Сердце Пожирателя

Глава 1. Майк. Мо

Майк бежал уже несколько часов. Обычно марш-броски давались ему легко, он почти не уставал, хотя всегда выкладывался на полную. С таким отцом, как у него, невозможно халтурить даже во время тренировочных забегов – сразу же заметит и заставит пройти всю дистанцию заново.

Алекс никогда не щадил себя и не особенно щадил Майка. С самого детства, сколько тот себя помнил, отец бегал километровые кроссы, плавал в бассейне, часами занимался в спортзале или стрелял на полигоне, и всегда таскал за собой сына. Скидки на возраст и каких-либо поблажек не было. Конечно, отец, словно машина, мог дать фору любому молодому бойцу из их подразделения. Иногда Майку казалось, что его родитель вовсе не человек, а киборг, не знающий усталости и не чувствующий боли. Майка он тренировал с самого детства, и уже годам к пятнадцати тот показывал отличные результаты.

Правда, в этот раз соревнования проходили на отдаленной планете Каф с влажным воздухом и тяжелым климатом. Дождь и холод могли мгновенно смениться удушающей жарой и палящим солнцем. Это был последний этап, финальный экзамен на профпригодность после окончания Военной академии. Многие ребята сошли с дистанции гораздо раньше – просто не выдержали сумасшедшей нагрузки. Их, конечно, не отчислят, но при распределении к месту службы учтут результаты. Направят в полицию или внутренние войска, выездов за пределы Галактики им не видать.

В какой-то момент Майк почувствовал, что у него открылось второе дыхание – усталость прошла, сил прибавилось, кислорода вроде бы хватало. Он ускорился и в результате пришел первым, с большим отрывом от всех остальных. На финише участников встречали преподаватели Военной академии и потенциальные работодатели. Среди группы военных Майк заметил высокую фигуру отца. По тщательно скрываемой улыбке родителя он понял, что Алекс доволен – не зря муштровал сына почти с пеленок.

Несколько дней назад, когда Майк только узнал, что финальный экзамен предстоит сдавать на планете Каф, то начал справедливо возмущаться:

– Зачем устраивать бега на этой уродской планете?! Можно подумать, руководство не знает, на что мы способны!

На что отец довольно жестко ответил, что на планете Мо любой дохляк пробежит сотни километров, там сам воздух помогает. А опасность всегда находит тебя в какой-нибудь жопе вроде Каф – с тяжелым воздухом, отравленной водой и кучей прожорливых уродов. Ему, конечно, виднее, но Майку всегда казалось, что отец слишком сгущает краски.

Алекс вообще жил в постоянном ожидании нападения: малейшее изменение обстановки – и он сразу был готов дать отпор. Но на деле ничего опасного не происходило, и к чему этот вечный психологический напряг, Майк искренне не понимал. Войны нет, никто из внешних врагов не угрожает, на их спокойную Галактику не нападает, какой смысл в этой вечной боевой готовности, если реального противника все равно нет? Таким же ненормальным в семье был и дед – вредный старик ежедневно нудел одно и то же:

– Соберись, раздолбай, будь внимательнее!

Майк и так был внимательным, гораздо внимательнее всех сокурсников. Он хорошо стрелял, мастерски метал ножи, мог ловко перехватить брошенный в него предмет. А еще отлично разбирался в оружии и пилотировал космический катер лет с десяти. Только одно задание давалось парню плохо. Отец завязывал сыну глаза, и тот должен был почувствовать, откуда исходит опасность, и отразить нападение. А Майк не чувствовал. Совсем. Ему надо было видеть или хотя бы слышать. Но отец двигался совершенно бесшумно и не давал даже маленькой подсказки, откуда прилетит удар.

Даже у деда внутреннее зрение было развито на хорошем уровне – старик частенько мог противостоять неожиданному нападению. Отец всегда чувствовал угрозу, словно у него вырастали глаза на всех частях тела. А Майк еще ни разу не угадал и не отразил. Алекс, правда, говорил, что это качество приходит с опытом и, как правило, в момент реальной опасности, но у Майка реальной опасности не было. Тренировки в спортзале не в счет.

Отец о своей прошлой жизни ничего не рассказывал, но Майк прекрасно понимал, что у него за плечами не одна боевая операция. Дед вообще вел себя, как старый партизан, где был, чем занимался – сплошные секреты. Но судя по тому, как старик мастерски метал ножи и стрелял с двух рук, в прошлом добропорядочный пенсионер наверняка служил в спецвойсках или подрабатывал наемным киллером.

Результаты итоговых тестов у Майка оказались отличные, и парень сразу же подал документы для зачисления во Внешнюю разведку. Ответ пришел быстро. Из целого потока отобрали всего десять человек, и он был первым в списке кандидатов на отправку в соседнюю Галактику в стан потенциального противника.

Окрыленный радостной новостью, Майк прибежал домой.

На деревянной веранде его встретил отец, остальные члены семьи куда-то разошлись. Счастливый Майк рассказал Алексу о зачислении, но по реакции отца сразу понял, что тот скорее напрягся, чем обрадовался. Глава семьи долго сидел молча, опустив голову, и ничего не говорил. Потом поднял на сына тяжелый взгляд и сказал скорее утвердительно:

– Решение окончательное. Изменить ничего нельзя.

Майк кивнул. Такие прошения назад не отзывают, если не хочешь окончательно испортить себе карьеру. Но реакция отца была, как минимум, странной. Для чего он растил из него профессионального бойца? Заставлял бегать, стрелять, сразу после окончания школы настоял на поступлении в Военную академию? А теперь, когда Майк попал во Внешнюю разведку и готов применить полученные навыки на деле, родитель совершенно не рад.

Отец тяжело встал и кивнул в сторону выхода из купола, тот был совсем рядом с домом:

– Пойдем, пройдемся.

Майк направился следом, ничего не понимая.

Все города и жилые поселки планеты Мо были накрыты прозрачным куполом. Выходить за пределы полусферы могли только коренные жители и всего на несколько часов, потом требовалось надеть специальную маску, чтобы не потерять сознание от избытка ксилорода. Но небольшая двухчасовая прогулка на свежем воздухе без маски давала невероятный прилив сил, словно человек побывал на оздоровительном курорте. Жители других планет и галактик могли выйти за пределы прозрачного купола только в маске – их легкие не были приспособлены для местного воздуха. Купол укрывал город тысячи лет, и Майк до сих пор не знал принцип его действия – технология держалась в строжайшем секрете.

По дороге к реке оба молчали.

На песчаном берегу у самой воды лежало большое дерево, которое много лет назад принес с гор водный поток. Издалека оно напоминало гладкую белую кость какого-то крупного животного, слона или даже мамонта. С раннего детства Майк часто приходил на берег реки вместе с отцом. Там они обсуждали разные темы, которые касались только их двоих – маленького мальчика и его сильного умного отца. Сейчас Майк понял, что Алекс привел его сюда не просто так, а хочет о чем-то серьезно поговорить. Но отец молчал, смотрел на горы вдалеке и мыслями был где-то далеко. А потом неожиданно рассказал о событиях прошлого, от которых Майк просто охренел.

В Военной академии Майк подробно изучал историю развития потенциального противника. Молодые абитуриенты очень удивлялись, почему жители соседних галактик проживают в таких жутких условиях и не пытаются поднять бунт. Но, видимо, соседей полностью устраивало их плачевное положение, либо все восстания жестоко подавили и новых попыток изменить мироустройство никто не делал. Отдельные представители человеческой расы, наиболее умные и талантливые, перемещались на огромных космических станциях. Они слепо подчинялись жестоким лидерам, пели гимны в их честь и вообще больше напоминали рабов, чем нормальных людей.

Большинство планет были полностью разграблены и почти не пригодны для жизни. На них построили многочисленные заводы, промышленные комбинаты, фабрики, а в недрах земли рабочие день и ночь бурили тоннели для добычи полезных ископаемых. Рядом с предприятиями устраивали огромные свалки, настоящие озера с химикатами, зачастую радиоактивными. На таких планетах обитали замученные трудом работяги, которые пытались выжить в нечеловеческих условиях и заработать хоть немного денег.

На окраинах галактик собирались последние отбросы общества – космические пираты, преступники, мутанты и даже людоеды. Банды промышляли разбоем, грабежом и дрались за последний кусок жареной крысы. Галактиками управляли Смотрители, они организовывали добычу полезных ископаемых, наводили относительный порядок на вверенной им территории, каждый из них имел свою собственную армию головорезов и свору подчиненных. А во главе всей жестокой тоталитарной системы стояли Король и его семья – наиболее богатый и могущественный клан.

Со всех галактик к владениям Его Величества тянулись вереницы космических кораблей, нагруженные золотом, платиной и энергетическими ресурсами. Все эти несметные дары позволяли Королю содержать бесчисленную армию и держать под контролем огромное космическое хозяйство. Неугодных или жадных Смотрителей жестоко наказывали, а все владения вместе с людьми и производством передавались в руки более сговорчивых надсмотрщиков.

Информация о потенциальном противнике вызывала у Майка и его сокурсников скорее любопытство, чем чувство опасности. Молодежь, которая родилась на благополучной и красивой планете, до конца не представляла все ужасы жестокой тоталитарной системы. Правители Мо понимали, что неадекватный и сильный враг в лице Короля и его приспешников может напасть в любой момент, узнай он о том, что рядом существует невероятно богатая галактика со множеством неразграбленных планет. Тысячи головорезов направят свои корабли на поиски новых трофеев, и вместо цветущих оазисов останется очередное безжизненное пепелище. Существование планеты Мо и других не менее красивых планет держалось в строжайшем секрете от неспокойных соседей. Но при этом требовалось держать руку на пульсе и внедрять в стан врага своих людей.

Специально подготовленных бойцов, вроде Майка, под видом бедных жителей отдаленных планет направляли служить в Королевские войска, устраивали работать на космические станции, военные заводы и даже в ряды обслуги Его Величества. Некоторые засланные казачки застревали в галактике врага надолго и занимали весьма солидные посты в правительстве. Все тайные агенты преследовали единственную цель – узнать план действий потенциального противника, донести своим и, в случае необходимости, предотвратить нападение даже ценой собственной жизни.

А сейчас Майк узнал о том, что его отец был не только родом из соседнего странного мира, но и одним из организаторов, можно сказать, идейным вдохновителем безумной и жестокой системы контроля. Вторым человеком после самого влиятельного Смотрителя крупнейшей галактики, его правой рукой. Под началом отца происходили захват и разграбление многих планет, а жестокая карательная система продолжала работать до сих пор во главе с бывшим лучшим другом отца, Смотрителем Антоном. Много лет назад отец и Антон серьезно разошлись во взглядах. Алекс покинул галактику, которая находилась у него в подчинении, и уехал жить на планету Мо. А Антон продолжил строить свой безумный мир в одиночку.

Да уж… Майку требовалось время, чтобы принять услышанное. Он понимал, что жизнь длинная и ошибаются все, но чтобы так?! Сколотить тоталитарную систему, которая слаженно работала до сих пор, жила своей странной, непонятной жизнью и все еще представляла реальную угрозу – вот это масштаб! Ошибся папа так ошибся! Майк видел, что Алекс очень сожалеет о прежних заблуждениях и итоге своей деятельности, хотя отец никаких эмоций не выражал, а излагал лишь голые факты. Но во время рассказа выглядел слишком мрачным и даже подавленным. Зато теперь стало понятно, почему Алекс стоит на страже распространения тоталитарной заразы в их уютный мир. Именно он разрабатывал защитные щиты планеты Мо и постоянно усовершенствовал систему противовоздушной обороны. Бесконечные командировки и работа на износ ради спокойной жизни здесь были слабой попыткой компенсировать угробленный мир в соседней галактике.

– Майк, ты внешне очень похож на меня, – Алекс, наконец, поднял глаза на сына, – найдется слишком много людей, которые могут это заметить. У меня там осталось много врагов.

Сейчас он очень сожалел, что не рассказал Майку всю информацию раньше, до подачи его рапорта во Внешнюю разведку. А теперь назад хода нет. Кандидатуру Майка утвердили на уровне правительства, и отказаться от командировки уже невозможно.

Когда отец и сын возвращались домой, Алекс предупредил:

– Маме пока не говори.

– Она тоже не обрадуется? – удивился Майк.

– В соседней галактике за ней гонялись трехметровые тараканы. Сожрали всех коллег из лаборатории прямо у нее на глазах. Сам понимаешь, какая будет реакция.

– Так мама тоже родом оттуда? Я думал, что она родилась на Мо.

– Нет, она родом с Земли. Сейчас уже нет такой планеты, – коротко ответил отец.

Майк молчал под грузом впечатлений. Скелеты, тщательно запрятанные в шкафу заботливыми родителями, сейчас вывалились горой и засыпали его по самые уши. Про деда он в тот день спросить не рискнул, наверняка старик тоже замешан в каком-нибудь грязном деле, а для начала требовалось принять прошлое отца.

За два месяца до отлета в соседнюю галактику заботливые родственники стали готовить из Майка профессионального шпиона. Кроме удвоенной физической нагрузки под присмотром отца, каждый день была теория. Парню показывали фильмы про космические станции и другие планеты соседних галактик, рассказывали множество подробностей с поправкой на то, что некоторые данные могут устареть. У Майка голова пухла от количества информации. Но надо отдать должное, что пользы от рассказов деда и отца было гораздо больше, чем от лекций в академии за все годы обучения. Преподаватели были теоретики и имели весьма смутное представление о порядках за периметром их привычного мира. А сейчас Майка консультировали практики и непосредственные участники военных событий.

Алекс отменил все командировки на два месяца вперед, чтобы хорошенько подготовить сына к предстоящему заданию. Но когда он днем уходил на работу, за обучение новобранца брался дед Димитрис, что для Майка было в разы хуже. Вредный старик заставлял запоминать расположения энергетических блоков космических станций, учить состав королевской семьи, на зубок знать модели воздушных судов и последнего вооружения потенциального противника. А уж картами звездного неба и топографическими картами планет просто замучил. Он постоянно нудел, что Майк должен запоминать координаты военных баз, крупных заводов и предприятий и хорошо ориентироваться на местности. Это будет его основной работой на ближайшие годы – тщательно запоминать и не менее тщательно стучать своим. Где дед раздобыл все эти карты и секретные сведения, Майк даже не спрашивал – все равно не скажет.

Димитрис напоминал ходячий сундук со знаниями и, несмотря на преклонный возраст, отличался редким умом, хитростью и наблюдательностью. Но все эти полезные качества были помножены на стариковскую вредность. А еще в далеком прошлом с ним произошло что-то непонятное, и дед законсервировался в возрасте шестидесяти лет. Хотя Майк прекрасно знал, что старику давно перевалило за девяносто, а может и шарахнуло все сто. Димитрис, как престарелая кокетка, отчаянно скрывал свой возраст даже от близких, а на прямые вопросы, сколько же ему исполнилось, мгновенно притворялся глухим. Майк деда очень любил, но тот временами становился просто невыносимым со своими советами и нравоучениями.

И вот когда Майка накачали знаниями и теориями из прошлого вперемешку с реальной информацией, дед строго спросил:

– Ты все усвоил?

Майк кивнул. Ему казалось, что голова сейчас расколется, как перезрелый орех, и оттуда разом вывалятся все полученные знания, как огромная мусорная куча.

– А теперь забудь! – приказал вредный старик.

Майк вопросительно посмотрел на деда, а потом на отца. Тот тоже кивнул.

– Как только переступишь порог космического корабля – ты деревенщина, ничего этого не знаешь. Не привлекай внимание, результаты показывай чуть выше средних. Будешь слишком хорош – тебя сразу заметят, а нам этого не надо. Я вон как камбала сорок лет на космической станции пролежал, прикидывался тупым исполнителем, – захихикал Димитрис.

Так значит, дед тоже поработал в стане врага, но ни словом об этом не обмолвился? Что за семейка! Просто сборище партизанов.

– У тебя задачи были другие, – перебил деда Алекс, – но Димитрис прав, надо быть хорошим исполнителем, но незаметным окружающим, дольше проживешь. Мне вообще контуженного дурака пришлось играть, чтобы вырваться из лап Антона.

И он рассказал, как прикидывался идиотом перед Смотрителем и бывшим соратником Антоном, когда потребовалось вернуться в соседнюю галактику для решения важного вопроса. Тогда по легенде Алекс получил серьезную травму головы и уехал на отсталую аграрную планету пасти коз. Антон очень сожалел, что его лучший друг и правая рука стал полным дураком, и отпустил его с миром. Отец с Димитрисом еще долго смеялись, вспоминая былое, Майк тоже улыбался. Несмотря на предстоящие трудности, новое задание казалось ему интересным. А еще хотелось драйва, практического применения своих навыков и способностей, ярких впечатлений, опыта, наконец. Тогда он совершенно не осознавал, во что влезает и чем это все это обернется, жажда приключений затмевала разум.

Постарайся собрать информацию об их энергетике, что с двигателями, есть ли прорывы в скорости. После того как твой отец взорвал их многообещающую планету Арктику, скорости у соседей застопорились, – Димитрис вредно захихикал.

Ну вот, его отец еще диверсант-подрывник, расхреначил целую планету. Про взрыв Арктики абитуриентам рассказывали в академии, информация была под грифом «секретно». Одно время над планетой Мо нависла вполне реальная угроза прилета космических кораблей соседей, мощная энергетическая станция на планете Арктика давала такую возможность. И вот теперь выясняется, что его драгоценный папочка и здесь приложил свою руку. Майк пока не понимал, гордиться заслугами отца или осуждать.

Но самый тяжелый разговор, конечно, вышел с мамой. За неделю до отправки отец все же рассказал ей, куда именно собирается ехать их сын. Нет, она не плакала, ну или делала это незаметно, не уговаривала остаться, отозвать запрос. Но смотреть маме в глаза и видеть ее расстроенное лицо Майк почему-то не мог. А спустя пару дней понял, что и отец переживает гораздо сильнее, чем хочет показать.

Поздно вечером Майк спустился со второго этажа и отправился на веранду, спать совершенно не хотелось. Он приоткрыл дверь, но остановился, услышав знакомые голоса, – за деревянным столом уже сидели родители. Майк никогда не подслушивал чужие разговоры, не было такой дурацкой привычки, но тут все получилось случайно.

Алекс низко опустил голову и молча смотрел перед собой, мама стояла рядом и осторожно гладила его по голове. Только сейчас Майк заметил, что отец очень поседел – всегда черные густые волосы как будто посыпали пеплом из камина. Обычно Алекс всегда был сдержан, эмоции не выражал, сложные вопросы решал быстро и без лишних разговоров. Именно он был основным гарантом спокойствия всей семьи. А сейчас мама утешала железного Алекса.

В тот вечер Майк не стал выходить на веранду, вряд ли отец хотел, чтобы сын его увидел в таком состоянии.

– Ну что ты так переживаешь, – мама говорила тихо и продолжала гладить отца по жестким коротким волосам, – войны сейчас нет, все спокойно. Посидит пару лет в королевской охране и вернется домой. Сам знаешь, как там… Остаться он точно не захочет.

Отец молчал. Потом уткнулся в нее головой и глухо произнес:

– Я не хочу, чтобы он стал мной. Тем, на Станции.

– Тогда все было по-другому… – начала мама, но отец ее перебил:

– Нет, там всегда одинаково. Ты многое не знаешь. Завтра ему прикажут зачистить деревню. Там будут ресурсы, инфекция, потребуется новая площадка для перевалочной базы – неважно что, веская причина всегда найдется. А в деревне люди – дети, старики… Их придется убрать, всех до единого. А саму деревню сжечь. Он сможет?

Ана молчала.

– Он станет мной или сломается. По-другому никак. А я не хочу ни того, ни другого.

Майк никогда не видел отца таким подавленным.

– Для чего ты тогда растил из него профессионального бойца? – тихо спросила мама. – Рано или поздно он захотел бы испробовать свои навыки в деле. В соседней галактике или где-то еще…

– Я хотел, чтобы он мог защитить свою семью, как это пришлось сделать мне. И домой могут прийти, сама знаешь. И не всегда это будут люди… Но я не ожидал, что он сам полезет в соседнее дерьмо. Специально никогда ничего не рассказывал и Димитрису запретил. Чтобы у Майка не было интереса. Нет там ничего интересного, одна кровь.

Родители замолчали, в воздухе громко стрекотали кузнечики.

Майк тихо ушел к себе в комнату. Ночью он лежал и смотрел в потолок, тени от раскидистого земляничного дерева, растущего под окном, падали на его кровать как призрачная черная сетка. Вопрос отца про зачистку всей деревни повис в воздухе. Точнее, он знал, что не сможет выстрелить в ребенка, в старика… Или сможет, если будет приказ? Перед глазами стояла сожженная дотла деревня. Судя по тому, что накануне рассказывал отец, таких деревень на его совести немало. Сейчас он раскаивается и делать бы этого не стал, а тогда…

Майк вспомнил, как отец уже после его зачисления в разведку рассказывал про Антона, про их захваты планет и укрепление Империи. Слушая увлекательные истории, Майк совершенно не задумывался, что за каждым таким захватом стояли сотни уничтоженных деревень. Все трофеи и победы хозяев галактики были щедро залиты кровью, и неважно, стреляли они в упор или бомбили с воздуха – итог все равно один. Горы трупов и искалеченные жизни.

В ту ночь Майк почти не спал и впервые осознал, что перед подачей запроса во Внешнюю разведку надо было посоветоваться с отцом. А сейчас придется играть по чужим правилам, хода назад уже нет.

Глава 2. Майк. База

Майк стоял в здании аэровокзала в совершенно убогом наряде. Дурацкая стрижка под горшок, вылинявшие штаны и рубашка в цветочек придавали ему вид облезлого провинциала, решившего попытать счастья в большом городе. У его ног валялся старый рюкзак неопределенного цвета с минимальным набором вещей, сменой белья и единственной зубной щеткой. Всю эту красоту накануне отлета притащил в дом Димитрис, раздобыл где-то на складах. Правда, остальные ребята, летевшие с ним на службу, выглядели немногим лучше. Их компания слишком выделялась на фоне современного здания аэровокзала, дорого одетых пассажиров с других рейсов и провожающих.

Накануне вечером в честь отъезда Майка в большом доме собралась вся семья. За столом сидела старшая сестра Мия, на шатком стуле пристроился дед Димитрис, рядом в удобном кресле его дальняя родственница – троюродная сестра Дора, совсем старенькая сухонькая бабуля, похожая на хорька. Долгое время она была няней для младшей сестры Майка, Евы, да и за ним в детстве присматривала, пока родители пропадали на работе.

Отец сидел во главе стола, рядом мама – все отчаянно делали вид, что рады его зачислению во Внешнюю разведку, словно и не было того ночного разговора. Только младшая сестра Ева напрямую сказала, что Майк полный дурак и сам не понимает, куда лезет.

А сейчас, стоя в здании аэровокзала, Майк отчетливо понял, что заканчивается один отрезок в жизни и начинается совершенно другой. Не будет больше привычных домашних ужинов, советов отца, заботы мамы, ворчания деда по вечерам, увлеченных рассказов Мии об очередном прорыве в медицине и драки с Евой за последний кусок вишневого пирога. Хотя он обычно поддавался.

Прежняя жизнь закончилась. Дальше он должен двигаться сам в полном одиночестве.

Космический корабль довольно быстро пролетел основную часть пути, турбины были сверхзвуковыми и позволяли в кратчайшие сроки преодолеть огромные расстояния. Но в соседней галактике такую мощь демонстрировать нельзя, и все корабли с планеты Мо маскировались под тихоходные сараи. Так что космический лайнер еще сутки волочился до перевалочной планеты с романтичным названием Грязь. Про Грязь Майк уже много слышал и даже получил задание выйти на связь с неким Марком, мутантом-информатором, работавшим на отца много лет назад. Он должен узнать у него последние новости и передать стукачу небольшой пакетик с порошком лотоса с приветом от отца.

Планета Грязь расположилась на пересечении основных космических путей и служила перевалочной базой. Формально планета была нейтральной и не принадлежала ни к одной из галактик, а на деле никто из Смотрителей не хотел брать в свои владения такое «сокровище». Много лет назад, когда Грязь была замусоренной, но вполне пригодной для жизни планетой, местные власти дали разрешение на свалку радиоактивных отходов со всей Вселенной. Когда планета уже задыхалась от обилия вредных отходов, произошла новая беда – рванул один из множества дряхлых заводов. Несколько месяцев Грязь пылала, как разноцветный факел. Продажные правители сбежали на более благополучные планеты, спасая потомство, а жители Грязи все как один стали мутантами. Из тех, кто выжил, конечно.