ужину, но он договорился с прислугой принести еду позже и ещё долго лежал, поглаживая её волосы.
За следующие три дня боль не вернулась, и к утру четвёртого Айдамир уже устал от назначенного покоя. Назар приносил дела в кабинет рядом со спальней, Багир дважды осматривал его и не находил причин для беспокойства, а Агнесса успела съездить к сестре и привезти от неё целый свёрток подарков. Айдамир вернулся к обычным занятиям, решив отложить дальние полёты до конца недели, и почти перестал вспоминать о случившемся на балконе.
Агнесса в тот день пришла к нему после обеда, когда он разбирал с Назаром просьбу о починке дороги у перевала. Она заглянула за дверь и уже собиралась уйти, увидев помощника, но Айдамир протянул ей руку. Назар собрал бумаги, напомнил, что до вечера ждёт решения, и попрощался с хозяйкой, после чего Агнесса подошла к столу и села на край свободного кресла.
— Я хотела спросить, поужинаем ли мы вместе или мне опять тебя ждать. Вчера ты сказал, что ненадолго, а я успела закончить вышивку и начать сердиться.
— Ты пришла за мной сама, я даже не успел соскучиться. Сегодня можешь забрать меня раньше, — предложил Айдамир, отодвигая бумаги, и вдруг почувствовал знакомое стягивание под рёбрами. — Подожди, Агни. Сейчас отпустит.
Она уже поднялась, чтобы подойти, а дракон неожиданно отозвался раздражением. Айдамиру захотелось остановить жену у стола, оставить между ними расстояние, и он отдёрнул руку от края, испугавшись этого чужого желания. Агнесса это заметила и застыла возле кресла, не понимая, можно ли прикоснуться. Он видел её растерянность, тянулся к ней сам, но зверь продолжал противиться её приближению.
«Ты что творишь?» — мысленно потребовал Айдамир, стараясь удержать внимание дракона, а затем позвал жену: «Подойди, Агни». Она обошла стол, поддерживая его под локоть, когда он попытался встать. Он обнял её, заставив зверя принять прикосновение, но от этого усилилась боль, и пришлось отступить к дивану. Агнесса позвала служанку, не отпуская мужа, а он заставлял себя дышать ровно и следил, чтобы пальцы не стиснули её руку.
Багир застал его сидящим с расстёгнутым воротом, а Агнессу — на коленях возле дивана. Айдамир потребовал, чтобы она поднялась с пола, но жена проигнорировала распоряжение и освободила место лекарю, оставаясь рядом. Она всё время смотрела на него, и от необходимости скрывать тревогу становилось трудно подобрать слова. Ему хотелось взять её за руку, убедиться, что это прикосновение опять будет приятным им обоим, однако дракон и без того ворочался внутри с глухим раздражением.
— Я не летал, — предупредил Айдамир, когда Багир начал осмотр. — И отдыхал столько, сколько ты велел. Почему это повторяется?
— Сейчас снимем боль и разберёмся, — ответил тот, попросив Агнессу принести воды. — Восстановление могло занять больше времени, чем я предполагал. Где сильнее тянет, здесь или ниже?
Айдамир указал место, а затем рассказал о реакции зверя на жену, не понижая голоса. Скрыть от неё происходящее он всё равно бы не смог, да и оставлять Агнессу с мыслью, что сам не хотел её прикосновений, было немыслимо. Она вернулась со стаканом, поставила его на стол и присела рядом на колени, пока Багир слушал объяснение и проверял, как меняется состояние дракона.
— Он раздражён из-за боли, — предположил лекарь, убирая ладонь с груди Айдамира. — У вас сейчас любое вмешательство вызывает сопротивление, даже моё. Дома постарайтесь обойтись без лишнего шума и посетителей, а я изменю лечение.
— Я не посетитель, Багир, — напомнила Агнесса и посмотрела на мужа. — Ты хочешь, чтобы я вышла? Я выйду, если тебе так легче, только скажи мне сам!
— Останься здесь, — попросил Айдамир и потянул её к себе, чтобы села рядом. — Дай мне руку, Агни. Я хочу, чтобы ты была здесь.
Он ждал нового сопротивления, когда она придвинулась, но дракон постепенно успокоился, а боль начала отпускать. Багир продолжал работу, задавая вопросы о сне и о последних обращениях, и Айдамир отвечал, всё время прислушиваясь к зверю. К концу осмотра он уже сидел прямо, придерживая жену за талию, и чувствовал, как она наконец расслабляется рядом. От мысли, что несколько минут назад ему пришлось уговаривать её подойти, становилось стыдно, хотя она ни словом его не упрекнула.
Вечером Агнесса рано ушла из-за стола, сославшись на головную боль, и Айдамир поднялся вместе с ней, оставив Назара заканчивать разговор с прибывшими со старого перевала. Жена пыталась убедить его вернуться к гостям, пока они поднимались в покои, но у лестницы споткнулась, и он подхватил её под локоть. Она даже не стала спорить, когда он поднял её на руки, а положила голову ему на плечо и попросила идти помедленнее, потому что от движения мутило.
— Я велю Багиру остаться поблизости, — сказал Айдамир, опуская её на постель. — И завтра ты никуда не поедешь. Алсу может прийти сюда, если захочешь её видеть.
— Сначала можно договориться со мной, — напомнила Агнесса, придерживая его за руку, пока он снимал с неё туфлю. — Я сама никуда не хочу, но ты так говоришь, что сразу хочется возразить.
— Тогда договоримся, что я побуду с тобой, а ты не станешь уверять, что тебе прекрасно. У тебя губы совсем белые, Агни.
Она провела пальцами по его щеке, и Айдамир наклонился к её ладони, чувствуя мучительное облегчение от того, что зверь больше не противится этому прикосновению. Агнесса сама потянула его за ворот, чтобы поцеловать, и он задержался у её губ, не торопясь выпрямляться. Ему хотелось извиниться за дневное, но она, заметив его тревогу, покачала головой и попросила помочь распустить волосы. Он сел рядом и принялся вынимать шпильки, а жена прислонилась к нему, объясняя, какие можно вытаскивать сразу, чтобы не запутать пряди.
Багир пришёл, когда Агнесса уже задремала, и осмотрел её, не заставляя вставать. Сказал, что пока не видит опасности, но средство от головной боли заменит, а утром проверит, стало ли лучше. Айдамир проводил его до двери и велел принести всё необходимое сразу, не откладывая до утра, после чего вернулся к жене. Она сквозь сон нашла его руку и подтянула к щеке, а он лёг рядом, решив завтра отменить встречи, если слабость не пройдёт.
Утром Агнессе стало легче, и следующие два дня Айдамир следил, чтобы она отдыхала, хотя жена уже сердито спрашивала, не собирается ли он теперь сопровождать её даже к сестре. Он позволял ей ворчать, уносил бумаги из спальни, когда она хотела поспать, и принимал Багира отдельно, требуя объяснить, почему новая слабость так быстро появилась у них обоих. Лекарь расспрашивал о тех, с кем они встречались, проверял еду и воду, но ничего не находил и обещал продолжить поиски. Айдамир всё чаще вспоминал Ардаша, однако каждый раз откладывал поездку до следующего утра, потому что не хотел оставлять жену, пока та чувствовала себя плохо.
На седьмой день после первого приступа они вышли в нижний сад, где дорожка шла вдоль скалы к небольшой открытой площадке. Агнесса сама предложила прогулку, дождавшись, когда Айдамир закончит разговор с Назаром, и теперь держалась за его руку, рассказывая о ссоре Алсу с мужем. Рахим решил починить что-то в доме без мастера, и сестра прислала записку с просьбой при случае напомнить ему, что хороший человек не обязан уметь всё. Агнесса смеялась, предлагая поручить это Назару, поскольку Айдамир мог воспринять просьбу как повод немедленно отправить к ним целую бригаду.
— Почему бы не отправить? — спросил он, задерживая её возле поворота, чтобы дать пройти садовнику с корзиной. — Я хочу, чтобы ты возвращалась от сестры довольной, а не думала, как помочь им с крышей.
— Потому что крыша у них цела, и вообще я ещё не сказала, что он чинил. Ты даже не дослушал, а уже собираешься всё за них решить!
Айдамир обнял её за плечи, собираясь пообещать, что сначала выяснит размеры бедствия, но вдруг почувствовал резкую боль в груди. Он выпустил жену и отступил на шаг, стараясь не напугать её, а дракон рванулся к обращению с такой силой, что удержать его в человеческом теле не получилось. Айдамир успел толкнуть Агнессу к боковой дорожке, прежде чем ноги перестали слушаться, а камень под ладонью раскрошился от тяжести выросшей лапы.
Он оказался слишком близко к стене и задел её крылом, сбивая с выступа сухие ветки. За спиной закричали, кто-то бежал от сада к дому, но Айдамир искал только жену и увидел её возле низкой ограды. Она успела отойти, когда он толкнул её, однако теперь стояла неподвижно, прижимая руку к груди и глядя на него снизу вверх. Зверь развернулся к ней, и Айдамир ощутил, как в горле собирается жар.
Угроза находилась там, у ограды, и от неё следовало избавиться, пока не приблизилась. Дракон видел женщину, замечал её движение, слышал голос, но знакомое лицо не возвращало прежнего узнавания, а Айдамир с ужасом понимал, куда сейчас будет направлено пламя. Он попытался отвернуть голову и прижать пасть к земле, однако зверь расправил крылья, готовясь податься вперёд.
«Это Агни! — взревел Айдамир, стараясь заставить его услышать. — Ты же знаешь её! Проклятье, это наша истинная! Не смей к ней приближаться!» Он рванулся к обратному обращению и почувствовал сопротивление, которого никогда прежде не встречал. Дракон продолжал смотреть на Агнессу, собираясь ударить, и в эти несколько мгновений Айдамир не мог даже заставить его отступить.
— Агни, уходи! — хотел крикнуть он, но из пасти вырвался рёв, и изумлённая жена отшатнулась к ограде. Она звала его, а он всё пытался вернуть человеческий облик, зная, что второй попытки после огненного выдоха уже не будет. Между ними оставалось несколько шагов, и ни ограда, ни её поднятая рука не могли защитить от того, что он сейчас сделает.
Он перестал пытаться подавить зверя целиком и направил все усилия на движение головы. Удалось дёрнуться в сторону скалы, ободрав о камень нижнюю челюсть, и тут же потянуться к привычному человеческому телу, к рукам, которыми несколько минут назад обнимал жену. Жар обжёг горло, крыло ударилось о землю, а потом Айдамир упал на колени возле разбитого края дорожки и закашлялся, не сразу поверив, что снова может закрыть рот ладонью.
Агнесса подбежала к нему прежде, чем он успел подняться, и опустилась рядом, удерживая за плечи. Её ладонь коснулась шеи, проверяя, не ранен ли он, а Айдамир отшатнулся и сам испугался, что сделал ей этим больно. Дракон никуда не делся, оставался внутри, раздражённый тем, что ему помешали, и жена по-прежнему находилась совсем близко.
— Не подходи, Агни! Отойди от меня, пожалуйста! — он с трудом удержался на ногах и выставил руку, не давая ей приблизиться. — Назар! Уведи её в дом и позови Багира! Быстро!
Она смотрела на него, не понимая, почему он не позволяет помочь, а Айдамир не мог выдавить объяснение. Ему принесли одежду, и он кое-как укрылся, продолжая следить за каждым движением жены. Назар уже был возле неё, но Агнесса отстранилась от предложенной руки и опять повернулась к мужу, словно собиралась поспорить с распоряжением. Он никогда так не хотел, чтобы она послушалась сразу, без вопросов и попыток остаться.
— Я сейчас приду, — пообещал он, увидев, как она дрожит. — Пожалуйста, иди с Назаром. Мне надо немного прийти в себя.
Айдамир дождался, пока она скроется за поворотом, и опустился на уцелевшую скамью, потому что стоять больше не получалось. К нему торопился Багир, на ходу расстёгивая футляр, а он смотрел на место, где несколько мгновений назад находилась жена. На ограде осталась светлая нитка, выдернутая из её рукава, и Айдамир никак не мог перестать следить за тем, как она шевелится на ветру.
Лекарь начал задавать вопросы, но на этот раз Айдамир потребовал сначала объяснить, почему не сумел остановить зверя. Багир заставил его выпить принесённое средство и попросил рассказать всё по порядку, не пропуская даже того, что казалось неважным. Айдамир рассказал, как дракон смотрел на Агнессу, как собирался выдохнуть огонь и не отзывался на попытки вернуть контроль, а затем замолчал, потому что перед глазами опять оказалась её поднятая ладонь.
— Мне нужно разобраться в том, что мешает обращению, — сказал Багир после осмотра, придерживая его за запястье. — Сегодня я останусь здесь, а вы постарайтесь пока не приближаться к ней, если чувствуете раздражение зверя. Я поговорю с госпожой, объясню, что вам нужен покой.
— С женой я поговорю сам, — возразил Айдамир и высвободил руку. — Принеси то, что понадобится на ночь. Я не хочу снова оказаться с ней рядом и узнать, что ничего не могу сделать.
В покоях Агнесса ждала его возле двери и сразу шагнула навстречу, а он остановился, заставив её тоже замереть. Она успела переодеться, но чёрные волосы всё ещё были растрёпаны, и на запястье виднелась ссадина. Айдамир смотрел на неё, пытаясь понять, задел ли жену при обращении или она ударилась об ограду, когда отступала, и не решался приблизиться, хотя хотелось немедленно взять её руку и проверить самому.
— Покажи, — попросил он, указав на запястье, и Агнесса подошла, не дожидаясь нового разрешения. — Ты упала? Я тебя толкнул, ты могла удариться.
— За камень зацепилась, когда отходила. Мир, посмотри на меня, пожалуйста. Я же вижу, что ты от меня отворачиваешься, и не понимаю, что мне делать!
Он поднял глаза, встретился с её испуганным взглядом и всё-таки обнял, прислушиваясь к дракону с мучительной настороженностью. Зверь ворочался, но оставался в глубине, и Айдамир позволил себе прижать жену к груди. Агнесса обхватила его за пояс, уткнувшись в рубашку, и он почувствовал, как её трясёт, хотя она старалась говорить ровно. На её запястье осталась кровь, а он ещё утром беспокоился, что жена слишком быстро ходит по лестнице.
— Я не мог остановиться, — признался он, касаясь губами её волос. — Слышал тебя, видел и не мог заставить его отойти. Агни, сегодня тебе лучше лечь в другой комнате, пока Багир не поймёт, что происходит.
— Я лягу рядом с тобой, а Багир может остаться за дверью! Не проси меня уйти после того, как я смотрела, что с тобой творится!
Она отстранилась, чтобы видеть его, но рук не разняла, и Айдамир едва удержался от нового требования. Ему хотелось запереть дверь между ними, выставить охрану, заставить её уехать к сестре, однако он даже не знал, сможет ли стена удержать зверя. Он слышал, как Агнесса спрашивает, больно ли ему сейчас, и гладил большим пальцем её поясницу, дожидаясь, пока сумеет ответить без обещания, что всё обойдётся.
— Сейчас нет, — сказал он, усаживая её рядом с собой. — Но утром я полечу к Ардашу. Хочу, чтобы он меня осмотрел, а ты дождёшься здесь, хорошо? Назар останется с тобой.
— Я полечу с тобой, если ты не хочешь ехать по дороге! Ты можешь посадить меня на спину, мы уже много раз так делали! — напомнила она, а он слишком резко покачал головой и тут же погладил её щёку, увидев, как она побледнела. — Хорошо, Мир. Я останусь, только не задерживайся без вести, пожалуйста.
Он провёл ночь в кресле возле кровати, убедив Агнессу, что так легче дышать после приступа. Она долго не засыпала, держала его за руку и временами открывала глаза, проверяя, рядом ли он, а Айдамир следил за зверем и ждал рассвета. Багир приходил дважды, оставлял новые средства и предлагал посидеть с ним, но Айдамир отказывался, не желая обсуждать случившееся при жене. К утру она наконец уснула, утомлённая пережитым, и он высвободил пальцы из её ладони, осторожно уложив руку на одеяло.
Ардаш жил за дальним отрогом, в доме над узкой долиной, куда Айдамир прежде прилетал без всякой тревоги. Старик ругался, что он пугает коз у соседей, заставлял после посадки проверить крышу и потом расспрашивал о делах, не позволяя уйти без еды. Сегодня Айдамир опустился на каменную площадку ниже дома, вернул человеческий облик и несколько минут стоял, дожидаясь, пока отпустит привычное уже давление под рёбрами. Агнессы рядом не было, но зверь оставался беспокойным, и это не позволяло надеяться, что вдали от неё всё пройдёт само.