- -
- 100%
- +
Глава 1
Вадим остановился перед входом в «Панораму» и посмотрел на часы. До встречи оставалось семь минут, а мужчина, обещавший встретить его у машины, ещё разговаривал по телефону возле стеклянных дверей. Громов прошёл мимо, предоставив ему возможность закончить разговор без нового владельца отеля в качестве слушателя, и вошёл в холл.
Высокие окна холла выходили на площадь, возле стойки регистрации никто не толпился, а женщина с ребёнком получала ключ от номера. Вадим задержался у входа, присматриваясь к сотрудникам и гостям. Отель покупался вместе с рестораном, конференц-залами и хорошей репутацией, за которую прежний владелец запросил вполне ощутимую сумму.
— Доброе утро, — обратилась к нему сотрудница за стойкой. — Вы к нам на заселение? Могу уточнить вашу фамилию?
— Громов. У меня встреча с генеральным управляющим.
— Вас ожидают, Вадим Георгиевич. Сейчас приглашу управляющую.
Девушка взяла телефон, а он повернулся к мужчине, который наконец вошёл следом. Тот убрал мобильный в карман и протянул руку.
— Вадим Георгиевич, доброе утро! Сергей Павлович, мы с вами общались вчера. Простите, звонок от бывшего владельца, пришлось ответить.
— Я узнал вас. Вы обещали встретить меня у входа.
— Управляющая уже на месте, — сообщил мужчина. — Я покажу вам ресторан, пока она спускается. У нас очень хороший шеф-повар и прекрасная команда.
— Начнём с управляющей. С командой познакомлюсь после разговора.
Вадим подошёл к окну, откуда просматривалась часть ресторанного зала. Между столами проходила официантка, пожилой мужчина подозвал её и показал на чашку. Девушка выслушала его и забрала чашку вместе с блюдцем, а через несколько секунд принесла новую.
Ресторанов у него было достаточно. «Гром и молния» давно вышли за пределы города, в котором он когда-то открывал первое заведение и сам проверял каждую поставку, а желание заняться отелями появилось ещё год назад. Здесь уже имелись гости, сотрудники и понятные цифры, поэтому можно было начать работать сразу, без стройки и бесконечного выбора дверных ручек. Покупку проверяла его команда, окончательные условия он согласовал лично, но в фамилии руководителей служб до сегодняшнего утра не вникал.
— Зал после завтрака не закрывайте, пожалуйста. Гости из двести шестого выезжают позже, Ирина Павловна предупредила кухню.
Женский голос донёсся со стороны лифтов, и Вадим перестал смотреть на ресторан. Он знал этот голос, слышал его сонным по утрам, раздражённым во время ссор и весёлым, когда жена рассказывала что-нибудь за ужином. Даже шесть лет спустя не потребовалось ни секунды, чтобы узнать.
Она вышла из-за колонны, повернулась к нему и остановилась. На мгновение Вадим забыл, зачем приехал сюда, и смотрел на неё, пока Сергей Павлович представлял нового владельца генеральному управляющему Елене Михайловне Воронцовой.
Вернула девичью фамилию, которую он когда-то с таким удовольствием убрал из её паспорта. В день свадьбы Лена смеялась над тем, как он разглядывает свидетельство о браке, и спрашивала, не собирается ли повесить его в ресторане возле лицензии на алкоголь.
Теперь перед ним стояла другая Лена. Тёмно-серый костюм подчёркивал стройную фигуру, гладкие каштановые волосы были собраны в низкий хвост, а на шее поблёскивала тонкая цепочка. Он помнил эту привычку убирать волосы, когда она занималась делами, и то, как вечером вытаскивал резинку, чтобы пряди рассыпались по плечам. Длина изменилась, но движение её руки, поправившей выбившийся волос у виска, осталось знакомым.
— Вадим Георгиевич, — поздоровалась она и протянула руку. — Доброе утро. Предлагаю подняться в кабинет, там подготовлены документы.
Он посмотрел на её пальцы и поднял глаза. Лена стояла прямо и ждала, хотя перед приветствием ей пришлось сглотнуть, а улыбка так и не появилась. На правой руке кольца не было, и Вадим с раздражением поймал себя на том, что успел проверить это прежде, чем вспомнил о рукопожатии.
— Елена Михайловна. Вы здесь генеральный управляющий?
— Да, четвёртый год. До этого была помощницей управляющего.
Он пожал её руку, и знакомое тепло ладони немедленно напомнило, как она касалась его щеки. Лена умела остановить ссору этим движением: подходила вплотную, смотрела ему в глаза и проводила большим пальцем возле уголка рта, пока он ещё сердился. Тогда он перехватывал её запястье и притягивал к себе, забывая половину того, что собирался высказать.
Она назвала его по имени-отчеству, как когда-то обращались к нему её новые сотрудники, а сама Лена приходила в кабинет с обычным «Вадь, у тебя есть минутка?». Могла забрать у него чашку, попробовать кофе и пожаловаться, что он опять пьёт эту горечь без сахара. Он велел ей заказать нормальный напиток, но всякий раз ждал, пока она допьёт, и потом делал себе другой. Здесь ему предлагали документы и место за столом, а право спросить, как она жила без него, осталось в квартире, из которой он ушёл шесть лет назад.
Сейчас Вадим отпустил её и сунул руку в карман пальто. Сергей Павлович продолжал говорить, объясняя, что Елена Михайловна пользуется полным доверием бывшего владельца и прекрасно знает отель, а Громову хотелось приказать ему замолчать. Каждое упоминание её имени мешало собраться.
— Мы ценим вашу рекомендацию, — сказала Лена, повернувшись к мужчине. — Подготовленную папку можете оставить у меня. Если понадобятся сведения по передаче, я вам позвоню.
Сергей Павлович посмотрел на Вадима, ожидая другого распоряжения. Громов кивнул, и тот передал папку Лене, попрощался и направился к выходу. Она указала на лифт, не делая попыток заговорить о чём-либо ещё.
В лифте они остались вдвоём, и Вадим наконец смог рассмотреть её без чужих голосов. Лене сейчас было тридцать девять, но за прошедшие годы она изменилась меньше, чем он ожидал увидеть, если бы позволял себе думать о встрече. Никаких морщин, губы были накрашены сдержанно, а строгий костюм сидел так хорошо, что он невольно задержался взглядом на талии.
Лена повернула голову к дверям и поправила папку под рукой. Вадим выругался про себя, потому что тело уже отзывалось на её близость. Он шесть лет не видел бывшую жену, знал, почему они развелись, и сейчас должен был думать хотя бы о том, как проведёт эту встречу. Только вместо этого представлял, как расстёгивает её пиджак и кладёт ладони ей на талию.
— Тебе не сообщили, кто купил отель? — он следил за её отражением в дверях лифта. Лена повернулась к нему, держа папку перед собой.
— Мне сообщили, что сегодня приедет новый владелец. До завершения сделки сведения о покупателе не раскрывали, а встречу назначили вчера вечером.
Кабинет оказался просторным и светлым, с большим столом у окна и отдельным местом для встреч. Лена положила папку возле ноутбука и предложила снять пальто, показав на вешалку.
— Располагайтесь здесь, — Лена указала на стол для переговоров. — Отчёты за последний квартал и сведения по службам готовы. С чего хотите начать?
Вадим снял пальто и повесил его, задержавшись возле вешалки. В холле её обращение ещё можно было списать на присутствие сотрудников, но здесь она продолжала разговаривать с ним так, словно они познакомились десять минут назад.
— Теперь ты со мной ещё и на «вы»? — он повернулся к ней. — За дверью никого нет, Лен.
— Ты новый владелец отеля. Субординация не позволяет мне обращаться к тебе на «ты».
— Мы одни, и никто не услышит твоей фамильярности. Или тебе нужно моё письменное разрешение?
Лена положила папку на стол и посмотрела ему в глаза. Он ждал возражения, готовый сцепиться с ней хотя бы из-за этого дурацкого «вы», но она отодвинула стул и предложила ему сесть.
— Хорошо, Вадим. С чего ты хочешь начать?
Она подошла к своему столу, наклонилась за папкой, и цепочка скользнула вперёд в вырезе блузки. Он знал, как выглядит кожа под этой тканью, помнил небольшую родинку возле ключицы и то, как Лена морщилась, когда он касался губами её шеи во время телефонного разговора.
Его жена однажды встретила его дома рядом с другим мужчиной, и шеф-повар стоял в его халате, словно имел на это право. Вадим посмотрел на её руки, прижавшие папку к груди, и перед глазами оказался этот момент.
***
Лена стояла в комнате и смотрела на него с растерянностью, которую он прежде видел только после неприятных звонков. Он вернулся раньше и ещё не успел снять куртку, когда заметил Антона. Тот находился рядом с ней, в домашнем халате Громова, и Вадим несколько секунд разглядывал пояс, завязанный на чужом теле.
До этого он видел, как Крылов задерживался возле Лены в ресторане, как улыбался ей и старался поймать взгляд. Жена говорила, что они работают вместе и ему незачем злиться на каждую шутку шеф-повара. Вадим злился, но не запрещал им общаться, потому что считал Лену своей и не собирался проверять каждый её шаг.
Она попыталась улыбнуться и двинулась к нему, заговорив прежде, чем он сумел открыть рот. Он услышал своё имя, затем ещё несколько слов, которые не удержались в памяти, потому что продолжал смотреть на Антона. Его халат, его квартира, его жена, и этот подонок даже не отвёл глаз!
— Вадим, послушай меня! Я сейчас объясню, что произошло!
Крылов тоже шагнул вперёд и поднял руку, собираясь что-то сказать. Вадим обошёл Лену и бросился на него, уже занося кулак.
***
— Вадим Георгиевич, вы хотите начать с размещения или с ресторана? Общие показатели я тоже подготовила.
Он очнулся и посмотрел на папку, которую она положила перед ним. Лена стояла возле стола, ожидая ответа, а он всё ещё ощущал ярость того дня и неприятную тесноту воротника. Пришлось оттянуть его пальцем и сесть, пока она не спросила, что с ним происходит.
— Присаживайтесь, Елена Михайловна. Меня интересует, за что именно ты отвечаешь.
— За работу отеля в целом. Две управляющие ведут свои направления, рестораном ежедневно занимается его руководитель, но основные вопросы проходят через меня. В папке структура и результаты за квартал.
Лена устроилась напротив и открыла документы. Вадим смотрел на неё, пытаясь найти хотя бы одну деталь, которая заставит перестать помнить, как она выглядела в их постели. Раздражение подходило для разговора, с ним он умел работать, но желание мешало даже прочитать первую строку.
— Раньше ты руководила рестораном. Откуда взялся опыт управления отелем?
Она положила ладонь на край папки и подняла глаза. Несколько секунд смотрела на него и затем придвинула документы ближе.
— За эти годы я успела его приобрести. Могу показать результаты работы и ответить на твои вопросы.
— Покажи. Начни с того, что изменилось за время твоего руководства.
Лена повернула к нему несколько страниц и заговорила о загрузке номеров, постоянных клиентах и мероприятиях, ради которых компании возвращались в отель. Она называла цифры без поисков нужной строчки, объясняла причины изменений и помнила, какие расходы удалось сократить без потери качества. Вадим задал вопрос о провальном месяце в прошлом году, и она объяснила причину, приложив подтверждающий лист.
— Отель не требует срочного восстановления, — сказала она, когда он спросил о ближайших задачах. — Есть вопросы, которыми нужно заняться, но гости приезжают, сотрудники работают, обязательства перед партнёрами выполняются. Я подготовила предложения по улучшениям.
Пока он читал, она дважды поправила одну и ту же страницу. Лена занимала руки, когда волновалась и не хотела, чтобы это заметили; он помнил эту привычку. Ему захотелось накрыть её пальцы ладонью и сказать, чтобы перестала, а следом он разозлился на саму эту мысль.
Сука, как же он ненавидел себя за это! Она изменила ему, подала на развод и исчезла, а он сидел перед ней с документами и замечал, как шевелятся её губы, вместо того чтобы проверять цифры. Даже сейчас, когда память о чужом мужике в его доме заставляла злиться. Вадим хотел пересесть ближе и почувствовать её руку на своей шее.
— Вадим Георгиевич, предложения оставлю вам для ознакомления. Когда будете готовы, можем пройти по отелю.
Он закрыл папку и положил её на стол. Снова это отчество, снова «вы», хотя они только что договорились и никто к ним не заходил.
— Ты уже забыла наш разговор? Или мне каждый раз напоминать?
— Я не хочу случайно перейти на «ты» при сотрудниках. Они не знают, кем мы были друг другу, и я предпочла бы, чтобы так и оставалось. Поэтому предлагаю пока сохранять рабочее обращение даже наедине, чтобы не путаться.
Вадим посмотрел ей в глаза, ожидая, что она добавит хоть что-нибудь ещё. Лена убрала документы в папку и осталась сидеть напротив, явно намереваясь дождаться его согласия.
— Как скажете, Елена Михайловна. Мне тоже незачем вспоминать, кем мы были друг другу.
Она прижала ладонь к обложке папки, но ничего не ответила. Он поднялся, не желая дальше обсуждать правила, по которым ему теперь разрешалось разговаривать с бывшей женой. Она смотрела ему в глаза, уже без попыток сгладить неприятный разговор. Так она смотрела перед серьёзными спорами, и прежде ему нравилось, что жена не робеет, хотя окружающие предпочитали соглашаться.
— Сегодня, — ответил он. — Хочу посмотреть всё лично, Елена Михайловна. И прошу вас быть рядом, чтобы вопросы не пришлось передавать через сотрудников.
— Хорошо, я проведу вас. Начнём с первого этажа или хотите сначала увидеть номера?
Вадим поднялся и дождался, пока она уберёт документы. Лена поправила пиджак, сняла телефон с зарядки и направилась к двери, а он остался на месте, чтобы дать ей пройти и не коснуться случайно. Ему предстояло провести рядом с бывшей женой несколько часов, слушать её, разговаривать и делать вид, что он способен думать только об отеле.
— С первого этажа. Покажете, что я купил.
Он всё ещё любил эту женщину. За шесть лет сумел выстроить жизнь без неё, а теперь даже расстояние в два шага хотелось сократить, и Громов понятия не имел, как собирается управлять отелем, если одно её появление лишило его способности управлять собой.
Глава 2
Лена нажала кнопку первого этажа и отступила, освобождая Вадиму место. Он встал рядом, и в зеркале отразились его широкие плечи, тёмная рубашка и знакомое лицо, которое она теперь могла рассмотреть, не поворачивая головы. Надо было позвонить Ирине, предупредить Кристину и провести нового владельца по отелю, но Лена смотрела на его отражение и думала, что вчера ей следовало хотя бы попытаться уснуть.
Бывший владелец позвонил, когда она уже собиралась домой. Они обсудили документы, он уточнил, готова ли информация по службам, и попросил завтра с утра оставить время для встречи. Лена открыла ежедневник, перенесла разговор с поставщиком на послеобеденное время и пообещала лично показать отель, если покупатель захочет осмотреть его сразу.
— Захочет, — заверил её бывший владелец. — Громов предпочитает всё проверять сам. Сергей Павлович встретит его внизу, но дальше уже вы, Елена Михайловна.
Ручка выскользнула из пальцев и прокатилась по открытому ежедневнику. Лена поймала её возле края стола, оставив длинную черту поверх завтрашних встреч, и прижала телефон к уху.
— Кто? Вы сказали, Громов?
— Вадим Георгиевич Громов. Наверняка слышали о нём, «Гром и молния» — его группа. Решил заняться гостиничным направлением, так что поздравляю вас с новым владельцем.
Лена закрыла глаза, пока мужчина рассказывал о ресторанах покупателя и его планах. Слушать о Вадиме от постороннего человека было странно: она помнила, как он спорил с подрядчиками перед открытием первого заведения, как возвращался домой под утро и засыпал, не успев закончить рассказ о прошедшем дне. Он давно собирался расширяться, но речь всегда шла о ресторанах. За годы их брака ни разу не сказал, что хочет купить гостиницу, и Лена никак не могла принять, что для первой покупки ему понадобилась именно «Панорама».
— Вы ведь завтра будете на месте? — уточнил бывший владелец. — Ему уже подтвердили время.
— Буду, конечно. Всё подготовлено, можете не беспокоиться.
Она закончила разговор и осталась сидеть перед ежедневником. Потом нашла в телефоне номер Ирины Павловны, набрала и сообщила о встрече, не назвав фамилии. Голос звучал нормально, вопросы коллеги не вызвали затруднений, и до дома Лена тоже добралась без происшествий, а вот раздеться смогла только после того, как полчаса просидела в прихожей.
За ночь она несколько раз решила уволиться и столько же раз разозлилась на себя за эту мысль. «Панорама» была её работой, здесь ей доверяли, здесь она выучилась управлять большим отелем и наконец перестала вздрагивать, когда в разговоре упоминали бывшего мужа. Теперь он купил всё это вместе с рестораном и залами, а ей предстояло встретить его, пожать руку и предложить посмотреть отчёты.
Незадолго до рассвета Лена начала придумывать, что скажет при встрече. Вышло несколько совершенно ненужных разговоров, в каждом из которых Вадим спрашивал, как она живёт, а она отвечала с таким равнодушием, что сама себе не верила. В действительности он потребовал объяснить, откуда у неё опыт управления, и сразу стало понятно, что репетировать следовало другие ответы.
Когда он в лифте спросил, знала ли она о покупателе, Лена соврала. Ему незачем знать, как она провела ночь, сколько раз брала телефон и откладывала обратно, собираясь сообщить о болезни. Можно было отменить одну встречу, но работать дальше всё равно пришлось бы в отеле, принадлежащем Громову, и утром она встала, привела себя в порядок и приехала раньше обычного.
Двери лифта открылись, и Лена вышла, удерживая телефон в руке. Вадим пошёл следом, остановился возле окна и начал рассматривать холл, пока она звонила Ирине. На ходу заговорить с коллегой оказалось легче: та сообщила, где находится, и пообещала через несколько минут присоединиться к ним.
— Сначала покажу общие зоны, затем поднимемся на жилые этажи, — предложила Лена, убирая телефон. — Ирина Павловна отвечает за размещение, она сейчас подойдёт.
— Я пока никуда не тороплюсь. Показывайте, Елена Михайловна.
Вадим посмотрел ей в глаза, и от этого официального обращения захотелось поморщиться. Она сама настояла на нём, но наедине он прежде называл её Леной, Ленкой, иногда ворчал «жена», когда искал что-то по квартире. В кабинете она выдержала разговор с ним, а теперь предстояло ходить рядом по отелю и представлять сотрудникам человека, которого когда-то считала самым близким.
Тогда Лена тоже пыталась сохранить обычный голос. Вадим ушёл, она долго сидела возле телефона и ждала, что он позвонит, хотя перед глазами всё ещё стояла драка. Он должен был остыть, вспомнить, что сказал ей, и вернуться, чтобы они наконец поговорили. Лена знала, как он бывает резок в гневе, но услышанное в тот день никак не удавалось совместить с мужчиной, который ещё утром обнял её перед уходом.
Она готовилась ответить на звонок, а потом на звонок в дверь. Перебирала фразы, с которых начнёт разговор, и каждую отбрасывала, потому что всё зависело от того, готов ли он слушать. Когда на следующий день приехала Нина Вадимовна, Лена даже обрадовалась: свекровь умела поговорить с сыном так, что он сначала возмущался, а после делал, как она просила.
***
Лена открыла дверь и шагнула навстречу, собираясь обнять Нину Вадимовну. Та отступила, и Лена остановилась с протянутыми руками, не понимая, что происходит. Обычно свекровь прижимала её к себе прямо на пороге, потом отстраняла и разглядывала, спрашивая, почему она опять похудела и не замучил ли её Вадим своей работой.
— Проходите, — пригласила Лена и попыталась улыбнуться. — Я как раз собиралась вам звонить. Вадим...
— Я с ним уже поговорила. Закрой дверь, пожалуйста, соседям незачем это слышать.
Лена закрыла и повернулась к ней. Нина Вадимовна не сняла пальто, не поставила сумку на привычную полку и осталась стоять в прихожей, глядя на невестку так, что захотелось спросить, чем она заслужила этот взгляд.
— Я любила тебя как дочь. Ты хоть понимаешь, что сделала с моим сыном?
— Нина Вадимовна, выслушайте меня! Позвольте хотя бы объяснить!
— Не надо! Я не хочу слушать, как ты будешь оправдываться. Вадим рассказал, что видел, и мне нечего добавить.
Лена прислонилась к двери, потому что ноги начали дрожать. Свекровь говорила дальше, упоминала их доверие, семью, в которую приняли Лену, и каждое следующее предложение заставляло её всё теснее прижиматься к деревянной панели. Она искала в знакомом лице хотя бы то выражение, с которым Нина когда-то выслушивала её жалобы, но та смотрела с отвращением.
— Как ты могла так поступить? Он жил тобой, домой приходил счастливый. Не звони мне больше, Лена. Я не смогу разговаривать с тобой как раньше.
Она взялась за ручку, и Лене пришлось отойти, освобождая выход. Уже на лестничной площадке Нина поправила сумку на плече и направилась к лифту, а Лена ещё несколько секунд стояла в открытой двери, не находя ни одного слова, которое могло бы её вернуть.
***
На следующий день она подала на развод. Вадим прежде бросал это слово в ссорах, а Лена всякий раз верила, что они успеют остановиться, но после визита его матери сама начала искать, куда нужно обратиться. Ей хотелось закончить день, в котором телефон молчал, а каждый звонок в дверь заставлял надеяться и бояться одновременно.
Мамы у неё не стало, когда она была маленькой. Близость с Ниной складывалась постепенно: сначала разговоры после семейных ужинов, потом звонки без повода, совместные поездки и возможность попросить совета по вещи, о которой неудобно говорить с мужем. Однажды Лена заболела, и свекровь приехала сама, устроилась возле её постели и велела спать, пока она разберётся с лекарствами. Лена тогда проснулась от прикосновения к волосам и лежала с закрытыми глазами, боясь пошевелиться и прервать эту близость.
После разговора в прихожей ей пришлось учиться не набирать знакомый номер. Следом пропали семейные встречи, привычные обращения, вопросы о том, придут ли они с Вадимом в воскресенье. Случайное упоминание о Громовых могло испортить весь день, и, когда появилась возможность уехать, Лена согласилась на работу в другом городе. Собирала вещи, проверяла документы и думала только о том, чтобы после переезда никто не спрашивал, как поживает её муж.
— Елена Михайловна, доброе утро! Вы уже начали обход? Я могу показать залы, всё подготовлено.
Кристина подошла со стороны ресторана и сразу улыбнулась Вадиму. Лена остановилась возле лестницы, возвращая себе привычное выражение лица, и представила управляющую новому владельцу. Та протянула руку, чуть наклонила голову и дождалась, пока он ответит на приветствие.
— Кристина Олеговна Лазарева, мероприятия и деловые клиенты, — повторила она, хотя Лена только что назвала и имя, и должность. — Очень рада знакомству, Вадим Георгиевич. Если захотите осмотреть залы, с удовольствием проведу вас лично.
Вадим пожал ей руку и задал вопрос о ближайшем мероприятии. Кристина повернулась к нему всем корпусом, рассказывая о конференции, и Лена невольно посмотрела на её светлые волосы, уложенные крупными прядями. Обычно та носила их собранными, чтобы не мешали в работе, а сегодня оставила распущенными и выбрала блузку, которую берегла для встреч с особенно важными клиентами.
— Конференция послезавтра, подготовку закончим сегодня, — сообщила Кристина. — У заказчика довольно высокие требования, но мы умеем находить подход к таким гостям.
— Что именно он требует? Какие вопросы ещё не решены?
Она назвала несколько пожеланий, добавив, что все службы предупреждены. Вадим слушал, иногда уточнял детали и держался с ней без той придирчивости, которую Лена уже успела испытать в кабинете. Конечно, Кристина никогда не была его женой и ей не предстояло отвечать на вопросы о том, как она прожила годы без него.
Лена разозлилась на себя и вмешалась, пока разговор не превратился в отдельную экскурсию. Сейчас он знакомился с сотрудниками, интересовался работой, а она стояла рядом и оценивала вырез чужой блузки. Кристине было тридцать, она прекрасно выглядела, и Лена понятия не имела, какие женщины нравились Вадиму теперь.