Смерть в стиле аниме

– Когда это я тебя не слушался! – удивился Филипп и снова повернулся к Тине. – На опушку пойдём, да? Бабушка сказала, чтобы я тебя туда отвёл.

– Если ты не возражаешь, – улыбнулась Тина.

– Я не возражаю!

– Филипп! До опушки и сразу назад! – распорядилась Антонина Ивановна. – И телефон не забудь!

Она изо всех сил старалась казаться строгой, но внук её не боялся. Он чмокнул бабулю в щёку и потянул Тину к калитке.

– Что за проблемы у тебя с русским? – удивилась она. – Неужели школьных уроков не хватает?

Мальчик на тупого не походил.

– Я не изучаю в школе русский язык. – Филипп насупился.

– Как это? – опешила Тина.

– Так… – Он недовольно поморщился. – В Норвегии учусь. В Россию только на каникулы приезжаю.

– У тебя родители там работают?

– У меня родители там живут. Мой папа норвежец.

Теперь Тина мучения мамы понимала. Подобрать подарок женщине, у которой дочь живёт в Европе, проблематично.

– Я в Норвегии норвежец, а в России русский. Хорошо говорю по-русски?

– Отлично! – похвалила Тина. – Я даже не догадалась, что ты иностранец.

– Я не иностранец! В России я русский! Пишу вот только неграмотно… Но стараюсь. Я научусь!

Солнце светило ярко, грело. Одуванчики уже побелели, лежали на траве рваными неровными кляксами.

Дорожка вела вдоль полей, иногда подходила к лесу, иногда отступала. Из травы доносилось тихое жужжание.

– Здесь! – Филипп, оглядевшись, резко остановился.

И поле сбоку, и подступающий лес тянулись уже метров двести и уходили вдаль, насколько хватало глаз.

– Здесь, точно! Видишь, дорожка делится? Запомни, дорожка делится около сосны и берёзы.

Сосна, на которую показал Филипп, была красивая, с ровным прямым стволом. Тонкая берёзка рядом с ней казалась хилой, хотя на самом деле хилой не была, шелестела здоровыми молодыми листьями.

– Машину нашли здесь. – Филипп подошёл к кустам орешника. – Участковый считает, что машину специально отогнали, твоя сестра сама вряд ли сюда приехала. В лесу тогда ни ягод, ни грибов ещё не было. Ты долго здесь пробудешь?

– Как получится.

Недавно обычная лунная ночь казалась Тине зловещей, а теперь ей хотелось спрятаться от чудесного солнечного дня.

Весёлое солнце мешало думать.

– Если грибы пойдут, сходишь со мной? А то бабушке тяжело.

– Схожу.

– Ты умеешь съедобные грибы от поганок отличать?

– Умею.

– Если будешь сомневаться, я тебе подскажу.

Вряд ли она пробудет здесь до появления грибов.

Иру искали долго и тщательно. Профессионалы искали. Участковый, которому верит Антонина Ивановна. То, что не удалось профессионалам, едва ли удастся ей.

– Поставь точку!

– Что? – не поняла Тина.

– Открой карту! – терпеливо объяснил Филипп. – И отметь место. Вдруг я не смогу отвести, когда тебе снова сюда захочется!

Мальчишка был забавный, наивный и добрый.

Тина послушно достала телефон, отметила на карте своё местонахождение.

– Пойдём домой! – Она, не зайдя в лес, медленно пошла назад.

Возвращаться сюда не имело смысла – едва ли ей удастся найти улику, которую не заметили профессионалы пять лет назад, – но она знала, что вернётся.

Передавая ребёнка, Тина попросила телефон журналиста, наведывавшегося накануне к Антонине Ивановне.

Женщина продиктовала номер и предостерегла:

– Ты с ним поосторожнее, Тина! Сейчас столько мошенников!

Антонина Ивановна Тине сочувствовала, смотрела с жалостью. Но советовать не ворошить прошлое не стала.

Хорошо, что не стала. Советы не ворошить прошлое напоминали о Борисе, а вспоминать Бориса до сих пор было больно.

Простившись с бабушкой и внуком и выйдя за калитку, Тина набрала номер журналиста.

Где-то рядом запел соловей. Она замедлила шаги, прислушиваясь к тихому щёлканью.

Гудки в трубке прервались. Мужской голос неприязненно произнёс ей в ухо:

– Да! Слушаю!

Наверное, не только Антонина Ивановна, но и он тоже опасался мошенников – на звонки с незнакомых номеров отвечал неохотно.

Фёдор понимал, что ехать сюда бессмысленно. Если убийцу не нашли пять лет назад, сейчас тем более найти невозможно. Не то чтобы ему непременно хотелось понять, кто и за что убил Милену, – ему хотелось просто поставить точку в той безумной истории и жить дальше.

Чтобы поставить точку, имя убийцы хорошо бы знать. Неопределённость поставить точку мешала.

Он редко вспоминал то время, когда любил Милену. Всё было перекрыто их последней встречей, не давало пробиться добрым воспоминаниям.

Гораздо лучше он помнил время, когда жену ненавидел.

Ненавидел, хотя она уже была мертва.

Гостиничный номер был неплохой, не хуже заграничных, а заграничных номеров Фёдор повидал немало. Правда, на шикарные отели его командировочных не хватало, приходилось останавливаться в средненьких.

Звонок раздался, когда он, лёжа на брошенном на постель покрывале, решал, задержаться ли в городе ещё на несколько дней или уехать прямо сейчас.

Ничего из его поездки не вышло и не выйдет, он только зря тратит время.

Правда, убивать время где-то в другом месте едва ли будет веселее. Отдых у тёплого моря обычно надоедал ему за пару дней. Плавать он любил, но не настолько, чтобы ради этого торчать целыми днями на пляже. Если бы не Милена, он через пару дней сбегал бы от любого моря.

Звонки не прекращались. Фёдор нашарил на тумбочке телефон, поднёс к уху.

– Извините, ваш номер мне дала Антонина Ивановна, – зачастил женский голос. – Меня зовут Тина Аксакова, я бы хотела с вами поговорить.

– О чём? – перебил он.

– Моя сестра пропала в этом городе пять лет назад. Антонина Ивановна сказала, что вы расспрашивали её об убийстве, которое произошло тогда же. Вы ведёте журналистское расследование?

– Да, – соврал он.

– Можно мне с вами поговорить?

– Вы уже разговариваете! – поморщился Фёдор.

Женщина растерялась, не ответила.

«Чёрт с ней, – решил он. – Встречусь. Всё равно заняться нечем».

– Вы где находитесь?

– Около дома Антонины Ивановны, – послушно отчиталась она.

– Идите в сторону центра, никуда не сворачивайте. Справа увидите трёхэтажный отель. Внизу ресторан. Идти примерно километр. Можно подъехать на автобусе, но он ходит редко. Я буду вас ждать в ресторане через полчаса. Годится?

– Годится.

Она начала говорить что-то ещё, но он не стал слушать, сбросил вызов.

Спустился он раньше. Посетителей в ресторане ещё не было, он сел у окна, заказал кофе.

Она вошла ровно в назначенное время.

Вряд ли это была другая женщина. Она завертела головой и нерешительно направилась к его столику.

Он не ожидал, что она окажется такой молодой.

Только детского сада ему не хватало.

Фёдор приподнялся, помахал рукой.

– Меня зовут Тина. – Она села напротив.

– Я запомнил.

Проходившая мимо официантка вопросительно на него посмотрела.

– Два сока, – попросил Фёдор. – Вишнёвых. – И на всякий случай спросил у девчонки: – Что-нибудь ещё хотите?

Как он и ожидал, она отказалась.

– Вы ведёте журналистское расследование?

– Можно и так сказать, – кивнул он.

Девчонка ему не нравилась.

Она хорошо бы смотрелась в аудитории какого-нибудь престижного университета, а не в захолустном городке. Сюда такие попадают только забавы ради. Девочке захотелось развлечься.

Но главное даже не это – девочка лгала.

– У пропавшей пять лет назад девушки не было сестёр, – вздохнул он.

Он мало интересовался расследованием преступлений пятилетней давности, для себя он успел похоронить Милену, когда она ещё была жива. Но главное знал.

– Была! – Тина, или как её там, не смутилась. – Я! Я двоюродная сестра Ирины.

Про двоюродных Фёдор информации не имел.

Полгода назад ему позвонил здешний участковый, спросил, не будет ли Фёдор возражать, если ему напишет мать пропавшей девушки. Фёдор не возражал. Женщина написала, он ей не ответил.

Оба преступления полиция связывала, а он тогда не желал даже слышать о Милене.

Он и сейчас этого не желал, но точку пора было поставить.

Официантка принесла два стакана сока, отошла.

– Почему вы не хотите со мной разговаривать?

– Разве я не разговариваю? – вяло возразил Фёдор и усмехнулся. – Прошло пять лет, и сестра вспомнила о пропавшей родственнице! Лучше поздно, чем никогда?

– Так получилось.

Она слегка покраснела. То ли он её обидел, то ли разозлил.

Оправдываться она не стала. Посидела молча, поняла, что беседовать с ней никакого желания у Фёдора нет, позвала глазами официантку, расплатилась, сказала «до свидания» и, не оглянувшись, пошла к двери.

Походка у неё была красивая, лёгкая.

Нагулявшийся Стас заснул быстро, Степан успел прочитать сыну только полстраницы любимой сказки.

Степан тихо закрыл дверь в детскую. Снизу слышались негромкие голоса. Он спустился в гостиную.

– Привет! – кивнул ему Надин брат.

– Привет, Антон! – откликнулся Степан.

Шурин жил в десяти минутах езды, но виделись они нечасто. Не потому, что им не о чем было поговорить, скорее, работа оставляла мало свободного времени. Когда-то они с Антоном встречались почти каждую неделю, пили пиво, ходили в лес за грибами. Лес Антон знал отлично, ещё подростком ходил с отцом на охоту. Рассказывал Степану, как ночевал в сторожке лесника.

Охота Степана не привлекала, а на рыбалку с приятелем он иногда ездил. Правда, удить рыбу для обоих страстным желанием не было, и поездки оборачивались обычным пикником. Впрочем, это было совсем давно, ещё до женитьбы.

– Я собирался тебе позвонить. – Степан взялся на спинку кресла, на котором сидела жена. – Хочется обсудить кое-что.

На самом деле до конца Степан не был уверен, что хочет ворошить прошлое. Не увидел бы сейчас шурина, скорее всего, и не решился бы.

Уроки из прошлого он извлёк, а всё остальное не так уж важно.

– Обсуждай! – весело кивнул Антон.

– Пойдём покурим! – Степан вышел на веранду, закурил, спустился в сад, подальше от жены. Шурин послушно топтался рядом.

Антон уже давно не курил, он тщательно следил за здоровьем. По утрам бегал в парке, здороваясь с горожанами и гордясь собственной демократичностью, пару раз в неделю занимался в спортзале. Занятия свои плоды приносили, фигура у шурина была отличная.

Вообще-то, это Степан должен был топтаться около шурина, Антон уже пять лет являлся мэром их полузабытого богом города.

– Ты знаешь, кто нас с тобой тогда подставил? – Степан затянулся.

Красивое лицо шурина напряглось. Вопросов он не задал, сразу понял, о чём речь.

Их обоих пять лет назад спасла случайность.

Случайность вышла анекдотическая. Только ничего более мерзкого в жизни Степана не было.

Он целовал Милену, чувствовал под рукой гладкую тёплую кожу и не услышал стука двери.

Милена отшатнулась, почему-то открыла рот, и он только тогда увидел мужчину, открывшего дверь в спальню.

В руках у мужчины был мотоциклетный шлем.

Всё это продолжалось всего несколько секунд. Дверь хлопнула, и мужчина исчез.

Милена молча накинула халат, заходила по спальне, обнимая себя за плечи.

– Мы поженимся! – Степан быстро оделся. – Всё будет нормально. Рано или поздно это должно было случиться. Это был муж?

Милена молча кивнула.

Надо было её обнять, но он продолжал стоять около кровати. Ему повезло, зазвонил телефон, и разъярённый начальник одного из цехов, матерясь, закричал, что станки до сих пор не привезли, а поставщик утверждает, что аванс ему на счёт не приходил.

– Я сейчас приеду! – оборвал Степан непечатную речь.

Он тогда обрадовался, что может немедленно исчезнуть из Милениной спальни. Ему казалось, что он не только снова обнять её не сможет в этой спальне, но даже снова зайти туда ему будет противно.

Она не стала его удерживать. Молча проводила до входной двери и заперла дверь на все замки.

Больше он Милену не видел.

– Знал бы, от тебя бы скрывать не стал, – зло усмехнулся Антон.

– И не пытался узнать?

– Пытался! – Антон смотрел мимо Степана.

С садом работал хороший флорист, на первый взгляд беспорядочно посаженные цветы образовывали красивые клумбы. Надя умеет подбирать работников. Завод на облагораживание территории деньги выделял, но заводские клумбы стойко напоминали Степану кладбище.

– Антон, ты кому-нибудь из ментов рассказывал, что произошло с твоим фондом? – Степан вернулся к веранде, бросил окурок в стоявшую около крыльца мраморную урну.

Мрамор был искусственный, но очень походил на натуральный. Степан обошёлся бы чем-нибудь попроще, но жене урны нравились.

– Я пока ещё не спятил! С какой стати! – Разговор Антона разозлил. – Слава богу, мы вовремя тогда успели всё исправить.

Они оба понимали, что убийство заводского бухгалтера наверняка связано с аферой, в которой Милена была задействована.

Не рассказав об афере полиции, они убийцу покрывали.

То есть Степан покрывал. Антона по делу об убийстве никто не допрашивал.

– С чего ты вдруг прошлое вспомнил? – Шурин продолжал злиться.

– Чёрт его знает, – вздохнул Степан. – Обедать останешься?

– Нет! – Антон потряс головой, крикнул сестре: – Надь, я поехал!

Ждать, когда она выглянет, он не стал, двинулся к машине, но внезапно остановился.

– Не лезь ты в это дело! – тихо предостерёг он Степана. – Это и тогда было опасно, и сейчас.

Надя вышла на веранду прежде, чем брат выехал за ворота, успела помахать ему рукой.