Возвращение блудного Абсолюта, или Времяцентризм
- -
- 100%
- +
Предисловие. Время – в центр мироздания
По моему мнению, наша современная картина физической реальности, особенно в том, что касается природы времени, чревата сильнейшим потрясением, ещё более сильным, чем то, которое вызвали теория относительности и квантовая механика в их современной форме.
Роджер Пенроуз «Новый ум короля»
***
Время не просто реально: мы не знаем ничего, что в той же степени, как время, приближало бы нас к пониманию природы.
Ли Смолин «Возвращение времени. От античной космогонии к космологии будущего»
***
Время – вот единственное фундаментальное понятие.
Ли Смолин «Возвращение времени. От античной космогонии к космологии будущего»
Что было в центре мироздания в астрономии Аристотеля и Птолемея?
Правильный ответ: Земля! Такая геоцентрическая (от др.-греч. Гея – Земля) картина мира, которая господствовала в науке и общественном сознании в течение многих веков, приводила на практике ко многим ненужным научным «костылям» в виде так называемых «эпициклов» и «деферентов». С одной стороны, эти «костыли» позволяли весьма точно описывать наблюдаемое движение планет Солнечной системы на земном небосклоне. Однако, с другой стороны, они значительно затрудняли вычисления и препятствовали построению непротиворечивой теории тяготения вообще и строения Солнечной системы в частности.
Коперниковская революция в астрономии в середине XVI века поставила в центр мироздания уже не Землю, а Солнце. Гелиоцентрическая (от др.-греч. Гелиос – Солнце) картина мира в конечном итоге привела к ликвидации этих громоздящихся в изобилии «костылей» за ненадобностью, хоть путь к освобождению от этих ненужных подпорок был нелёгким и далеко не быстрым. Всё новое, революционное всегда с трудом пробивает себе дорогу.
Тому способствовало и сопротивление католической церкви, считавшей землю «пупом мира», и крайне закостенелое общественное сознание, которое никак не могло поверить учёным, а продолжало верить своим глазам: Солнце-то, мол, всходит и заходит, значит оно и вращается вокруг Земли. (Кое кто из землян, особенно жён футболистов, продолжает так думать и по сей день.)
Тем не менее, невзирая на все эти препоны, как научные, так и общественные, гелиоцентрическая система Коперника со временем стала господствующей в науке. Она была творчески развита его последователями, включая Иоганна Кеплера и Галилео Галилея. Спустя полтора столетия, в конце XVII века, Исаак Ньютон в третьей части своего выдающегося труда «Математические начала натуральной философии» (1687 год) подвёл итог, создав стройную и вполне непротиворечивую механистическую историю тяготения и строго выведя из неё законы небесной механики Кеплера. После этого всем научным спорам на долгие годы был положен конец. Эпициклы и деференты были выброшены на свалку истории за ненадобностью, а Солнце навек встало в центре своей планетной системы. (Третьей планетой от звезды по имени Солнце в этой системе является Земля.)
Благодаря своим выдающимся научным трудам Ньютон на 2 с половиной столетия заложил фундамент нового механистического мироздания, вместилищем которого было 2 абсолюта: пространство и время. Однако и то и другое были абсолютами не в философском и тем более не в богословском смысле этого слова. Отнюдь!
Пространство и время были всего-навсего математическим абсолютами. Они являли собой некую Абсолютную систему отсчёта (АСО), Абсолютную арену мира, Абсолютную сцену мироздания, на которой разыгрывалось представление в виде движения материи.
Так продолжалось более двух столетий, пока в начале XX века оба эти математических абсолюта Эйнштейн не отправил на свалку истории.
Отныне теорией относительности Эйнштейна почётное место физического абсолюта было отдано скорости света в вакууме. Бывшие же математические абсолюты классической механики Ньютона внезапно превратились в обычных геометрических «подкаблучников». В формулах специальной теории относительности (СТО) Эйнштейна тикавшее доселе одинаково во всей Вселенной математическое время Ньютона вдруг якобы начало замедляться, а длины тел вдруг якобы стали сокращаться в направлении движения. На смену древним геоцентрическим «эпициклам» и «деферентам» в науку XX века вошли новые релятивистские термины: «кинематическое замедление времени» и «Лоренцево сокращение длины».
Вскоре при помощи этих релятивистских «костылей», призванных объяснить особенности электродинамики движущихся тел, возник геометрический конструкт под названием «четырёхмерный пространственно-временной континуум» Минковского-Эйнштейна.
(Мир тесен: в своё время Герман Минковский был преподавателем по математике студента Высшей технической школы Цюриха Альберта Эйнштейна. По слова Минковского, «в студенческие годы Эйнштейн был настоящим лентяем. Он вообще не утруждал себя математикой».)
Если у Аристотеля с Птолемеем в центре мира была Земля, а у Коперника с Ньютоном — Солнце, то у Эйнштейна с Минковским в центре мира встал четырёхмерный пространственно-временной континуум (от лат. continuum — «непрерывное, сплошное»). Геометрическая акробатика с пространством и временем вкупе с математическим жонглированием цифрами привела к сногсшибательному научному результату!
В такой континуумоцентрической картине мира в любой инерциальной системе отсчёта (ИСО), движущаяся с любой скоростью, все законы как механики, так и электродинамики стали протекать одинаково. Так родилась на свет божий релятивистская электродинамика.
В формулах общей теории относительности (ОТО) этот геометрический конструкт стал искривляться, как батут, под воздействием силы тяжести. Свергнутый релятивизмом математический абсолют Ньютона под названием «время» окончательно приказал долго жить.
Абсолютное время Ньютона выродилось в жалкую иллюзию Эйнштейна в релятивистском царстве-государстве пространственно-временного континуума. Незадолго до своей смерти Альберт Эйнштейн писал своему другу Микелю Бессо:
«Для нас, убеждённых физиков, различие между прошлым, настоящим и будущим – не более, чем иллюзия, хотя и весьма навязчивая».
(Бессо умер 15 марта 1955 года, а Эйнштейн – спустя месяц – 18 апреля 1955-го. «Навязчивая иллюзия» сделала-таки своё дело. R.I.P.)
Правда, на ясном релятивистском небосклоне оставались кое-какие тёмные «облачка». Гладко было на бумаге, да забыли про релятивистские овраги. Эта красивая «научная фантастика», как назвал ОТО знаменитый франко-американский физик Леон Бриллюэн в своей книге «Новый взгляд на теорию относительности» (1972 год), приводила раз от разу к каким-то нелепостям. То понятие «энергия» куда-то пропадало. То самые что ни на есть фундаментальные законы сохранения энергии, импульса и количества движения нарушались. То возникала вдруг какая-то невообразимая космологическая сингулярность, в которой все законы физики не работают. То откуда ни возьмись появлялись какие-то тёмные сущности под названием «тёмная материя» и «тёмная энергия», на которые, по мнению релятивистских на весь ум учёных, приходится аж 95 % всей массы-энергии Вселенной!
На ясном небосклоне физики конца XIX – начала XX вв. тоже было два небольших тёмных «облачка». Всего два! Как мы сейчас знаем, для того чтобы их развеять, пришлось совершить две научные революции: первая как раз связана с теорией относительности, а вторая – с квантовой механикой.
А что будет, если попытаться развеять «научные облачка» XXI века с помощью представлений о реальности времени? На этот вопрос американский физик Ли Смолин, автор эпохальной книги «Возвращение времени. От античной космогонии к космологии будущего», изданной в 2013 году, ответил следующим образом:
«В общепринятой научной картине мира время иллюзорно. И, если принять гипотезу об его реальности, последствия окажутся революционными».
Новая научная революция и призвана поставить именно Время в центр мироздания. По мнению Ли Смолина, время, во-первых, «реально, а не иллюзорно», во-вторых, фундаментально для описания природы, а в-третьих, абсолютно, то есть тикает во всей Вселенной одновременно, без всякой релятивистской относительности одновременности. А вот пространство, по его же мнению, как раз иллюзорно.
Ли Смолин сделал первый шаг в нужном направлении. Как сказал Нил Армстронг, первый человек, ступивший на поверхность Луны, «Это один маленький шаг для человека, но гигантский скачок для всего человечества».
Если же пойти дальше этим путём, то становится ясно, что время двойственно по своей природе. Помимо эмпирического времени теории относительности, измеряемого часами, есть ещё некое трансцендентное Время с большой буквы в виде неуловимого и быстротекущего момента настоящего. Именно этот быстротекущий момент настоящего, элементарный миг между прошлым и будущим, Ли Смолин и считает истинной реальностью:
«Все, что реально в нашей Вселенной, реально в определённый момент, один из ряда следующих друг за другом
Прошлое было реальным, но теперь уже нет. Мы можем, однако, интерпретировать и анализировать прошлое, поскольку находим его следы в настоящем.
Будущего еще не существует, и оно открыто для нас. Можно делать обоснованные прогнозы, но точно предсказать будущее мы не в состоянии».
Если иллюзорное время Эйнштейна замораживает весь мир в ледяной глыбе вечности релятивистской «блок-Вселенной», то живой поток реальных мгновений настоящего размораживает его. На смену релятивистскому «Замри!» приходит времяцентрическое «Отомри!». На смену времени как вспомогательной релятивистской иллюзии приходит Время как необходимая физическая реальность. Элементарный Миг между прошлым и будущим становится всемогущим ежемгновенным Творцом Мира. Как поётся в песне, «есть только миг между прошлым и будущим, именно он называется жизнь».
Самая радикальная идея Времяцентризма, которой нет у Смолина, заключается в том, что этот же Квант Времени является не только фундаментальной физической реальностью, но и источником всех видом движения и энергии. Время из жалкой релятивистской иллюзии и безвольного подкаблучника превращается в Вечный Двигатель Вселенной! (Хм… Достаточно ли эта идея безумна, чтобы оказаться верной?)
Время с большой буквы выступает в роли всемогущего физического, а то и метафизического Абсолюта в духе зерванизма. В древней персидской мифологии божественные гимны Вечному Времени посвящались Зервану (вариант – Зурвану) – Богу, который персонифицировал Время и Судьбу. Для своих адептов Зерван был верховным Богом и мыслился как Бесконечное Время (Зерван Акарана). Зерван Акарана существовал изначально, когда весь мир пребывал в эмбриональном состоянии, и будет существовать вечно, когда весь мир погибнет. То есть Бесконечное Время древних индоиранцев – это незримая вечная духовная стихия мира, мгновенно творящая свою верховную власть над падшим, обречённым на смерть, миром материи.
Помимо предания о Бесконечном Времени, священная книга персов «Авеста» повествует о времени конечном (Зерван Даргахвадата), родившемся вместе с этим миром и так же, как и этот мир, обречённым на смерть.
Время Эйнштейна – это как раз время конечное и относительное, Зерван Даргахвадата, родившееся вместе с этим миром и так же, как и этот мир, обречённое на смерть.
Время Бесконечное – Зерван Акарана – есть Творец, Вседержитель и Правитель мира.
Именно этот физический Абсолют и требуется в наши дни поставить в центр мира!
Это и будет новой Коперниковской революцией XXI века, которая ставит именно Квант Времени с большой буквы в центр всего мироздания, убирая очередные ненужные научные «костыли».
Физическим центром мира является масштаб Планка, до которого современной науке и технике – как до звёзд!
Попробуем же и мы умозрительно пройти этот звёздный путь. Как говорили древние, «через тернии к звёздам»!
Per aspera ad astra!
Часть I . От времени как иллюзии к Времени как Высшей реальности
Глава 1. Гравитационный стоп-кран времени и два вопроса к нему
Жизнь невозможно повернуть назад,
И время ни на миг не остановишь…
Автор текста – Илья Резник, композитор – Раймонд Паулс, исполняет Алла Пугачёва
В общей теории относительности Эйнштейна утверждается, что гравитационное поле замедляет течение времени. При этом под временем Эйнштейн буквально понимал то, что показывают часы. Об этом он подробно «растекался мыслью по древу» в своём основном труде 1905 года под названием «К электродинамике движущихся тел».
Многочисленные физические опыты действительно подтвердили отставание часов в сильном гравитационном поле. Согласно ОТО, пределом такого отставания должна служить полная остановка времени внутри чёрной дыры. Однако, как сказал бы слесарь-интеллигент Виктор Михайлович Полесов, «при наличии отсутствия» поблизости чёрной дыры проверить экспериментально сие научное предсказание не представляется возможным.
Однако уже сейчас существует прекрасная возможность наглядной демонстрации остановки времени в понимании Эйнштейна, то есть часов, под воздействием гравитации. Это специфическое состояние гравитации на околоземной орбите называется «невесомость». Невесомость происходит не оттого, что гравитации нет, а оттого, что есть одна только гравитация, под влиянием которой и сам космический корабль, и всё, что находится внутри, включая часы, падает вниз с одинаковым ускорением – 9,8 метров за секунду в квадрате. Одинаковое ускорение свободного падения всех тел разной массы под действием гравитации как раз и даёт эффект невесомости, а движение по орбите не даёт космическому кораблю упасть.
Вот теперь начинаем экспериментировать: достаём из своего космического чемоданчика для инструментов песочные часы, которые начинают левитировать рядом с нами, смотрим на них… О боже! Часы остановились!
Первый (риторический) вопрос: значит ли это, что время остановилось?
Второй (глубинный, концептуальный) вопрос: насколько правомерен инструментальный подход Эйнштейна к понятию «время», который отождествляет ход времени с показаниями часов?
Глава 2. Время как инструмент и как Абсолют
Давным-давно, когда наука Нового времени только зарождалась, время вполне успешно сочетало в себе функции как инструмента, так и Абсолюта.
Время как инструмент – это часы. Часы измеряют продолжительность временных интервалов и длительность некоторых процессов. Часы могут порой то спешить, то отставать.
Время как Абсолют – это некие абстрактные абсолютные часы, тикающие одновременно с одной и той же скоростью во всей Вселенной. Абсолютное время протекает равномерно и иначе называется длительностью. Движение материальных тел может ускоряться или замедляться, а ход абсолютного времени всегда и при всех обстоятельствах остаётся неизменным. Таково было абсолютное, истинное математическое время Ньютона. В его понимании, время, наряду с пространством, составляет как бы вместилище самих себя и всего существующего:
«Во времени всё располагается в смысле порядка последовательности, в пространстве – в смысле порядка положения».
Иными словами, пространство и время есть сцена мироздания, а мы, люди-человеки, являемся актёрами на этой сцене.
Наряду с абсолютным временем у Ньютона было и относительное, кажущееся или обыденное время, которое постигается органами чувств не абстрактно, а конкретно, эмпирически. Это мера продолжительности какого-либо события или процесса, употребляемая в обыденной жизни вместо абсолютного математического времени: час, день, месяц, год и т.д.
Спустя 2 с лишним столетия пришёл Эйнштейн и выкинул абсолютное время Ньютона на свалку истории. В теории относительности осталось только относительное время Ньютона (уж извините за тавтологию). Время осталось только инструментом – часовым механизмом – на руке обывателя или в руках учёного. Этот вполне конкретный, а не абстрактный инструмент уже не тикал одновременно во всей Вселенной. В теории относительности это нарушение ньютоновский одновременности событий называется «относительность одновременности». Якобы при движении с околосветовыми скоростями время начинает замедляться. Заметьте: не часы отставать, а время замедляться. Один из самых распространённых терминов теории относительности – «замедление времени».
Теория относительности насчитывает аж три вида так называемого «замедления времени»: кинематическое, космологическое и гравитационное.
Согласно специальной теории относительности (СТО), кинематическое «замедление времени» наблюдается при больших скоростях, сравнимых со скоростью света.
Космологическое замедление времени связано с расширением Вселенной и соответственным удлинением всех волн, преодолевающих растягивающееся пространство.
Наконец, гравитационное замедление времени связано с отставанием хода часов в гравитационном поле.
В теории относительности с её излюбленными «мысленными экспериментами» время нежданно-негаданно претерпело серию превращений. Вроде бы абстрактное математическое время Ньютона, бывшее абсолютом с равномерным ходом во всей Вселенной, стараниями Эйнштейна приказало долго жить.
Однако взамен него пришло не менее абстрактное релятивистское понятие «замедление времени». Как оказалось, в СТО под этим абстрактным понятием имеется в виду вполне конкретное отставание движущихся с околосветовой скоростью часов относительно неподвижных. Вспомним Эйнштейна, который утверждал, что время – это то, что показывают часы. Зачем тогда наводить тень на плетень и плодить новые сущности сверх необходимого? А ну-ка мы полоснём мы по «замедлению времени» бритвой Оккама!
Человек, далёкой от релятивистской казуистики, сразу бы обратил внимание на то, что, во-первых, это отставание часов друг от друга только кажущееся. Вспомним самое короткое изложение сути специальной теории относительности, написанное в шутку самим автором релятивизма на склоне лет:
«Когда сидишь рядом с хорошенькой девушкой, то час кажется минутой,
а когда сидишь на раскалённой плите, то минута кажется часом».
Как говорится, в каждой шутке есть… доля шутки… Часы в СТО проделывают точно такие же шутки, когда минута на движущихся с околосветовой скоростью часах (в смысле инструмента) некоему покоящемуся относительно них наблюдателю кажется часом (в смысле длительности). «Лично мне так КААТСЯ», как говорил великий советский сатирик Аркадий Райкин.
Исходя из такой трактовки, специальную теорию относительности (СТО) следовало бы назвать «кажущейся теорией относительности» (КТО), поскольку так называемое «замедление времени» в ней – только кажущееся. А именно на замедлении времени и базируются весь математический аппарат СТО, который молодой Эйнштейн «срелятивиздил» в своё время у старика Лоренца. (Мол, было ваше – стало наше! Всё в мире относительно!)
Но, по сути дела, речь идёт не об описании реальных физических процессов, а о математических уравнениях, которые базируются на оптических эффектах «замедления времени», то есть кажущемся отставании одних часов относительно других.
во-вторых, это кажущееся отставание одних часов от других в различных инерциальных системах отсчёта вполне симметрично и взаимообратимо.
Дело в том, что для инерциальных систем отсчёта, на которые и рассчитана СТО, понятия движения и покоя равнозначны и относительны. Вот где настоящий принцип относительности! Вот где собака порылась!
Можно считать, что условная ракета или фантастический Звездолёт Аннигиляционный Релятивистский Ядерный (сокращённо «ЗАРЯ») удаляется с околосветовой скоростью относительно покоящейся Земли, а можно, наоборот, считать, что звездолёт «ЗАРЯ» покоится, а Земля удаляется от неё с околосветовой скоростью.
Никакое время нигде не замедляется, просто покоящемуся относительно звездолёта «ЗАРЯ» наблюдателю на Земле кажется, что часы у «отроков во Вселенной», летящих на этом звездолёте, идут медленней. В свою очередь, отрокам-космонавтам кажется, что часы отстают у землян. Вот и всё высосанное из пальца «кинематическое замедление времени». Оно неразрывно связано с конечной скоростью распространения света, который несёт в себе информационный модулированный сигнал о показаниях часов.
Но релятивисты посмотрели на это равенство инерциального движения и покоя сквозь пальцы и давай выдумывать свои заменимые научно-фантастические сказки-рассказки про парадоксы часов, или братьев-близнецов, одного из которых не взяли в космонавты (то ли здоровьем не вышел, то ли по семейным обстоятельствам). Якобы близнец-космонавт остаётся вечно молодым по сравнению со своим земным собратом, который стареет с той же скоростью, как и все остальные земляне. Вот они, релятивистские «молодильные яблоки»! Не расстанусь со звездолётом, буду вечно молодым!
Релятивистские сказочники и слышать не хотят, что в практике относительности не по Эйнштейну и не по Ланжевену этот брат-близнец, наряду со многими миллиардами его земных братьев и сестер, тоже является в некотором роде космонавтом.
Его космический корабль – планета Земля. Мало того, что наш земной космический корабль несётся со скоростью 30 км/сек по круговой орбите вокруг Солнца. Относительно других космических объектов планета Земля может нестись и со скоростью, близкой к скорости света. Стоит только выбрать соответствующую систему отсчёта, чем так любят заниматься релятивисты.
Ежели брат-космонавт на ракете стартанул с Земли и набрал скорость, близкую к скорости света, перейдя в режим полёта по инерции, то, согласно практике относительности, можно считать, что как раз он покоится, а его земной брат-близнец наряду с миллиардами других космонавтов-землям несётся относительно него со скоростью, близкой к скорости света. (Ребя, запускаем ракету со скоростью, близкой к скорости света, и остаёмся вечно молодыми! Относительно её релятивистских часов… Да здравствуют релятивистские молодильные яблоки!)
Если эйнштейновские шуточки отбросить в сторону, то окажется, что всё пресловутое «замедление времени» существует исключительно на уровне мысленных экспериментов, слов, ставших мемами, уравнений, ставших догмами, высосанных из пальца парадоксов и вытекающей из них широко растиражированной научной фантастики. По сути же абстрактный временной абсолют Ньютона был заменён на вполне конкретный инструмент в виде часов, с которым и начали проводить хитрые математические манипуляции релятивисты.
Мало того! Абсолют Ньютона, шествовавший важно, в спокойствии чинном по всей Вселенной, в теории относительности стал жалким суетливым подкаблучником пространства в брачном союзе пространственно-временного континуума. Сей брачный союз провозгласил в конце 1907 года, через 2 года после написания «К электродинамике движущихся тел», бывший преподаватель по математике нерадивого студента Эйнштейна Герман Минковский:
«Отныне пространство само по себе и время само по себе должны обратиться в фикции, и лишь некоторый вид соединения обоих должен еще сохранить самостоятельность».
(Совет да любовь!)
Позже этот брачный союз стал якобы прогибаться под воздействием масс, указывая им, куда им надо следовать. Следовали они на 3 буквы. Эти руководящие и направляющие буквы звучат так: ОТО (Общая теория относительности).
Эти 3 буквы при желании можно развернуть в 12 слов:
«пространство-время говорит материи, как двигаться; материя говорит пространству-времени, как изгибаться».
Да, высокие, высокие отношения! Учитесь, братья и сестры, говорить не по-детски, не на языке трёхэтажного мата, а на языке материи и континуума!