Двоемирье. Книга 2. Право на счастье

Пролог

Он соврал.

Ну конечно же, соврал, иначе и быть не могло. Чего еще ожидать от министра? Глупо было хоть на секунду поверить тому, что он наплел. Будто проход закрылся, уйти не удастся, и единственный выход – идти прямо в лапы его стрелкам. Стоило это предвидеть, ведь когда загнали в угол – остается только блефовать.

Берт толкнул сливающуюся с каменными стенами дверь. Пока еще не перекрытый Барьером путь обратно на юг. Хотелось рассмеяться от осознания, что удалось выбраться из ловушки живым. В очередной раз. Лишь бы только это не вошло в привычку.

Сверху доносилось ставшее уже таким знакомым гудение. Больше оно не давило на виски, не внушало ужаса, заполняя все внутри. Нет, теперь это был всего лишь звук, один из многих. Лэнси своим опрометчивым, глупым, но таким смелым поступком сумела избавить от этой бесконечной пытки.

Лэнси… как она вообще на такое решилась? Сама ведь видела, что бывает, если переходишь через Барьер. Берт едва смог унять дрожь в руках – ему-то это было знакомо не понаслышке.

– Думаешь, с ней все в порядке? – будто прочитал его мысли Джей. Посмотрел на Берта с такой надеждой, что разочаровать его сейчас, честно ответив «не знаю», было невозможно. – То есть… ну, если Барьеру нужны чужие жизни…

– Это он так сказал, – чересчур резко прервал сына Берт. – А еще он сказал, что этот проход должен уже закрыться. Как видишь, это не так. Может, специально нас запугать решил, а может нам просто повезло. Иногда чудеса случаются, иначе мы бы с тобой сейчас не разговаривали.

– Надо забрать ее оттуда, и поскорее, – выпалил Джей.

Берт не мог с ним не согласиться, однако что-то остановило его, не давая сделать шага вперед. Несколько секунд прошло, прежде чем он понял, что именно его встревожило.

– Па-ап? – Голос Джея вернул к реальности. – Что происходит?

– Ты тоже это слышишь? – Берт поглядел вверх, прислушался к гудению Барьера, которое стало громче и будто бы приближалось.

Джей кивнул. Впрочем, дополнительного подтверждения и не потребовалось: в этот самый момент потолок замерцал, объятый сине-зеленым свечением.

– Только не это, – произнес Джей почти шепотом. – Надо успеть, пока проход не закрылся.

– Тогда мы застрянем там неизвестно насколько. – Берт схватил за руку уже почти перешагнувшего через порог сына.

– Кто сказал, что идем «мы»? – удивился Джей. – Ты же не для того рисковал жизнью, переходил через Барьер, чтобы вернуться обратно.

«Проклятье, а ведь ты прав, слишком прав», – с досадой подумал Берт. Да, он мог бы последовать совету того неожиданного друга, спрятаться и затеряться там, где прожил почти четыре десятка лет. Это не составило бы труда, если бы только не одно «но». Ему нет места по ту сторону Барьера, никогда не было – за проведенные здесь, на севере, дни он успел понять это слишком ясно. Признать очевидное, остаться и снова струсить?

Ни за что.

– Я должен найти Лэнси, – решительно заявил Берт, однако Джей встал в проходе, не давая подойти к двери. – Пусти, я ведь ей стольким обязан.

– Только вот давай не будем снова спорить. – Джей раздраженно встряхнул головой. – Мы оба знаем, что ничего из этого не выйдет.

Берту стало не по себе, слишком уж это стало напоминать происходившее всего несколько минут назад. «Что, еще раз тянуть жребий?», – пришла в голову непрошенная мысль, от которой в жилах застыла кровь.

Нарастаюший гул оставлял совсем немного времени на принятие решения.

– А как же «Я не хочу тебя потерять»? Нам не нужно выбирать, – попытался образумить сына Берт. – Мы можем пойти за ней вместе. Должны пойти вместе, и ты это знаешь.

– Не можем. – Джей взглянул на потолок, с которого сверкающим занавесом медленно спускался Барьер. – Нельзя оставлять маму одну.

– Тогда в чем проблема? – не сдавался Берт. – Вернись к ней, уезжайте туда, где вас не найдут, а я пойду за Лэнси.

– Проблема? – Джей невесело усмехнулся. – В том, что искать и выслеживать людей меня учили с детства, и с этим я справлюсь лучше тебя, уж поверь. Так что извини, пап, но за Лэнси пойду я. А ты позаботься о маме. Так для всех нас будет лучше. Правильнее. Знаешь, она ведь до сих пор надеется снова тебя увидеть.

– Но…

«Ведь столько лет прошло, и мы с ней почти друг друга не знаем», – собрался возразить Берт в то время, как Джей перешагнул на южную сторону.

– Никаких «но». Ты виноват перед мамой, как я виноват перед Лэнси. Нужно это исправить. Только имей в виду: я все равно вернусь, рано или поздно. И если увижу, что мама по-прежнему несчастна… – Джей красноречиво положил руку на пистолет за поясом. – Если снова ее бросишь или будешь обижать, или допустишь, чтобы кто-то другой ее обидел – я тебя найду и заставлю ответить.

– Не сомневаюсь, – кивнул Берт, поняв, что решение принято и обжалованию не подлежит.

Последнее, что он услышал, прежде чем окончательно опустился мерцающий занавес, был выкрикнутый Джеем адрес.

Глава 1. Кошмары, мечты и реальность

Это происходило снова и снова. Каждый раз, стоило только закрыть глаза. Лэнси надеялась, что провалится в спасительное забытье, хотя бы ненадолго. Сможет, наконец, уснуть без сновидений. Но вместо этого…

Она бежала босиком по раскаленной докрасна земле и никак не могла остановиться. До боли знакомые голоса слышались позади, совсем близко. Стоит только обернуться хотя бы на мгновение, и она получит ответы на свои вопросы. Но на это не было времени – нестерпимый жар преследующего по пятам пламени подгонял вперед, заставляя задыхаться.

Казалось, еще чуть-чуть, и она упала бы без сил, но все-таки продолжала бежать в неизвестность. Пыталась разглядеть хоть что-то – глаза слезились от едкого дыма.

Снова те голоса… вернее, теперь всего один. Причинивший столько боли и в то же время ставший для нее таким важным. Почему? Почему он настолько важен? Она ведь знает: нужно держаться от него как можно дальше, но никак не может.

Она попыталась оглянуться. Не стоило этого делать. Запнулась, вскрикнула, полетела в пропасть…

…В первое мгновение Лэнси не смогла даже пошевелиться, и это напугало гораздо сильнее, чем повторяющийся раз за разом кошмар. Потом откашлялась, открыла глаза, села, вглядываясь в темноту… и вздрогнула, увидев силуэт сидящего напротив человека.

Человека, которого не могло здесь быть.

Лэнси зажмурилась, а когда снова открыла глаза, видение исчезло, унеся с собой частичку чего-то старательно позабытого.

«Это просто сон, – стала она уговаривать саму себя. – Плохой сон, не приносящий облегчения. Бояться нечего».

С каждым ударом сердце билось все ровнее. А вот стук никак не стихал, и Лэнси обнаружила, что доносится он со стороны двери. Вытерла скатившуюся по щеке слезу. Прошла по прохладному полу, отодвинула щеколду.

– Зря дверь затворяешь, – полушепотом произнес стоящий у порога Иино. Наклонился, настолько внимательно взглянул Лэнси в глаза, что она отступила назад. Иино встревоженно нахмурился.

– Зачем ты тут? – Лэнси инстинктивно понизила голос до такого же полушепота, еще до того, как вспомнила о ребенке в соседней комнате.

– Ты кричала, вот я и решил разузнать, в чем дело. – Иино виновато развел руками. Как будто в этом есть его вина. Только…

– Из своей спальни ты бы меня не услышал, – возразила Лэнси. Ощущение, будто ее загнали в ловушку, показалось слишком знакомым и ничуть не удивило. Взгляд метнулся к входной двери, хорошо видимой из-за плеча Иино.

– Почему ты так решила? – Он казался искренне обескураженным.

До двери шагов двадцать. Окно гораздо ближе, но его еще надо успеть открыть.

– Просто прислушайся. – Лэнси постаралась говорить как можно спокойнее, но как же трудно это сделать, когда каждый вдох дается с трудом. – Скажи, что слышишь?

– Ничего. Тихо, как и должно быть ночью. – Иино собрался положить руку на плечо Лэнси, но она отстранилась, не позволив этого сделать.

– Вот именно. Здесь тихо, а ведь твой сынишка спит очень чутко, я это успела заметить за три дня. Если бы я разбудила тебя, то его – тем более, и сейчас нам пришлось бы его успокаивать. Лучше скажи честно: стоял под дверью, потому и услышал меня.

– Хочешь совсем уж честно? – чуть помедлив, ответил Иино. – Не стоял, а сидел под дверью, да. Потому что волновался за тебя.

«Что это со мной? – поразилась Лэнси. – Он всего лишь пытается помочь, а я уже напридумывала невесть что». Она даже не могла толком понять, чего боится, почему, и от этого почувствовала себя жутко глупо.

– Извини, я не… – Она замялась, опустила взгляд. Как объяснить свою подозрительность другому, если это загадка для тебя самой?

– Все в порядке. – Однако расстроенный и немного обиженный вид Иино говорил об обратном. – Я понимаю… то есть, не совсем понимаю, но, когда за тобой гонятся, осторожность не помешает. Не против, если я зайду?

Лэнси хотела было спросить, зачем, но вовремя одернула себя. В конце концов, это же его дом, разве она может запретить? Отошла в сторону, впуская в комнату Иино, который крутанул между ладонями шар-ночник, тут же загоревшийся тусклым синеватым светом. Огляделся, даже под кровать заглянул, чем вызвал у Лэнси улыбку.

– Что-то ищешь? – спросила она, переминаясь с ноги на ногу. Поняла, что ступни от холодного пола почти заледенели. Пришлось надеть носки и забраться на кровать, завернувшись в одеяло.

– Проверяю, нет ли в комнате барабашек, портящих чужие сны. – Иино сказал это на полном серьезе, но почти сразу не выдержал и улыбнулся. – Тут нет ничего страшного, можешь спать спокойно.

– В том-то и дело, – вздохнула Лэнси. – Не могу. Только закрою глаза, и… да неважно. Забудь.

Не время и не место для порывов откровенности. Слишком трудно, даже в мыслях, возвращаться к своим кошмарам, а рассказать о них вслух – все равно, что пережить заново.

– Тебе не стоит оставаться одной. Хочешь, с тобой посижу? – Не дожидаясь ответа, Иино поставил стул рядом с кроватью. – Будешь знать, что никто не тронет, может тогда сможешь спать спокойнее.

– Ты же и так уже все решил, мог бы и не спрашивать, – пожала плечами Лэнси. Отчего-то такая настойчивая забота вызывала только отторжение. Словно это уже было раньше и ничего хорошего не сулило. – Скажу «нет», опять будешь под дверью изображать сторожевого пса. На твоем месте я бы лучше малыша сходила проведала. Кстати, как его зовут? Ты так ни разу и не назвал его по имени.

– Он же еще малец совсем, чтобы имя давать, – удивился Иино. – Как начнет делать первые шаги, вот тогда… а у вас на севере разве не так?

– Откуда знаешь, что я с севера? – От очередной волны подозрений Лэнси бросило в холодный пот. – Говорил, что нашел меня в лесу.

– Так и есть. Только… – Иино отвел взгляд и замолк, словно не решаясь продолжить.

«А ведь он совсем не умеет врать». – Эта мысль принесла Лэнси облегчение. Раз так, она постепенно сможет вытянуть правду, пусть даже он этого не хочет.

– «Только» что? – Лэнси сама удивилась напору в собственном голосе.

– По-моему, ты еще не готова это услышать, – покачал головой Иино. – Может позже, если ты действительно захочешь…

– А может, я сама решу, когда и чего я хочу? – Голос Лэнси едва не сорвался на крик. Лишь вид Иино, которому словно бы залепили пощечину, остановил поток вертящихся на языке слов. – Я опять начинаю, да? Прости. У меня такое чувство, что я слишком долго жила не своей жизнью, слишком долго за меня решали другие.

– Ничего страшного, – отмахнулся Иино. – И перестань постоянно извиняться. Виноваты только те, кто это с тобой сделал.

А ведь Лэнси о таком даже не задумалась ни разу за прошедшие дни. Искала причину в себе, но что, если раньше она была совсем другой? До того, что предпочла выжечь из памяти.

«Почему тебе снятся кошмары?» – донесся ее собственный голос из той, прошлой жизни. Если удастся найти ответ, кошмары прекратятся, Лэнси это чувствовала. Только вряд ли от этого станет легче, скорее уж наоборот.

– Знаешь, что? – Иино прервал неловкое молчание. – Как насчет немного прогуляться? Свежий воздух тебе не помешает.

На такое предложение Лэнси посмотрела с нескрываемым удивлением.

– По-моему, идти гулять среди ночи – не очень хорошая идея, – хмыкнула она. – Ты же сам говорил: мне лучше пока не выходить за порог.

Иино загадочно улыбнулся, указал наверх.

– А мы и не выйдем. Вообще не покинем пределов дома. Давай же, развеешься хотя бы немного.

Секундное недоумение прошло, стоило только подойти к расположенной вдоль стены приставной лестнице, ведущей на крышу. Иино подал кофту из тонкой шерсти, чуть большеватую для Лэнси, как и вся имеющаяся в доме одежда.

Свежий ветерок, из тех, какие предвещают скорое наступление утра, приветствовал Лэнси. Голова закружилась от подъема по лестнице, так что пришлось сразу же усесться на покатую черепицу.

– Не страшно? – Иино расположился рядом.

От такого вопроса Лэнси тихонько рассмеялась. Ей могло быть страшно по многим причинам, но нахождение на крыше в их число точно не входило. Тем более, когда в предрассветных сумерках открывается изумительный вид на горы, лес до самого горизонта, долину с озером вдалеке… и на ярко сияющий вдоль горного хребта Барьер.

– Я тебя там нашел. – Иино указал на ближайшую к ним гору. – Недалеко от пещеры.

Промелькнувшая в сознании яркая вспышка заставила Лэнси зажмуриться. Ободранные о каменные стены ладони обожгло огнем. Узкая каменная лестница казалась бесконечной, но Лэнси все карабкалась наверх, ударяясь коленями о покатые ступеньки. Почти не видела ничего, кроме медленно приближающегося пятна света, сулившего свободу…

– Лэнси? – Голос Иино вернул ее в реальность. – С тобой точно все в порядке?

Он наклонился к ней совсем близко, внимательно вгляделся в ее глаза. Чересчур внимательно, словно ожидал увидеть там все то, что видела она.

– Да, точно. – Лэнси встряхнула головой и отвернулась от такого притягательного и такого пугающего свечения Барьера. Захотелось поскорее сменить тему разговора. – Здесь очень красиво, я просто немножко растерялась.

Поежилась от дуновения ветра, поплотнее закуталась в мягкую кофту, еще хранящую чужой цветочный запах. Присмотрелась к долине, где звездочками сияли городские огни, и самый яркий – на высоком шпиле башни.

– Там тоже не спят, – проговорила она едва слышно.

– Веселятся, они всегда веселятся, – пожал плечами Иино, пытаясь выглядеть равнодушным, но не сумел скрыть зависти в голосе. Словно он и сам бы не прочь сейчас быть среди этих «веселящихся». Словно когда-то раньше он действительно был среди них.

– Тебе нравилось в городе, да? – Вопрос сорвался с губ, опередив мысли.

– Шум, толпы народу, музыка грохочет до самого утра, а потом все вымирает до заката… – Иино помедлил, не отрываясь глядя на огни вдалеке, потом покачал головой. – Какая разница, нравилось или нет, я ведь теперь здесь.

– Но зачем было уезжать оттуда, где тебе хорошо? – Лэнси изо всех сил постаралась изобразить наивную, ничего не понимающую девочку. Впрочем, это оказалось нетрудно, она ведь действительно ничего толком не знала о человеке, который сейчас заботливо поднял капюшон ее кофты, чтобы укрыть от ветра.

– У меня не было выбора. – Иино вдруг осекся. – Это не особо интересная история.

«Кому как», – собралась возразить Лэнси, но не успела, потому что в этот момент Иино прижал палец к губам, встревоженно вглядываясь в темную лесную чащу.

Продлилось это всего лишь мгновение, после чего он с улыбкой вновь повернулся к Лэнси.

– Давай оставим разговоры на потом, – заговорил он шепотом. – Такое чудесное утро, просто прислушайся.

Предрассветную тишину нарушало лишь пение незнакомых Лэнси птиц. Красивое, завораживающее, но даже оно не помогло отвлечься от мысли, будто что-то здесь не так. Вовсе не ради звуков предрассветного леса Иино заставил ее замолчать и сам теперь сидел, не шелохнувшись.

«Что?» – беззвучно прошептала она. Вместо ответа Иино осторожно спустился к краю крыши, поглядел вниз, а потом сделал знак возвращаться в дом.

– Да что происхо… – начала Лэнси, спустившись в комнату. Договорить она не успела.

– Кажется, вокруг дома зверье бродит, – чересчур спокойно ответил Иино.

Подошел к ближайшему окну, задернул тяжелую штору. «Чтобы звери в дом не заглядывали? Неужели он думает, что я в такую глупость поверю?». – Лэнси хотелось прикрикнуть на него от обиды, но голос отказался слушаться от сковавшего страха.

Неизвестность пугала больше всего. Неизвестность и всхлипы малыша, доносящиеся из соседней комнаты. Лэнси оглянулась на приоткрытую дверь спальни. До этого момента еще теплилась надежда, что все это какая-то ошибка, что она зря выдумывает себе невесть что, но при виде малыша, приподнявшегося в кроватке и глядящего в закрытое окно, все сомнения испарились.

– Там кто-то есть, да? – спросила Лэнси осипшим голосом.

Прежде чем ответить, Иино приобнял ее за плечи и мягко подтолкнул прочь от окон. Уже успокоившийся было малыш вновь заплакал, отчего и Лэнси и Иино одновременно вздрогнули.

– Говорю же, звери бродят, их в этих краях много. – Снова этот неправдоподобно спокойный тон. Стоило только представить, что Иино пытается за ним скрыть, как внутри все похолодело. А он продолжил, как ни в чем не бывало: – Пойду погляжу, может добуду что к завтраку.

Не успела Лэнси опомниться, как он уже схватил ружье и выскочил на улицу, захлопнув за собой дверь. Оставил Лэнси в одиночестве… впрочем, не совсем в одиночестве.

– Тише, тише, маленький, ну что ты раскапризничался? – Она подхватила малыша на руки. – Тебе нечего бояться.

Если бы только она сама могла поверить своим словам. Почувствовать, наконец, что те, кто ее окружают, в безопасности. Перестать быть той, кто способен только бежать и прятаться, принося несчастья.

И малыш, похоже, тоже не очень-то верил ее словам, все продолжал плакать. Даже палочка-выручалочка в виде колыбельной не помогала.

– Ну и что мне с тобой делать? – После нескольких минут безуспешных попыток укачать малыша на руках, Лэнси без сил опустилась на пол и прижала его к себе. – Ничего, скоро папа вернется, скажет, что все в порядке.

Пришлось загнать подступившую панику поглубже. Попытавшись найти хоть что-то, чем можно было бы отвлечь внимание малыша, Лэнси протянула руку к стоящему рядом поцарапанному комоду, открыла нижнюю дверцу.

С полки скатился, ударившись об пол со стуком, планшет – кажется, так Иино называл подобные штуки. Включился от удара, и на экране высветились строчки то ли статьи, то ли отрывка из книги, этого Лэнси с ходу понять не смогла. Попыталась прочесть из любопытства, но буквы расплылись перед глазами.

Лэнси перевела взгляд на портрет молодой женщины в углу экрана. Симпатичной, но выглядящей изможденной. Впалые щеки, острые скулы, мешки под глазами… и пронзительный, жесткий взгляд.

«Несчастный случай в горах». – Пришлось прищуриться, чтобы прочесть заголовок. Когда глаза немного попривыкли, идущий внизу текст удалось разглядеть без особых проблем. – «Прошедшая лавина унесла жизнь уважаемой и ценимой многими в нашем городе учительницы…»

– Они все наврали. – Иино подошел так незаметно, что Лэнси выронила планшет из рук. – Это был не несчастный случай.

– Давно ты тут стоишь? – Впрочем, ответа и не потребовалось, стоило только взглянуть на малыша, уже несколько минут тихо сидящего у нее на руках.

Иино молча забрал планшет и поскорее развернул его портретом вниз, словно не хотел смотреть лишний раз. Продемонстрировал тушку зайца, которого держал в другой руке, быстро переведя тему разговора.

– А вот и наш завтрак.

Однако Лэнси вовсе не собиралась поддаваться на эту уловку. Только не сейчас.

– Если тут написана неправда, зачем хранить это у себя?

Теперь, когда опасность миновала, по крайней мере на этот раз, любопытство взяло верх. И как бы она ни старалась, побороть его оказалось гораздо сложнее, чем страх.

– Чтобы постараться забыть, как все было на самом деле, – Иино произнес это как само собой разумеющееся. Потрепал малыша по темным, как у него самого, кудряшкам, помог Лэнси подняться. – Или чтобы не забывать. Я еще не определился.

– А откуда ты знаешь, как все было?

– Я это видел. – Иино вернул планшет в комод, давая понять, что разговор окончен.

– Вы не думали взять небольшой отпуск? – спросила Самира и тут же опустила взгляд. Даже через экран было заметно, сколько усилий ей потребовалось приложить для этого простого, в общем-то, вопроса.

Юдвин недовольно поморщился, уловив в ее голосе жалость. Что она себе возомнила? Что она вообще может знать о том, каково ему сейчас? Каково это, когда только мысли о еще незавершенных делах помогают каждое утро вставать с кровати. Вернее, надеяться, что однажды он действительно сможет снова встать и пройтись по земле собственными ногами. Сейчас даже лекари не решаются делать прогнозы.

Что она знает об этом?

Ответ один, и другого быть не может: ни-че-го. Делает вид, будто пытается понять, но… Ее же счастье, если такого никогда не произойдет.

Юдвин поймал себя на мысли, что завидует собственной помощнице, у которой, в сущности, нет по-настоящему серьезных, нерешаемых проблем.

– Когда мне понадобится узнать твое мнение, – «если вообще понадобится», добавил он про себя, – я обязательно об этом сообщу. А пока от тебя требуется составить для моего водителя график поездок.

Если бы кто знал, насколько сложно оказалось найти действительно надежного водителя, который смог бы исполнять и функции личного охранника. Пришлось подключить все доступные каналы для проверки кандидатов, пока не отыскали подходящего, причем в собственном же ведомстве.

– Я уже все сделала. – Самира выглядела жутко довольной своей расторопностью.

Смешная. Но это по крайней мере лучше, чем видеть на ее лице ненужное беспокойство. Да что угодно было бы лучше, честно признался себе Юдвин.

– Хорошо, посмотрю. – Юдвин откатил кресло-каталку от стола и хотел было отключить связь, но вдруг остановился. – Когда он за мной заедет?

Небольшая проверка, насколько хорошо Самира подготовилась. Юдвин отлично знал, когда должен быть на очередном заседании, но вот запомнила ли она? Учитывая, сколько дел у нее было в последние дни.

– Через час. – Самира даже не стала подглядывать в расписание. – Доставит прямиком в министерство.

Что ж, проверка пройдена. По крайней мере на Самиру он все еще может положиться. В отличие от…

Нет, не думать о них, не думать, не думать. Но как это сделать, когда внутри все закипает? Если оба самых дорогих ему человека, разом отказавшиеся от него, сейчас совсем рядом, за полупрозрачной перегородкой, отделяющей двор от террасы, где он решил «подышать свежим воздухом».

Нараяна что-то сказала неподвижно сидящей на крыльце Зелле, всплеснула руками, а в следующее мгновение Юдвин едва успел отодвинуться в сторону, прежде чем дверь на террасу со стуком отворилась.

– Будь ты проклят, – прошипела Нараяна, проносясь мимо.

– И тебе доброго утра, милая, – ответил он нарочито-приветливо, затем вновь посерьезнел, бросив взгляд на до сих пор даже не пошевелившуюся Зелле. – Она все по-прежнему?

– Я не знаю. – Резко развернувшаяся к нему Нараяна сорвалась было на крик, но осеклась. Закрыла дверь, ведущую во двор, и продолжила уже гораздо тише: – Не знаю, что у вас тогда произошло, она не хочет говорить об этом, но это совершенно точно твоя вина. В том, что она теперь такая.

Юдвин сглотнул подступивший к горлу комок, прекрасно поняв, к чему она клонит. Еще раз оглянулся на свою маленькую дочурку, жизнь которой навсегда испорчена, но не только по его вине.

– Такая, как ты была еще недавно, хочешь сказать? – спросил он прямо, не посчитав нужным выбирать щадящие слова.

– Да! И чем дольше она будет рядом с тобой, тем дольше не сможет прийти в себя. Мы с Зелле уезжаем, и как можно скорее. На что я вообще надеялась? Нужно было сразу это сделать.

– Нет.

Он не может ее отпустить. Просто не может. Понял только сейчас, в это самое мгновение и поразился, как до этого мог считать иначе.

Уже почти зашедшая с террасы в дом Нараяна застыла на пороге от удивления.

– Что ты сказал?

– Я сказал «нет», – холодно отчеканил Юдвин. – Ты никуда отсюда не уедешь. Не для того я столько лет терпел твои выходки. И уж тем более я не позволю тебе увезти Зелле.

– И как ты собираешься меня остановить? – Злая усмешка оказалась Нараяне совсем не к лицу.

Очень хороший вопрос. Он мог бы… мог бы, но не станет. Давным-давно пообещал, что не станет ничего ей внушать. Никогда. Да это и не нужно, есть другой способ. Она его заслужила.