Зловорот

Глава 1

Лука Бьянки стоял на обочине узкой дороги, ведущей к Сантофьоре – маленькой деревушке на восточной стороне Сицилии, где даже камни хранят таинственные секреты минувших веков. Здесь, в этом очаровательном уголке земли, где история смешивается с ароматами оливковых рощ и виноградников, Лука прочувствовал своё настоящее. Все эти годы учёбы в Риме, в старинных аудиториях университета, он часто ловил себя на мысли, что на самом деле ответы на его вопросы скрываются не в пыльных томах библиотек, а именно здесь, среди старинных улочек и вековых домов Сантофьоре.

И вот, спустя много лет, он наконец вернулся, чтобы провести исследование для своей диссертации по антропологии.

Сколько он себя помнил родная деревня, казалось, стояла вне времени. Как бы не менялся ритм жизни в мегаполисах в погоне за будущим, на Сицилии она шла по своим законам, как и столетия назад. Древние истории, которые старики рассказывали у костров или за чашкой вина в местной таверне, здесь казались более живыми, чем все научные открытия современной цивилизации. И именно среди этих легенд и загадочных предсказаний он и собирался искать ключи к секретам истории своей деревни.

Его тяга к изучению местных ритуалов и обычаев выросла не случайно. Когда он был мальчишкой, старик Энрико, местный рассказчик, часто сидел на пороге своей дома, облачённый в выцветший, пропитанный запахом табака синий плащ, и делился удивительными, местами пугающими байками. Он говорил, что церковь Святого Михаила, стоящая на окраине, оживает в полночь полнолуния, а камни её, покрытые мхом, шепчут молитвы монахов, которые когда-то служили здесь мессу. Эти истории давно стали частью его мировоззрения, так же как и древние манускрипты, которые он находил в университетских архивах. Особенно его привлекали записи о необычных ритуалах и обрядах, таких как «Танец теней», который в Сантофьоре проводили раз в сто лет, чтобы умиротворить духов минувших поколений. Эти ритуалы его манили и он собирался сделать их основой своей диссертации.

Лука мечтал не только восстановить утраченные знания, но и возродить интерес к культурному наследию своего народа. Но он также знал, что его стремление понять забытые обычаи и заброшенные практики, могут показаться странными его научному руководителю, профессору Морелли. Старик всегда сомневался в серьёзности таких тем.

– Ты уверен, что твоя идея стоит затраченных усилий? Мифы и легенды – скользкая почва для научной работы, – говорил он посмеиваясь, – как можно построить серьёзные выводы на таком зыбком фундаменте?

Однако в глубине души Лука был уверен, что его выбор кратчайшего пути к сокровищнице знаний о его родной земле верен.

Тем не менее решение вернуться в Сантофьоре наполняло его сердце не только волнением от предстоящих открытий, но и лёгким беспокойством. Вдруг древние легенды окажутся не более чем вымыслом? Что если его поиск не принесёт желаемых результатов и только подвергнет его насмешкам со стороны академической элиты?

И все же Лука не собирался отступать. К тому же он едет на родину не только для исследований. Он возвращается, чтобы вновь соединиться с местом, которое когда-то называл домом, чтобы попытаться раскрыть его тайны и, возможно, открыть что-то новое в самом себе.

***

В природе уже не было той яркой свежести, которая царила в его детстве, но знакомые пейзажи все ещё дарили воспоминания о былых годах. Тёмно-зелёные холмы, поросшие дубами и кипарисами, нависали над дорогой, защищая её от палящего южного солнца. Вдоль дороги раскинулись оливковые рощи, чьи серебристые листья шуршали в лёгком ветре, и виноградники, которые здесь выращивали с незапамятных времён. Вдали, как силуэт в тумане, вырисовывалась колокольня церкви Святого Михаила. Именно здесь, много лет назад, он был крещён. Словно встретив старого друга, сердце Луки забилось быстрее.

Путь в Сантофьоре был полон воспоминаний. Ветер, тёплый и сухой, принёс с собой запах соли, смешанный с ароматами свежей зелени и бескрайнего простора. Он казался не просто природным явлением, но чем-то символичным, как будто омывавшие Сицилию моря спешили засвидетельствовать её передаваемые от отца к сыну истории.

Когда Лука переступил через околицу Сантофьоре солнце уже начинало клониться к закату, и последние его лучи играли на крышах домов, придавая им мягкое золотое свечение.

Пройдя мимо первых домов, Лука сразу ощутил тревожное присутствие перемен. Внешне село было почти таким же, как и в его детские годы. Дома из камня и известняка с цветущими виноградными лозами, простирающимися по фасадам, как зелёные водопады. Мостовая, покрытая старым камнем, «пела» под его шагами, как и раньше. Всё здесь было знакомым, но с каждым шагом Лука ощущал, что что-то незаметное, почти неуловимое изменилось. Кажется, что мир, привычный и близкий, уже не был таким, как раньше.

Первым жителем, встретившим его, был мистер Джованни, местный пекарь. Волосы Джованни окончательно поседели, но его улыбка осталась привычно тёплой.

– Лука, дитя моё, как долго тебя не было! – воскликнул он, вытирая руки о фартук. – Какие ветры занесли тебя обратно в наше уютное гнёздышко?

Лука улыбнулся в ответ, пожимая крепкую руку пекаря.

– Вернулся искать вдохновение для своих исследований, синьор Джованни. И, конечно, попробовать ваш знаменитый хлеб.

– Ах, тогда тебе сюда, – смеясь, пригласил его Джованни. – Но будь осторожен. Ты вернулся в неспокойное время.

– Неспокойное время? Что ты имеешь в виду?

– Здесь многое изменилось, и не в лучшую сторону.

Пока они разговаривали, мимо пробежала группа детей, играющих в мяч. Один из мальчиков остановился и с интересом посмотрел на него. Дети были одеты в простую одежду, но в их глазах светилось любопытство и непоседливость.

– Вы приехали, чтобы написать о нас книгу? – спросил мальчик с широко раскрытыми глазами.

– Может быть, – ответил Лука с улыбкой, – если вы расскажете мне свои истории.

Сумерки уже начинали стелить свой серебристый покров на деревню, придавая знакомым очертаниям домов и деревьев мистическое очарование. На центральной площади – в самом сердце Сантофьоре – старые дубы разливали покой и прохладу. Тени их ветвей ползли по мощёным плитам в центр площади, где местные старейшины собрались, чтобы обсудить новости и поговорить о жизни. Вечерний свет играл на их морщинистых лицах.

Среди стариков выделялся синьор Рикардо. Его глубокие, словно помнящие тысячелетия, глаза засветились когда он увидел Луку. Он помахал рукой и позвал его к себе.

– Лука! Так ты вернулся разгадывать наши старые загадки? – громко спросил Рикардо, привлекая внимание окружающих.

– Я попытаюсь, синьор Рикардо. Хотел бы узнать, что нового произошло здесь, за время моего отсутствия.

– Ох, многое изменилось, многое, – с загадочной усмешкой произнёс старик, присаживаясь на лавку. – Здесь у каждого камня и каждой тропинки своя история. Надо только уметь слушать.

Лука продолжил свой путь, ощущая, как каждый уголок села нашёптывает ему приветствия и предостережения. Сантофьоре хранило множество тайн, и он был здесь, чтобы исследовать каждую из них, несмотря на предостережения и тёмные взгляды, которые иногда ловил на себе. Он чувствовал, что его возвращение домой именно сейчас не случайно – его привела сюда сама судьба.

***

Свернув на свою улицу Лука с замиранием сердца увидел в ее конце родной дом, стоящий на небольшой возвышенности, с видом на дубовую рощу, раскинувшуюся за старинными виноградниками, с одной стороны и на покрытые зелёными рощами холмы, где старые дубы, кипарисы и сосны образовывали живые арки, через которые легко было войти в древний лес, растущий до самого подножия гор, с другой. Низкие и прочные стены из тусклого камня светло-жёлтого цвета, казались частью самого ландшафта – словно росли из земли. В доме ощущалась простота и надежность, которой хватит пережить века. Узкие окна, скрывали хозяев как от чужих глаз, так и от порывистых ветров, которые частенько несут песок с побережья. Крыша, укрытая красной, с изогнутыми краями, устоявшей и перед суровыми зимними дождями и перед палящим летним зноем, черепица. Она одинаково хорошо подходила и для сбора дождевой воды, и в качестве уединённого места, где можно посидеть и подумать, наблюдая как город погружается в ночную тишину.

Перед входом в дом раскинулась терраса, скрытая от посторонних взглядов плющом и виноградными лозами, теперь подсохшими. В саду за домом росли лимоны, апельсины и гранаты, а также левкои и розмарин, которые своим запахом наполняли воздух, создавая уникальную атмосферу – смесь свежести и земного тепла.

Лука поднялся по ветхим ступенькам к рассохшейся двери. Сад, некогда аккуратный и ухоженный, зарос сорняками, а краска на ставнях облупилась, обнажив тёмное дерево. Это наполнило его грустью по беззаботным дням детства, проведённым в этом месте.

Внутри всё было так, как он помнил. Старые фотографии на стенах, массивные деревянные шкафы и запах лаванды, который всегда ассоциировался у него с домом. Он бросил рюкзак на кровать в своей комнате и выглянул в окно. Леса вокруг служили местом не только для прогулок, но и для старинных обрядов, которые, как говорили местные старики, проводились ещё в эпоху римлян и греков, когда остров был важной точкой пересечения культур и древних тайн. Лука, как исследователь и потомок старого рода, знал, что эти леса скрывают многие нераскрытые тайны. Одна из легенд гласила, что здесь когда-то было святилище древнего бога, поклоняясь которому местные жители обретали силу и защиту.

Когда он вернулся в главную комнату его взгляд сразу же упал на старые деревянные балки, поддерживающие потолок. Балки облепила пыльная патина, но они были по-прежнему прочными. Но его внимание привлёк не их вид, а расположение. Странно, что он не замечал этого раньше – балки располагались не параллельно друг другу, а следуя какой-то странной структуре, в форме которой угадывался некий древний знак. Лука вздрогнул и поежился – он понятия не имел ни о его значении ни даже о том, его дом оказывается построен не просто так.

Деревня Сантофьоре, впрочем, тоже была не так проста как кажется на первый взгляд. Переплетения ее улиц представляли собой символы, не видимыми для ходящего по земле большинства, но известные тем, кто умеет читать знаки прошлого.

Ночью Лука не мог уснуть. Луна, ярко светившая в окно, осветила комнату, превращая тени в зловещие силуэты. Казалось, что дом дышит, шепчет и движется. Снаружи раздался глухой стук, и Лука, не в силах больше игнорировать своё беспокойство, вышел на улицу.

На пороге стоял Марко, его старый друг детства.

– Лука, я слышал, ты вернулся. Могу войти?

Лука пригласил его внутрь. Они сели на кухне, где Марко без промедления начал говорить.

– Ты вернулся в очень плохое время, Лука. Здесь происходят события, которые нельзя объяснить простыми случайностями и совпадениями. Люди… они стали другими. Как будто что-то злое пробудилось.

– Ты говоришь загадками, Марко. Что здесь случилось?

Марко вздохнул и, опустив взгляд, продолжил:

– Здесь начали происходить странные вещи. Люди внезапно теряют контроль над собой, нападают друг на друга. Никто не может объяснить, почему. Но я думаю, что это связано с древней враждой. Духи наших предков не могут найти покоя.

Лука замер, услышав эти слова. Древние легенды и слухи о проклятиях всегда казались ему лишь выдумками, но теперь, когда он снова оказался в Сантофьоре, всё это начинало казаться пугающе реальным.

– Что же мне делать, Марко? – спросил он, чувствуя, как страх начинает закрадываться в его душу.

– Будь осторожен, Лука. Если ты здесь, значит, у тебя есть причина. Нам нужна твоя помощь, Лука. Мы должны разобраться, что это за проклятье и как его остановить.

Лука кивнул, чувствуя, как решимость заполняет его. Он приехал в поисках ответов для своей диссертации, но теперь перед ним стояла гораздо более важная задача – спасти своё родное село от неизвестной угрозы.

– Я сделаю всё что в моих силах, – твёрдо сказал он. – чтобы вернуть земле предков покой.

Когда дверь за Марко закрылась, Лука остался наедине со своими мыслями в полумраке своего дома, окружённый густой тишиной, которую нарушали только редкие крики ночных птиц. Его взгляд снова упал на странное расположение балок на потолке. Эти знаки, эти истории, которые он собирался изучать, уже начинали пронизывать его жизнь. Деревня шептала ему свои тайны, ветром вдеревьям, скрипом ставень и неясными ночными звуками, но смысл их он пока понять не мог.

– Что же ты скрываешь, Сантофьоре? – тихо спросил он, ощущая, как внутри него нарастает смесь страха и азарта.

Он снова лёг в постель, но сон не шёл. Его ум был переполнен вопросами и тревогой. Впереди его ждали тайны, которые нужно было раскрыть, и опасности, о которых он ещё не знал.

Глава 2

На следующий день Лука проснулся с ощущением тревоги, хотя он и не помнил что ему снилось. Утренний свет сочился через щели ставен и дом дышал тишиной, но эта тишина была напряжённой, словно кто-то невидимый наблюдал за ним из теней.

Засветло, когда первые лучи солнца только начали пробиваться сквозь плотный утренний туман, Лука решил прогуляться, чтобы развеять тяжёлые мысли. Накинув куртку он открыл дверь и сразу же ощутил как прохладный утренний воздух, пропитанный ароматами земли и цветов, коснулся его лица.

Улицы Сантофьоре выглядели так, словно их вырезали из самой истории. Каждый камень мостовой, каждый дом, казалось, хранили в себе тайны ушедших эпох. Тени оливковых деревьев и высоких кипарисов ложились причудливыми узорами на мощёную дорогу, а солнечные лучи, пробиваясь сквозь листву, окрашивали город в оттенки янтарного и изумрудного.

Лёгкий ветер доносил до него запахи свежевыпеченного хлеба из местной пекарни, смешанные с ароматом лимонных деревьев, в изобилии растущих вокруг. Это был запах, который он помнил с детства – тёплый, успокаивающий, как объятия матери. Но не в этот раз. Даже он был пронизан чем-то необъяснимо тревожащим.

Фасады домов украшали расписные керамические плитки, плетистые розы и жасмин. Но эта идиллия выглядела поддельной, как декорации в спектакле. Лука чувствовал это в каждом шаге по влажной мостовой, в каждом шорохе листьев на ветру, раз теперь он знал, что родная деревня, казавшаяся ему спокойным убежищем, скрывает не только воспоминания детства, но и мрачные тайны.

***

Лука шёл по улицам Сантофьоре, где каждый камень мостовой знал его с детства и картинки из прошлого всплывали в его голове одно за другим, словно накатывающиеся на берег волны.

Вот он, десятилетний мальчишка, бежит к старику Энрико, который рассказывает детям очередную страшную историю. Его голос, низкий и обволакивающий, до сих пор звучал у Луки в ушах. Тогда он заставлял замерших вокруг старого сказителя детишек затаить дыхание, пока тени его рассказов, казалось, оживают на фоне мерцающих огоньков свечей.

Однажды, когда Лука был совсем ребёнком, он слышал, как отец и мать спорили на кухне. Они говорили шёпотом, но слова всё равно долетали до него. О каких-то странных происшествиях, об опасностях, которых он пока не понимал. Тогда мать, увидев его в дверях, прервала разговор и обняла его так крепко, что он почти не мог дышать.

– Лукетто, обещай мне одну вещь, – сказала она, заглянув ему в глаза. – Никогда не ходи в старую дубовую рощу. Там не место для детей.

Он кивнул, но запрет, как часто бывает у детей, лишь усилил его любопытство. Через несколько дней он всё же прокрался туда. Тогда, в полдень, роща казалась вполне обычной, но стоило ему пройти дальше, как он почувствовал странное напряжение в воздухе, словно сам лес следил за каждым его шагом. Вдруг он увидел знак, вырезанный на коре дерева, – древний символ, о котором он позже прочитал в университетских книгах. Тогда же он услышал шорох, который, как ему казалось, был похож на шаги. Лука бросился бежать, но воспоминания о том дне так и остались с ним.

Теперь, вернувшись, он понимал, что его интерес к местным легендам и ритуалам – не просто академическое любопытство. Словно голос из детства звал его назад, чтобы найти ответы на вопросы, которые он не смог задать тогда. Что скрывала его мать? Почему отец говорил, что семейные тайны лучше оставлять в прошлом? Лука чувствовал, что всё это каким-то образом связано с его судьбой.

Он шагал по улицам Сантофьоре и ему казалось, что дома наклоняются к нему, нашёптывая свои секреты. Его детские страхи снова оживали, но на этот раз он не собирался убегать. Его сердце билось чаще, но не от страха, а от решимости. Тайны этой деревни были частью его самого, и он знал, что только разобравшись с ними, сможет обрести покой.

***

Чуть дальше по улице Лука заметил Лину, маленькую девочку, плетущую цветочные венки у каменной лестницы. Её светлые волосы слегка трепетал ветер, а её неуклюжие, но настойчивые, пальцы ловко переплетали белые цветы и листья розмарина. Лина, казалось, была погружена в своё собственное безмятежное царство, где никто не мог потревожить её маленькую радость. Лука подошёл ближе и улыбнулся.

– Привет, Лина. Делаешь венок?

– Да, синьор Лука, – ответила девочка, не поднимая головы, – он для мамы. Она говорит, что розмарин отгоняет злых духов.

Лука почувствовал, как её слова словно обожгли его. Даже дети в деревне чувствовали ту тёмную тревогу, что витала в воздухе, пусть и через привычные бабушкины суеверия.

Проходя мимо дома миссис Фабретти, он невольно замедлил шаг. Её дом, построенный из золотистого туфа, был обрамлён плющом, а под окнами висели горшки с алыми геранями. Обычно миссис Фабретти подметала двор ещё до рассвета, но сегодня она стояла неподвижно, словно окаменевшая, её взгляд был устремлён куда-то вдаль.

– Доброе утро, миссис Фабретти, – окликнул её Лука, пытаясь привлечь внимание.

Женщина медленно повернула голову, её взгляд был полон страха.

– Лука? Это действительно ты? – её голос дрожал, как будто слова выходили через силу. – Они вернулись…

– Кто вернулся, миссис Фабретти? – Лука почувствовал, как по спине пробежал холодок.

– Тени, – прошептала она, и её глаза заблестели от слёз. – Они здесь, в тумане. Они шепчут… ужасные вещи.

Прежде чем озадаченный Лука нашёлся с вопросом, неподалёку раздался пронзительный крик. Он бросился на звук и вскоре увидел Джулио, молодого парня, который отчаянно размахивал руками, будто отгоняя от себя что-то невидимое.

– Уходите! – выкрикивал он, его голос дрожал от ужаса. – Покиньте меня!

– Джулио! – Лука подошёл ближе, стараясь говорить спокойно. – Что происходит? Кто здесь?

Джулио резко повернулся к Луке, и его взгляд был как у загнанного зверя – отчаянный и беспокойный.

– Они не уходят, – прошептал он. – Они среди нас… Ты разве не слышишь их шепот?

Лука замер, пытаясь уловить хоть какой-то звук, но слышал только шуршание листьев и щебетание птиц. Но прежде чем он успел что-то сказать, Джулио вырвался из его рук и побежал прочь, оставив Луку стоять на пустынной улице.

***

Лука направился в центр деревни. Площадь Сантофьоре, вымощенная крупными каменными плитами, являлась сердцем деревни. В её центре возвышался старый платан, под которым жители деревни собирались, чтобы посудачить о том о сём или просто посидеть в тени. Но сегодня на площади царила необычная тишина. Небольшая толпа людей собралась вокруг дерева, перешёптываясь и бросая встревоженные взгляды друг на друга.

– Это не мог быть он, – дрожащим голосом сказала женщина. – Антонио никогда бы так не поступил.

– Я видел его своими глазами, – ответил мужчина с побледневшим лицом. – Он взял нож и напал на неё без причины.

Лука заметил Марко, своего друга детства, стоящего чуть в стороне. Подойдя к нему, он тихо спросил:

– Что случилось? – спросил Лука.

– Антонио напал на жену, – сказал Марко мрачно. – Никто не понимает, почему. И его глаза… в них осталась только ярость.

Лука ощутил, как холод страха пробежал по его спине. В голове всплыли слова миссис Фабретти и безумный взгляд Джулио. Что-то действительно происходило с жителями Сантофьоре. Он решил выяснить больше, и первым делом ему нужно было поговорить с теми, кто знает историю деревни лучше всего.

***

Вечером Лука отправился к дому синьоры Анжелы, самой старой жительницы деревни. Её дом стоял на окраине, окружённый зарослями жасмина и розмарина. Анжела была известна своими рассказами о прошлом и глубоким знанием семейных тайн.

Лука постучал в тяжёлую деревянную дверь, и спустя мгновение она открылась.

– Лука, мой дорогой, – сказала Анжела, её лицо озарила мягкая улыбка. – Заходи, заходи.

Рад видеть вас в здравии, синьора Анжела!

Внутри дом был полон старинных вещей: массивные деревянные шкафы, керамические вазы с узорами, которые Лука помнил с детства. Синьора Анжела пригласила его сесть в кресло у камина, возле наполненного книгами шкафа.

Когда Лука сел в предложенное кресло, он ощутил лёгкое потрескивание дерева под собой. Комната была наполнена мягким светом от старой лампы, стоявшей на резном столике. Анжела, взяв его руку в свои морщинистые ладони, внимательно посмотрела ему в глаза.

– Ты выглядишь встревоженным, Лука. Что привело тебя ко мне? – её голос звучал мягко, в нём чувствовалась мудрость.

Лука вздохнул, чувствуя, что её доброта помогает ему избавиться от накопившегося за день напряжения.

– Синьора Анжела, я не могу это объяснить, но что-то происходит в Сантофьоре. Люди становятся… другими. Как будто что-то пробуждается, что-то злое, – ответил он, чувствуя, как слова вырываются сами собой.

Анжела некоторое время молчала, её взгляд был устремлен куда-то в сторону, словно она искала подходящие слова. Затем она на мгновение закрыла глаза, и её лицо стало серьёзным.

– Ах, Лука, это страшная история, – наконец начала она, её голос был тихим, но отчётливым. – И она берёт начало в далёком прошлом, когда в Сантофьоре жили две могущественные семьи – Риччи и Константини. Их вражда началась из-за земельного спора и со временем превратилась в кровавую вендетту. Убийства, поджоги и предательства стали частью повседневной жизни. Вражда продолжалась до тех пор, пока последний взрослый член каждой семьи не был убит, оставив за собой след разрушений и горя.

– Люди говорят, что духи Риччи и Константини не нашли покоя, – продолжила Анжела, её глаза сверкали в полумраке. – Они всё ещё бродят по нашим улицам, сея ненависть и ярость. Иногда они вселяются в живых, горя желанием продолжать сведение счётов.

– Но почему сейчас? Почему всё это начинается снова? – спросил он, наклонившись вперёд.

Анжела посмотрела ему в глаза, и в её взгляде Лука увидел нечто, что заставило его задрожать.

– Иногда, мой дорогой, прошлое возвращается, несмотря на то как сильно его пытаются забыть. Оно живёт в камнях, в земле, в крови. И если что-то его потревожит… оно пробуждается, чтобы закончить начатое. Будь осторожен, Лука. Тени знают, как использовать твои страхи против тебя. Не дай им победить.

Лука слушал её с нарастающим ужасом. Эти рассказы могли бы показаться ему сказками, если бы не увиденное им в деревне своими глазами. Теперь же он начал думать, что это не просто слухи и легенды, а нечто гораздо более зловещее.

Когда Лука покинул дом синьоры Анжелы, его мысли были тяжелыми и спутанными. Слова о древней вражде и духах, что не находят покоя, не давали ему покоя. Её тень всё больше нависала над деревней, и он ощущал, как она постепенно сжимает её в своих когтях.

***

С каждым днем Лука всё яснее ощущал мрачную атмосферу, окутывающую его родное село и наблюдал всё больше странных и тревожных событий, разворачивающихся перед его глазами.

Однажды утром, прогуливаясь по главной улице деревни, Лука стал свидетелем внезапного и жестокого конфликта. Два мужчины, которых он знал всю свою жизнь как дружелюбных и спокойных соседей, вдруг вцепились друг в друга с яростью, заставляющей кровь стынуть в жилах. Их крики и ругань разносились по всей округе, привлекая внимание прохожих.

Лука подбежал к ним в попытке разнять драчунов, но его усилия оказались тщетными. Взгляды мужчин были полны безумия и ненависти, словно они видели перед собой не старого друга, а заклятого врага.

– Что вы делаете?! Остановитесь! – кричал Лука, но его слова тонули в их бессмысленном гневе.

После того как местный констебль и несколько мужчин с трудом разняли драчунов, Лука остался стоять посреди площади, потрясённый и обеспокоенный увиденным. Это не походило на обычные ссоры; тут скрывалось что-то иное, более мрачное и глубокое.

Он решил обратиться за объяснениями к старейшинам деревни. Старый Альфонсо, который провёл всю свою жизнь в Сантофьоре, встретил его у своего дома, расположенного на окраине села.