Семь поцелуев для недотроги

Она со звоном упала на пол, а травы оказались на бордовой дорожке.

— Я… я…я, пожалуй, завтра зайду, — протараторила заикаясь. — До завтра.

— А ну, стоять, — мужская рука обхватила меня за талию, и моя спина стремительно врезалась в мужскую грудь. — Я не кусаюсь, Ивлин… — горячее дыхание обожгло мою щеку. — И не питаюсь невинными девицами, — Оттар шумно втянул воздух и тяжело вздохнул. — Но если ты не усмиришь свои благородные ночные визиты, то, вероятно, скоро начну…

Я нервно сглотнула, почувствовав, как его рука прошлась по моему животу, спускаясь ниже и обжигая прикосновением через ткань платья… Внутри всколыхнулись странные ощущения… Новые. Абсолютно для меня незнакомые.

— А где Асвальд? Он разве не охраняет свою невесту?

— Он сказал, что ему надо проверить какую-то информацию, — голос мой дрогнул. — Но не сказал какую.

Мне казалось, что сейчас пылает не только мое лицо, но и все тело… Странный жар разгорался внутри. Я понимала, что меня прижимает к себе голый мужчина, в дом которого я сама заявилась ночью, и мне нужно было бы бежать, но меня словно парализовало… Все чувства обострились. Мне казалось, что я слышу каждый удар своего сердца.

— Асвальд оставил тебя и Бо одних? — в голосе Тара слышалось недовольство.

— В доме законники. Они знают, что я здесь. И Асвальда я предупредила, что навещу тебя.

Я закусила губу, надеясь, что Тар поверит в мою ложь. И уж точно не станет потом уточнять у Асвальда, почему он меня отпустил… Да уж… С такими темпами я скоро стану лучшей лгуньей в Алеане. То одного брата за нос вожу, то второго.

Мои волосы на затылке зашевелились от тяжёлого вздоха Оттара. Он издал смешок и резко отстранился.

И я на миг ощутила какое-то необъяснимое чувство неудовлетворенности.

— Что ж… Раз ты пришла, тогда убеждайся, Ивлин Мортис, — протянул насмешливо Тар. — Но для начала хотя бы повернись.

— Оденься, пожалуйста…

— Я пошутил, Ивлин. Я одет. Можешь поворачиваться.

Пошутил?! Он издевается?! Да чтобы я ещё раз пришла ему помочь?! Никогда!

Собрав всю силу воли в кулак и набрав побольше воздуха в легкие, я все же повернулась и взглянула на этого невыносимого шутника. И моя внезапно вспыхнувшая злость вновь сменилась смущением.

Одет? Да он же полуголый!

Пояс темно-синего халата был повязан небрежно, открывая взгляду голую грудь, украшенную татуировкой… Влажные темные волосы были в полном беспорядке, и пресловутая серьга в свете лампы бросалась в глаза ещё больше.

Но одно оставалось неизменным. Белоснежная и наглая улыбка Оттара и насмешливый взгляд его серых глаз.

— Я здоров. Моя магия вполне справилась с исцелением. Халат снимать надо, чтобы ты убедилась? Или на слово поверишь?

— Не надо, — я опустила голову вниз и с удивлением посмотрела себе под ноги.

Маленький рыжий котенок возился возле моей юбки, тихо мяукая, и пытался обратить на себя внимание.

— Котенок… — мое лицо озарила улыбка, и я тут же взяла на руки мокрого рыжика.

Судя по всему, малыш тоже только что принимал ванну.

— Ну, я же сказал, что не один… — пожал плечами Оттар.

— Это твой? А как его зовут? А он кушал?

Темные брови Тара поползли вверх, а улыбка на лице стала шире.

— Так ты о ком заботиться пришла, Ивлин Мортис?

— Уже не знаю. Но этот пушистик определенно мне нравится…

— Ну, конечно… Ему же проще залезть к тебе под юбку.

Почему-то сейчас шутки Оттара уже не так пугали, как его близость и мои собственные странные чувства.

Тар жестом пригласил меня присесть в кресло, а сам по-хозяйски улегся на постель, вытянув ноги.

— А ты придумал ему имя? — спросила, присаживаясь.

— Нет ещё…

— У меня в детстве тоже был рыжий котенок. Его звали Эльтазар, — глядя на мурлыкающее чудо, произнесла я. — Правда, когда мы переехали, он остался у дедушки.

— А почему вы переехали?

— Мама с дедушкой сильно поругались, и она забрала меня и уехала из Алеана. Мне тогда было шесть.

— А отец?

— Он умер, когда мне было два года.

Я подняла голову, снова взглянув на Тара. Он смотрел на меня как-то задумчиво и серьезно.

— Ивлин, что ты знаешь об артефакте иллюзии? — спросил он внезапно. — В вашей секте случайно нет таких?

— Это не секта, Оттар… В «Наследии Лиат» нет настоящих артефактов. Я же тебе говорила.

— Хм… — протянул он задумчиво и поднялся с постели.

Тар молча подошёл к шкафу с одеждой и достал оттуда маленький железный предмет.

— Откуда он у тебя? — спросила, жадно изучая глазами магический атрибут.

— Его использовал Тень. Он выбросил артефакт перед тем, как скрылся.

— Можно взглянуть поближе?

Тар в два шага оказался возле меня и положил на мою раскрытую ладонь небольшой прямоугольный предмет со скошенными верхними углами.

Я поднялась из кресла и подошла ближе к светильнику, чтобы как можно лучше рассмотреть находку.

— Артефакт иллюзии. Это весьма редкий артефакт. Использовать его могут только маги и законники. Достаточно одного прикосновения к человеку, чтобы можно было принять его облик. Значит, Тень подбирался к жертвам так?

— Да.

— Но зачем же он выбросил его?

Я подняла голову и уперлась взглядом в голую мужскую грудь. Тар подобрался ближе и уже практически нависал надо мной. Но вот разглядывал он не артефакт, а меня.

Я пыталась не подавать вида, что меня волнует его близость, и всячески старалась показать заинтересованность только к магическому атрибуту… Но я чувствовала на себе пристальный взгляд серых глаз, и это лишало душевного спокойствия.

— Я думаю, он поменял правила игры, — ответил Тар, и его взгляд остановился на моих губах. — Его иллюзии раскусили. Ведь мы поняли, что он использует чужой облик, чтобы подобраться к жертвам.

— И что делать? — спросила я и нервно сглотнула.

Мне казалось, что медленно надвигается беда…

— Иди домой.

— Что?

— Иди домой, Ивлин.

— Но я думала поговорить о деле и…

Я замолчала, потому что в потемневших глазах Тара появился опасный блеск. И стоило ему снова наклониться в мою сторону, как я отступила назад.

— Да… Ты прав. Мне пора, — произнесла испуганно и протянула ему артефакт.

— Хотя нет. К черту Асвальда. Оставайся, — его рука стремительно сомкнулась на моем запястье, и он притянул меня к своей груди. — Займёмся делом.

Я не успела ничего возразить, потому что Тар лишил меня этой возможности, поцеловав.