Бей или Беги, ведьма! Дитя магии
- -
- 100%
- +
Мужчина растерянно кивнул и пожал слегка кончики моих пальцев, вставая.
– Прошу, не покидайте дом без меня, хочу проводить Вас лично, я так благодарна Вам, так благодарна! Девочки, сообщите, чтобы вызвали машину для мсье распорядителя!
И смылась.
Через несколько минут попросила служанку передать распорядителю, что если он едет в город, то возможно ли, чтобы он подвез меня.
Мне так же через служанку ответили, что "с превеликим удовольствием". Я попросила сообщить, что буду готова через десять минут.
Однако в холл спустилась через пятнадцать. И еще несколько минут пришлось ждать. Что ему понадобилось бы собирать – не представляла, но обратила внимание, что дом не открывает двери большинства своих комнат Распорядителю так же, как и мне.
Лицо мужчины напоминало мне мордашку ребенка, которому сообщили, что шоколад ему выдадут только после обеда. Однако все пол часа в машине мы довольно неплохо общались обо всем и ни о чем. Они подвезли меня до крупного торгового центра и уехали, а я провела несколько часов вплоть до закрытия, снимая стресс, то есть скупая все, что приглянется. Есть у меня такая особенность – ненавижу заниматься покупками одежды, но пару раз в год появляется настроение транжирства и тянет оторваться по полной. Со временем я поняла, что так трачу меньше денег, потому что пакеты тяжелые и много не унесу, да и удобнее покупать сразу комплектующиеся части одежды из одной коллекции, чем потом искать схожие оттенки.
Успела забежать в кафе, на легкий поздний ужин, счастливая и невероятно уставшая. Дома была к полуночи. Горничная помогла мне с сумками, принесла традиционное какао, теперь без добавок, и ушла. А я сходила в душ, надела новую кружевную ночную сорочку, распустила волосы, чтобы подсохли после ванной, подошла к окну и посмотрела в сад. Сейчас он выглядел волшебно – многочисленные крохотные огоньки, свисавшие с деревьев, фонарики вдоль тропинок, белые камушки ограждений посверкивали искорками, будто переговариваясь появляющимися на небе звездами.
Особняк затих. Я прикоснулась пальцами к деревянной темной раме, и отголоски чужой тоски пронеслись в мыслях и исчезли. Где сейчас мой демон? Мой… Разве живое существо может быть чьим-то? Не жила я в эпоху рабства и не понимаю, каково ему сейчас. Мне он не показался покорным и склонным к подчинению чужим приказам. К тому же он спас мне жизнь.
В колонке заиграло что-то напевно-тягучее с персидскими мотивами, отзываясь в животе томной сладостью. Часы показывали без пяти минут двенадцать. В дверь тихо постучали. Обернулась, чтобы обнаружить на пороге его.
– Ты не мог подождать до утра? – сказала я, пытаясь прикрыть руками глубокий вырез кружевного чуда.
– Это ты больше не можешь ждать. Этот интриган, – не любит он мсье Распорядителя, – показал тебе, как открывать книгу?
– Ты о Распорядителе? Увы, одни обещания. Если бы я пила все его чаи, то вполне проглотила бы это. Спасибо тебе.
Демон кивнул.
– Почему до сих пор нет привязки к дому? Ты хоть спрашивала его об этом?
– Конечно. И попрошу без претензий в голосе.
– Прости, – он тут же взял себя в руки, – просто ждать больше нельзя.– Подошел ко мне и встал между мной и окном, я автоматически отступила и уперлась попой в письменный стол.
Почему он так действует на меня? Мне не хватает кислорода рядом с ним, становится так жарко… Только этот жар идет из меня самой. Губы мгновенно пересохли, и я их облизала, да так и не прикрыла рот, потому что его темные глаза заблестели, когда он посмотрел на меня. Придвинулся ближе и, о, черт, как так получилось, что я сижу на столе, а он уже между моих колен, вдыхает аромат моих распущенных волос, его губы касаются моей щеки, шеи? Так нельзя…
– Так нельзя, – шепчет он и утыкается носом мне в шею. Я запрокидываю голову, закрываю глаза и чувствую, как распахивается окно и свежий ветер кружит по комнате.
Мой личный демон отрывается от меня и восхищенно ахает. Две слезинки стекают по моим щекам, эмоции зашкаливают, я так устала и хочу все отпустить! Притягиваю его резким рывком к себе и целую, сильно, больно, до соленого привкуса крови, и слезы еще и еще текут по лицу. Не хочу чувствовать одиночество и пустоту внутри! Будто отзываясь на очередной взрыв эмоций внутри меня, в садовом фонтане взлетает в воздух струя воды, и ее шум сливается с чем-то еще, кажется это шум колес по гравию.
Я забываю обо всем, но в какой-то момент под моей рукой оказывается рассыпанная земля, совсем немного, открываю глаза в попытке посмотреть, но демон прижимает меня к себе, и я словно растворяюсь в его тепле и страсти, а затем…
Затем я чувствую дом, каждую досочку его строения, землю вокруг, деревья на ней, воду в прудике и фонтанах, ради шутки усиливаю поток и слышу снова изумленный возглас демона. Чувствую, как ветер в кронах резвится, и как он скользит над идеально выстриженным газоном. Чувствую каждое живое существо, биение их сердец и бег крови в их венах в доме и на его территории и удивляюсь, что демона я ощущаю, а вот новых персонажей, что томятся в трех черных лимузинах у ворот моего дома за исключением водителей – нет.
Открываю все-таки глаза и несколько вдохов прихожу в себя. Демон поднимает мою правую ладонь и отряхивает от приставшей земли. Рядом на столе стоит горшок с каким-то растением. Как он там оказался сейчас неважно. Я смотрю демону в глаза, и чувство предательства наполняет меня. Будто дамбу прорвало и все в меня. На глазах снова появляются слезы.
– Нет, нет, так надо, так происходит привязка ведьмы к Дому, ты молодец. Но я не хотел этого сейчас, я просто… Я не знал, – он падает на одно колено передо мной, – прими мою клятву верности, госпожа!
Он говорит какие-то слова, клянется защищать, быть честным и что-то там еще, а у меня в голове шум и звездочки. Демон смотрит на меня выжидающе.
– Я, – голос хриплый, откашливаюсь, – кхм, я принимаю твою клятву.
В дверь снова кто-то стучит, и мы одновременно поворачиваем головы.
Глава 6
– Мисс, – одна из нескольких оставшихся в доме слуг взглянула на меня и осеклась, всмотревшись, чуть наклонила голову и присела в книксене, – простите, леди, к Вам гости. Рекомендуется принять немедленно, я подам напитки в большую гостиную.
Я привыкла соображать быстро, профессия обязывает. Обязывала. Оценила и свой переход в статус повыше в глазах служанки и ее "напитки в большую гостиную". Насколько я знаю просто гостей, тем более в такое позднее время можно и в обычной гостиной принять. А здесь…
Демон встал и подтолкнул меня к ванной.
– Подай госпоже халат, – приказал он служанке.
Сам помог мне его надеть, открыл передо мной дверь, и мы поспешили вниз.
Нас ждали. Два высоких чем-то неуловимо похожих между собой господина в одинаковых черных костюмах расположились в широких креслах с темно-зеленой обивкой, массивных, с резными спинками и подлокотниками, изящными ножками, выполненными из гренадила – невероятно дорого, почти черного сорта дерева. Кресла располагались возле камина, сейчас были развернуты к центру комнаты. Третий гость сидел на небольшом диванчике из этого же гарнитура, и был так же похож на своих коллег.
Мужчины поднялись, когда мы с демоном (даже не знаю как его зовут!) вошли, и я заметила еще одного гостя, совсем молоденького паренька с планшетом в руках.
Возникла неловкая пауза – мне казалось, что представляться должны первыми гости, они, видимо, ждали того же от меня. Демону первому надоело ждать.
– Чем обязаны вашему визиту в столь поздний час? – он сделал крохотную, едва уловимую паузу перед упоминанием времени, на грани "чего приперлись", но еще в рамках приличия.
– Кхм… – кашлянул один.
– Лорд Лусеро Визибилис, – представился второй, глядя мне прямо в глаза, – мои спутники: лорд Синерос Аодитос и лорд Антонио Силентис.
Я нахмурилась, а демон воспользовался моим молчанием чтобы представить меня.
– Елена Сергеевна Королёва, – гости переглянулись, Синерос отчетливо ухмыльнулся. Было заметно, что они услышали что-то, что их обрадовало. Но демон мой продолжил, и выражения их лиц мгновенно изменились, – наследница Дома Лилиан Астерос и лорд Астар Киам.
Мужики оцепенели.
Улыбнулась максимально очаровательно и, старательно копируя интонации и подражая Хелене Бонем Картер в сцене посещения волшебного банка в одном известном кинофильме, произнесла:
– Чем, собственно, обязана столь приятной компании в этот дивный вечер?
Лица гостей окончательно застыли каменными масками.
Постучала и вошла служанка с тележкой, на которой стояли чайник с кофе и блюдо с пирожными, чашки, на нижнем ярусе – бутылка виски и бокалы под него, небольшое ведерко со льдом, судя по звуку.
– Могу я предложить вам кофе или… – уместно ли мне предлагать мужчинам крепкий алкоголь?
– Да, пожалуй, – Силентис отмер и сглотнул, он контролировал эмоции лучше остальных. Мы расселись, служанка разлила мне и Антонио Силентису – кофе, остальным мужчинам виски.
– Какая изумительная трость у Вас, – сделала я комплимент Аодитосу, его лицо немного разгладилось, с трудом, но мужчина выдавил подобие улыбки.
– А что мсье Распорядитель, давно отбыл? – спросил Визибилис.
– Сегодня, – я сделала вид, что отпиваю кофе и похвалила служанку, – ммм, кофе чудесный!
– И как вы видите свое дальнейшее… ммм… проживание?
– Ой, пока даже не задумывалась об этом, мне сейчас так тяжело, эта неожиданная смерть Алины Захаровны, исчезновение моего жениха, столько всего навалилось! Хотелось бы отдохнуть съездить.
– Уехать? А дом? – этот Визибилис сейчас настолько походил на хитрую злобную крысу, что я еле удержалась, чтобы не поежиться.
– А что дом? – я снова "отпила" кофе.
– Оставите или продадите? – ах, вот ты к чему ведешь…
– Пока не знаю. Честно говоря, не представляю, что мне делать со всем этим наследством. – Гости многозначительно переглянулись.
– Мы могли бы сделать Вам предложение, – задумчиво произнес один из них.
– Да-да, и довольно щедрое, на рынке недвижимости Вам столько не предложат.
– А мы ценим истинную красоту, к тому же для нас этот особняк представляет историческую ценность.
– Вы не прогадаете.
– И сможете зажить безбедной жизнью молодой девушки, веселиться, отдыхать.
– Что скажете?
Мгновение, другое, поднимаю глаза от чашки и хлопаю ресницами.
– Ой, ну я даже не знаю, это совпадает в целом с моими планами, но я уже сказала, что слишком много навалилось всего. – А глаза у них хищные-хищные. – Я, наверное, поеду пока отдыхать, была у меня мечта, знаете, посетить знаменитые пляжи мира. А там, кто знает, возможно, пригляжу себе домик, да и сторгуемся с вами?
Я пожала плечиком, с которого почти сполз, совершенно нечаянно, конечно же, халат, показав кружевную лямку сорочки, и посмотрела на их реакцию. Силентис слегка поморщился. Остальные обрадовались.
– Замечательно, – я встала. Пусть и невежливо, но мне надоел этот маскарад. – Прошу простить, господа, но сегодня был длинный и тяжелый день, я очень устала.
*
Астар проводил меня до комнаты, но дальше дверей не пошел.
– Будет непросто, да? – мне было грустно.
Он кивнул.
– Но ты справишься. – Я нахмурилась – опять мне одной выгребать. Но демон поправился, – мы, если позволишь, справимся.
Я улыбнулась.
– Конечно.
*
Утром решила сразу после кофе приступать к делам. Прошлась по дому, собирая слуг, которые приехали с мсье Распорядителем, спросила готов ли кто-то из них принести мне клятву на время службы. Это Астар меня уже просветил. Пока слуги работают на Распорядителя, они могут и опаивать, и доносить на меня, да хоть убить! Меня это не устраивало категорически. Почти все они ушли, осталось две совсем молодых девушки и помощник садовника. По его взглядам на одну из оставшихся было ясно, что парень ведом любовью. Лишь бы эта любовь ему боком не вышла, если девчонка ему откажет, она его словно и не замечает.
С остальными тут же распрощались.
Астара оставила в доме приглядывать за теми, кто остался. Пока они не работают на меня, мсье Распорядитель может воспользоваться шансом и что-нибудь сделать. Возможно, я просто параноик.
На такси поехала в город – нужно было составить у нотариуса договор для найма персонала и… завещание. Вчерашние стервятники, боюсь, могут стать только первыми ласточками.
Появилась возможность выгулять новый наряд.
Возвращаясь домой, я поймала себя на мысли, что начинаю получать удовольствие от жизни, чего со мной не было почти с момента ухода из следственного отдела. Какая бы ни была зарплата и условия на последней работе, все там было слишком рафинировано и гламурно для меня. И пусть номинально я была начальником, но прогибаться приходилось иногда под любую козявку – один сынок директора компании чего стоил. А придушить нельзя.
Сейчас я была начальником самой себе. И если с особняком я еще представляла что делать: нанять штат прислуги, управляющего, проверять бухгалтерию, то с магической составляющей своей жизни – пока не очень.
Подъезжая к особняку, я уловила отголоски радости от дома. А еще в нем что-то поменялось, у меня не было возможно особо рассматривать его экстерьер, но мне казалось, что фонари, например, были обычные, а сейчас кованные, красивые. На подоконниках окон моей спальни стояли длинные горшки с цветами. Этого раньше точно не было. Помощник садовника постарался, решил зарекомендовать себя?
Астар встретил меня внизу и провел в кабинет Алины Захаровны. Ну не воспринимала я его своим, мне больше нравился тот, закрытый, с портретом одной из бывших владелиц. Демон посадил меня в кресло посетителя и положил на колени ту самую книгу.
– Ты должна угостить ее своей кровью, чтобы она открылась тебе.
– Сколько? – привычно спросила я, а демон улыбнулся.
– Пары капель будет достаточно. Уколи палец и обмажь боковой обрез книги.
Я сделала, что сказали и, зашипев от боли, медленно повела пальцем по страничкам, оставляя кроваво-красный след. Через секунду книга вновь была чистой, замочек едва слышно щелкнул.
– А почему она не захлопнулась тогда, когда Алина Захаровна умерла?
Астар пожал плечами и сделал губы подковкой.
– Возможно, остаточная сила умершей ведьмы. Или книга почувствовала острую надобность для новой сильной ведьмы.
– Расскажи мне все?
Демон кивнул и сел на край стола.
Ты, наверное, уже поняла, что вчера…
Глава 7
– Вчера ты смогла самостоятельно инициировать привязку к дому. Обычно это делает наставник, у новеньких силенок маловато. Канал открывает кто-то более опытный, а идет по нему уже тот, кто обладает силой и может выдержать энергетический поток. В первые разы магия может вести себя… импульсивно. Только я так и не понял, какая стихия тебя призвала?
– Призвала? То есть это стихия призывает? Я думала, человек с рождения ей обладает. Ну, по крайней мере, в книжках так пишут. Некоторые считают, что она вообще от гороскопа зависит – в какой месяц родился, та и стихия.
– Что за чушь? – демон нахмурился и скептически скривил рот, – нет, предрасположенность есть, как правило, родовая, но бывают и сюрпризы. Поэтому магия и показывает себя уже в период окончания формирования личности так сказать. Это приходится на период окончания подросткового периода. Опять же у всех по-разному. Кто-то в четырнадцать может определиться, а кто-то и после двадцати пяти мечется. Но это, как правило, те, кто в итоге получает два благословения.
– Благословение – это стихия? – уточнила я.
– Нет, это касание энергий. Их гораздо больше, но людям они почти неподвластны ни в каком виде. Можно получить благословение силы Огня или Ветра, а можно стать тем, кого коснется первостихия. Их пять: Жизнь, Порядок и Хаос, Свет и Тьма. После этого можно пользоваться их дарами. Но насколько… – он замялся, – то есть, на что ты в итоге будешь способен или способна зависит от каких-то внутренних данных. Резервуар, который можно прокачивать.
– Ага, – было о чем подумать, – а как понять, от какой стихии или силы – правильно я поняла? – я получила благословение?
– Ну, просто чувствуешь ее отклик.
– А как?
– Ну, можешь устроить ураган или хотя бы сквознячок? Или помочь цветку в горшке вырасти или, если он засыхает, помочь ему выздороветь. А можешь и гору вырастить на участке. Но это надо очень постараться.
Хм, устрою-ка я альпийскую горку с ручейком! Ирисы, гиацинты, нарциссы – ммм, всегда мечтала.
– Попробуй что-нибудь!
Естественно, в голове ни одной идеи. Вспомнила вчерашний вечер: ну, допустим, огня там не было, сквозняк спишем на естественные причины, земля… земля на столе – ничего с ней не произошло, а горшок с цветком потом служанка восстановила, не знаю как он сейчас. А вот фонтан…
Я вспомнила, как взметнулась в ночной свежий воздух струя воды в выключенном фонтане и решила попробовать еще раз.
Сидела минут пять, концентрировалась, потом схватила руками голову – вдруг поможет? Но вместо фонтана услышала звук воды в ванной, открыла радостная глаза и…
– Что ты там делаешь? – рассержено спросила я Астара.
– Набираю тебе ванну. Ты слишком устала, так все равно ничего не получится.
*
Следующим утром я проснулась от аромата кофе и солнышка, которое заглядывало в окно. Служанка раздвинула шторы, и я потягиваясь приоткрыла глаза. Как же хорошо! Мягкая приятно пахнущая цветами постель, солнышко, свежий вкусный кофе прямо в постель – ммм! Организм за ночь отдохнул, даже уставшие от каблуков за вчерашний день ноги не ныли. Я села в кровати, уткнулась лицом в объемное одеяло, затем подняла глаза и закричала.
– Ааа! Астар! Астар!
Демон появился мгновенно, просто материализовавшись посреди комнаты, на ходу запахиваясь в белое полотенце, вода стекала с его волос по телу. По накаченному, сильному телу, по груди с гладкой смуглой кожей, по животу с кубиками пресса, вниз, туда, где темной дорожкой бегут волоски. Жар во мне вспыхнул и заполнил всю меня, а Астар охнув, побежал к столику с кувшином воды и выплеснул на меня и постель.
– Ты чего?! – заорала я.
– А ты чего? У тебя постель гореть начала!
– Ааа? – умно произнесла я. Холодная вода капала с моего лица на голую грудь, к которой я прижимала мокрое теперь одеяло.
Прибежала служанка, заахала, вытащила меня из кровати и завернула в халат. Астар, отвернувшись к стене, разглядывал шелковые обои.
Отпив пару глотков кофе и чуть придя в себя, подошла к тому, что заставило меня так бурно отреагировать.
На подоконнике стояла герань. Еще вчера она было почти засохшей палкой посреди горшка с парой листочков. Сейчас же… Сейчас цветок красовался шикарными ярко алыми кистями соцветий.
Посмотрела на Астара и захохотала – так забавно он выглядел с открытым в изумлении ртом!
Через минуту мы смеялись оба, служанка смущенно улыбалась, глядя на нас, прибирая постель. На матрасе было темное опаленное пятно.
Когда она ушла, Астар подошел к столу и протянул мне мой рюкзак, где лежали документы от нотариуса.
– Позови обратно служанку, пусть прямо сейчас подпишет договор.
Я так и сделала. Пусть она и не видела, что здесь произошло, но выводы сделать – раз плюнуть.
После я отпустила и девушку, и Астара, приняла душ, оделась и вышла в холл.
Так, первое – слуги и договора. Нашла свою горничную, попросила позвать всех в кабинет. Там все подписали трудовой договор с пунктом о неразглашении информации и пошли по своим делам. Я – искать гримуар в надежде, что там будет информация о привязке к дому и что с этим делать.
Астар заявил, что теперь я могу перестроить дом под себя, но я это представляло себе с трудом. Насколько значимые изменения я могу вносить? Как именно это делать? Надо ли всем живым выходить из здания на это время и сколько этого времени понадобится?
Зашла на кухню раздобыть чего-нибудь пожевать и встала – холодильник пропал. Вышла и зашла заново. Шкафчики из темных и резных превратились с гладкие цвета слоновой кости, столешница приобрела оттенок топленого молока. Дверцы верхних шкафов красовались вставками матового стекла. Современно и светло. Но холодильник так и не появился. Пошла распахивать один шкаф за другим и обнаружила искомое. Ага, теперь он встроенный. И аж на три больших отделения, не считая морозилок внизу. Взяв кусочек мясной нарезки и яблоко, закрыла дверцу и обнаружила Астара, прислонившегося к дверному косяку.
– Осваиваешься?
Я кивнула.
– Сложно. Я не привыкла к такому, – отвела взгляд, но он заметил.
– А к чему привыкла?
Глава 8
– Было время, когда во времена учебы в университете (а училась я на юридическом, и это было непросто, так как училась я хорошо), мне приходилось подрабатывать всеми возможными способами просто чтобы выжить и не умереть с голоду. Нам было запрещено иметь работу, потому что это отвлекало от получения и усвоения знаний. Но есть-то надо… Стипендии, пусть и повышенной, хватало на пару недель. И то только потому, что я жила в общаге, и почти не покупала себе вещей.
К моменту поступления на факультет мечты, я осталась круглой сиротой. Родители погибли один за другим, когда мне было шесть. Сначала матушка сильно простудилась и ушла от воспаления легких за несколько часов. Помню, как она лежала горячая, кашляла изредка с хрипами, потом меня уложили спать, мы долго не могли расстаться тем вечером, а утром мама была уже мертва. Отец прожил еще три месяца. Нет, он не ушел в запой, не устраивал истерик. Лучше бы устроил. Он стал чернеть и холодеть. До смерти мамы я всегда поражалась, какие у него горячие руки и грудь, к которой было так здорово прислоняться, если что-то случилось или хотелось чтобы он пожалел и погладил. А после…
Как-то утром он проснулся в хорошем настроении и даже выглядел лучше, сказал, что взял отгул и папа повел меня гулять в любимый мамин парк. Была теплая осень и мы собирали опавшие листья в огромные кучи, он бросал меня в них. Придя домой, пообедали, потом пришла с работы бабушка, которая переехала к нам, мы пили чай и смеялись, вспоминали маму. Было легко и хорошо. Помню, как отец посмотрел в окно и, будто что-то увидя, привстал, схватился за сердце и упал.
Мы никогда не жили богато, накоплений не было, и бабушке пришлось продолжить работать бухгалтером, еще и взять ставку уборщицы. Меня она отправила в школу-пятидневку. Забирала в пятницу, заезжая сразу после работы. Она всегда привозила что-то вкусное или приятное.
Именно там, в школе, несмотря на довольно сложные условия, мне привили умение защищаться словами. А для этого необходимо было владеть знаниями, информацией, уметь грамотно и быстро аргументировать.
Когда мне исполнилось шестнадцать, бабушка помогла мне оформить полную дееспособность и переписала на меня свою жилплощадь – комнату в коммунальной квартире на восемь семей. Родственников и претендентов на наследство не было, поэтому она была спокойна – без жилья я не останусь.
Но жизнь распорядилась иначе. Первые же новогодние каникулы обернулись, наверное, самыми кошмарными днями в моей жизни. Сессию я сдала досрочно – мне позарез нужна была стипендия, хотелось зарекомендовать себя. С бабулей созванивалась несколько раз в день – она была умной и рассудительной, часто подсказывала, как и с кем разговаривать, успокаивала. 30 декабря у меня было назначено два последних экзамена. Утром бабуля пожелала мне удачи, а когда я набрала ей сообщить, что сдала на отлично оба экзамена, трубку она не взяла. Я перезвонила через несколько минут, но, увы, с тем же результатом. А скоро я услышала, что абонент временно не доступен. Это было странно. У бабушки две зарядки – одна дома, вторая на работе. В сумочке всегда лежал внешний аккумулятор. Бабушка работала в компании, занимающейся продажей всевозможных гаджетов.
Покидала вещи в сумку и отправилась домой. Уже когда удобно устроилась в электричке, телефон, который я вертела в руке, чтобы не пропустить вызов от бабули, наконец, зазвонил.
Мужской очень усталый голос спросил:
– Елена Сергеевна Королёва?
– Все верно.
– Лейтенант УВД района * Михайлов Денис Валерьевич. Скажите, Вы могли бы подъехать к нам в отделение?
– Денис? Ты? – сын наших бывших соседей, в детстве меня на санках катал. Бабушка часто рассказывала мне про него, – это Лена из 2 квартиры, помнишь?
– Леночка? Ты? Господи, сто лет тебя не видел и не слышал… Лен… Тебе надо подъехать к нам, тут у вас в доме был пожар.
– А бабушка? Что с ней?
– Дом только закончили тушить, идет разбор, возможно, твоей бабушки не было дома, соседи сказали, она до пяти работает?
– Да, но у нее телефон недоступен, – я сглотнула, – я еду в электричке, буду на станции через час десять.
– Давай я тебя там и встречу.
– Хорошо.
Приятель детства уже ждал меня, когда я почти бегом выбежала из электрички и пролетела через турникет.