Извращенец академии в классе D. Книга 2

51 Сдвинутый

Пальцы Евы в последний раз сжали соски Лора, её язык яростно закружился, и Лор застонал.

Она отстранилась. Её зеленые глаза были широко раскрыты, вязаный топ сбит, а из-под него виднелось голубое кружево. Она тяжело дышала, и её полная грудь вздымалась.

Оливия соскользнула с Лора. Её ноги дрожали. Она поспешно натянула чёрные кружевные трусики и штаны. Её карие глаза были полуприкрыты от остаточного удовольствия.

– Я… мне жаль, – пролепетала она, избегая взгляда Лора. Её лицо пылало. – Я не хотела… ну, ты знаешь… тебе на лицо.

Лор сел, вытирая лицо и губы тыльной стороной ладони. Его чёрные волосы были в беспорядке, а в карих глазах блестели смешинки.

Его губы дрогнули в усмешке, а взгляд потеплел.

– Всё в порядке, Оливия, – сказал он мягким, но твёрдым голосом, вытирая губы тыльной стороной ладони.

– Этого требовал Свет, и ты это дала. В этом нет ничего постыдного. – Его слова успокоили её. Взгляд её карих глаз смягчился, она кивнула, и в её смущённой улыбке промелькнула благодарность.

Ева, чьи зеленые глаза сверкали, подошла ближе. Её вязаный топ облегал полную грудь.

– А теперь, Лор, – произнесла она хриплым, но настойчивым голосом, – что говорит Свет? Как нам поразить эти стометровые цели?

Лор поднялся медленными, но выверенными движениями. Его карие глаза слабо светились – присутствие Света ещё ощущалось.

– Следуйте за мной, – произнёс он всё ещё звенящим, властным голосом, словно древняя сила направляла каждый его шаг.

Он вывел их из подземелья через узкий каменный проход на уединённую поляну за ареной, скрытую разросшимися лозами маны и высокими деревьями.

Здесь тоже завывал ветер, донося далёкий рёв толпы, но поляна была островком тишины. Трава качалась, а песок закручивался в узоры, выдавая ритм порывов.

– Свет говорит, – произнёс Лор глубоким голосом. Его взгляд был устремлён на корявое дерево более чем в ста метрах отсюда, чей ствол был едва виден сквозь туманную дымку, поднятую ветром.

– Чтобы поразить стометровые цели, вы должны стать единым целым со штормом. Смотрите на песок на земле – видите, как он сдвигается то влево, то вправо, порывами. Наблюдайте за травой – её изгиб показывает силу ветра. Корректируйте дугу своего заклинания, чтобы оседлать эти потоки, а не бороться с ними.

Он поднял манаитовую бусину. Его пальцы были твёрды, а простая форма развевалась на сильном ветру.

Его глаза сузились, всё ещё одержимые, пока он изучал танец песка и колыхание травы.

– Свет покажет вам, – произнёс он голосом, в котором звучала такая весомость, что у Евы и Оливии перехватило дыхание.

Он выстрелил бусиной. Полоса света прорезала ветер, плавно изгибаясь, чтобы следовать его потоку.

Она с резким треском ударила в центр дерева. Кора раскололась, и в месте попадания бусины осталось слабое свечение.

Зеленые глаза Евы расширились, её губы приоткрылись.

– Это… идеально, – прошептала она. Её вязаный топ натянулся ещё сильнее, когда она наклонилась вперёд, изучая траекторию выстрела.

Оливия, чьи карие глаза остро всё подмечали, медленно кивнула. – Ты изогнул её траекторию по ветру, – сказала она твёрдым голосом, несмотря на раскрасневшиеся щёки. – Покажи нам ещё раз.

Лор, всё ещё находясь под влиянием Света, поднял ещё одну бусину.

– Смотрите внимательно, – произнёс он, указывая на песок, закручивающийся в тугие спирали, а затем на траву, резко сгибающуюся влево. – Ветер меняется каждые три секунды – сильный, потом слабый. Рассчитывайте свой выстрел на слабый импульс. Направляйте бусину на десять градусов левее, чтобы поймать поток.

Он выстрелил снова. Бусина изящно описала дугу, оседлав поток ветра, и вновь ударила в центр дерева. Ещё один треск эхом разнёсся по поляне.

Он повернулся к ним. Его карие глаза светились, а голос звучал звеняще. – Почувствуйте ритм ветра своими костями. Смотрите на песок, на траву – позвольте им направить ваш прицел. Выпускайте бусину, когда порыв ослабевает, и позвольте шторму донести её до цели. Свет сказал своё слово.

Ева и Оливия переглянулись. Их лица пылали, но в глазах горела ясность.

Пальцы Евы сжались на бусине. Её зеленые глаза остро сверкали решимостью.

– Мы справимся, – сказала она твёрдым голосом. Когда она двинулась, готовая вернуться на арену, мелькнуло её голубое кружево.

Оливия кивнула. Её волнистый боб качнулся, а штаны облегали бёдра.

– Мы оседлаем шторм, – сказала она. Её карие глаза смотрели твёрдо, а жар ритуала питал её решимость.

Они вышли с поляны, и рёв арены обрушился на них, словно приливная волна.

Вязаный топ Евы облегал её изгибы, мелькало голубое кружево, а в зелёных глазах горела уверенность.

Штаны Оливии обтягивали её бёдра, волнистый боб был влажным. Её карий взгляд был непоколебим, а мудрость Света запечатлелась в её сознании.

Внутренний круг – Нелли, Виора, Мира – взглянул в их сторону, почувствовав перемену. Огонь в глазах их лидеров укрепил и их собственную решимость.

Лор плёлся позади, сутулясь, возвращаясь на свою скамью. Его чёрные волосы падали на карие глаза, усмешка была ленивой, но сердце колотилось от тихой гордости.

________

Перерыв подходил к концу, толпа снова собралась, прихватив закуски. Ева и Оливия вернулись после своего ритуала в подземелье. Их форма прилипала к блестящим от пота изгибам тел, лица пылали, но взгляды были полны решимости.

Тёмно-синие волосы Евы с розовыми прядями прилипли к щекам. Вязаный топ обрисовывал её полную грудь, а когда юбка сдвинулась, из-под неё выглянули голубые кружевные трусики.

Пепельно-серые штаны Оливии обтягивали её бёдра, волнистый боб был влажным, а карие глаза сияли новообретённой уверенностью.

Их отсутствие не осталось незамеченным.

– Куда вы ходили? – спросила Виора. Её зелёный хвост качнулся, а одна бровь резко изогнулась. Юбка облегала её бёдра, и, когда она скрестила руки, мелькнуло красное кружево. – Что, променяли нас на ритуал с Лором?

Серо-зелёные глаза Нелли расширились, её полные бёдра шевельнулись под юбкой, и, когда она наклонилась вперёд, показалось белое кружево.

– Вы… вы занимались этим с Лором? – прошептала она голосом, в котором смешались любопытство и нервозность. Её косички слегка подпрыгнули.

Ева твёрдо положила руку на плечо Виоры. Её зеленые глаза смотрели уверенно.

– Мы не предавали и не бросали вас, – сказала она спокойным, но властным голосом. Когда она выпрямилась, её вязаный топ натянулся. – Перерыв был слишком коротким – не было времени собрать всех. – Она взглянула на Оливию, которая кивнула, всё ещё слегка запыхавшись, с едва заметным румянцем на щеках. – Мы просто попросили Лора направить нас, чтобы получить толчок. Ничего большего.

52 Сработало

– И это сработало, – добавила Оливия более тихим голосом, а в её карих глазах блеснула убеждённость. – Свет дал нам совет: угол ветра, темп, ритм. Теперь вам всем не нужно… ну, вы знаете, проводить полный ритуал, мы расскажем вам, что поведал нам Свет.

Девушки в кругу переглянулись, их накрыла волна облегчения, и смех зажурчал, словно общий секрет.

Каштановые кудри Миры подпрыгнули, когда она усмехнулась, а из-под её высоко задравшейся юбки выглянули чёрные кружевные трусики.

– Это умно, – сказала она, и её карие глаза озорно блеснули. – Вся сила без… кхм, грязной части.

– Ага, – согласилась Виора, игриво закатывая глаза. Её усмешка была острой.

– Лучший план на свете. Вы двое получаете мудрость Света, а мы сохраняем достоинство.

Нелли хихикнула, её веснушчатые щёки зарделись, а её плотное тело расслабилось.

– Так что сказал Свет? – нетерпеливо спросила она, крепко сжимая в руках свои бусины.

Губы Евы изогнулись, а её зелёные глаза сверкнули. – Следите за песком и травой, чтобы поймать ритм ветра. Делайте выстрелы, когда порывы стихают, и берите левее, чтобы оседлать поток. Это словно танец со штормом.

Девушки кивнули, их лица выражали решимость, а их искра разгоралась в пламя, пока Оливия и Ева показывали им примеры за то малое время, что у них оставалось.

И к тому моменту, как проревел горн.

Они были готовы нанести удар.

Лор развалился в углу, его чёрные волосы падали на карие глаза, и он сливался с тенями.

Он запрокинул голову к небу, наблюдая за облаками, плывущими над ареной. Их очертания до странности напоминали пышные ягодицы Оливии и те нежные складки, что он пробовал на вкус в подземелье.

Воспоминание пробудило в нём тайный трепет, и он незаметно прижал бедро к растущему возбуждению, смакуя жар ритуала – стоны Оливии, дразнящий язык Евы, электрическое напряжение их подношения.

Он едва заметно усмехнулся, ведь он уловил каждое слово из приглушённого разговора их внутреннего круга.

«Воруете мои знания, да?» – подумал он, и его усмешка стала острее.

То, что Ева и Оливия делились мудростью Света, не заплатив цену ритуала, было хитро, но это зародило в нём игривую идею «наказания» на потом – может быть, личный ритуал, чтобы напомнить им, что Свет вездесущ и перечить ему не стоит.

А пока он решил спустить им это с рук, и его взгляд снова устремился к облакам, чьи изгибы подогревали его тихое веселье.

Пока, наконец, он не смог больше сдерживаться.

Он незаметно выскользнул и шмыгнул в туалетную кабинку, чтобы сбросить всё накопившееся напряжение.

Когда он вернулся, спокойный и собранный, с полуприкрытыми карими глазами, внутренний круг уже выходил вперёд, чтобы занять свои места на стометровой линии.

Внутренний круг подошёл к линии броска. Их тела были напряжены, но полны решимости, а взгляды – прикованы к далёким дискам.

Ветер выл, но они двигались целеустремлённо, и их подпитанная ритуалом уверенность служила им щитом от бури.

Виора пошла первой. Её зелёный хвост хлестнул по воздуху, юбка облепила бёдра, и, когда она заняла позицию, мелькнуло красное кружево.

Её бусины полетели с исполненной ужаса храбростью: 3, 3, 4.

Каждый выстрел вызывал удивлённый ропот в толпе, а её дерзость оставляла след в памяти арены.

Следом пошла Мира. Её каштановые кудри подпрыгивали, а из-под высоко задравшейся юбки выглядывало чёрное кружево.

Её выстрелы были ровными и целенаправленными: 1, 4, 3. Она крутанулась на месте, возвращаясь назад с хищной усмешкой, и ропот толпы стал громче.

Выступила Нелли. Её полные бёдра напряглись под юбкой, и, когда она попыталась унять дрожь в руках, мелькнуло белое кружево.

Её первые два выстрела не удались – 1, 1 – но последняя бусина нашла свою струю, оседлав ритм ветра и поразив четвёртое кольцо: 5.

Её щёки пылали, а серо-зелёные глаза сияли расцветающей уверенностью, пока она возвращалась назад, и её косички подпрыгивали.

Вперёд вышла Ева. Её тёмно-синие волосы хлестали по лбу, а промокший вязаный топ обрисовывал полную грудь.

Её зелёные глаза горели, пока она стреляла: 5, 6, 3.

Уверенный рост, каждый выстрел острее предыдущего, а её стойка излучала неукротимый огонь.

За ней последовала Оливия. Её угольно-серые брюки обтягивали бёдра, а волнистое каре колыхалось в такт шагам.

Её карие глаза впились в цель, выстрелы были безупречны, с ювелирной точностью оседлав ветер.

6, 6, 6. Идеальное трио, каждая бусина танцевала со штормом, точно попадая в цель.

Толпа ахнула, и волна благоговения прокатилась по трибунам.

Секция Класса C – Йорен, Лила, Вейра – застыла в ошеломлённом молчании. Их гладко зачёсанные волосы и тугие хвосты замерли, а взгляды были потуплены.

Табло счёта засветилось: средний балл Класса D превысил нижнюю границу результатов Класса C.

Некогда списанный со счетов класс «неудачников» теперь стал серьёзным соперником, а их искра разгорелась в пламя, пошатнувшее иерархию арены.

Блондинка с косичками и рыжая, когда-то бывшие середнячками, наблюдали со своих расколотых скамей, их скудные очки за Раунд 3 были 2, 1 и 0.

В их глазах мелькнуло раскаяние, плечи поникли, и они ускользнули из виду, растворившись в тени восходящего внутреннего круга Класса D.

Их провал проложил более глубокую черту – между теми, кто сражался, и теми, кто пал.

Лор скрестил руки на груди. В его карих глазах тлел уголёк триумфа, а лицо оставалось спокойной маской, скрывающей пылающую внутри гордость.

Искра Света была настоящей, её указания переломили ход событий, а он раздул её, так и не выйдя на свет.

Сильвия стояла в стороне. Её белый пиджак натягивался на груди, юбка-карандаш облегала бёдра, а рыжевато-каштановые волосы выбивались из пучка.

Её очки сверкнули, когда она вскинула подбородок, словно вдыхая свежий ветер перемен.

Гордость в её взгляде была очевидна. Её взгляд задержался на ученицах, затем на мгновение – на Лоре, и в нём мелькнуло подозрение, которое она, впрочем, тут же отогнала.

Лозы маны запульсировали быстрее, а табло счёта пылало, отражая прорыв Класса D.

Рёв арены становился всё громче – толпа чувствовала переломный момент.

Ведь следующими на очереди был взрывной дуэт. Киара и Амет.

Но.

Дорожка для броска, где должна была стоять Киара, пустовала, и это отсутствие было подобно вакууму, высосавшему весь воздух с арены.

Слухи разнеслись как лесной пожар: ранее её видели, как она уходила с Каэлумом, поджарым талантом из Класса Б, и их смех эхом отдавался в коридоре, словно безрассудное обещание.

Её тёмная чёлка, её гибкий силуэт, её пламенная энергия – всё исчезло, сменившись зияющей тишиной. Табло счёта безжалостно вспыхнуло:

Киара – 0, 0, 0.

Нули за неявку – клеймо позора, которое жалило хуже любой насмешки.

Толпа заволновалась, и порыв шока пронёсся по трибунам.

Внутренний круг – Ева, Оливия, Нелли, Виора, Мира – переглянулся. На их лицах отразилась смесь досады и смирения.

Киара выбрала другое, возможно, мимолётное обаяние Каэлума, и цена этого выбора была высока.

Их шанс вырваться вперёд ещё больше потускнел, а её отсутствие стало раной на поднимающейся волне успеха Класса D.

53 Мерцание

Мерцание в стороне привлекло всеобщее внимание—

Это была Амет – светловолосая и свирепая. Её форма сидела безупречно, а из-под юбки, облегающей её изгибы, выглядывало фиолетовое кружево.

Она схватила Сильвию за руку, её ледяно-голубые глаза сверкнули тревогой, и утащила её в уединённую нишу сразу за скамьями преподавателей, где рёв толпы стих до шёпота.

Влажные каменные стены поблёскивали в мерцающем свете магических фонарей, отбрасывая на их фигуры мягкое, провокационное свечение.

Очки Сильвии запотели, когда она моргнула, и её каштановые волосы выбились из пучка.

– Амет, что случилось? – спросила она, её голос был мягким и обеспокоенным. – Тебе плохо? Что-то не так?

Губы Амет скривились в острой ухмылке, а её светлые волосы поймали свет фонаря, окружив её голову ореолом пламени.

– Десять серебряных монет, – прошептала она, наклонившись ближе. Её голос был низким и настойчивым, а тёплое дыхание коснулось уха Сильвии. – Я выбью двадцать семь за три броска. Такова моя цена.

Руки Сильвии задрожали, а щёки вспыхнули, пока она осознавала это дерзкое требование.

Отсутствие Киары оставило зияющую дыру в составе Класса D, и её автоматические нули тянули их средний балл вниз.

Кто-то должен был заполнить эту пустоту, и если Амет могла справиться, то риск был оправдан.

После напряжённой паузы Сильвия протянула монеты, её пальцы коснулись руки Амет.

– Не подведи, – пробормотала она, её голос был твёрдым, но полным надежды.

Ухмылка Амет стала шире, а её глаза засияли уверенностью.

Она широким шагом направилась к линии броска. Её движения были плавными, а форма подчёркивала каждый изгиб.

Её снаряды пронеслись по воздуху, с обжигающей точностью разрезая штормовой ветер.

Щёлк. 10 – идеальное попадание. Диск взорвался снопом лучистого света, осыпая всё дождём искр.

Щёлк. 9 – на волосок от центра.

Щёлк. 10 – триумфальный взрыв. Диск разлетелся ослепительной вспышкой.

Толпа взревела, вздохи и аплодисменты вырвались, когда табло счета вспыхнуло.

Амет сгребла монеты в ладонь, и её светлые волосы качнулись, когда она гордо зашагала к выходу с Арены.

– А вот и артистка Класса D! – ахнул кто-то в толпе. Амет остановилась, поднесла монету к губам и с театральным жестом поцеловала её, а её ледяные глаза сверкали от гордости.

Она обернулась, помахала трибунам и, посылая воздушные поцелуи, неспешно покинула стадион. Её аура мерцала триумфом – и одиночеством.

Оливия наблюдала со скамьи. Её карие глаза сузились, а волнистый боб качнулся, когда она подалась вперёд.

– Что это, блядь, было, – пробормотала она. Её голос был тихим, но резким, а угольно-серые штаны обтягивали её бёдра.

Ближний круг переглянулся – блеск Амет был неоспорим, но её уход оставил холодную тень.

Следующим был черёд Лора.

Он остановился у края линии броска, его карие глаза сканировали далёкие диски, а в уме мелькали схемы движения ветра.

В его мыслях промелькнул быстрый расчёт, и на губах появилась слабая ухмылка, скрытая растрёпанными чёрными волосами.

Он шагнул вперёд, вскинув брови. Штормовой ветер трепал его волосы и простую форму, которая невзрачно хлопала на его поджаром теле.

Он выпустил свои снаряды с небрежной точностью, каждый выстрел был сдержанным.

Глухой удар. 1 – задел внешний край, почти незаметно.

Глухой удар. 3 – диск пошатнулся и затрещал.

Глухой удар. 1 – ещё одно слабое касание.

Табло счета мигнуло, и толпа захихикала.

Лор простонал достаточно громко, чтобы услышали передние ряды: «Ветер сегодня – та ещё стерва».

Его голос был сухим и безразличным, когда он сутулясь поплёлся обратно на скамью. Его поза была расслабленной, а в походке не было ни извинений, ни раскаяния.

Его карие глаза блеснули, на долю секунды встретившись со взглядом Евы. Между ними промелькнула искра веселья.

Он сделал ровно столько, сколько было нужно.

Арена содрогнулась от рёва громких горнов, их эхо прорезало штормовой ветер, сигнализируя об окончании Раунда 3.

Руническое табло счета вспыхнуло, его светящиеся глифы впечатали итоговые очки в память колизея.

Класс А – 9.2

Класс Б – 5.1

Класс С – 2.7

Класс D – 3.1

По арене пронёсся всеобщий вздох, подобный приливной волне шока и трепета.

Торговцы замерли на полуслове, забыв о шипучих рунных сладостях на своих подносах.

Призрачные вороны взмыли в небо, сжимая в когтях листки с результатами, направляясь к дворянским башням, где ошеломлённые наблюдатели в позолоченных ложах подались вперёд.

Шёпот толпы нарастал, превращаясь в гул, и все взгляды были прикованы к табло счета.

Класс D, который давно списали со счетов как балласт академии, превзошёл Класс С в третьем раунде Точности заклинаний.

В шатком уголке Класса D ближний круг взорвался ликованием; их влажные от пота формы облегали изгибы, и каждая фигура сияла непокорностью и триумфом.

Ближний круг ликовал.

Влажные от пота формы облегали изгибы.

Тяжело вздымающаяся грудь Евы, пылающий взгляд Оливии, гордые бёдра Нелли, яростное непокорство Виоры и Миры.

Вместе они обернулись, их энергия была подобна лесному пожару, и втянули Лора в свой круг празднования.

Нелли двинулась первой. Её плотное тело прижалось к нему, когда она обхватила его щёку ладонью, и её мягкие пальцы согрели его кожу.

Она наклонилась, её изгибы пришли в движение, блузка натянулась. Девушка прижалась к его щеке целомудренным, благодарным поцелуем, её губы задержались ровно на столько, чтобы сквозь него пробежала искра.

Её серые глаза мерцали триумфом, а сияющая улыбка озарила её веснушчатое лицо. – Спасибо, Лор, – прошептала она, её голос был мягким, но полным чувств.

Остальные хлынули вперёд освежающей волной нежности, их смех был ярким и бесхитростным.

– И от меня большое спасибо, Лор. – Зелёные глаза Евы сверкнули, когда она быстро поцеловала его в другую щёку. Её прикосновение было как удар током, а синее кружево выглянуло из-под одежды.

Карий взгляд Оливии смягчился. Её поцелуй коснулся его лба, а волнистый боб пощекотал кожу.

Ухмылка Виоры смягчилась, когда она наклонилась. Её губы скользнули по его щеке, а зелёный хвост качнулся.

Мира, как всегда игривая, оставила дразнящий поцелуй в уголке его рта. Её карие глаза блеснули, и, подмигнув, она отстранилась, при этом мелькнуло её чёрное кружево.

Лор, чьи чёрные волосы небрежно падали на карие глаза, принял всё это с лёгким пожатием плеч, его улыбка была застенчивой, но тёплой.

– Буду считать это доказательством того, что теперь вы, девчонки, верите, что Свет реален, – сказал он. Его голос был низким и тёплым, а за игривыми нотками скрывалась гордость, распиравшая грудь.

54 В стороне

Сильвия наблюдала со стороны, её очки запотели, а дыхание дрожало от облегчения.

Несмотря на отсутствие Киары и сомнительную сделку Амета, это был настоящий, с таким трудом завоёванный миг Класса D.

Её грудь вздымалась, на губах появилась лёгкая улыбка, а в глазах сияла гордость.

Она взглянула на Лора, и мелькнувшее подозрение тут же угасло, растворившись в эйфории победы.

Киара и Амет не участвовали в праздновании Класса D.

Блондинка с хвостиками и рыжая ссутулились на своих скамьях, понурив головы, – их оценки 1 и 0 легли на плечи тяжким грузом стыда.

Они скользнули в тень, оставленные позади вознёсшимся внутренним кругом.

На платформе Класса С царила тишина.

Йорен и Лила понуро побрели прочь, их зализанные волосы и конский хвост безжизненно обвисли, а средний балл 2,7 стал унизительным клеймом.

Их насмешки обратились в прах, погребённые под искрой Класса D.

__________

Великая Арканная Арена погрузилась в мёртвую тишину, будто кто-то выкачал из неё весь воздух.

Лозы маны вдоль каменных ярусов потускнели, их золотое сияние ослабевало, словно сердце арены пропустило удар.

Призрачные вороны застыли в полёте, свитки с очками свисали, как мёртвые листья.

Торговцы вцепились в свои шипучие рунные сладости, амулеты мерцали, словно сама арена была напугана.

В центре навис ведущий, его алые одеяния развевались, как грозовая туча, а посох вибрировал с низким, угрожающим гулом.

Он поднял руку, рукав вспыхнул искрами, и его голос, наполненный арканной мощью, прогремел:

– По указу Высшего Совета, Классы C и D не достигли среднего балла 4,5 для прохождения дальше. Класс C: 2,7. Класс D: 3,1. Проходят только Классы A и B.

Слова ударили, как молния, раскалывая тишину.

Послышались резкие, сдавленные вздохи, толпа отшатнулась, словно от пощёчины.

Секция Класса C зашевелилась, раздалось медленное шарканье поражения.

Йорен поднялся, его зализанные волосы обвисли, челюсть была сжата от унижения.

Лила последовала за ним, её конский хвост поник, а проницательные глаза потускнели.

Вейра плелась следом, её жидкие волосы прилипли к щекам. Их рубахи и мантии шелестели, пока они уходили вереницей с поникшими головами, а их насмешки обратились в пепел.

Толпа молча наблюдала, как их гордость рассыпалась в прах у них под ногами.

В углу Класса D блондинка с хвостиками и рыжая ускользнули прочь с пылающими от стыда лицами.

Их воротнички промокли от пота, и они растворились в тенях, не в силах нести бремя своих ничтожных баллов.

Но на шатких трибунах Д-уровня искра разгорелась в пламя.

Ева, Оливия, Нелли, Виора и Мира поднялись как одна, их глаза горели вызовом. Зелёные глаза Евы пылали, а её тёмно-синие волосы были с розовыми прядями.

Карие глаза Оливии блестели, её волнистое каре качалось.

Веснушчатые щёки Нелли сияли, её серо-зелёные глаза были полны гордости.

Ухмылка Виоры была острой, её зелёный конский хвост резко мотнулся.

Карие глаза Миры сверкали, а её улыбка была дерзкой и игривой.

Они захлопали, их голоса слились в скандировании, которое пронзило тишину.

– Класс D! Класс D! – Ритм нарастал, заразительный, их пот смешивался с остатком маны, а их энергия была огнём, который отказывался угасать.

Толпа зашевелилась, поворачивая головы, пока их скандирование эхом разносилось по арене, – дерзкая мелодия, сотрясавшая камни арены.

Ева схватила Оливию за руку и радостно закружила её в танце, их смех был звонким и безудержным.

Нелли подпрыгивала на носках, её полные бёдра дрожали, а голос в хоре был самым громким.

Виора тряхнула хвостом, её крик был клинком триумфа, а Мира кружилась, дразня толпу своей ухмылкой.