- -
- 100%
- +
– Осталось только надеяться, что хотя бы видео того, как я здесь все разнесла, не окажется завтра в сети! – выпалила вдруг она без задней мысли.
Рэм на мгновение замер, слова застыли на губах.
– Ну да… – проговорил он наконец.
Сознание Лизы протрезвело окончательно.
– Рэм, я не имела в виду, что это ты запостишь, как в прошлый раз… То есть я не то хотела сказать… – сбивчиво залепетала она.
– Я понял, Лиз, – прервал ее Рэм, застегивая рубашку. – Не мучься. В конце концов, ты же вовсе не обязана мне верить. И то, что я нечаянно сделал с твоей жизнью, чашкой чая не лечится. Ладно, вечеринка окончена, ты уже в норме, а мне пора.
– Рэм!..
Он ушел, бросив финальное «пока» через плечо. А Лиза все еще ловила ртом воздух, пытаясь найти хоть какие-то слова, чтобы его остановить.
***
После отделения полиции Рэм приехал к Олегу.
Скучный и мрачный, он молча пожал протянутую Олегом руку, потом сунул в нее коробочку с линзами, которые хотел настроить, и прошел мимо озадаченного друга в единственную по-настоящему жилую комнату в его квартире.
Внутри пахло горячей пиццей и кислым старым бельем. Рэм беспардонно плюхнулся на Олегову постель, не снимая обуви и с каменным лицом уставился в потолок.
Олег, вытаращив глаза и хватая ртом воздух, словно вынутая из воды рыба, всплеснул руками:
– Ты что творишь?! Эй, это же мой спальник!
Рэм усмехнулся, не сводя глаз с точки на потолке, в которую уставился.
– Успокойся, если от него пропылятся мои ботинки, я на тебя не обижусь.
Олег мучительно вздохнул, сел в свое dream-chair.
– Сволочь ты, – беззлобно обозвал он друга. – Пиццу будешь?
Рэм отрицательно покачал головой.
– Сыт по горло… – проговорил он, и по его интонации чувствовалось, что речь идет не только о еде.
Олег открыл коробку, вытащил мягкий треугольник пиццы с тянущимися нитями сыра и, зажмурившись от удовольствия, вонзил в него зубы.
– Я чет не пойму, ты в депрессии, что ли? – пробубнил он с набитым ртом. – Не смей, приятель, эта ниша занята! В депрессии сейчас я, голый, униженный и оскорбленный!
Рэм устало повернул к нему голову.
– Ну что там еще стряслось?
Олег с готовностью запихнул в рот оставшуюся половину куска, и, чтобы показать видео, хлопнул в ладоши и привычным движением растянул пальцами воздух.
Рэм не сдержал измученной улыбки .
– Бля, вот тебя, мужик, перепрошило!
Олег смутился, а Рэм со смехом продолжил:
– Я тебе лампочку-маркер на день рожденья подарю, чтобы зажигалась, когда ты не в вирте! А то сиганешь как-нибудь в реальное окно вместо перехода по ссылке!
Олег с укором взглянул на друга.
– Да хорош уже…
И тут Рэм вдруг заново прыснул, и в этот раз – уже без грустной тени в лице.
– Ха, я теперь понял феномен твоей комнаты! Это аватар твоего вирт-кабинета! Диван переговоров, почтовая доска… – Рэм закатился хохотом и приподнялся на локте, указывая пальцем на прибитую к стене большую круглую мишень с дротиками.
– А вот это – однозначно, корзина! – с трудом выговаривая слова, Рэм обернулся к стульчаку унитаза в углу.
И тут уже Олег не выдержал и рассмеялся.
– Да ну тебя!..
– Оригинальный скин, у себя такой же сделаю! – ухахатывался Рэм, вытирая глаза запястьем. – А что, вечная классика!
Он поднялся, подошел к унитазу, нажал ногой на педаль, открывая гигиеническую заслонку.
– Вот ведь жизнь в реале! Кто угодно может нассать тебе в корзину! – прыснул Олег.
– Главное, чтобы эту портативную корзину опустошать не забывали, а то файлы наружу как попрут! – откликнулся Рэм, расстегивая ширинку. – Так ты все-таки пришли мне, что на пальцах показать-то хотел.
– Ну нах, – отмахнулся Олег. – Сейчас ты только ржать надо мной будешь, а у меня, между прочим, серьезная психологическая травма…
– Ну перестань, давай уже!
– Лучше завтра…
– Не дрочи мое воображение.
– Только чур без глума, – жалобно попросил Олег.
– Да какой уж там глум, ты вон аж затрясся весь, – Рэм громыхнул педалькой и повернулся к приятелю, поправляя ремень.
Через мгновенье лицо Рэма исказила мучительная гримаса, он стойко продержался ровно секунду, а потом долго и надрывно ржал, не в силах сказать ни слова.
Олег обиженно отвернулся и уткнулся подбородком себе в колено.
– Друг называется!
Наконец Рэм смог проговорить:
– Прости… Но, блин, я б на тебе женился! Красавчик! Такая корона, и при такой жопе…
– Да ты вообще себе представляешь, сколько рарок я потерял! – с болью в голосе крикнул Олег, с шумом вскакивая с кресла. – Там один морочий посох в реале стоит как твоя таксуха!
– Да я понимаю!.. – сдавленным голосом ответил Рэм, переводя дыхание. – Короче… Короче, не ссы..
И уже серьезно, со злым задором продолжил:
– Прорвемся. Перса твоего всем миром упакуем как-нибудь. Ну а «Крысьему хвосту» надо хорошенько хвосты поотрывать, чтобы у них на наших не вставал больше. И шмот твой вернем, это я как ГМ тебе обещаю. У тебя же найдется второй шлем?
Олег все еще сидел, насупившись и отвернувшись в сторону.
Рэм примирительно чуть подтолкнул его локтем в плечо.
– Завязывай хандрить. Пойдем готовить веселье. Будет феерично – тебе понравится!
Глава 7
Боевое ядро «Отпетых пиздюков» составляли всего семь человек: два мага, воин-берсерк, заклинатель зверей, хиллер, лучница и оборотень, которым был сам Рэм. И все они собрались на скалистом берегу Гнилой речки, чтобы обсудить предстоящее мероприятие.
Разговор не клеился. Друзей постоянно пробивало на хохот, чуть только им стоило взглянуть на олегова гнома, одетого в дешевый шмот с ближайшего аукциона. Олег обижался, психовал и тряс бородой от возмущения, но поделать ничего не мог.
Наконец психанул Рэм.
Прооравшись им в уши подробными описаниями, как мог бы выглядеть каждый из них, окажись он на месте Олега, Рэм поубавил у них веселости.
– Слушайте, я сам ржал, когда в первый раз увидел картинку, но они же не только Олега опозорили, они поставили под вопрос авторитет всех пиздюков! В этот раз они обворовали его, а завтра? Меня? Или Инку? Или Кира?
Инка, воин-берсерк с большим волосатым носом и мохнатыми лапами хоббита, взмахнула любимым тесаком уничтожения душ.
– Ладно, начальник, мы тебя поняли. Надо утопить крыс в их собственной крови!
Рэм сверкнул хитрыми глазами.
– Не обязательно. У меня есть парочка идей получше. Если все хорошенько продумать и подготовиться как следует, сможем через недельку неплохо повеселиться. И первым делом я бы предложил забить стрелку Пиночиту…
Его голос утонул в одобрительном присвисте.
А Олег еле слышно простонал:
– О, нет… Только этого паленого хакера нам и не хватало…
– А что такого? – возмутился Рэм. – Они читерят, почему мы не можем? Слушайте сюда…
И отпетые пиздюки уселись плотным кружком, планируя отчаянный заговор.
***
Утром следующего дня Рэм слегка изменил маршрут пробежки, чтобы навестить Ника, именуемого Гудвином, который клялся всеми своими татуировками, что не отрубится и дождется его прихода в студию, каким бы пьяным не был.
Под студией подразумевалась комнатка для тематических тусовок на первом этаже тюнингового автосалона «Геката»: дивное место, пропахшее пивом, травой и живой творческой мыслью. От выхода из парка до «Гекаты» Рэм пронесся с ветерком, получая удовольствие от напряженной работы мышц и связок. Ослепительное солнце яростно расплескалось по глянцевым поверхностям, отсвечивая и бликуя. Утренняя прохлада медленно плавилась, уступая место душному запаху разогретого асфальта и пыли. День обещал быть жарким.
Узкая, похожая на бойницу дверь в студию Ника оказалась распахнутой.
Сунувшись внутрь, Рэм остолбенел: все, что с такой любовью обустраивал здесь Ник, было разбито и сломано: барная стойка, держатель для стаканов, кофеварка, столы, стулья, полки на стенах. В воздухе, подсвеченном только проникающим с улицы золоченым клином, кружилась пыль. Посередине комнаты валялись осколки и обломки антикварной аудиосистемы с безжизненно торчащими наружу венами проводов. Окинув взглядом стены, Рэм понял, что и все четыре прилагающиеся к ней колонки также сорваны со своих мест и изувечены.
– Ник! Эй, ты где? – встревоженно позвал приятеля Рэм. – Ты живой?
Вместо ответа он услышал за барной стойкой какой-то шорох. Легко премахнув на ту сторону, Рэм увидел друга сидящим на полу под столешницей, размазывающим запястьем кровь по лицу.
Справа на лбу Ника вместо имплантированного рога зияла рана с торчащим в ней окровавленным винтом. Тоннели в ушах были оборваны. На широченной, «надутой» с помощью инъекций обнаженной груди, украшенной великолепной татуировкой двухголового демона, виднелись кровоподтеки и ссадины. Светлые джинсы были перепачканы черт-те чем, а на коленях лежали блестящие и прозрачные осколки.
Ник поднял на Рэма свои глаза с черными, залитыми чернилами белками, и, шмыгнув кровавой струйкой под носом, указал ему рукой на осколки.
– Это My Chemical Romance, братан. И Queen. Хотел тебе похвалиться… – хрипло проговорил Ник и, харкнув, сплюнул в сторону кровь..
Рэм, мрачно нахмурившись, взял Ника за подбородок, сначала приподнял ему голову, потом повернул в сторону, чтобы рассмотреть рану на лбу.
– Жестко тебя отделали… – выдохнул он наконец. – Давай-ка вызову скорую, а?
Ник махнул рукой.
– Хуйня все, не нужно…
– Как тебе имплант раскурочили?
Ник усмехнулся.
– Они… выламывали его пассатижами. Пассатижи сначала соскальзывали, а потом… сломались. Болты-то закреплены сначала на титановой пластине, а пластина уже вживлена под костную ткань черепа.
Он криво улыбнулся трясущимися губами.
– Вот теперь я понял, что хирург имел в виду под «гарантией качества»! Но было пиздец больно.
Рэм сел на пол рядом с ним.
– Кто?
Ник покачал головой, и снова уставился на обломки старых дисков. С нежностью коснулся их кончиками пальцев.
– Стопперы… Блять, все расхуярили, братан! Суки! – с сердцем проговорил Ник. – В дисках же, блять, душа есть, на хуй! Суки… Такую музыку… Попробуй найди. Да чтоб их всех в жопу ебали! Да так, чтоб из ушей вылазило!.. – его голос дрогнул и умолк.
– Стопперы?
Ник улыбнулся, демонстрируя крупные зубы, перепачканные розовой пеной слюны.
– Ну да. Рекламка сработала! Вот они и пришли меня убеждать, что ты – воплощенное зло и тебя на дыбу надо! Гандоны ебучие. А тут еще мой олдскульный хардовый бодимод…
Рэм скрипнул зубами.
– А я говорил… Они вообще озверели в последнее время. А ты все: «запости меня! запости!» Знаешь кого-нибудь из них? Может, по голосу, или…
– Да нет, братан, они же все безликие. Ха! Зато у меня просмотров стало в десять раз больше и пришел реальный заказ за деньги собрать плейлист! И это охуительно! Ну а битая рожа – это так… Побочный продукт при разработке ценных руд.
Ник вздохнул.
– Одного понять не могу: это каким надо быть уродом, чтобы сломать музыкальный диск, а? Это же, блять, музыка! Понимаешь? Это каким ебаным в рот уебищем нужно, блять, родиться, чтобы настоящую, живую красоту вдребезги расхуячить?
Рэм вздохнул, взял один из блестящих обломков в руки.
– Какого они хоть года?
Ник покачал головой.
– Не спрашивай, братан… У меня сердце кровавыми слезами рыдает. Хорошо хоть в вирте копию звуковой дорожки сделал для обоих дисков. Сейчас скину тебе парочку композиций… Только я их вообще никак не обработал – может, тебе звучание смешным покажется…
Он тяжело поднялся на ноги, бережно положил обломки дисков на столешницу. Поднял край стойки и вышел из бара. Постоял секунду в тишине, отправляя Рэму обещанные композиции. А потом с диким ревом схватил с пола остатки стула и со всей дури вломил его в стену. Пластик звонко схлопнулся, рассыпался на острые щепки. Тогда Ник схватил руками столик за ножки и тоже отшвырнул в стену, и принялся месить его ногами.
Рэм уселся на столешницу бара, отвернулся в сторону, закрыл глаза и включил прослушивание.
Из «My Chemical Romance» Ник скинул ему композицию «Sing», «The Ghost of You» и «Helena».
Первую он остановил на середине, обернулся к беснующемуся на обломках следующего стола Нику:
– Первая не катит.
– А? – отозвался ди-джей.
– Не цепляет первая. Чего-то не хватает. Попробуй отключить текст и сделать мелодию динамичней, но не уверен, что что-то изменится.
Ник прекратил крушить оставшееся имущество, хмыкнул, поднял с пола валяющуюся флягу.
– Включи Хелену. Думаю, она тебе лучше зайдет…
Он отхлебнул из фляжки, и вдруг выпучил глаза и жутко заорал:
– Блять!!! Губы же разбиты… Аааа, жизнь – боль… А, дай еще одну кину, Planetary…
Рэм кивнул, запустил композицию.
И с каждым тактом его лицо светлело, а на губах проступала улыбка.
– Ник, ты – гребаный гений. Ты умеешь находить то, что нужно! Очень круто!
– Но я не успею собрать тебе плейлист, – мрачно отозвался Ник. – Надо ехать уши и башку зашивать…
Рэм кивнул.
– Нет, знаешь, а мне и так норм! Звучание непривычное, кажется немного плоским, что ли – но это не мешает. Они прямо – 220 из розетки! Энергетика мощная, ритм… Слышь, мужик, может все-таки в полицию? То, как тебя…
Ник ухмыльнулся.
– Ну ты девочку-то из меня не делай. В этот раз и руки, и ноги, и даже ребра целые – я считаю, не на что жаловаться. Так, отпиздили слегонца. А вот в душу насрали – вот это да, – усмешка испарилась с его губ. – По живому… Суки…
Рэм спрыгнул со столешницы.
– Завтра у меня пати, а через пару дней я предлагаю собраться здесь всей толпой и привести все в порядок. За ночь управимся. Как мыслишь?
Ник кивнул, хлопнул его по плечу.
– Спасибо, братан. И это… сестрице моей не свисти, каким меня сегодня видел, ладно?
Рэм усмехнулся.
– А то Инка сама не увидит.
– Когда увидит, все уже будет культурно. Ладно, давай, и удачи тебе завтра.
Рэм с улыбкой шуточно отсалютовал двумя пальцами, и вышел из студии.
Пощурившись пару минут на солнце, он побежал в обратку.
***
Подбегая к своему дому, Рэм увидел возле подъезда троих вздорящих мужчин. Двое из них выглядели вполне презентабельно; и того из них, что помоложе, Рэм узнал: это был Рай Песоцкий, модный блогер и популярный журналист. Именно он активно жестикулировал и приглушенным голосом что-то гневно выговаривал третьему, похожему на сбежавшего с ночной вечеринки мальчика гоу-гоу: бордовый костюм с блестками, выкрашенные в тотальный красный цвет волосы, уложенные на макушке острыми прядями. Песоцкий наступал, а мальчик, втягивая голову в плечи, тем не менее оставался на месте.
– … надо просто знать свое место, тогда и проблем не будет!.. – донесся до Рэма обрывок одной из тех фраз, которыми Песоцкий пытался задавить «блестящего».
Рэм прибавил шагу.
Блогеры наконец заметили Рэма, и, отвлекшись от внутренних разборок, стали наперебой здороваться и просить ответить на несколько вопросов.
– Правда ли, что выложенное в сеть откровенное видео – результат кибератаки? Вы не собирались его обнародывовать? Говорят, вы даже обратились в полицию?..
– Рэм, многих подписчиков волнует вопрос, кто эта девушка? У вас появились серьезные отношения?
Рэм широко улыбнулся, сунул руки в карманы и громко заявил:
– А не пошли бы вы на хуй?
Лавина вопросов иссякла. Блогеры растерянно переглянулись: еще никогда Рэм не позволял себе таких выпадов сторону прессы.
– Рэм, означает ли ваша не вполне адекватная реакция, что ситуация истощила вашу нервную систему до предела? – заговорил Песоцкий, подскакивая к нему поближе.
– Моя реакция означает только одно: я до смерти хочу, чтобы вы отсюда удалились. И как можно дальше.
Он повернул к подъезду, но двое презентабельных блогеров мгновенно облепили его, мешая пройти.
Одетый в пестрое мальчик с накрашенными глазами звонко заржал.
– Рэм, неужели случившееся действительно серьезно отразилось на вашей личной жизни? Лиза Серова – ваша девушка? Она вас бросила? – говорил один.
– Что с вами, Рэм? Вы на грани нервного срыва? Отсюда такая реакция? Рэм, пожалуйста, прокомментируйте ваше поведение! Вы ведь на грани нервного срыва, не так ли? – трещал Песоцкий.
Рэм скрипнул зубами, в синих глазах запылала злость.
– А ты – на грани перелома, так что убери от меня свою руку! – рявкнул Рэм на Песоцкого.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.