Малыш Николя в школе

Художественные образы, сюжеты придуманы Рене Госинни и Жан-Жаком Сампе. Права на товарный знак сохранены за издательством IMAV.

© 2004 IMAV éditions / Goscinny-Sempé

© Левин В. Л., перевод на русский язык, 2016

© Издание на русском языке.

ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус», 2016

Machaon®

Жильберту Госинни

Я совершенно не помню свою первую встречу с Жан-Жаком Сампе, потому что знала его всегда. Я была маленькой девочкой, и его смех, вторящий смеху моего отца, звучит у меня в ушах до сих пор. И могу заявить, что у Жан-Жака Сампе есть общее с малышом Николя: они оба – часть моего детства.

Эта история начинается в середине пятидесятых годов. Сампе рассказывает: «Однажды я встретил Рене Госсини, который только что вернулся из Соединённых Штатов. Мы сразу стали друзьями».

Друзья – вот ведущее слово той вселенной, которую им вместе предстояло создать.

Действительно, каждую неделю с 1959 по 1965 год мой отец и Сампе выпускали одну историю для газеты «Сюд-Уэст Диманш».

Чтобы написать и изобразить приключения малыша Николя, двое мужчин делились своими детскими воспоминаниями… Талант творцов подарил нам ощущение, будто мы сами пережили приключения Николя.

Отец не успел рассказать мне о своём детстве, а моё закончилось с его смертью.

Когда мой отец ушёл, Сампе остался верен их дружбе. У него сохранились дружески тёплые отношения с моей матерью, и, когда мы обедали вместе с Жан-Жаком, я часто слышала их смех.

Но изданы были не все истории… И Жильберта Госсини, моя мать, задумала такой проект: подарить читателям возможность снова встретиться с Николя и его друзьями, опубликовав неизданные рассказы об этом мальчишке, которого так все полюбили. Но жизнь снова распорядилась по-своему, и моя мать не успела осуществить свою идею.

Мы встретились с Жан-Жаком Сампе в ресторане в Сен-Жермен-де-Пре. Я показала ему первую вёрстку текстов своего отца с рисунками Сампе и смотрела, как он разглядывает собственную работу… сорок лет спустя… и улыбается (какая это была улыбка!). Он с энтузиазмом присоединился к моему проекту.

Мы вместе отправимся с Николя в школу. Мы оба возьмём его за руки.

После затянувшихся каникул знаменитый школьник не изменился. Вот истории, которые снова расскажут о нём. О нём и о его друзьях: Аньяне, Альцесте, Руфюсе, Эде, Клотере, Жоакиме, Мексане… И о Жоффруа – тот, у кого очень богатый папа. И Николя впервые идёт к нему в гости, а там огромный бассейн и столовая размером с ресторан.

Но лучшим другом Николя остаётся толстяк Альцест, который всё время ест.

«– В сочельник, – сказал я ему, – у нас на ужине будут бабушка, моя тётя Доротея и дядя Эжен.

– А у нас, – сказал Альцест, – будет белая кровяная колбаса и индейка».

Я сама стала мамой маленького мальчика и маленькой девочки, поэтому и подумала, что пришла пора опубликовать эти скрытые от мира истории. Лучшего способа поговорить с детьми об их дедушке не придумать!

Но кроме этого личного мотива был и другой, вполне естественный. Неизданные рассказы о малыше Николя адресованы не только тем, кто много лет назад благодаря ему открывал для себя мир чтения, но и тем, кто узнал дорогу в школу совсем недавно.

Малыш Николя способен покорять и детей, и взрослых. Для первых это будет счастливое знакомство, для вторых – радостное узнавание.

Снова в школу

Мама сказала, что завтра мы пойдём покупать вещи для школы.

– А что надо? – спросил папа.

– Много всего, – ответила мама. – Новый портфель, штаны, ну и обувь.

– Опять обувь?! – закричал папа. – Это просто невозможно! Он что, её ест?

– Нет, но он ест суп и растёт, – сказала мама. – А вместе с ним растут и его ноги.

Назавтра мы с мамой пошли за покупками; из-за обуви мы немного поспорили, потому что я хотел баскетбольные туфли, а мама сказала, что купит мне пару прочных кожаных ботинок, и, если меня это не устраивает, мы вернёмся домой, и папа будет очень недоволен.

Продавец в магазине был очень хороший: он заставил меня мерить кучу ботинок и объяснял маме, что они все отличные, но мама не могла решиться, а потом он принёс коричневые ботинки, которые ему очень нравились, и мама спросила, удобно ли мне в них, и я сказал – да, чтобы не расстраивать продавца, но на самом деле в них было немного больно.

Потом мама купила мне портфель, а с портфелем можно здорово повеселиться после уроков, когда кидаешь его в ноги ребятам и они падают, и мне не терпелось скорее увидеться с друзьями, а потом мама взяла мне короткие штаны, похожие на кобуру для пистолета, но вместо пистолета я получил точилку для карандашей, похожую на самолёт, ластик, похожий на мышь, карандаш, похожий на флейту, и ещё кучу всяких вещей, похожих на другие вещи, а со всем этим в школе тоже можно разные штуки вытворять.

Когда вечером папа увидел всё, что накупила мне мама, он сказал: «Надеюсь, ты будешь беречь свои вещи». И я сказал, что да, буду беречь. А я и так всегда берегу свои вещи, хотя точилка для карандашей сломалась ещё до ужина, когда я кидался ею в мышь, и папа рассердился и сказал, что после нашего возвращения я стал невыносим и что он ждёт не дождется, когда начнутся занятия в школе.

Надо вам сказать, что занятия в школе начнутся совсем скоро, но мы, я, папа и мама, вернулись с отдыха давным-давно.

На каникулах было здорово, я классно повеселился. Мы отдыхали на море, я плавал далеко-далеко, правда; а на пляже я выиграл конкурс, и мне дали два иллюстрированных журнала и вымпел. А ещё я весь загорел на солнце; выглядел я классно.

Ясное дело, когда мы вернулись домой, мне хотелось показать друзьям, как я загорел, но перед школой всегда такая досада: приезжаешь, а с ребятами никак не встретиться. Альцест – это парень, который живёт ко мне ближе всего, мой лучший друг, толстяк, и он всё время ест – ещё не вернулся; Альцест каждый год ездит с родителями к своему дяде, тому, который мясник в Оверни. И каждый год он уезжает, когда полканикул уже прошло: надо ждать, пока его дядя сам вернётся из отпуска с Лазурного Берега. Правда, месье Компани, бакалейщик из нашего квартала, увидел меня и сказал, что я отлично выгляжу и похож на кусочек хорошо пропечённого хлеба со специями, и дал мне изюму и одну оливку, но это совсем не то, что друзья.

В конце концов, это нечестно, потому что если тебя никто не видит, то зачем тогда быть загорелым, и у меня было ужасное настроение, и папа сказал, что не надо разыгрывать эту ежегодную комедию и он не хочет, чтобы я вёл себя невыносимо, пока не начнутся занятия в школе.

– Когда начнётся школа, я уже буду совсем белым! – сказал я.

– Да это просто мания какая-то! – закричал папа. – Стоило нам вернуться с моря, как он думает только о своём загаре!.. Слушай, Николя, вот что мы сделаем. Ты будешь выходить в сад и загорать там. Во-первых, перестанешь меня доставать, а во-вторых, когда пойдёшь в школу, будешь как Тарзан.

Ну я и пошёл в сад, но там, конечно, не как на пляже, потому что нашли тучи.

И скоро меня позвала мама:

– Николя! Перестань валяться на траве! Ты что, не видишь – дождь начинается!

Мама сказала, что этот ребёнок сведёт её с ума, а папа – он хотел почитать газету – посмотрел на меня и сказал, что я достаточно загорел, и велел пойти вытереть голову, потому что я весь мокрый.

– Неправда! – закричал я. – Я совсем ещё не загорел! Я хочу опять на пляж!

– Николя! – крикнул папа. – Будь добр вести себя вежливо и прекрати говорить глупости! А не то отправишься к себе в комнату без ужина. Ясно?

Тогда я заплакал и сказал, что это нечестно, что я уйду из дома и один поеду на пляж и что я лучше умру, чем буду белым, а мама прибежала из кухни и сказала, что ей надоело весь день слушать эти вопли и что если отдых на море заканчивается так, то в следующем году она предпочтёт остаться дома, а мы с папой как хотим и ей всего этого не надо.

– Вообще-то это ты захотела, чтобы мы в нынешнем году опять поехали в Бен-ле-Мэр, – ответил папа. – И не я виноват, что у твоего сына такие причуды и после моря он становится невыносимым!

– Папа сказал, что если я буду в саду, то стану как Тарзан, – объяснил я. – Но я совсем не загорел!

Тут мама засмеялась и сказала, что загар у меня совсем ещё не сошёл, что я её маленький Тарзан и она уверена, что в школе я всё равно буду самым загорелым, что я могу пойти в свою комнату поиграть и она позовёт меня ужинать.

За столом я не хотел разговаривать с папой, но он строил мне такие рожицы, что я засмеялся, это было весело. Мама испекла яблочный пирог.

А на следующий день месье Компани сказал, что сегодня из отпуска возвращаются Куртеплаки. Месье и мадам Куртеплак – это наши соседи, их дом совсем рядом, и у них есть дочка, которую зовут Мари-Эдвиж, моего возраста, со светлыми волосами и голубыми глазами – такими красивыми!

Я вообще обалдел, мне очень захотелось, чтобы Мари-Эдвиж увидела, какой я загорелый, но я ничего не сказал папе, ведь папа предупредил, что если я ещё раз заговорю с ним о загаре, то пожалею об этом.

Было солнце, и я пошёл в сад, но время от времени бегал в ванную, чтобы посмотреться в зеркало, но коричневее не становился и подумал, что надо ещё разок попробовать, а если я так и останусь белым, то всё скажу папе.

И только я вышел в сад, как перед домом остановилась машина месье Куртеплака, а на крыше у неё была куча багажа.

Потом из машины вышла Мари-Эдвиж, и когда она увидела меня, то помахала рукой.

И я стал красный как рак.

«Непобедимые»

У нас будет своя банда! Это Жоффруа придумал. Он нам сказал на переменке, что прочитал книгу, в которой друзья собрали банду, а потом стали делать такие классные штуки: защищали людей от злодеев, помогали бедным, хватали бандитов – в общем, веселились вовсю.

– Банду назовём «Непобедимые», как в книге. Соберёмся после школы на пустыре, – сказал Жоффруа, – пароль будет: «Неукротимая смелость!»

Когда я пришёл на пустырь, Жоффруа, Руфюс, Эд, Альцест и Жоаким уже были там. Я немного задержался в классе из-за учительницы, которая сказала, что у меня ошибка в задании по арифметике и мне надо сказать папе, чтобы он был внимательнее.

– Пароль? – спросил Альцест, суя мне в нос куски круассана (Альцест всё время ест).

– «Неукротимая смелость!» – ответил я.

– Проходи, – сказал он.

Пустырь – отличное место. Мы там часто играем – трава, кошки, пустые консервные банки, шины, старый автомобиль, хоть он и без колёс, зато в нём классно играть: вр-рум! вр-рум!

– Будем собираться в машине, – сказал Жоффруа.

Он меня насмешил, этот Жоффруа, – достал из своего портфеля маску, которую нацепил на глаза, чёрный плащ с буквой «Z» на спине и шляпу. У него папа очень богатый и всегда покупает ему игрушки и всё для переодевания.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.