- -
- 100%
- +
И вновь стихли все голоса, а присутствующие, уже заранее знающие, что ничего хорошего сейчас не произойдет, опасливо повернулись на звук и воззрились на вошедшего… Я тоже на него посмотрела, а потом перевела взгляд ниже, на неровные тёмные щепки.
– Ой, – выдал местный правитель собственной персоной, оглядывая дело рук своих, а затем каким-то немного нервным движением отбросил в сторону ненужную уже ручку, оглянулся на пустой дверной проём и пообещал: – Дверь починят к вечеру.
К слову, уже вечер был. А тучи за окнами продолжали темнеть и тяжелеть, обещая обрушиться на нас проливным и наверняка ужасно холодным дождём.
Я неосознанно поёжилась, в очередной раз припомнив собственную нелюбовь к этому природному явлению.
А правитель, ничего не заметив, повернулся и посмотрел чётко на меня, причём взгляд его серых глаз был очень серьёзным, а губы больше не кривились в насмешливой улыбке.
Вот мне-то он, чему лично я вообще не удивилась, и сказал:
– Бои в черте города запрещены.
Причём звучало действительно серьёзно, но не с обвинением, а с предупреждением каким-то. Я только сейчас, когда его взгляд скользнул на мою скулу, вспомнила, что так её и не обработала и даже не промыла. Так торопилась удрать отсюда, что напрочь об этом забыла.
– Я запомню, – пообещала Аэру и даже кивнула в подтверждение своих слов.
– Магические дуэли также, – добавил он всё тем же тоном, пронзая меня своим взглядом. В этот раз просто молча кивнула, принимая слова во внимание. И, ожидаемо, услышала продолжение: – А если у вас, – короткий взгляд в сторону Арлим, – проблемы, достаточно просто попросить политической защиты.
Кивать не стала, соглашаться тоже. Я просто стояла и внимательно смотрела на уже второго мужчину, предложившего политическую защиту. Что же у них с ней не так? Вряд ли стали бы они просто так такими предложениями разбрасываться. Значит, делают это с какой-то определённой целью.
Вопрос: какой именно?
– И что нам за это будет? – Чуть склонив голову к плечу, окинула я мужчину пристальным взглядом.
– Защита, – повторил он спокойно, но…
Я улыбнулась. Вот просто улыбнулась, только что получив подтверждение своей теории: эти двое играют по своим правилам, и вскрывать карты они пока не спешат.
И тут же, словно дуновение ветра: тепло, разжёгшееся внутри меня и мгновенно согревшее все внутренности. Тепло, которое я никогда и ни с чем не спутаю. Тепло азарта, поджигающее во мне интерес к происходящему и одновременно с этим бросающее мне же вызов: разберусь? Узнаю, что происходит? Выживу ли, в конце концов?..
– Защита, – повторила я, усилием воли стирая улыбку с лица. И, помедлив, ответила: – я уже говорила лорду Мьярису, но могу повторить и для вас, Аэр: мы о себе сами позаботимся. А вам лучше заняться тем, что поселилось в море.
Я специально не стала говорить вслух, что именно крылось там. Во-первых, он и сам должен знать, а во-вторых, незачем пугать сплетниц-служанок. Уверена, они и так уже к утру разнесут по всему королевству новость о том, что что-то жуткое поселилось в Королевском море.
Аэр, тоже это отлично понимающий, не отреагировал никак, лишь только как-то странно ухмыльнулся, опустил голову и взглянул на меня из-под бровей – так немного пугающе, настораживающе, предупреждающе.
– Выполняйте свою работу, леди Картар, и не нарушайте наших правил. Тогда всем нам будет спокойно.
Не скривиться получилось с трудом. Моё имя он уже узнал, я его ещё нет – серьёзный промах с моей стороны, на который мне только что указали в весьма специфичной форме: предупреждением, граничащим с угрозой. И намёк, который правитель даже не пытался скрыть: мы больше не на крыше, и улыбаться и любезничать тут больше никто не будет.
– Непременно, – согласно склонила я голову, не отрывая, впрочем, от него внимательного взгляда.
И пусть нападать с его стороны было бы крайне глупо, мы так и не узнали, что стало причиной смерти предыдущих экспедиций. Может, очаровательный правитель втёрся в их доверие и ударил в спину.
Конечно, отвечать на это никто бы не стал, а я не настолько глупа, чтобы обвинять правителя государства в убийстве. Обычно, если им это не сходит с рук, люди его уровня… тихо уходят из жизни. Во время охоты, по случайному стечению обстоятельств или во сне от остановки сердца – это тихая смерть, обвинить в которой просто некого.
И вот вам ещё один интересный вопрос: правитель Кормэйа уйдёт из жизни тихо?
У меня появилось такое чувство, что он читает мои мысли – столь снисходительным стало его самодовольное выражение лица. Но он не стал ничего говорить, просто скользнул и задержался взглядом на Арлим, а затем молча развернулся и вышел, тихо ступая по деревянным осколкам.
Не видя больше смысла медлить, я велела Арли:
– Уходим, – и развернулась, потянулась и коснулась медного чайничка на верхней полке.
Мгновение ничего не происходило, а затем послышался тихий скрежет, и шкаф медленно и сам отодвинулся в сторону, открывая зияющий чернотой узкий проход примерно с человека ростом.
Молчание за спиной меня вот нисколько не трогало, но повернуться всё же пришлось, чтобы выразительно взглянуть на замешкавшуюся сестрёнку.
Она перевела взгляд с прохода на меня, затем обратно, после на корзину на столе, что ей собирались вручить. После чего вздохнула, верно всё поняв, наскоро распихала пару фруктов по карманам платья и поспешила ко мне.
Чтобы, помедлив и не дождавшись движения с моей стороны, сделать шаг к проходу и…
– В сторону! – Крикнула, отталкивая Арлим, почувствовав выброс адреналина в кровь за миг до того, как из темноты прямо в меня прилетел сверкающий клинок!
Увернулась я без труда, благо нас этому часто учили, натурально в темноте ножами кидаясь. Клинок со свистом пролетел через всю кухню и вонзился в деревянный шкаф с той стороны кухни!
Оттолкнутая мною Арли, упав на колени, сейчас торопливо и очень благоразумно отползала к двери, остальные, что-то крича и пригибаясь, в панике спешили туда же.
А из темноты тем временем с гулким свистом вылетел ещё один кинжал! И летел он чётко в лицо присевшей мне. Уклонившись ещё раз, перекатилась в сторону и пригнулась к стене аккурат рядом с открытым проходом, одновременно с этим вытаскивая кинжал из правого сапога.
Сжала прохладную рукоять, скользнула взглядом по сверкнувшему металлу и замерла, прислушиваясь…
Тихий, практически неслышный шорох, похожий на шаг, короткий тихий звон и гудение вспарываемого воздуха. Очередное лезвие пронеслось прямо у моего лица, но я не смотрела, как и оно врезается в шкаф.
Вместо этого я, дёрнувшись всем телом, молниеносно высунулась из-за стены, метнула кинжал и припала к земле, уходя от очередного снаряда. Закономерный свист воздуха, глухой удар где-то там, в кухне, а здесь – тихий короткий хрип и звук упавшего тела.
Понятия не имею, сколько недоброжелателей скрывалось в темноте, поэтому тут же отправилась вперёд сразу пять сверкающих и освещающих темноту боевых пульсара.
Пульсара, что выхватили лишь пустоту грязного узкого прохода.
И тёмную фигуру с торчащим из спины окровавленным наконечником кинжала.
Кажется, нас только что пытались убить.
Глава 8
Два смертоносных вихря ворвались в кухню как раз в тот момент, когда я, перевернув тело и вытащив собственный кинжал, всматривалась в лицо убитого.
Он был довольно молодым, лет тридцати, с короткой тёмной бородой на щеках и узком подбородке, с крупным носом и широко распахнутыми стеклянными глазами бледно-красного цвета. Довольно странные глаза.
– Вы целы? – Было первым вопросом от Аэра.
– Что вы опять натворили? – А это уже Мьярис.
И, в общем, я вот даже не удивилась, честно. Просто подняла голову и сначала выразительно посмотрела на одного, затем мрачно на второго. Оба всё правильно поняли, молодцы какие, правитель понятливо кивнул и, кажется, даже облегченно выдохнул, а второй грозно прищурился.
Вот почему-то я именно его устало и попросила:
– Да хватит уже, на меня ваша злобность не действует.
И ведь правду сказала, а он опять не оценил, взглянув на меня уже как-то совсем иначе: вроде всё также предупреждающе, но вместе с тем… насмешливо, что ли? Многообещающе так.
– Как вы узнали про потайной ход и про готовящееся нападение? – Подозрительно быстро вернув себе холодность и суровость, вопросил Мьярис, пока Аэр проходил и присаживался перед трупом на корточки.
Я машинально тут же поднялась на ноги, что, конечно же, ни от чьего внимания не укрылось.
– Не поверите – случайно, – покивав сама себе, вновь сказала я чистую правду.
И моим словам снова не поверили! Что за ужасная привычка – не верить тому, что говорят?
– Вы правы, – обжёг он меня своим ледяным взглядом, – я не верю.
– Я даже не сомневалась, – закатив глаза, покачала головой и пошла отсюда прочь.
Застывший на выходе мужчина даже не подумал подвинуться и позволить мне пройти. А фигура у него была довольно внушительной, точно больше меня, и загораживала она весь выход. И это до дрожи раздражало.
– Вы развалитесь, если подвинетесь? – Не сумев скрыть собственного раздражения, вопросила я, с высоты своего не очень высокого роста заглядывая в его тёмные глаза.
– У тебя язык отсохнет, если ты попросишь? – Не остался он в долгу, тоже не особо скрывая собственного не очень хорошего расположения духа.
Захотелось его пнуть. От души так, с силой, можно даже несколько раз!
Но вместо этого я выпустила воздух через нос и очень вежливо попросила:
– Дай пройти.
И знаете, что сделал этот мужчина? Сложил руки на груди, совершенно не собираясь уступать мне дорогу, и, не скрывая превосходящей ухмылки, сообщил:
– Плохо просишь.
Руки на груди я совсем неосознанно сложила, только после этого поняв, что копирую его жесты. И, поведя затёкшими плечами, мрачно на него воззрилась.
– На меня твои взгляды не действуют, – с нескрываемым удовольствием вернул он ранее мною сказанные слова.
Вот… молодец какой, а! Не действуют взгляды? Отлично!
Медленный вдох, выдох, вдох, и я, заставив себя успокоиться, вновь вернула себе отстранённое безразличие, не намереваясь доставлять некоторым удовольствие своими эмоциями.
И, взглянув на мужчину уже порядком холоднее, повторила:
– Дай пройти.
Спокойно сказала, убийственно спокойно… а он почему-то изогнул уголок губ и потребовал:
– Скажи пожалуйста.
Мне несложно, правда. Я просто терпеть не могу, когда мне ставят условия и приказывают. Тем более подобный бред.
Поэтому я, окинув его безразличным взглядом, выразительно положила ладонь на закреплённый на поясе кинжал.
– Думаешь, поможет? – Оценив манёвр, вскинул Мьярис бровь.
Я не думала, я была уверена.
– Поможет, – даже кивнула, но доставать клинок пока не стала, ожидая от некоторых благоразумия.
Эти некоторые благоразумными не оказались. Более того, они оказались глупыми и самоуверенными и… и, дёрнувшись, подались вперёд так быстро, что на краткий миг скрылись из поля моего зрения, а затем я невероятно быстро оказалась прижатой к стене крепкой мужской грудью, с заведёнными наверх руками и перехваченными запястьями!
Это всё случилось столь быстро, что я, годами тренируемая Королевская Тень, не успела сделать ничего, совершенно ничего! Вообще ничего! Я просто не успела даже подумать об этом!
Зато сам Мьярис даже не счёл нужным скрыть собственного удовольствия от происходящего. Он, изогнув губы в хищной улыбке, склонился к самому моему лицу, чтобы выдохнуть прямо в губы:
– Ты всё так же уверена, маленькая вредина?
Глупо было отрицать очевидное. С его-то скоростью и силой… Да, простой кинжал тут не поможет.
– У меня ещё сотня ядовитых игл есть, – сообщила, не поведясь на откровенные попытки соблазнения, и резко согнула ногу, намереваясь нанести один из запрещённых ударов.
У меня бы даже получилось, если бы в самый неподходящий момент мужчина не придвинулся ближе, лишая меня даже крох свободы.
Я не могла пошевелиться, вдавленная в твёрдую стену спиной, я не могла даже глубоко вдохнуть, чувствуя не как воздух заполняет лёгкие, а как вжимаюсь в его каменную грудь.
Странное ощущение, серьёзно. Ужасно раздражающее, вызывающее желание устало вздохнуть, но никак не страх.
Я подалась ему навстречу, потёрлась носом о нос явно чувствующего себя победителем мужчины, скользнула кончиком по щеке, подбородку, шее… а потом с чистой совестью укусила его за плечо!
– Больная! – Дёрнувшись, прорычал он.
Но, вопреки логике, не отпустил, а лишь сжал свои пальцы на моих запястьях сильнее, вдавливая меня в стену и вышибая весь воздух из груди.
– Раздавишь! – Прохрипела я, раздражённо дёргаясь.
– Я вам не мешаю? – Недовольно вопросил правитель откуда-то со стороны.
И если он кого-то хотел смутить, то зря старался. Мьярис был слишком занят, он тут шипел и проговаривал ругательства сквозь зубы, а я:
– Мне он мешает! – Пожаловалась, ещё раз тщетно брыкаясь в стальной хватке.
– Аксэль, посмотри, – проигнорировав мои слова, проговорил эймонт.
И удивительно, но этот… этот! Помедлив, резанул колючим взглядом, нехотя отпустил, отступил на шаг, подарил кривую самоуверенную ухмылку, развернулся и ушёл к своему… другу?
Хотелось плюнуть на все, забрать Арлим и уехать домой. Хотелось, но пришлось затолкать все свои желания поглубже.
Всё же существует весомая разница между «хочу» и «надо».
Одно моё хочу – одно тяжёлое надо для всего Королевского Союза.
Именно по этой причине я подавила раздражение в себе ещё на начальной стадии, одёрнула края тёмного мундира, повернулась, подошла и встала рядом с Мьярисом, полностью безразличная к нему и его насмешливому взгляду свысока.
Ты работаешь, Картар. Глупо с твоей стороны было забывать об этом.
– Ну и что там? – Спросила, всем своим видом показывая, что без ответа я не уйду.
И, наверно, эймонт понял это, потому что, наградив меня холодным взглядом, молча посмотрел на Аксэля. А вот тот меня серьёзно удивил, пожав плечами и спокойно произнеся:
– Она его только что своей вилкой грохнула, имеет право знать.
С одной стороны приятно, что мои заслуги только что признали и даже дали своё высочайшее разрешение что-то там узнать, но с другой – за вилку было обидно. Это, вообще-то, клинки Охро, легендарного наёмника, освободителя древних народов, спасителя Свободных лесов! Да он с этими клинками всю жизнь ходил, стольких убил, стольких спас! Да я, чтобы их найти, полмира проехала, в рабство продалась, со змеиными царями поругалась и даже немного подралась! Да из-за этих клинков я до сих пор преступник номер один во всём Лифме и его окрестностях!
А он – вилка!
Но я молчу и не реагирую, потому что работа, гордость и все дела. Вот закончу с этим делом, приглашу Мьяриса на своё отплытие и с чистой совестью плюну в него прямо с борта корабля. Хороший план, мне нравится. Вот так и сделаю.
А пока же молчу и жду.
– На нём остаточная ментальная магия, – произнёс правитель, брезгливо скривился и поднялся на ноги, странно глядя на труп.
После его слов я как-то совсем невольно содрогнулась. И тут же холодок скользнул по рукам, плечам и позвоночнику, оставляя морозные узоры на мгновенно нагревшейся коже и будоража в сознании давно и намеренно забытые воспоминания.
С ментальной магией в своей жизни я сталкивалась лишь трижды, что очень много, если помнить о запрете данной магии в нашем Союзе. И с полной уверенностью я могу сказать, что понимаю и полностью одобряю этот запрет. Потому что эта магия – нечто ужасное, противное, склизкое и чёрное, тонкими липкими змеями заползающее тебе в голову, подавляющее всё твоё сопротивление и считывающее всё: все мысли, все эмоции, все воспоминания. От неё не укрывается ничего…
– Отследить можете? – Усилием воли прогнав совершенно сейчас ненужные мысли, спросила у правителя.
– Поздно, – вместо него ответил Мьярис, – магия рассеялась, след слишком слабый, чтобы его почувствовать.
Плохо. Причём это понимали мы все, а потому и настроение у всех заметно помрачнело.
– Вы собирались сбежать? – Вдруг спросил Аэр.
И оба, переглянувшись, повернулись ко мне лицом.
Сбежать – слишком громкое слово. Я собиралась, и собираюсь до сих пор, спрятать сестру и оградить её от опасностей, затаившихся на этих островах. Если я посчитала, что выйти лучше всего будет тайно, значит, на то были причины. Одна из этих причин только что пыталась нас убить.
Я сделаю так, как считаю нужным. И плевать мне на чужое мнение.
– Вы не входите в круг моих доверенных лиц, – холодно возвестила я сразу обоих, а про себя добавила, что заслужить это они вряд ли смогут. Да что с них взять? Зазнавшиеся правитель и его правая рука, всю жизнь живущие по своим правилам и даже не допускающие мысли о том, что существуют другие, отличные от их.
Я не предполагаю, я просто знаю, потому что обычно так оно и происходит. И есть один чудесный способ это проверить:
– Ради чего вам нужен вход в Королевский Союз? – Спросила я у них.
Если ответят – будут полными глупцами. Если смолчат, значит, что-то скрывают, и истинная причина отлична от озвученного ими «Политико-экономическая дружба».
И они не подвели. Аэр, даже не задумываясь над вопросом и своим ответом, глядя мне прямо в глаза, произнёс:
– Причина была озвучена в моём прошении. Неужели вы с ней не ознакомились?
Лучшая защита – это нападение. Эймонт только что продемонстрировал, что данный урок отлично усвоила не только я. А ещё он только что показал, как виртуозно умеет врать. Такой убедительный тон, немного обвинительный взгляд и совершенное спокойствие и уверенность в себе.
Так выглядит человек, которому нечего скрывать.
А ещё так выглядит человек, что уверен: о его лжи никто не узнает.
– И только? – Уточнила у него, точно зная правильный ответ.
– И только, – подтвердил правитель, не моргнув и глазом.
Воздух между нами натянулся и зазвенел, словно струна, а в глазах мага появились далёкие, но всё равно яркие смертоносные искорки. Искорки, что лучше любых слов сказали: «Не лезь в это».
К сожалению, я не могла. Работа такая, вечно не в своё дело нос совать, мне за это платят, между прочим.
– Отлично, – улыбнулась без напряжения, хотя внутри всё сжалось в нехорошем предчувствии.
Интуиция практически беспрерывно твердила о том, что добром это всё не кончится. И я ей верила, ей единственной на этих островах, а потому и находилась в состоянии полной боеготовности.
И я, не дожидаясь дальнейших расспросов, которые наверняка последуют, развернулась и пошла прочь.
– Леди, – начал, было, Мьярис, но я не стала слушать, специально громко позвав:
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.