Извращенец академии в классе D

9 Ченнелинг

Оливия стояла в центре. Её светло-каштановый волнистый боб слегка колыхался, а взгляд карих глаз был сосредоточен на протянутой ладони.

Лор прислонился к пыльной парте, его чёрные волосы падали на карие глаза, а на губах играла лёгкая, но неизменная ухмылка.

Ритуал с тверком прошёл успешно – раскрасневшееся лицо и дрожащие ноги Оливии служили тому доказательством – но теперь пришло время выполнить его обещание «Путеводного Света».

– Создай тот огонь, что ты использовала раньше, – произнёс Лор. Его голос звучал спокойно, но властно, словно он был проводником некой древней мудрости.

Оливия кивнула, нахмурив брови.

Она пробормотала короткое заклинание, и в её ладони вспыхнул маленький огонёк, его оранжевое свечение было слабым и неровным.

Она с надеждой взглянула на Лора, но тот лишь покачал головой с критическим видом.

– Слишком тускло, – сказал он, подходя ближе. Его взгляд скользнул по её фигуре, отмечая, как сдвинулась обтягивающая рубашка, когда она поправила стойку. – Ты тратишь слишком много маны на такой слабый результат. Сконцентрируй её плотнее. Представь, что сжимаешь ману в крошечную точку, словно вдеваешь нитку в иголку.

Оливия нахмурилась, её щёки всё ещё горели от недавнего смущения из-за ритуала.

Она попробовала снова. Её ладонь засветилась, пламя разгорелось ярче, а жар усилился, хотя огонёк всё ещё неровно трепетал.

Лор кивнул, его голос был ободряющим, но чётким.

– Лучше. Теперь держи запястье расслабленным – напряжение впустую тратит ману. Представь, что пламя – это ровный выдох, а не судорожный вздох.

Она послушалась. Её движения были сосредоточенными, а обтягивающие штаны подчёркивали изгиб бёдер, когда она переносила вес.

Пламя выровнялось, его сияние стало ярче, а тепло начало расходиться по комнате. Глаза Оливии расширились, и искра удивления пробилась сквозь её сосредоточенность.

– У меня… и правда получается, – проговорила она, её голос был полон изумления.

– Хорошо, – сказал Лор, и его ухмылка стала шире. – Теперь раздели ману. Направь её в обе руки. – Он шагнул ближе, его пальцы коснулись её руки, чтобы поправить её стойку, и он ощутил тепло её кожи сквозь обтягивающую рубашку.

– Представь, что разделяешь поток воды – по половине в каждую сторону.

Оливия прикусила губу, её карие глаза сосредоточенно сузились.

Она вытянула обе руки, снова пробормотав заклинание.

В другой её ладони появился огонёк поменьше – более слабый, но ровный, – а первое пламя слегка потускнело.

Она подстроилась, поток маны выровнялся, и вскоре в обеих её руках горели яркие, жаркие огни, причём усилий на это уходило меньше, чем раньше.

Она ахнула. Её пышная грудь тяжело вздымалась под рубашкой, а волнистый боб подпрыгнул, когда она повернулась к Лору. – Я смогла! Я ещё никогда не создавала такой сильный огонь, затратив так мало маны!

Лор откинулся назад. На его лице играла самодовольная ухмылка, но в уме он всё просчитывал.

Он дал ей ровно столько, чтобы произвести впечатление – базовые техники контроля маны, почерпнутые из его знаний о Земле и поданные под видом мистического наставления.

Дай он ей больше, и в будущем ей потребуется меньше его «Света».

– На сегодня хватит, – сказал он твёрдым тоном.

Лицо Оливии помрачнело, а в карих глазах вспыхнуло разочарование. – Но мне нужно больше! Скоро межклассовые соревнования – я должна быть в идеальной форме!

– Путеводный Свет не для жадных. Может, позже будет больше, – сказал Лор, проходя мимо. Он задел её плечом, и по его телу пробежала искра. – Мы уже опаздываем на спарринг на мечах. Пошли.

Оливия фыркнула, погасила пламя и пошла за ним из класса. Её обтягивающие штаны покачивались в такт шагам.

В коридоре академии было тихо, послеполуденное солнце пробивалось сквозь высокие окна.

Лор побежал трусцой к оружейной, и его ничем не примечательное телосложение растворилось в тенях.

Оливия семенила следом. Её шаги были быстрыми, но неровными – сказывалась усталость после тверка.

– Ай!

Внезапный вскрик заставил его остановиться.

Он обернулся и увидел распластавшуюся на полу Оливию. Её волнистый боб растрепался, а обтягивающая рубашка задралась, обнажив полоску живота.

Рядом валялся камень – странно для отполированного коридора.

Прежде чем Лор успел что-либо предпринять, из-за двери соседнего класса донёсся смех.

Из класса вышли двое учеников. На их форме сверкали значки Класса C.

Парень, высокий, с ухмылкой и зализанными назад волосами, и девушка, с пронзительным взглядом и тугим хвостом, открыто глумились.

– Только посмотри, – сказала девушка, её голос сочился ядом. – Мусор из Класса D спотыкается на ровном месте. Продолжай мечтать о Классе C, Оливия.

Лор шагнул было вперёд, чтобы помочь, но Оливия метнула в него яростный взгляд и, кое-как поднявшись на ноги, уставилась на обидчиков пылающими карими глазами.

– Я не мечтаю, – огрызнулась она, отряхивая свои обтягивающие штаны, ткань которых облегала её изгибы. – Я займу первое место в Классе D на соревновании по сотворению заклинаний и заслужу своё место в Классе C. И когда я это сделаю, одного из вас понизят до Класса D.

Парочка из Класса C расхохоталась. Их голоса были резкими и язвительными.

Парень наклонился вперёд, его ухмылка стала ещё шире. – Думаешь, первое место в Классе D что-то значит? Весь ваш класс – сборище эгоистов, каждый пытается выбраться в одиночку. А это правило «трое лучших переходят в Класс C»? Это ложь, которую Мисс Сильвия скармливает вам, идиотам, чтобы вы хоть немного старались. Все остальные знают, что класс может подняться только целиком, а D для этого слишком слаб. Твоя училка – лгунья, твой класс – отбросы, а ты застряла.

Девушка хмыкнула, тряхнув хвостом. – Твоё паршивое колдовство этого не изменит.

Продолжая смеяться, они развернулись и вальяжно удалились в свой класс, оставив Оливию стоять на месте. Она до боли сжала кулаки, а её глаза заблестели от непролитых слёз.

Оливия открыла рот, чтобы возразить, но голос застрял у неё в горле. Её волнистый боб затрясся, пока она силилась подобрать слова.

Издевательский смех учеников Класса C эхом разносился по коридору. Она так и стояла с глазами на мокром месте, а Лор молча наблюдал за ней.

Он знал, что вмешательство лишь распалит её гнев, поэтому ждал подходящего момента, чтобы сделать свой ход.

10 Правда

Коридор академии отдавался эхом затихающего смеха учеников Класса C, их насмешливые слова висели в воздухе, словно горький туман.

Оливия стояла как вкопанная. Её светло-каштановое волнистое каре дрожало, а карие глаза блестели от непролитых слёз.

Лор наблюдал, его чёрные волосы падали на карие глаза.

Откровение учеников Класса C – что индивидуальный переход в Класс C и выше был ложью, что только весь класс мог перейти вместе – потрясло её, и он знал, что слова могут как успокоить её, так и разжечь ещё сильнее.

– Эй, – тихо произнёс Лор, шагнув к ней. – Ты в порядке?

Оливия резко вскинула голову. Слёзы хлынули по её щекам, и она уставилась на него, её голос был резким и срывающимся.

– Они правы? Это всё ложь? Лучшие результаты, шанс покинуть Класс D – это всё просто… обман? – Её кулаки сжались, а обтягивающая рубашка натянулась, когда она сделала прерывистый вдох.

Лор замялся. Его земной интеллект лихорадочно работал, но не находил ответа. Он и вправду не знал.

Если Мисс Сильвия солгала насчёт индивидуального перехода, это мог быть жестокий обман – или хитрый способ не дать Классу D сдаться.

– Я не знаю, – признался он ровным, но искренним тоном. – Я никогда раньше ничего подобного не слышал.

Глаза Оливии расширились, слёзы потекли быстрее.

– Я должна знать, – сказала она треснувшим голосом.

Она развернулась и побежала по коридору, её обтягивающие штаны шуршали с каждым отчаянным шагом.

– Куда ты? – крикнул Лор, побежав за ней. Его пульс участился.

Они добрались до кабинета Мисс Сильвии – тесной комнаты, заваленной бумагами и книгами заклинаний, где в воздухе витал лёгкий аромат ромашкового чая.

Сильвия стояла у маленького чайника. Её рыжевато-каштановые волосы выбились из привычного пучка, а очки сидели на кончике носа.

Её белая блузка и юбка-карандаш облегали пышную фигуру, а пышная грудь и округлые бёдра отвлекали внимание даже в такой напряжённый момент.

Она повернулась, держа дымящуюся чашку, но её неуклюжие руки подвели её.

Чай пролился, расплескавшись по её груди и промочив блузку насквозь.

Тонкая ткань стала полупрозрачной и облепила её пышную грудь, а сквозь неё слабо проступали кружевные очертания бюстгальтера.

Она ахнула, уронив чашку, и инстинктивно прикрыла грудь руками, а её щёки вспыхнули, пока она неловко искала полотенце.

– Вот же незадача, – пробормотала Сильвия, и её очки соскользнули ещё ниже.

Она вздохнула, её плечи опустились, и она уронила руки, осознав тщетность попыток прикрыться.

Мокрая блузка обрисовывала каждый изгиб. Её грудь казалась полной и тяжёлой, влажная ткань подчёркивала её форму, а кожа слабо светилась в мягком свете кабинета.

Оливия не обратила внимания на происшествие. Её карие глаза пылали, когда она ринулась вперёд. – Мисс Сильвия, это правда? – потребовала она хриплым голосом.

– Вы солгали насчёт лучших результатов? Что мы не можем перейти в Класс C, пока не перейдёт весь класс?

Острый взгляд Сильвии встретился с взглядом Оливии, выражение её лица стало жёстче. Она отложила полотенце – мокрая блузка всё ещё облегала её изгибы – и сделала глубокий вдох.

– Да, – тихо сказала она ровным, но тяжёлым голосом. – Я солгала.

У Оливии перехватило дыхание, её волнистое каре задрожало. Лор прислонился к дверному косяку, его карие глаза сузились, и он напряжённо слушал.

– Но у меня была веская причина, – продолжила Сильвия серьёзным тоном. – Класс D… вы все так талантливы, но вам так долго говорили, что вы неудачники, что вы в это поверили. Если бы я сказала вам правду – что только весь класс может перейти выше, что индивидуальные результаты не имеют значения – вы бы сдались. Перестали бы стараться. Я солгала, чтобы поддерживать вашу мотивацию, чтобы вы поверили, что можете стать сильными, сильнее, чем вы сами от себя ожидаете. – Её очки слегка запотели, а голос дрогнул. – Я не великий учитель. Я это знаю. Мои заклинания слабы, а уроки – примитивны. Но я изо всех сил стараюсь, чтобы вы учились, чтобы вы поверили в себя. Я готова на всё ради Класса D – даже на ложь.

Мысли Лора лихорадочно неслись, его первоначальное подозрение сменилось неохотным уважением.

Сильвия, конечно, была лгуньей, но действовала от чистого сердца.

Она не была мастером-магом, но сражалась за Класс D своими собственными, неуклюжими методами, используя обман, чтобы зажечь надежду.

Он бросил взгляд на Оливию. Её слёзы уже не текли так сильно, а в широко раскрытых карих глазах смешались гнев и понимание.

– Я… я понимаю, – тихо сказала Оливия дрожащим голосом. – Простите, что накричала.

Сильвия улыбнулась. Её мокрая блузка всё ещё облегала тело, но её теплота ничуть не померкла.

– Не извиняйтесь. Просто продолжайте учиться. Я сделаю всё, что в моих силах, даже если для этого придётся ещё лгать, чтобы помочь Классу D учиться и расти. Как ваш учитель, это моя работа.

Лор слегка кивнул, на этот раз без своей обычной ухмылки.

Они с Оливией развернулись, чтобы уйти, и тяжесть слов Сильвии легла на них.

Они шли по коридору в тишине. Слышалось шуршание обтягивающих штанов Оливии, её волнистое каре оставалось неподвижным, так как она смотрела в пол.

Они остановились возле внутреннего двора, откуда доносился далёкий звон спаррингующих мечей.

Оливия остановилась. Её карие глаза были широко раскрыты, и сквозь её привычный огонь пробивалась искорка страха.

– Я в полной заднице, – прошептала она едва слышным голосом.

11 Застрял

– Мне конец.

Далёкий лязг мечей с тренировочного двора затих, оставив между Лором и Оливией лишь тяжёлую тишину.

Она стояла как вкопанная. Её светло-каштановое волнистое каре дрожало, а карие глаза, расширенные от страха, блестели от непролитых слёз.

Её обтягивающая рубашка прилипла к пышной груди, а узкие штаны подчёркивали изгибы бёдер, но её обычной пламенной уверенности и след простыл – на смену ей пришло первобытное, удушающее отчаяние.

– Мне конец, – снова прошептала она едва слышно, словно жестокое откровение учеников Класса C высосало из неё душу. – Я навсегда застряла в Классе D.

Чёрные волосы Лора упали на его карие глаза, пока он наблюдал за ней.

Слова Оливии были отголоском суровой правды: никто не мог выбраться из Класса D в одиночку, какими бы высокими ни были его баллы.

Весь класс должен был подняться вместе – почти невыполнимая задача, учитывая эгоистичных и ни на что не годных одноклассников и некомпетентную учительницу.

Но там, где Оливия видела тупик, Лор видел возможность.

Класс, полный отчаявшихся фигуристых девушек, жаждущих престижа Класса А?

С этим можно было многое сделать.

Чёрт, если он правильно разыграет свои карты, то сможет основать культ, и его «Путеводный Свет» станет евангелием, которому они будут поклоняться.

От этой мысли уголок его рта дёрнулся в ухмылке, но он сохранил мягкое выражение лица и шагнул ближе.

– Эй, – произнёс он низким и ровным голосом, – тебе не конец, Оливия. Ещё не конец.

Она резко вскинула голову. Слёзы хлынули по её щекам, а карие глаза полыхнули огнём.

– Не лги мне, Лор! Ты их слышал! Это всё обман – высшие баллы ничего не значат! Мы в ловушке с бесполезной учительницей и классом, полным эгоистичных идиоток, которые скорее перегрызут друг другу глотки, чем станут работать вместе. Класс А? Это несбыточная мечта. Я никогда не выберусь из этой дыры, никогда не сделаю себе имя! – её голос сорвался, обтягивающая рубашка натянулась, когда она обняла себя, а её фигуристая фигура задрожала.

Лор поднял руки, его тон был спокойным, но твёрдым.

– Я понимаю. Это отстойно. Но сдаваться сейчас? Это на тебя не похоже. Ты самая громкая и пробивная девчонка в Классе D. Ты не сдаёшься – ты борешься.

Оливия шмыгнула носом, её гневный взгляд слегка смягчился.

– Бороться за что? Мы ни за что не попадём всем классом в Класс А. Не с мисс Сильвией, которая кое-как проводит уроки, и не с такими, как Киара, что вечно перетягивают всё внимание на себя. Ты знал, что заклинания Киары сильнее, чем у Сильвии? Наша учительница даже за учениками угнаться не может!

Ухмылка Лора мелькнула на его лице, пока мысли лихорадочно неслись. Киара, дерзкая звезда класса, швыряющаяся заклинаниями, была проблемой – талантливая, но высокомерная, она скорее будет вредить другим, чем сотрудничать.

Но экстравертный огонь Оливии мог стать той искрой, в которой нуждался Класс D.

– Забудь на секунду о Сильвии, – сказал он, подходя ещё ближе и впиваясь в неё своими карими глазами. – Ты застряла не из-за неё или Киары. Хочешь в Класс А? Тогда начни с малого. Ты та, кого все замечают – используй это. Поговори с остальными, зажги их, заставь их становиться лучше. Если они увидят, что ты стараешься, они последуют за тобой. Каждая девушка в этой комнате хочет престижа Класса А так же сильно, как и ты.

Слёзы Оливии потекли медленнее, а её карие глаза сузились.

– И кто нас будет учить? Сильвия? Да она даже нормальный щит сотворить не может. Я бы ей не доверила научить ребёнка шнурки завязывать, не говоря уже о том, чтобы привести нас в Класс А.

Ухмылка Лора стала шире, а его голос понизился до заговорщического шёпота.

– Вам не нужна Сильвия. У вас есть я. – Он сделал паузу, давая словам впитаться. – Я готов поделиться своим Путеводным Светом с классом, но только если они сохранят это в тайне и доверятся ему. Я здесь не для того, чтобы надо мной насмехались или враждовали со мной. Моя сила реальна, Оливия. Ты же почувствовала это со своими огненными заклинаниями, не так ли? Я с тобой. Мои силы с тобой.

У Оливии перехватило дыхание. Её волнистое каре замерло, пока она смотрела на него.

В её сознании вспыхнуло воспоминание о её более ярком и горячем пламени, созданном с меньшими затратами маны – результат странного ритуала Лора.

В её карих глазах мелькнуло что-то новое: осторожная, хрупкая надежда.

– Путеводный Свет, – пробормотала она, почти про себя. – Ты действительно думаешь, что мы справимся? Все вместе?

– Я знаю, что справимся, – сказал Лор, его тон был полон харизмы, хотя в мыслях он уже строил планы.

Затея с «Путеводным Светом» для всего класса означала больше ритуалов – больше шансов насладиться фигуристыми девушками Класса D, одновременно повышая их навыки.

Прогресс Евы в математике, заклинания Оливии – его знания с Земли могли превратить их слабости в сильные стороны, и при этом он сохранял бы своё прикрытие «бесполезного» парня.

– Начни с одной девушки, потом с другой. Распространяй мотивацию. Обучение я возьму на себя.

Оливия медленно кивнула, вытирая слёзы. Когда она выпрямилась, её обтягивающая рубашка сдвинулась, на мгновение приоткрыв ложбинку на груди.

– Хорошо, – сказала она более твёрдым голосом. – Я попробую. Поговорю с ними – с Амет, может, или даже с Киарой, если она станет слушать.

Прежде чем Лор успел ответить, по двору разнёсся пронзительный звонок.

Они замерли, осознав, что пропустили всю тренировку по фехтованию.

Глаза Оливии расширились от смеси паники и усталости. – Чёрт, мы так опоздали. Пора домой.

Лор кивнул, его ухмылка смягчилась.

– Продолжай практиковать заклинания, Оливия. Ты лучше, чем думаешь.

Она слабо, с благодарностью улыбнулась ему. Её карие глаза всё ещё были красными, но полными решимости.

– Спасибо, Лор. Я серьёзно. – Она развернулась и побежала трусцой к общежитиям. Её узкие штаны шуршали, а волнистое каре подпрыгивало с каждым шагом.

Лор смотрел ей вслед, его мысли уже переключились на другое.

Он развернулся на каблуках и направился обратно в кабинет Сильвии. Его шаги были быстрыми, а в карих глазах блестела цель.

Он постучал один раз, толкнул дверь и замер.

12 Едва сдержанное

Мисс Сильвия стояла посреди тесной комнаты. Её каштановые волосы были распущены и ниспадали на плечи, а очки лежали в стороне, на стопке бумаг.

Она была в нижнем белье – кружевном белом бюстгальтере и подходящих трусиках, облегавших её пышную фигуру. Её обильная грудь едва в них умещалась, а соблазнительные бёдра и гладкие ляжки светились в мягком свете лампы.

Её мокрые блузка и юбка были брошены на стул, а слабый аромат ромашкового чая смешивался с её цветочным парфюмом.

Она как раз переодевалась и была застигнута врасплох. Её щеки вспыхнули багрянцем, когда она развернулась к нему, инстинктивно скрестив руки на груди.

– Лор! – пискнула она. В её голосе смешались шок и смущение, а её соблазнительная фигура слегка дрожала.

Кружевной бюстгальтер подчёркивал её полную, тяжёлую грудь. Лёгкий блеск пота на коже ловил свет, а трусики облегали бёдра так, что почти ничего не скрывали.

Она была воплощением растерянной сексуальности, и её уязвимость лишь усиливала её очарование.

Лор крепко зажмурился и отвернулся. Его чёрные волосы упали на карие глаза.

– Простите, мисс Сильвия, – искренне сказал он, хотя лёгкая усмешка тронула его губы.

Инстинкты подталкивали его подглядеть, но он понимал – смущение Сильвии было ситуацией, в которой нужно действовать осторожно, а не пользоваться ею.

– Всё в порядке, – сказала Сильвия через мгновение. Её голос стал твёрже, но всё ещё дрожал. Комнату наполнил шелест ткани – она спешно натягивала свежую блузку и юбку. – Можешь смотреть.

Лор обернулся. Его усмешка была едва заметной, но всё же присутствовала. Сильвия стояла в слегка помятой блузке и юбке-карандаш, обтягивавшей её бёдра. Очки снова были у неё на носу.

Её каштановые волосы были собраны в небрежный пучок, но прежняя уязвимость всё ещё читалась в её раскрасневшихся щеках.

– Я пролила чай на одежду, вот и переодевалась в запасную, – объяснила она, указывая на брошенный наряд. – Лор, почему ты снова здесь?

– Мисс Сильвия, я хотел поговорить о Классе D, – сказал он уважительным, но серьёзным тоном.

– Я думаю, вам стоит рассказать им правду – о системе классов. О том, что личные баллы не помогут им перейти в Класс C, что весь класс должен подняться вместе.

Глаза Сильвии расширились, а очки немного съехали.

– Нет, – твёрдо сказала она и, скрестив руки, что ещё больше подчеркнуло её пышную грудь, добавила оборонительным тоном: – Я уже объясняла: если они узнают, то потеряют надежду. Перестанут учиться, перестанут стараться. Класс D и так едва держится. Моя… выдумка поддерживает в них мотивацию.

Лор кивнул. Его лицо смягчилось, а обаяние, казалось, стало ещё сильнее.

– Я понимаю, почему вы так думаете, и знаю, что вы пытаетесь их защитить. Вам небезразличен Класс D – это видно. Но держать их в неведении… это риск. Что случится, когда кто-то вроде Оливии или Киары пробьётся наверх, только чтобы узнать, что всё это бессмысленно? Они почувствуют себя преданными. Такое разочарование может сломить их сильнее, чем правда.