Бей или Беги, ведьма! Дитя магии

Глава 1

Борьба с собой. Вперед? Назад?

Всегда вперед и "точка".

Бежишь, превозмогая боль.

Собрав в кулак всю волю,

В сто первый раз

Бежишь, идешь, ползешь.

До чертиков захотелось жареной картошки. Пакет с вожделенным корнеплодом нашла не с первого раза. Среди пакетов с другими овощами, он почему-то обретался возле батареи под кухонным столом. А я думала, что храню овощи в тумбе под раковиной, даже специальный ящик купила. Проверила ящик – одна мелкая луковица и куча свернутых в узелок пакетов. Ну да, есть такая привычка их сворачивать и складывать в специальный контейнер на дверце. Видимо, их скопилось слишком много, и они начали самоустраняться.

Почистить картошку и нашедшуюся луковицу, поставить сковородку на плиту, в нее плеснуть масла, включить и быстро порезать овощи, попутно закидывая их в уже разогревающуюся посудину.

Достать бутылку вина, купленного для празднования юбилея с уже бывшим парнем. Накатившие слезы трансформировались в злое веселье. Зато могу хоть ночью теперь пожарить себе «плебейской», по выражению Ильи, картошки.

Посолила содержимое сковородки и зачем-то полезла в холодильник.

О, капусточка соленая!

Вообще я хотела борщ сделать, еще на прошлых выходных, но…

Мммм, вкусная какая!

Так, специи в картошку…

Рука с вилкой и нанизанной на нее соленой капустой, перемежающейся яркой веселой морковкой, дрогнула, несколько капустин улетели на шею и там осели, даря премерзкие ощущения чего-то скользкого и ледяного, сползающего по нежной коже.

Раздавшийся дверной звонок, виновник чп, показался необычайно громким и настойчивым.

Кто это на ночь глядя?

Еще раз позвонили.

Стараясь не шуметь, иду к двери. До сих пор не могу привыкнуть к отсутствию пистолета, а одной по ночам гостей незваных встречать – неа, удовольствие то еще.

На пороге стояла Нина, коллега, теперь уже тоже бывшая, из отдела бухгалтерии.

– Ну что? Глаза не красные, вид, – она осмотрела меня придирчиво, будто экспонат современного искусства, заметила капусту на шее, – вид боевой, – ухмыльнулась и показала пакеты в руке, – пустишь?

Официальной причины не пускать у меня не было. Неофициально – Нинка – первая сплетница в нашей компании, которая пережила несколько смен руководства и их команд. Когда всех выметала новая метла, Нина сидела на попе ровно, как клещ, или гвоздь, забитый вместе со шляпкой.

– Проходи, – махнула рукой я. – Раздевайся, проходи на кухню, я сейчас.

Пока я приводила себя в порядок в ванной, Нина на кухне успела достать мясную и сырную нарезку, разложить красиво кусочки копченой грудки, помыть виноград и сейчас как раз искала тарелку под него и сыр.

– Слушай, не знала, что ты пьешь, ты ж на корпоративах не появляешься, взяла вот, – она махнула на подоконник, где до этого сиротливо стояла одинокая бутылка красного вина. Сейчас там красовалась целая батарея бутылок на разный вкус. Я даже рот открыла, да так и повернулась к Нинке – женщине ростом метр с кепкой в прыжке с табуретки и телосложением, как у сказочного эльфа.

– Ты как это доволокла?

– Ой, ну что ты, я на такси, а там мне какой-то мужик помог до квартиры твоей донести. Хорошенький такой, приодеть и прям картинка! Ой, картошка горит, чем помешать?

Такая она, Нинка, суетная самую малость, обаятельная – очень, общительная. Без меры.

Накрыли маленький старый стол.

– Нин, а ты чего собственно, приехала-то? Не сочти только за грубость. Мне на самом деле приятно, что мы вот так, – я обвела рукой щедрый на яства стол, – сидим.

– Да чего уж там, – Нина откусила маринованный огурчик, весело хрупнувший у нее на зубах, и щедро подлила мне в бокал вишневой наливки.

– Спасибо, – пробормотала я. Было у меня такое ощущение, что меня хотят напоить…

– Понимаешь, Ленок, вина меня гложет. Это ж я виновата, что тебя такую хорошую, молодую да перспективную уволили из одной из крупнейших компаний в России, да еще и так, без объяснений причин.

Чертова наливка полилась из носа от моего кашля. Мысленно матерясь, я начала вытираться любезно предложенным Ниной полотенцем.

Только я откашлялась, как она добавила:

– Ты не думай, я тебе же во благо, можно сказать, жизнь тебе спасла!

За что?!! Любимая домашняя майка приобрела интересный рисунок из малиново-фиолетовых пятен с чудесным ароматом вишневой наливки. Абстракционизм, однако…

– Что? В каком смысле "жизнь спасла"?

Нина как-то испуганно взглянула на меня, видимо, сказала лишнее и теперь жалела об этом.

Я сердито поджала губы и встала в типично женскую позу – "руки в боки", пользуясь разницей в росте, угрожающе нависнув над болтливой бухгалтершей.

– Нууу??? – вспомнила, как застала бывшего с любовницей на купленном мною дорогом и любимом комплекте белья и постаралась придать своему лицу самое зверское выражение.

– Слууушаай, ты присядь, присядь, выпей вот, – она машинально придвинула мне свой бокал с наливкой.

Я округлила глаза в преувеличенном удивлении, мол – напилась уже, вся!

– Ой, ну что ты так остро реагируешь? – пробормотала Нина, сама залпом выпивая вкусный напиток.

Я выдохнула устало, отбросила полотенце и плюхнулась на стул.

– Давай, рассказывай, не знаю, есть ли что-то, что может сделать мою жизнь еще хуже…

– Как сказать, – задумчиво протянула Нина, – ты в курсе, что мать твоего бывшего на тебя колдовала и не раз?

– Эээ, порча что ли? Глупости какие…

– Глупости – не глупости, а протянешь не долго. С пол годика максимум.

Готовы вы услышать, что через шесть месяцев умрете? И от чего? От порчи?!

– Я вообще во всю эту чушь не верю!

– А как ты думаешь, – тихим загадочным голосом проникновенно начала Нина, беря мою руку, – почему я – единственная, кто работает в нашей конторе с самых истоков? Даже не взирая на то, что у компании уже сменился и сам владелец?

– Ммм, и почему? – в голове какая-то каша из вопросов.

– Тетка моя – ведьма сильная. Мне тоже кое-что досталось – на обаяние списать можно, но по жизни помогает, с мужиками особенно, – Нинка заулыбалась смущенно, кокетливо поправила волосы и продолжила, – так вот…

*

Нина по старой традиции раз в месяц навещала старую тетку. Та жила за городом, но не слишком далеко, в добротном особняке, стоящим посреди небольшого сада-парка. Зарабатывала тетка прилично, принципами морали особо не отличалась, так что могла себе позволить.

Приехав в очередной раз пообщаться, увидела неприбранные еще с рабочего стола вещи, среди которых, фотография Нининой коллеги – меня. Нина поинтересовалась, тетка поведала. Приезжает к ней одна сумасшедшая – то приворот сделай, то, наоборот, отворот. И так уже несколько раз. Денег отваливала каждый раз, не скупясь. Потом внезапно пропала на пол года, и вот снова приехала – опять ей услуга понадобилась. Вычитала где-то баба полоумная про приворот на покойника – решила она девку извести окончательно. Съездила самостоятельно на кладбище, сделала, как велено было – ага, в интернете статью нашла у одной колдуньи, которая и жила ближе, и брала дешевле. А тут тест на беременность нашла с заветными двумя полосочками.

Я на этом месте погрустнела – не мой. Значит, Илья изменял давно, не разовая акция была, как он пытался убедить. А ведь как правдоподобно врал?!

Решила женщина, что ради внука долгожданного потерпит любую невестку, а значит, колдовство надо отменить. Самое смешное, что родственница Нины ничего плохого и не делала ни разу. Девушка на фото ей показалась близкой по духу, она чувствовала в ней искру Силы.

На этом месте я уставилась на Нину во все глаза.

Только вот тьму ведьма почувствовала призванную. Нет, ни на девушку. На той довольно мощный щит стоит, отзеркалил колдовство в сына той женщины.

Я в ужасе прикрыла рот ладонью.

– Как давно это было?

– С месяца полтора где-то.

Илья начал выпивать буквально ни с того ни с сего чуть больше месяца. Стал более агрессивным, несдержанным. А недавно попал в аварию, здорово разбил автомобиль. Расстались мы в начале этой жуткой недели, когдаао он в очередной раз напился и попытался меня задушить. До сих пор синяки видны, если приглядываться. Он вообще стал невероятно импульсивным в последнее время. Заявление не стала писать потому, что, во-первых, в шоке была, во-вторых, из-за его матери – уважаемого врача, это могло бы стать пятном на ее карьере. А выходит, зря не написала.

Получается, его будущему ребенку уже около трех месяцев? Тест сразу не покажет, пока мать Ильи его нашла, пока записалась на прием к ведьме – тоже время, плюс полтора месяца. Через пол года Илья станет отцом…

– Только я не поняла, причем здесь моя работа?

– Так бывший твой уже два раза за эту неделю приходил.

– Куда? – не поняла я.

– На работу к нам. Первый раз спросил, здесь ли ты работаешь, мол, хочет любимой сюрприз сделать, с цветами пришел, улыбался обаятельно так, ну девчонки и повелись. В конце дня гляжу из окна – стоит неподалеку от проходной за деревом. Вот ты идешь, одна, а он не подходит. Сплюнул только зло как-то, да цветы в мусорку закинул и ушел в другую сторону. А вчера опять приходил, уже без цветов, руку все одну в кармане держал и не вытаскивал, там же прятался. Да ты вчера ж задержалась сильно, а потом…

– А потом ты буквально насильно меня усадила в машину к Василию, у которого она была припаркована на территории, а не за ней, как у других коллег, которые сами предлагали меня подвезти.

– Соображаешь быстро! – похвалила меня Нина. – И ты проехала мимо него, даже не заметив.

– А сегодня еще до полудня меня уволили одним днем. Только жить-то мне теперь на что? Где я такую зарплату найду быстро?

– Тьфу ты… Ты дура, что ли? Убил бы он тебя – и вся твоя зарплата!

– Да зачем ему…

Звонок прервал мою возмущенную реплику. Мы с Ниной одновременно глянули на часы над кухонной дверью. Ого, время-то уже начало второго!

– Не открывай! – клещом вцепилась в руку Нина.

Я прижала палец к губам, встала и на цыпочках пошла к коридору.

Еще звонок. Еще.

Мы вздрогнули и замерли.

Как хорошо, что на днях я поменяла личинку замка. Старая немного барахлила, и иногда я не могла попасть в квартиру минут по двадцать ковыряясь в замке. От старой у Ильи были ключи. От новой нет.

Мы стояли так, не дыша, кажется, уже вечность, когда я услышала звяканье ключей и царапанье металла о металл – кто-то пытался вставить ключ в замок! Нина тоже услышала этот звук и достала телефон. Через минуту я услышала ее приглушенный шепот:

– Вечер добрый, кто-то ломится к нам в квартиру… – продиктовала мой адрес и, попрощавшись, положила трубку. – Оружие у тебя есть?

Я отрицательно покачала головой. Сдала год назад. Вместе с полномочиями.

Она шмыгнула в комнату и вернулась через несколько секунд с утюгом.

Раздался очередной звонок, и она чуть не уронила свое оружие мне на ногу – еле поймали трясущимися руками.

Мы стояли так, согнувшись, в темном коридоре, и боялись пошевелиться, когда в домофон позвонили.

Нинка схватила трубку:

– Полиция? – громко спросила она.

– Полиция, да, по вызову подъехали, какой у вас этаж?

– Последний.

Я с облегчением выдохнула и услышала быстро удаляющиеся шаги.

– Ну? Еще сомневаться будешь?

Глава 2

Нинка оказалась той еще… занозой в пятой точке. Помогла (читай – заставила) собрать мне вещи первой необходимости и отвезла к своей тетке.

Женщина оказалась… своеобразной. Среднего роста, чуть полноватая, но с идеальной осанкой, черными с проседью волосами, зачесанными в пучок, со сдержанным макияжем, кроме ярко алых губ, длинными ухоженными пальцами рук с красным маникюром. Своенравная, деспотичная, пугающая. С лицом престарелой балерины и наимерзейшим характером отвратительная карга! Но внешне хороша, конечно… Поклонники сменяли один другого. За первую неделю, что я провела у нее, мне довелось познакомиться с… шестью. Они приезжали каждый день в одно и то же время.

В пятницу, на седьмой день моего пребывания у Алины Захаровны (так ее звали), я находилась в библиотеке в поисках интересной книги, когда она вошла. Я приподняла брови в удивлении, ведь в это время у нее все дни были гости.

– Что думаешь о той девушке, что приезжала в понедельник? – хмм, неожиданный вопрос.

Вообще-то народу здесь предостаточно каждый день, но ту девицу, мы запомнили хорошо. Девушка приехала на шикарном автомобиле с водителем, сказала, что беременна, но не могла определиться, хочет ли оставить ребенка. Просила посмотреть ее парня – родители сомневались, что он ей подходит. Вроде все с ним нормально, работа престижная, квартира своя, но… Мутный какой-то. Алина Захаровна увидела приворот. Связь между этим парнем и девушкой. Девица, как ни странно, обрадовалась. Видимо, посчитала, что если парень решил ее приворожить, то она действительно ему понравилась.

– Она больше не звонила? Как она после… – ммм… "потери ребенка" хотела добавить я.

– Ну? Договаривай.

– После потери ребенка? – брови сами сложились шалашиком. Ляпнула так ляпнула.

– Позвонила ее мать. С обвинениями. Мол, я напоила ее дочку чем-то и она скинула.

– А это не так?

Брови Алины Захаровны взметнулись к потолку.

– За кого ты меня принимаешь?

– За ведьму? – состроила я гримасу "я не я, оно само". Ведьма улыбнулась и погладила книги на одной из полок.

– Как ты узнала, что ребенка больше нет?

– Не знаю. Оно само как-то в голове появилось. Я просто поняла, что это так.

– А что еще видела за эти дни? – она явно не о моем хорошем зрении. И я начала вспоминать.

– Мужчина во вторник в коричневой куртке – слева у него чернота внутри, женщина вчера, в разноцветной юбке в пол и в шали… У нее что-то в голове, какой-то шарик, а в шее там, где щитовидка болотного цвета плотный сгусток. Что это?

– Молодец, – во взгляде ведьмы было удивление и поощрение. – Это их заболевания. У мужчины рак печени 3-ей стадии, а у женщины опухоль мозга и какие-то изменения в щитовидке. Первое от травмы в детстве, аневризма. А второе – результат порчи от близкой родственницы. И все же, – ее взгляд стал внимательным и цепким, – та девушка. Ты ничего не почувствовала?

Я уже поняла – когда она так смотрит, лучше не ошибаться.

И тут до меня дошло!

– Я чувствовала ее ребенка. Не ее саму. Как если бы он был… ну пусть будет моим дальним родственником.

Алина Захаровна села на кресло напротив меня, сложила руки на коленях, на бархатной черной ткани юбки, чуть оправила ее.

– Мне это не нравится, девочка. С опытом учишься различать след колдовства коллег, а уж свое-то и подавно… Тот приворот на девчонку – моя работа. Но я его не делала.

Не смогла сдержать скептический взгляд. Подозреваемый путается в показаниях. Или это признаки наступающей старости?

– Не смотри на меня так! – сердито воскликнула ведьма, – я имею ввиду, что этот приворот был вообще-то на тебя! И сбор я давала матери твоего парня!

– Бывшего парня, – автоматически поправила я.

– Ты таки глупая?! – не выдержала женщина. Сейчас она была похожа на рассерженную кошку. Большую сильно рассерженную кошку с красными губами. Я хихикнула. От испуга, не иначе, рассудком повредилась.

– Ты понимаешь, что это был ребенок твоего парня?

– Что? Но как? Или его мать делала привороты налево-направо? Тогда и сына своего она должна была приворожить к этой девице? Что это все значит?

– Хотела бы я знать…

*

Ночью проснулась, словно от толчка – показалось, дом вздрогнул. Вокруг стояла тишина, но было ощущение, что меня кто-то разбудил. Встала, подошла к распахнутому наполовину окну, посмотрела в сад. Никого. Внезапно на плечи будто легла теплая легкая шаль.

Я спустилась на первый этаж, решила сделать какао, но проходя мимо кабинета Алины Захаровны, увидела тонкую полоску света из-под двери. Я уже все знала, все понимала, все-таки несколько лет следователем отпахала, но все равно, будто завороженная постучала, и как в фильме ужасов дверь медленно начала приоткрываться, обнажая жуткое нутро комнаты. В центре комнаты, внутри двойной пентаграммы лежала Алина Захаровна.

Возле головы старой ведьмы – огромная лужа бурой жидкости, вытекающей также из ее носа. Темные глаза были открыты, но могу поклясться, что меня она уже не видела.

Я замерла, не дыша, прислушиваясь. Боже, хоть какой-нибудь звук, ну пожалуйста!

Внезапно я услышала шаги на лестнице и не придумала ничего лучше, кроме как войти в кабинет и прикрыть дверь. Дура! Какая же я дура! Если это убийца, он вполне может вернуться в эту комнату, может, он ищет что-то или решил замести следы!

Забралась под стол с длинной скатертью, случайно задев ногу Алины Захаровны, и из-под ее юбки мелькнули светлые страницы – ее книга заклинаний! Успела утащить с собой под стол до того, как дверь распахнулась. Знакомые ботинки показались в дверях. Сама их выбирала, ага. Я чуть наклонилась и увидела сжимающую нож руку.

Возле уха будто шепнули: "Закончи обряд… под звездой…"

Ботинки развернулись и ушли, унося своего хозяина. Меня мелко трясло, руки не слушались.

Посмотрела в книгу и увидела текст с заклинанием, видимо, латынь. Я увлекалась когда-то, забавы ради, кое-что перевести смогла, поэтому и поняла, что внизу – перевод. А на другой странице – рисунок схема пентаграммы с символами. Еще ниже – звездочка и еще текст, тоже с переводом. По всему выходило, что старая ведьма призвала демона-охранителя, но доделать не успела – под звездочкой была формула привязки.

Прочитала текст с горем пополам. Меня мягко толкнули в спину в сторону пентаграммы. Что? Вылезти из укрытия? Еще раз толкнули.

Набралась храбрости, выползла, встала в звезду, рядом с телом ведьмы. Но только начала шептать, как на рот будто теплая ладонь легла.

"Тело…"

Ой.

Кое-как вытащила тело ведьмы из границ рисунка, даже сама догадалась подправить линии. Села на корточки, ибо ноги не держали от страха и начала читать.

Spiritus daemonis vocatus et respondit! S aupplico per un grandeiuto … Et in necessitate vos protegant. Voluntarie meum sponte do pro viribus tuis. Firmamentum et praesidium meum fieri.`

Дух демона, призванного и откликнувшегося! С благодарностью принимаю помощь твою. Обрети плоть для защиты моей. Дарую кровь мою добровольно для силы твоей. Стань опорой и защитой. (`Текст искажен автором во избежание…)

Спиной почувствовала нарастающее тепло и чье-то присутствие. В момент, когда я закончила, дверь снова открылась, и я увидела Илью. Он посмотрел на меня, ухмыльнулся, а затем перевел взгляд мне за спину и выронил нож.

*

Естественно я обернулась. Услышала топот быстро удалявшихся шагов по коридору. Неважно. Это уже, ой, как неважно, потому что мне не выйти отсюда.

Я стояла внутри контура пентаграммы, а прямо вплотную к ней, весело оскалившись, стоял… еще один Илья! Только выше, шире в плечах и какой-то… более совершенный. Сейчас и без того красивые черты казались совершенными, почти божественно прекрасными.

Как же хочется в обморок!

Взгляд существа стал задумчивым и слегка разочарованным. Оно наклонило голову, всматриваясь в меня. Потом его черты стали размываться, расползаться. Нет, не волшебной дымкой стираясь и формируя что-то новое, а как если бы огромные черви ползали у него под кожей! Меня просто вывернуло, и остатки моего ужина попали на нижнюю часть существа. Ног там уже не было, но, определенно, пола рвотные массы не достигли, впитавшись и растворившись в этом энергетическом сгустке.

– Обычно договор скрепляют кровью, – прокашлявшись, сказало существо. Голос был приятным мужским, чуть с хрипотцой. Видимо, от шока.

– Твою мать, – только и смогла выдавить я, в красках представляя, как оно сейчас возьмет меня за шею, поднимет над полом и раздерет живот или проглотит целиком. На горизонте сознания замаячил долгожданный обморок.

– Чур меня! – поспешно сказало существо, – только ее здесь не хватало!

– Мммм, – сдавленно добавила я, отплевываясь.

– Я бы подал платок, но не могу соприкасаться с тобой, пока ты в контуре, – он кивнул на рисунок на полу. Ура, я спасена! Ну, пока не захочу есть и в туалет.

– И насчет крови я бы на твоем месте поторопился, иначе клейменный на кару выйдет за пределы территории дома, и искать его будет сложнее.

– Тебе этого мало? – хрипло прошептала я и указала рукой на лужу, оставшуюся от Алины Захаровны.

– Хочешь привязать меня к трупу, ведьма? – существо вдруг стало больше.

– Не злись. И я не ведьма, – я в примирительном жесте выставила перед собой ладони. Существо снова превратилось в сгусток, совершенно утратив человеческие черты, только подобие лица вдруг резче проявилось возле моих рук, пристально разглядывая узор на руках. Потом оно посмотрело прямо на меня таким растерянным взглядом, что мне стало его жалко. Женщины, все беды у нас от жалости!

– Закончи привязку! – прошелестело оно.

– Сколько? – по-деловому спросила я.

– Сколько чего? Я могу предложить тебе почти все! Золото, власть, успех, поклонение…

– Крови тебе сколько надо, манагер среднего звена?

– Первый раз налей в ту чашу, – недовольно приподняв брови, он указал на пиалу, стоявшую в круге.

– Ого! – нехилые расценки у них там, в потустороннем мире – чаша на полтора литра, не меньше! Сейчас в ней стояла черная свеча и было немного золы и каких-то веточек.

– Не нужно полную, магия сама знает, когда остановиться, чтобы не причинить тебе вреда, – поспешно заговорило существо, – поспеши, он уходит, дом не сможет держать его долго на остаточной силе Алины.

Вот во что я ввязалась?

Взяла кинжал с пола, села на коленки, поставила чашу перед собой. Страшно. И боли боюсь, и последствий всей это каши. Не мною, кстати, заваренной, попрошу заметить!

– Что ты медлишь?

– А тебе лишь бы поскорее напиться кровушки дармовой, – проворчала я, – страшно вообще-то! Эээхх! – когда нервничаю, всегда веду себя неадекватно.

Огнем обожгло руку, я вскрикнула, сцепив зубы и стараясь не материться. Какое счастье, что рана глубокая – не придется второй раз резать, наверное, этого я боялась больше всего.

Однако очень скоро кровь начала останавливаться, а края раны… затягиваться! В пиале было едва ли около ста милилитров. Все-таки придется резать опять… Я замахнулась снова, но существо меня остановило.

– Что ты делаешь?

– Ну, здесь же мало, разве нет?

– Твоей, – он как-то выделил это твоей, – крови достаточно, поверь, дай мне чашу!

Нетерпеливый какой… осторожно подала ему пиалу, мягкие теплые руки приняли ее. Он посмотрел на меня с вожделением, будто издеваясь. "Смотри не подавись", подумала я, когда он приникнул к краям посудины, жадно глотая. Существо тут же закашлялось и уже с ужасом взглянуло на меня.

– Это не я! – поспешно открестилась с невинным видом, стараясь думать о чем-то нейтральном. Например, как мечется сейчас Илья настоящий по парку у дома, не в силах перелезть забор или распахнуть калитку, закрытую всего лишь на щеколду. Алина Захаровна никогда не вешала замки и не ставила сигнализаций. Я посмотрела на тело бедной женщины. Она была хорошей, очень хорошей. Насколько это может быть применимо к настоящей ведьме.

За эту неделю я узнала ее неплохо. Она никогда не причиняла вреда невиновным, не травила детей, не делала пакостнические подклады, хотя ей порой предлагали немалые деньги. Сама бездетная, не из-за магии, нет, из-за нелепой аварии в юности, она очень любила свою племянницу. Что я теперь, кстати, скажу Нине? А что я скажу полиции? Как объясню ее смерть? И что мне самой делать дальше? Алина Захаровна хотела защитить меня от Ильи, а в итоге…

Я оглянулась на призванного демона, но его в комнате не было. С улицы донесся страшный нечеловеческий какой-то крик, переходящий в хриплый затухающий стон. Меня пробил озноб.

Точка невозврата.

Все серьезно.

Хочу я этого или нет. По доброй воле или под давлением обстоятельств. Бабочка махнула крылом`.

`Взмах крыла бабочки на одном конце земного шара может вызвать ураган на другом.

Я вышла из-под защиты пентаграммы и подошла к окну. Там, между аккуратно окрашенных известью яблоневых деревьев в свете ночных садовых фонариков клубился сгусток тьмы, из которого изредка показывалась то рука, то нога человека. Криков не было.

Забавно. Но именно из-за этого меня и "попросили" из органов. Мне светило повышение на начальника отдела, когда зашло то дело. Я не справилась. Наш штатный психолог тогда сказал, что я сгорю на работе, если буду так реагировать на все. Назвал профнепригодной. "Сотрудник внутренних дел прежде всего должен уметь контролировать свои эмоции и чувства, не допускать их диффузии".