Закладки жизни

© Денис Горнев, 2020

ISBN 978-5-0053-0469-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Annotation

Начинающий врач сталкивается с пациенткой, находящейся в глубокой коме. Для того чтобы ей помочь ему приходится погрузиться в глубины ее сознания, постичь некоторые тайны мироздания. О его способности проникать в мысли человека стает известно первым лицам и его начинают использовать сильные мира сего. К чему приведет возможность проникать людям в их память? К чему приводят игры в богов? В чем смысл человеческой жизни?

Закладки жизни

Пролог

Странным образом устроена память человека. Если провести аналогию человеческой памяти с компьютерной, то с одной стороны сохраняет информацию и компьютер, и человек, но почему-то принято считать, что человек помнит, а компьютер именно хранит. Поэтому записанное на компьютере хранится с того момента, как на него это записали, а человеческая память, как капризный ребёнок, может легко забыть или вообще ничего не запоминать, например, наше раннее детство или сны. Мы точно знаем, что когда-то мы были маленькими детьми, но, как правило, не помним возраст до четырёх лет. Либо проснувшись утром убеждены, что видели какой- то сон, но как проснулись, совсем не можем его вспомнить.

Кто знает, почему память устроена именно так. Маленький мальчик ходил между столов и напевал песенку, что ему сегодня исполнилось четыре года. Он был очень доволен этому факту, ведь, как он тогда считал, он стал почти взрослым. Потом память сыграла с ним злую шутку и вспомнить, что было дальше, не представлялось возможным. Потом тот же мальчик, осознавая себя немного постарше, мог вспомнить различные образы и картины своего прошлого. Он вспоминал, как на своих ещё совсем маленьких ножках ходил по дому и видел какого-то дяденьку. Спустя время, он понял, что это был уже покойный его дедушка, который умер, когда ему было три годика.

Какое воспоминание будет следующим в жизни этого мальчика? Он постарался вспомнить, и память ему показала, как он, совсем маленький, держась за руки своих родителей, открывал ноги от земли и качался на руках своих родителей, а те, в свою очередь, говорили ему, чтобы он не баловался. Вспомнился так же момент, как в детском садике его укусил другой мальчик, было очень больно. При желании человек может вспомнить многие моменты своей жизни. Самые яркие её переживания мы можем вспомнить без особенных усилий, но порой память дарит нам подарки. Неожиданно подкидывает в наше сознание давно забытые приятные моменты. Это обычно бывает, когда человек оказывается в соответствующем этому воспоминания месте. Будь то старый родительский дом, детская площадка или просто фотографии в фотоальбоме. В этом плане фотоальбом можно сравнить с закладками времени. Ведь глядя на фото давно минувших дней, мы как будто подглядываем в прошлое. Картины и образы прошлого оживают. Глядя на фото, мы начинаем вспоминать, какие были тогда звуки, какие чувствовали запахи, какие мы в тот момент испытывали чувства, будь то радость или страдание. Если рассматривать память человека с этой стороны, то она более совершенна. Вот и отец того маленького мальчика с самого детства учил его помнить все хорошее, все доброе, справедливое и светлое, что происходит с ним в жизни. А мальчик в тот момент понял одну простую истину, а что именно в тот момент он уяснил и будет этот рассказ.

Глава 1

Часть 1

– Что лучше, когда ты нравишься или, когда нравятся тебе?

– Хмм… лучше, чтобы нравился ты кому-то, ведь тогда тебе будут стараться угодить или купят что-нибудь вкусненькое.

– Не-а, ты что, вот вчера в садике за мной такая некрасивая девочка бегала. Фу, такой нравится.

– Ну а если бы тебе понравится девочка, будешь за ней бегать и даже дашь поиграть ей свою самую любимую машинку, то что будет тогда?

– Ты что, дурачок, что ли, чтоб я свою любимую машинку дал девочке поиграть, да машинка намного лучше и тем более… В этот момент диалог двух шестилетних мальчишек был прерван воспитателем тем, что в тихий час воспитатель зашла в комнату, где все дети должны были спать, поэтому мальчуганы быстро легли и, укрывшись одеялами, притворились спящими. Спустя пару минут раздался шепоток.

– Петь… Петяяя…

– Да тише ты, услышит…

– А мне ты дашь поиграть свою машинку?

– Димон, тебе, конечно, дам, если ты мне взамен свою ракету дашь, а то я тоже хочу в космонавта поиграть.

– Тогда после тихого часа в песочнице. Раз ты мне дашь свою игрушку, то и я поделюсь своей.

Сидящая у входа в комнату воспитатель, услышав было диалог двух детсадников, поначалу возмутилась непослушанием. Но потом, когда поняла, что в этот момент дети смогли преодолеть свой эгоизм, и чувство собственности победило жадность, решила не прерывать процесс становления личности двух маленьких человечков.

После тихого часа детям не удалось сразу попасть в песочницу. Вместо этого их повели куда-то в другую сторону, где Дима встретил свою маму. Мы оказались в очереди, в конце которой была большая мягкая игрушка. Все по порядку вставали к ней со своей мамой или своим папой, и фотограф делал снимок. Пришел и их черед. В тот момент Дима думал, что это ужасно скучное и не нужное занятие. Зачем вообще нужны эти фотографии, ведь лучше поиграть в песочнице, но мама улыбалась, а значит так надо. Фотограф закончил свою работу, дети убежали играть на детскую площадку. Мама стояла и с лёгкой полуулыбкой смотрела на своего беззаботного и жизнерадостного мальчика. Вспомнила и свое детство. И только маленькая едва заметная слезинка могла бы напомнить окружающим, что эти воспоминания для неё безумно дороги. Но в те времена не было фотоаппарата, чтобы запечатлеть момент жизни и хотя-бы иногда погружаться в давно ушедшее детство.

– С моей ракетой мне интереснее играть.

– А мне с машинкой всё-таки больше нравится. После этих слов мальчики обменялись игрушками обратно. Смех, радость и веселье царили на детской площадке. Что может быть дороже для матери, дети которой наполнены счастьем.

Спустя пару часов мамы и их дети отправились домой. Это был их последний день в детском саду.

На выходных вся семья из трех человек отправилась за город на рыбалку. На дворе стояла осень. Жарких деньков давно не было. По утрам было особенно холодно, вся округа покрывалась инеем. Деревья лишались своих последних листиков, а при дыхании выходил пар. Именно он и развлекал Диму, когда тот на заре сидел, затаившись в кустах возле речки, с удочкой и наблюдал за поплавком. В полуметре от него рыбачил его друг Петя, который тоже ежился от утренней осенней прохлады. Они выехали в эту рань, потому что папа сказал, что рыба лучше клюёт рано утром, а на вопрос Димы: почему ей не спится в такую рань? Папа ответил, что рыбы хладнокровные, а днем начинает печь солнышко, им жарко. Интересно, что бы это значило. Мальчик смотрел на поплавок внимательно, как и говорил папа, но глаза постоянно закрывались, ведь сидеть на одном месте, ещё и не шуметь, это та ещё задача для такого непоседы как он. Хорошо хоть Петя рядом, и ему было не так скучно. Вдруг по воде пошли круги, мальчик посмотрел на поплавок, тот покачивался и вдруг полностью погрузился под воду. Папа говорил в этот момент: «Рыбу надо подсекать, а потом вытягивать удочку». Вытягивать удочку это понятно, но вот как подсекать, этого он так и не понял. Поплавок тем временем продолжал дёргаться, говоря о том, что рыбка – вот- вот сорвётся. Времени на раздумье не было, и мальчик дёрнул удочку вверх. На конце лески в первых лучах солнца блестела небольшая рыбка. Качнулась в сторону берега, мальчик схватил её и сорвал с крючка, но она оказалась скользкая, выпала из рук и упала обратно в воду. Мальчик, поймав рыбку руками и тут же упустив, попытался её вернуть. Не раздумывая о последствиях, нырнул за ней в воду, но она быстро уплыла. Тут он понял, что вода холодная. Он был недалеко от берега и выбрался наружу. Было ужасно обидно. Тут прибежал папа выяснять, что случилось. Узнав о подвиге ребёнка, он принялся разводить костёр. Спустя несколько минут все грелись у костра. Дима был почти голый, так как его вещи сушились рядом на ветках, а папа с мамой весело смеялись над смешной ситуацией и говорили, как мне могла прийти в голову идея, прыгнуть за рыбкой в воду. Вспоминая тот случай, я понял, как трудно может быть вернуть то, что не смог удержать. Узнав о том случае, наша бабушка немного поругалась, но больше на папу с мамой, а не на меня.

Шло время, багаж моих приключений постоянно пополнялся различными сумасшедшими, забавным и опасными ситуациями. То голой рукой схвачусь за электрообогреватель, потому что он красиво светится, то во время путешествий заберусь на Египетскую пирамиду или искупаюсь в речке, где прятались крокодилы, то банально в лесу потеряюсь. Натерпелись мои родители, зато был получен самый драгоценный, не чужой, а именно свой опыт.

Один из таких случаев сильно изменил мою жизнь. В то время я учился в медицинском университете. Однажды меня отправили на стажировку в одну из городских больниц. Там была одна пациентка. После несчастного случая она впала в кому. Её мама часто приходила к ней, пыталась разговаривать, рассказывала новости. Приносила горы фото альбомов, глядя на которые рассказывала своей дочери, какая она у нее красивая и умная девочка и что она обязательно поправится. У её встреч с дочерью всегда был один финал. Мама, полистав все фотоальбомы, смотрела на фотографию, сделанную последней в жизни её дочери, за день до того несчастного случая. Глядела на неё и плакала. Видя это, моё сердце обливалось кровью, мне было искренне жаль эту семью. Я хотел как-то помочь. Посвятил месяцы изучению этого вопроса, но вся современная медицина не в состоянии разобраться, что такое кома. Какие процессы в ней происходят на самом деле с сознанием человека. Ведь тело живо, но сознание спит. В такие моменты начинаешь верить, что, даже если физическое тело здорове, есть что-то большее, то, что не в состоянии вылечить, воздействуя лишь на физическое тело человека. Однажды я набрался смелости и зашёл к ней в палату, хотя этого не было в задании моей стажировки. Увидел лежащую рядом фотографию, что вся была залита слезами матери. Девушка на ней была очень красива. То, что сейчас лежало на больничной койке, было жалкой тенью её простой фотографии. В этот момент я ощутил боль матери, понял, что она чувствует, как рвётся её сердце. Желая всей своей душой и телом хоть как-то помочь девушке, я сидел с ней все свое свободное время. Всё фотографии, оставленные там её матерью были давно изучены. Спустя три месяца моя стажировка подошла к концу, я зашёл к ней в палату попрощаться. Дотронулся до её последней фотографии и тихо-тихо сказал или подумал, что сказал это печальное слово:

– Прощай…

Собрался с силами, начал выходить из больничной палаты и на грани слышимости или

просто своих мыслей услышал:

– Помни меня…

Не задумываясь о том, что мне что-то послышалось, вышел из палаты, так как никогда не любил затягивать расставания, начал закрывать входную дверь и наконец осознал, что услышал речь девушки, что лежит в коме. От этой мысли по всему телу прошла дрожь. С мыслями что она очнулась, вбегаю обратно в больничную палату, смотрю на девушку в надежде, что она скажет ещё что-нибудь или хоть как-то подаст знак, что она тут…

Ничего, послышалось, а ведь слышал вроде, да нет, я правда слышал… Или все же показалось. В ответ лишь мысленно сказал, чтоб просто быть вежливым, пусть просто с предрассудком, пусть просто с тем, что показалось что-то, я отвечаю своим мыслям:

– Не забуду…

Тишина, молчанье, ровные ритмичные, убаюкивающие и такие безнадежные, редкие сигналы медицинской аппаратуры, лишь в ответ мне говорили, что тут не мебель, ни макет, а человек, ещё живой, что есть надежда, пусть даже небольшая. Ответа нет, но ноги не идут к выходу. Коснулся пальцами руки той самой фото, что море чувств во мне будила, что в сердце я свое впустил. Как вдруг на грани восприятия ответом был мне тихий женский вздох. Я понял, то была не девушка, что в коме, я с памятью её знаком теперь. А после вздоха такой фонтан эмоций, что в памяти моей возник, иль не моей:

– Ну наконец-то, кто-то любит помнить, хоть кто-то ценит память и не заполнил сердце болью и тоской, кто не наполнил всю меня одним переживанием, а видит то, что видят не глазами, только сердцем и душой.

От этих слов, что память той девчонки мне сказала, в груди был взрыв, подобен грому, а в сердце поселилась теплота и нежность.

Труднопередать словами тот миг, когда к человеку приходит озарение. Некоторые люди называют этот миг просветлением. Когда привычная картина мира меняется, твоя жизнь наполняется новыми красками, открывается смысл того, для чего ты здесь нужен, к чему пришёл, что должен делать. Так цель находит человек.

– Чего застыл, смешной какой-то, да тут я, прямо в фото.

– Ты, девушка, что в мире грёз?

– Нет, что ты, я лишь отражение, быть точным, память я, накопленная ей.

– Ты память? Но как тебя я слышу? Быть может, я сошёл с ума?

– Нет, что ты, просто твоя память с тобою так щедра сегодня, что из сострадания позволяет мне с тобой поговорить.

– Приятно познакомиться, я память, а та девушка, что там лежит, моя хозяйка, зовут нас Ласка.

– А как тебя зовут мне нашептала твоя память, не нужно представляться, я все про тебя знаю.

Такой короткий, но очень странный, в тот день у нас с ней вышел диалог.

Глава 2

Общаясь с памятью той девчонки, я узнал, что память живёт в фотографиях, которые самые ценные для человека, с которыми связано как можно больше хороших воспоминаний. Оказывается, памяти нравится хранить хорошие воспоминания, поэтому она просит всем передать о том, что нужно помнить добро. В жизни человека всякое бывает. Мир далеко не самое приветливое место. Люди не идеальны. Часто случаются обиды, эти вещи почему-то люди любят помнить намного ярче, чем хорошие воспоминания. От этого памяти всех людей живётся хуже. Как мне тогда показалось, память Ласки была наполнена добротой, отчего общаться с ней было одно удовольствие.

В тот день мы общались с ней долго. Она рассказала мне, сколько ярких и прекрасных моментов было в жизни Ласки. Сказала, что очень рада, что она память такого хорошего человека, не забыв при этом упрекнуть меня в том, что я совсем забыл о своей памяти, забыл все хорошее, что было со мной. Анализируя наш первый разговор, я пришёл к выводу, я и правда забыл обо всем. Все мысли были об учёбе, память забита экзаменами и зачётами. Всё личное время подрабатывал либо проводил с друзьями.

Пройдя взглядом по комнате своего общежития, наткнулся на фотографию. Ту самую, которую мне дала мать перед поступлением в медицинский университет. Разглядывал её, как будто это было пару дней назад. Мы с братом в детском саду сидим на коленях матери возле огромной, как мне казалось в тот момент, мягкой игрушки. Мама улыбается, а мы слегка недовольны происходящим. Прошло больше десяти лет. За это время не стало отца, я как раз заканчивал первый курс, редко бываю на его могиле. Редко звоню матери, а брата вообще забыл, когда последний раз слышал. Только сейчас понял, что память Ласки сделала мне замечание не без оснований. Я и правда забил на все тёплые воспоминания, забыл семью. Но почему моя память не говорила со мной, раз это возможно, почему не напомнила.

– Ты ведь знаешь, что мы живём в фотографиях самых дорогих воспоминаний и говорим с вами только когда вы вспоминаете о нас, держа это фото в руках.

– Наконец-то моя память со мной заговорила! Но почему у неё голос мамы…

– Потому что это самая дорогая фотография твоей мамы, я не твоя память, а её. Мама любит тебя, мой Димочка. Эти мысли она постоянно в меня посылает, а я храню их, ведь они для неё так дороги, она даже сейчас вспоминает о тебе, что не скажешь о тебе.

Слова памяти матери больно ударили по мне. Словно раскалённая игла погрузилась между рёбер в самое сердце. В этом момент ощущаешь себя бесчувственной скотиной. Как я мог не вспоминать о матери все это время. Не теряя больше ни секунды, я взял мобильный телефон. Набрал по памяти номер матери, хоть его и так помню и тут же осознал, что это заслуга не моя, а моей памяти, спасибо ей за это. Ведь помнить и вспоминать это – совершенно разные вещи. Так как память может лишь помнить, а вспоминать о матери обязан был я сам. Гудок, второй, третий… Ну же, возьми трубку, неужели что- то случилось! Та самая раскалённая игла погрузилась в меня ещё глубже. Начала нарастать паника. Наконец в телефоне раздался голос матери. Ну слава всем богам, успел.

– Привет мам, как ты там? Все нормально? Как здоровье? Выдал я вопросы на одном дыхании.

– Всё в порядке Дима, за меня не переживай, всегда рада твоему звонку, чего родной так долго не звонил? Случилось что? У вас там все нормально? – встревоженный вдруг голосом заговорила мать.

– Нет, что ты, мама. У нас тут все нормально, учусь, весь замотался. Ты прости, я не со зла, люблю тебя я очень и скучаю. Увидел фото, решил вот позвонить.

Мы говорили минут десять и почему я раньше и минуты не звонил, чего нам стоит, пара минут общения, и мама снова знает, что со мной. Повесил трубку с добрым сердцем, наполненным любовью матери, что не жалеет её для своих детей.

– Ты молодец, пополнил матери копилку добрым словом и вниманием своим. Благодаря звонку память мамы стала чище от мусора, от нервов и тоски.

– Спасибо, память мамы, что сказала, а как мне общаться с памятью своей? Хочу просить прощения у неё, хочу узнать подсказки и советы для себя. Пусть откроет мне глаза мои советом, подскажет глупому мне.

– Ты знаешь все условия для общения, но не уверена, что услышишь ты себя, познать себя намного вам труднее, боитесь вы, взглянуть правде в глаза.

На этом наш диалог с памятью мамы был закончен. Сказать, что я был рад общению, это не сказать ничего. Мне понравилось общаться с памятью второй раз в жизни. Они и правда открывают глаза на некоторые грани нашей жизни. Пора готовиться к экзаменам, завтра начинается сессия. Память, прости меня, но этим вечером, да и ночью я обязан затолкать в тебя учебный материал за весь год. Сидя за столом, закинув ноги на который, несколько часов впитывал учебный материал. Дело продвигалось достаточно быстро, так как занятия я не пропускал. Оставалось лишь освежить свою память, чем я и занимался без особого энтузиазма.

Постепенно мои мысли возвращались к девушке, что встретил на стажировке или к её памяти. Интересно, её мать все так же часто навещает её. Надо бы выделить время после экзамена и навестить спящую красавицу.

Ближе к утру я наконец был удовлетворён своей подготовкой к экзамену, позволив себе поспать несколько часов. Проснувшись, быстро привел себя в порядок, собрался и пошёл на экзамен. Студенты всегда спорили. Лучше заходить вначале или в конце. Одно из мнений о том, что быстро отмучился и свободен. Второе о том, что экзаменатор в конце экзамена устает, понижает бдительность, больше времени на подготовку к ответу. Как по мне, лучше идти в середине.

Настала моя очередь. Непринуждённо зайдя в экзаменационную аудиторию, выбрал себе билет, традиционно тянул левой рукой, хотя сам я правша. Однажды кто- то сказал мне, что тянуть билет и пить алкоголь лучше лёгкой рукой, легче будет. Так и осталась у меня эта привычка. Вопросом билета была как ни странно кома, степени тяжести, способы вывода из неё человека, курс по восстановлению и реабилитации. Надо ли говорить, что в попытках помочь той девушке в больнице, я перелопатил всю доступную литературу. Ответив без подготовки на отлично, я направился на выход из аудитории поблагодарить её за случайно оказанную мне на экзамене помощь. Ведь именно благодаря ей я досконально изучил данный вопрос.

Сразу осуществить задуманное не удалось, так как преподаватель после экзамена будет подводить итоги. Настроение было хорошее, мысли о грустном как-то сразу испортились, а после мы всей группой отправились отмечать удачную сдачу экзамена в ближайшее кафе. Я не часто посещал такие мероприятия, но был хороший повод развеяться, поэтому и позволил себе немного алкоголя. Время летело быстро, разговаривали о том, кто где хочет работать. Некоторые хотели поехать работать в столицу, некоторых хотели стать военными врачами. Куда пойти работать мне, этот вопрос я много раз задавал сам себе. Хотелось приносить настоящую пользу людям, не просиживать штаны в кабинетах.

Первое, что я решил сделать, это набраться как можно больше опыта во время интернатуры. Лучший опыт там, где горячо, где много больных и много работы. Кто-то выкрикнул тост: «За молодых врачей!»

– За врачей!! Поддержали его все дружно. Чистый звон бокалов и родные лица. Врачи все наливали, чтобы веселиться.

Глава 3

– Извини, что давно не заглядывал, – сказал я, закрывая за собою дверь и заходя в больничную палату.

Её волосы, такие красивые и полные сил, развевались по подушке и казались такими живыми. Это придавало сильный контраст, глядя на их практически безжизненную хозяйку. Точечная, хрупкая фигура, болезненно худое лицо, тонкие руки, костлявые пальцы… И только ритмичное пиканье подключённых приборов говорило о том, что лежащая на этой кровати девушка все ещё жива. С того момента, как её первый раз увидел, прошло больше года, а с того момента, как она тут оказалась, уже более трех лет. Ошибка водителя, и то, что она в момент дорожно-транспортного происшествия переходила пешеходный переход, разговаривая по мобильному телефону, привели к неизбежны, трагическим последствиям. Глядя на фотографии, с трудом удаётся разглядеть этого светящегося жизнью, жизнерадостного человека. Осталось только надломленное, измученное приборами жизнеобеспечения тело с малейшим намёком на сознание. Но волосы… Раньше я не обращал на них внимание. Так почему же сегодня они притягивают мой взор. Возможно ей становится лучше… От этой мысли сердце стало безжалостно колотиться, ведь волосы и правда выглядят как на фотографии, живые и полные сил.

Вышел из палаты, пошёл быстрым шагом, срывающимся на бег, к дежурному врачу. В голове только один вопрос…

– Здравствуйте, – сказал я, глядя на неё полными надежды глазами. Елена Александровна, так было написано на её беджике.

– Состояние девушки в коме, что лежит тут несколько лет, не изменилось? Как она? – Выпалил я на одном дыхании.

На что получил обрекающий на неудачу всех моих надежд взгляд, разбивающий все МОИ хрустальные мечты о чугунное ого-го реальности.

– В её состоянии уже давно не было изменений. Всё стабильно. Как растение, что просто живёт, как камень, что лежит, как луна, что просто светит так безмолвно и одиноко. Наверно, она чувствует себя примерно так же. Просто есть, её тело существует, но души в нем не осталось. Голос медика звучал как приговор. Смысл её слов от меня улетал, я не хотел их воспринимать и не стал.

Направился обратно к ней, к моей Луне, к моей Ласке. Заходя в Палату, посмотрел на неё. Мой безжизненный, но самый дорогой цветок, такой тоненький, хрупенький, как будто растущий в пустыне, умирающий от жары и жажды, но все ещё живой. Коснулся её руки, теплая. Газа закрыты, а ведь я ни разу не видел их в живую, я все ещё не видел твоих глаз. Должно быть, они красивые. Посмотрел на фотографию. Большие, яркие, светло-карие. Такие живые и сильные. Улыбка, что способна растопить лёд в сердце самого чопорного и грубого человека. Красивая

спортивная фигура, что желает заполучить каждый здоровый мужчина. Мысли о ней сбивали здравый смысл в моей голове, и наконец я вновь услышал её голос, которым говорила её память.

– Ты бы ей понравился…

– Спасибо за комплимент, – ответил я с лёгкой полуулыбкой и задал так волнующий меня вопрос:

– Как она? Ей лучше?

Ответ был сух и полон грусти:

– Новых воспоминаний мене не поступало, извини.

Да, диалог не получился, ну что ж бывает. И больше в этот день не слышал я голоса её. Сидел так ещё пару часов. Поправив простынь, что её укрывала, я вышел из палаты. Быть может, завтра будет лучше. Я надеюсь.

Обучение в интернатуре продолжалось. С того момента, что я наконец после шести лет учёбы в медицинском стал врачом, прошло ещё полгода. Почти каждый день я навещал свою Луну. Как ни странно, ей подходило это прозвище. Ведь время для её посещения у меня было только тогда, когда солнце уже садилось. Она для меня словно луна, вроде рядом, но все так же далека, всё так же молчалива, моя Ласка. Сам не заметил тот момент, когда её мать перестала навещать ее, может, что случилось. Мне не важно это. Теперь я и вправду считал её своей. Только своей. Проходят дни, я весь в учёбе. Нашему миру нужны хорошие