Море, остров, девушка…

Глава 2

Сильный шторм обрушился на Херрингдин, поэтому никто не удивился появлению спасателей. Небольшая толпа собралась на причале, чтобы посмотреть, как они уходят в море, и еще больше людей чуть позже наблюдало за их возвращением.

Вскоре спасенные оказались на берегу, в машине скорой помощи.

Харриет достала телефон, набрала номер и торопливо заговорила:

– Он в порядке? Хорошо. Я скоро буду.

Покончив с отчетами, она быстро ушла. За ней последовали Уолтер и Саймон, ее друзья из команды спасателей.

– Эй, Харри, – позвал Уолтер. – Ты взволнованно говорила по телефону. Кто-то болен?

– Нет, я всего лишь проверяла, как там Фантом. Я попросила соседку присмотреть за ним. Она обещала, что он будет в безопасности.

– В безопасности? Почему вдруг? Раньше ты никогда не волновалась.

– Раньше у меня и причин не было. Но теперь я беспокоюсь. Он очень влиятельный человек.

– Кто?

Харриет достала из кармана газетную вырезку и протянула ее Уолтеру.

– «Дариус Фэлкон, – прочитал он. – Преуспевающий предприниматель, опытный манипулятор. Финансовый мир сгорает от любопытства, сможет ли он предотвратить катастрофу…» – Уолтер опустил листок. – И как эта важная персона узнала о Фантоме?

– Мистер Фэлкон купил наш остров. У Рэнсинга были проблемы с деньгами, и он решил их, продав Херрингдин.

Саймон выругался:

– И, конечно, ни слова живущим здесь людям.

– Конечно. Какое им там, наверху, дело до нас? Если бы ты видел этого Фэлкона, надменного, уверенного в себе…

– Ты встретила его? – спросил Саймон.

– Он приезжал пару дней назад, и я столкнулась с ним на пляже. Фантом испортил ему костюм. Он пришел в ярость, заявил, что пришлет мне счет за новый, а Фантому будет запрещено выходить из дому. Поэтому сегодня я попросила соседку присмотреть за псом, пока меня нет, на случай… Что ж, просто на всякий случай.

– Черт! – воскликнул Уолтер. – Неужели он так неприятен, как ты говоришь? Если вы поскандалили, то он, должно быть, был немного раздражен.

– Ты не видел его лица. Он был гораздо больше чем просто раздражен. Теперь мне пора домой.

Харриет поспешила прочь, а двое мужчин озабоченно смотрели ей вслед.

– Тебе не кажется, что она перегибает палку? – задумчиво произнес Саймон. – Телохранитель для собаки? Не слишком ли?

– Она такая весь последний год, – вздохнул Уолтер. – С тех пор, как погиб ее муж. Вспомни, как им с Брэдом было хорошо. Отличная пара. Собака – это все, что у нее осталось.

– Хм, лично мне Брэд никогда не нравился, – пробормотал Саймон. – Пойдем выпьем.

Машина Харриет быстро преодолела расстояние от гавани до Эларика, а затем и до маленького магазинчика, над которым она жила. Когда Харриет взглянула вверх, окно открылось, и показались головы Фантома и веселой женщины средних лет. В следующий миг она поднималась по лестнице, торопясь обнять пса.

– М-м-м… – ласково протянула Харриет, и Фантом ответил ей гортанным рычанием. – Проблем не было? – спросила она у миссис Бейтс, соседки, которая присматривала за ее домом.

– Ни капельки.

– Давайте я угощу вас чаем, – предложила благодарная Харриет.

Но миссис Бейтс отказалась и ушла. Эта милая женщина знала, что Харриет хочет побыть с псом наедине.

Она крепко обняла Фантома и сказала:

– Пойдем-ка прогуляемся. Тебе нужно побеситься.

Они шли по городу, направляясь к побережью.

– Но не на личный пляж «людоеда», – предупредила Харриет. – Теперь нам туда нельзя.

Они нашли местечко на общественном пляже и принялись гоняться друг за другом при свете луны.

– Все, хватит, – заявила наконец молодая женщина. – Ты способен носиться до утра, но я уже запыхалась.

Она растянулась на песке. Фантом тут же положил ей на грудь тяжелую лапу, а она ерошила его шерсть.

– Замечательно, – вздохнула Харриет. – Как он мог тебя не полюбить? Ведь ты старался быть дружелюбным. Это настоящая привилегия – быть поваленным тобой на землю. Ты так поступаешь далеко не с каждым. – Она рассмеялась. – Только с людьми в дорогой одежде. Если он действительно пришлет мне счет, придется надолго упростить твой рацион. И, честно говоря, мой тоже.

Фантом возмущенно гавкнул.

– Самое смешное, что, когда я увидела его, он показался мне славным. Но как только я поняла, каков он на самом деле, все сразу изменилось. И он был груб с тобой… – Харриет села и обняла пса. – Ты должен быть аккуратнее, – предупредила она. – Ты должен, ты должен! Если с тобой что-нибудь случится, я не вынесу этого.

Харриет зарылась лицом в собачью шерсть. Фантом нежно зарычал, но не шевельнулся. Инстинкт подсказывал ему, в чем нуждается хозяйка.

– Они думают, что я сумасшедшая, – прошептала Харриет, – потому что беспокоюсь о твоей безопасности. Что ж, может, я и правда сумасшедшая, но ты – все, что у меня осталось. Без тебя не будет ни любви, ни счастья… Только ты… – Она поцеловала пса. – Я подозреваю, что ты тоже считаешь меня безумной. Бедный мальчик. Ладно, пойдем домой, и я дам тебе что-то вкусненькое.

Женщина и пес покинули пляж и поднимались по немного наклонной дороге, ведущей в город. Внезапно Харриет остановилась. Вдали виднелся дом Рэнсинга, в котором вскоре поселится «людоед». Дом называли «Большой маяк», что в дни его расцвета было оправданно, а сейчас, когда он обветшал, казалось излишним. С этого расстояния дом выглядел крошечным. Впрочем, она заметила, что в окнах горит свет.

– Он здесь, – выдохнула Харриет. – О небеса! Скорее!

Они бежали всю дорогу, и, оказавшись дома, она заперла дверь.

Спустя несколько часов после приезда Дариуса новость распространилась по всему острову. Кейт, присматривавшая за домом Рэнсинга, собрала в пабе толпу слушателей:

– Вы бы видели компьютеры, которые он привез! Множество компьютеров. Один для одного, другой для другого, и еще что-то, что он называет каналом передачи видеоинформации. Мистер Фэлкон может общаться с людьми на другом конце света, и они в полный рост показываются на экране. Волшебство какое-то.

Посетители паба усмехались. Кейт так и не смирилась с интернет-революцией и большую часть современных средств общения воспринимала как волшебство. Она не задумывалась даже, что милый традиционный Херрингдин более современен, чем кажется на первый взгляд.

Дариус, кстати, был этим весьма удивлен. Это удача, что какое-то время он сможет управлять отсюда основным бизнесом и дочерними компаниями. Этого хватит, чтобы приготовиться и начать извлекать из этого места выгоду.

Изучив карты, он обнаружил, что остров довольно велик – около сотни квадратных миль с населением сто двадцать тысяч человек. Производство молока и разведение овец процветали, впрочем как и рыбная ловля. Имелось еще несколько отраслей, в частности строительство и пивоварение. Эларик был не только процветающим городом, но и портом, где ежегодно проводилась регата.

Еще одним источником благополучия являлся туризм. Приближалось лето, и отели были заполнены приезжими, которые стремились на остров, ища покоя в загородных прогулках или волнения на соревнованиях яхт.

В Эларике жил почтенный бухгалтер, Джеймс Хенли, который вел дела Рэнсинга. Хенли порадовал Дариуса сообщением о том, что островитяне платят ему приличную ренту, и огорошил новостью, что он стал жертвой еще одного обмана.

– Мистер Рэнсинг убедил нескольких крупных арендаторов, например пивоваренные заводы, заплатить ему ренту за несколько месяцев вперед, – сухо объяснил Хенли. – Вероятно, он пообещал им снизить налоги. Естественно, я ничего об этом не знал. Меня здесь не было, и он воспользовался моим отсутствием в своих интересах. Когда я вернулся и все выяснил, было слишком поздно.

– Это означает, что я еще не скоро смогу потребовать ренту с этих предприятий, – мягко заметил Дариус, хотя внутри у него все кипело.

– Боюсь, что так. Конечно, его действия можно оспорить. Учитывая, что мистер Рэнсинг все передал вам, то и деньги он взял ваши. Вы всегда можете попробовать их вернуть.

По тону Хенли было понятно, что он не питает больших надежд на это. Дариус, который и вовсе не надеялся, держал себя в руках. Не в его правилах демонстрировать эмоции перед работниками.

– О какой сумме мы говорим? – поинтересовался он, пожав плечами.

Как только Дариус увидел цифры, пожимать плечами ему расхотелось. Рэнсинг выкрал впечатляющую сумму, и Дариус ничего не мог с этим поделать. Но ни при каких условиях Хенли не должен заметить его волнение.

– Без проблем, – безразлично бросил Дариус. – Туристический сезон только начинается. Я не позволю такой мелочи сбить меня с ног.

Глаза Хенли расширились при известии о том, что подобная финансовая потеря – всего лишь мелочь. Похоже, слухи о неминуемом разорении мистера Фэлкона неоправданны.

Дариус, который хотел, чтобы все так и думали, спросил:

– Должен ли он вам денег?

– Боюсь, что да.

– Хорошо, пришлите мне детализированный счет. На сегодня все.

Несколько дней Дариус провел дома: рано вставал, чтобы связаться с партнерами в другом полушарии, ел то, что готовила ему Кейт, и почти не отрывался от компьютера. Позже он общался с теми партнерами, для которых день только начинался. Дариус не замечал ничего вокруг. Он думал лишь о том, как выжить.

Подчинившись порыву, Дариус просмотрел телефонный справочник в поисках Харриет Коннор и выяснил, что она живет на Бейтон-стрит. По карте он понял, что это центр Эларика.

Впрочем, какая ему разница, где она живет?

Наконец Дариус пришел к выводу, что положение стабилизировалось и появилась надежда. Может, настало время выбраться из дому? Он арендовал машину, но пока еще не пользовался ею. Дариус отправился в Эларик, остановился на маленькой улочке и вышел прогуляться.

Без сомнения, он чисто случайно вышел на Бейтон-стрит. Дариус уверял себя, что начисто забыл ее адрес. Так или иначе, он оказался среди дорогих магазинов и отелей, которые выглядели еще дороже. Туристическая индустрия развивалась хорошо.

Магазинчик Харриет располагался на углу. Дверь была открыта, и Дариус увидел ее и покупательницу. И еще там был ребенок, которому Харриет уделяла все свое внимание. Он держал в руках большую модель корабля. Мальчик повернулся к матери и попросил:

– Пожалуйста, мам. Ну пожалуйста.

Дариус расслышал, как мать сказала:

– Нет, милый, он слишком дорогой.

Мальчик шмыгнул носом и протянул корабль Харриет. Та взяла его, задумалась и вдруг заявила:

– Я могу сделать скидку.

Мать ахнула, а потом еще раз ахнула, увидев, какую сумму написала Харриет.

– Вы уверены?

– Конечно уверена. Корабль должен достаться тому, кто может в полной мере оценить его.

Дариус подождал, пока Харриет закроет магазин, и поспешил к машине.

На следующий вечер Дариус опять поехал в город и пробыл там гораздо дольше. Когда он направился к гавани, было уже темно. Наконец он зашел в пивную и обнаружил, что там слишком шумно.

– Снаружи очень хорошо, – предложил бармен. – Очень свободно.

Он провел Дариуса в небольшой сад, где были накрыты несколько столиков. За одним из них веселилась компания.

– Рядом спасательная станция, – объяснил бармен. – Члены команды обычно приходят сюда расслабиться после вызова.

За столиком разговаривали и смеялись две женщины и четверо мужчин. Дариус отступил к деревьям в надежде, что останется незамеченным. Отсюда было видно море, от которого ему всегда почему-то становилось лучше.

Наконец он разглядел, кто сидит за столиком, окруженный поклонниками.

Это была она. Злая фея. Или сейчас она была доброй феей? Как бы выяснить это?

Мужчина, сидевший рядом с Харриет, хохоча, положил руку ей на плечо:

– Харри, ты мошенница.

– Конечно, я мошенница, Уолтер, – дразнила она его. – Только такой и весело быть.

«Харриет, – вспомнил Дариус, – Харри».

Есть спасение от этой надоедливой женщины или нет? Почему именно здесь и сейчас она вторгается в его тихие думы? И почему на ней форменная рубашка, как будто она спасатель?

Фантом сидел у ее ног, и Дариусу представилась возможность разглядеть пса. Предками Фантома были немецкая овчарка, сенбернар и, возможно, бладхаунд. Это был красивый и добродушный пес, что Дариус в любой другой ситуации оценил бы. Но сейчас он помнил лишь то, как это существо повалило его на землю, выставив на посмешище.

За столом все еще весело болтали.

– Так что мы будем делать с парнем, который считает, что это его остров? – спросил Уолтер.

– Это и есть его остров, – вздохнула Харриет. – И мы тут ничего не можем сделать. Он всегда будет тут. Как это ни прискорбно.

Поднялся недовольный шум, и кто-то добавил:

– Он тратит деньги так, будто завтрашнего дня не существует, однако в газетах пишут, что он обанкротился. Поди разберись.

– Ха, – усмехнулась молодая женщина, – то, что считаем бедностью мы и что Дариус Фэлкон, здорово отличается.

Дариус был счастлив, что его скрывают деревья, и дружная компания не может видеть его реакцию на то, с каким пренебрежением они произносят его имя.

– Это маска, – продолжила Харриет. – Он старается распространить слух о том, что может себе это позволить, но на самом деле он мошенник.

– Ничего себе! Да ты настроена против него! – возразила другая женщина. – Только потому, что ему не понравилось, как Фантом испортил его костюм. Я, конечно, обожаю твоего пса, но согласись, это был не самый лучший его поступок.

Все расхохотались. Харриет скорчила гримасу:

– Не только поэтому. Видите ли, сначала я увидела его, запрокинувшего голову и наслаждавшегося солнцем.

– Может, он просто любит природу, – предположил Уолтер.

– Я так и подумала. Он мне даже понравился, но тогда я еще не знала, кто он такой. А теперь знаю. Он стоял там словно король, ступивший на свои земли. Он владеет островом и владеет нами – вот что у него на уме.

– Он так сказал?

– Не надо было ничего говорить. Все стало понятно из его позы. – Харриет комично скопировала Дариуса. – Я начальник, и вам следует держаться подальше.

– Хотелось бы мне это видеть, – заметил Уолтер. – Последним мужчиной, пытавшимся тебя контролировать, был я, и ты заставила меня пожалеть об этом.

Снова раздались смех и радостные возгласы. Кто-то пошутил насчет Дариуса, потом еще раз, а разозленная жертва стояла в тени деревьев.

Уолтер наклонился к Харриет:

– Эй, Харри, никогда не спасай его. Если ты обнаружишь его в воде, сделай миру одолжение, взгляни в другую сторону.

Все вновь расхохотались. Харриет подняла бокал, усмехаясь:

– Я запомню.

Вот он. Момент, когда стоит преподать ей урок.

Выйдя из тени, Дариус подошел к столу и остановился, злобно глядя на молодую женщину. Все, кроме Харриет, увидели его. Наконец она обернулась. Дариус с мрачным удовольствием отметил испуг на ее лице.

– Вам лучше запомнить мое лицо, чтобы точно знать, кого бросать в беде.

Харриет не могла вымолвить ни слова. Она испытывала ужас и смущение.

Ему стоило сразу развернуться и уйти, не оставляя ей шанса ответить. Но Фантом все испортил. Узнав своего нового друга, он накинулся на него, восторженно лая.

– Фантом, нет! – крикнула Харриет.

– Оставьте его, – ответил Дариус, потрепав пса по голове. – Эй, безумный пес! Вот как ты веселишься? Тебе повезло, что я сегодня не в костюме. Хороший мальчик.

После жутких рассказов Харриет его дружелюбное отношение к собаке всех удивило, и Дариус заметил непонимающие хмурые лица, обращенные к молодой женщине. Отлично! Она хотела битвы, она ее получит. Он кивнул людям, сидящим за столиком, и ушел.

Оказавшись на дороге, он услышал топот за своей спиной и обернулся, частично опасаясь новой собачьей атаки. Но это была Харриет.

– Это предложение насчет того, чтобы оставить вас в море… Это просто глупая шутка. Конечно, мы никого не бросаем.

– Никого? – отозвался он. – Даже такого монстра, как я?

– Послушайте…

– Не забивайте себе голову. Вероятность того, что мне придется на вас положиться, равна нулю.

– О, неужели? – рассердилась она. – Надеюсь, вы правы. Но никогда не знаешь, что тебе приготовит жизнь. Поэтому надо принять меры.

Схватив Дариуса, она подвела его к фонарю и, нахмурившись, изучала его лицо.

– Вы выглядите несколько иначе. Видимо, из-за плохого освещения. Все, я вас запомнила. Эй, что вы делаете?

– То же, что и вы, – бросил Дариус.

Одной рукой удерживая Харриет, а другой подняв ее подбородок, он принялся изучать ее лицо.

Харриет подавила желание вырваться, подумав, что он будет только рад этому. К тому же с ним не так просто справиться. Его хватка была крепкой и сильной и свела бы все попытки освободиться на нет. Поэтому она оставалась внешне спокойной, тогда как внутри у нее все кипело.

Хоть бы он перестал улыбаться так, будто что-то в ней и забавляет, и нравится одновременно. Огонь, неожиданно вспыхнувший в его глазах, почти заставил ее резко ответить. Почти. Харриет глубоко вздохнула, пытаясь не дрожать.

Наконец Дариус кивнул и задумчиво произнес:

– Хм. Да, думаю, я смогу вас запомнить. Если постараюсь.

– Нахал! – взорвалась она.

Он отпустил ее:

– Все, вы можете идти.

Дариус шел, не оглядываясь. И так было ясно, что она, задыхаясь от гнева, смотрит ему вслед.

Вернувшись домой, в «Большой маяк», он налил себе выпить и, сев в темноте у окна, задумался, что же беспокоило его весь вечер. Не ее враждебность, к которой он уже привык. И не смех. Что-то другое…

В конце концов Дариус нашел ответ. Харриет говорила о том, как он стоял на берегу, «словно король, ступивший на свои земли». Она увидела в нем лишь надменного и жестокого завоевателя, вступающего в свои владения.

Годами Дариус примерял различные маски: холодности, невозмутимости, коварства, превосходства или обаяния, если это было необходимо. Некоторые передались ему от отца, чье умение манипулировать людьми превзошло всех ныне живущих. Остальные он создал сам.

Только один человек видел истинного Дариуса – любящего, страстного. Двенадцать лет он наслаждался, как ему казалось, счастливым браком, пока его жена не ушла к другому. С тех пор он скрывал эту сторону своей натуры.

Дариус схватил телефон и позвонил бывшей жене в Лондон:

– Мэри?

– Тебе обязательно звонить так поздно? Я уже собиралась спать.

– Я так понимаю, он с тобой?

– Это не твое дело с тех пор, как мы разошлись.

– Марк и Фрэнки с вами?

– Да, но они спят, и я не буду их будить. Почему ты не можешь позвонить днем? Не в состоянии выделить время? Мне никогда не нравилось ждать, пока ты закончишь все свои дела, и дети это тоже не любят.

– Скажи им, что я позвоню завтра.

– Только не днем. У нас семейный пикник.

– Когда ты говоришь «семейный», то имеешь в виду…

– Кена тоже. Почему ты удивлен? Мы скоро поженимся, и он станет их отцом.

– Черта с два! Я позвоню завтра вечером. Скажи, чтобы они ждали меня. – И он швырнул трубку.

Это была битва, и Дариус знал это. Мэри была хорошей женой и матерью, но она никогда не понимала, какие жесткие требования предъявляет ему бизнес. И сейчас она может лишить его возможности общаться с детьми.

Как порадуются враги его проблемам! Враги… В лучшие времена Дариус называл их оппонентами, соперниками, конкурентами. Но кризис все изменил.

Как обычно, Харриет не выходила у него из головы. Тоже враг, но она хотя бы открыто выражает свою неприязнь. Сегодня Дариус получил удовольствие от столкновения лицом к лицу с ней. Она вела себя вызывающе. Но как же красивы ее глаза… И кожа, мягкая, словно лепестки роз. Дариус не мог забыть, как он прикоснулся к ее лицу.

Стоит признать, что сегодня вместо триумфа он испытал лишь замешательство.

Долго просидев в темноте, Дариус отправился спать.

Глава 3

Харриет гордилась тем, что обладает здравым смыслом. Бывали минуты в прошлом, когда только он и спасал женщину от отчаяния.

Она знала, что люди всегда завидовали ей. Выйти замуж в восемнадцать лет за потрясающе красивого мужчину, жить в идеальной гармонии с мужем, пока он не умер восемь лет спустя. Насколько все знали, их счастье омрачалось лишь тем, что мужу необходимо было много разъезжать. Работа в туристическом бизнесе предполагала частые командировки, но, когда он возвращался, об их воссоединении слагали легенды.

– Идеальная пара, – говорили люди. Но кое-что им не было известно.

Брэд был донжуаном, проводящим в поездках время с кем попало и уверенным, что жена не будет против. Это происходило далеко от острова, так на что ей жаловаться?

Харриет держалась, надеясь, что когда-нибудь Брэд изменится. Но в итоге муж бросил ее и погиб в автокатастрофе где-то в Америке. Развестись они не успели.

Для окружающих миф об их идеальных отношениях по-прежнему существовал. Никто не знал правды и никогда не узнает. Харриет была в этом уверена.

Все, что у нее осталось, – это Фантом, собака Брэда, успокаивавшая женщину ночь за ночью, пока его не было. Только Фантом знал правду: за внешностью радостной и уверенной в себе женщины скрывалась разуверившаяся в мужчинах и жизни душа.

Именно мысль о любимой собаке однажды утром заставила Харриет отправиться к «Большому маяку». Шанс наладить отношения с Дариусом Фэлконом все еще существовал, и ради Фантома она была готова его использовать.

– Мне кажется, я становлюсь излишне подозрительной, – рассуждала вслух Харриет. – Я не думаю, что Дариус действительно замыслил что-то против Фантома, но он самый могущественный человек на острове, так что нельзя рисковать.

Она вспомнила, что Дариус разговаривал с Фантомом спокойным, добрым голосом, и фразы «Эй, безумный пес!» и «Хороший мальчик» доказывали, что он не такой уж монстр. У него наверняка есть приятная сторона, осталось только найти ее. Она извинится, дружелюбно поболтает с ним, и все будет хорошо.

Харриет уже почти подошла к дому и через ограду увидела распахнутые стеклянные двери. Послышался мужской голос:

– Хорошо. Позвони мне, когда будешь знать. До свидания.

Отлично, она проскользнет внутрь, пока он не занят. Но как только Харриет дошла до двери, Дариус вновь заговорил:

– Вот ты где. Мне известно, что ты избегаешь моих звонков. Думаешь, я так просто отпущу тебя? Я в курсе твоих дел и предупреждаю, что это должно закончиться.

Харриет стояла, не шевелясь, ошеломленная его холодным, грозным тоном. Наверное, лучше всего сейчас уйти. Она прижалась к стене, боясь, как бы Дариус не заметил ее.

– Слишком поздно, – тем временем продолжал он. – Я уже запустил механизм. Сделка совершена. Можешь передать своему другу с подозрительными бумажками: если он еще раз меня разозлит, то пожалеет… Что? Да, именно это я и имел в виду. Пощады не будет.

«Пощады не будет», – думала она, пробираясь вдоль стены. Вот все и сказано. А она надеялась, что у него есть добрая сторона.

Пощады не будет.

Харриет тихо ушла.

– Пощады не будет, – повторил Дариус.

Он понимал, что в последнее время слишком часто говорит это, слишком одержимо. Враги не щадили его, и теперь он твердил это, словно мантру, для самозащиты.

Наконец он бросил трубку и откинулся на спинку стула, надеясь, что сказал достаточно, и это возымеет эффект. Вероятно. А может, и нет. Раньше Дариус не стал бы сомневаться, но теперь, когда его деньги уплывали, он боялся, что человек на другом конце провода тут же повернется к компаньону и съязвит: «Он купился на это».

Он и сам поступал так когда-то… В другой жизни.

Сложнее всего справиться с подозрением, что за твоей спиной будут над тобой смеяться. Также не радует мысль о том, что люди, которые раньше спешили пожать тебе руку, теперь лишь пожмут плечами.

Еще тяжелее Дариус пережил конец своей семейной жизни и то, что он все больше отдаляется от детей. Жена утверждала, что он все отдает бизнесу, а не отцовству, но ему казалось, что он работает ради детей.

Мэри, услышав это, взрывалась:

– Это всего лишь оправдание того, что ты отодвинул их на второй план. Ты утверждаешь, что делаешь деньги для детей, но им не требуется большое состояние. Им нужен отец, который будет ими интересоваться.

Дариус слишком многим пожертвовал ради успешного бизнеса, а теперь и здесь все рушилось. Лежа ночью без сна, он старался заглянуть вперед и решить, какой путь выбрать, но на самом деле у него не было выбора. Перед ним лежал лишь один путь, ведущий либо к провалу, либо к успеху, но цена в обоих случаях была слишком высока.

Он потер глаза, пытаясь встряхнуться, и включил радио, чтобы послушать местные новости. Одна весть его встревожила: «Особое внимание вызывают возможные проблемы с ветряной электростанцией. Работы только начались, однако…»