Черный клан. Стальной лорд
- -
- 100%
- +
Поэтому я позвонил Валенку и пересказал разговор с бывшей ему, а дальше пусть сам решает, стоит ли информация того, чтобы передавать ее Черному лорду. Заодно, ради прикола, рассказал ему и про «человеческую самку».
Валенок хмыкнул в трубку:
– Главное, не сожри ее случайно…
И вдруг, не меняя тона, спросил:
– Кстати, кого ты пытался навести на мое гнездо?
Хотя голос Валенка звучал все так же дружелюбно, мне стало как-то неуютно.
– Я никого не пытался…
– Тут у меня недавно сработала защита гнезда.
– Да я даже не знаю, где твое гнездо! И знать не хочу!
– А тебе и необязательно знать, – ласково сказал Валенок. – Это как в море: пара капель крови, и акула почует их за километры… Ну, кто это был?
«Поиск на кровь», – щелкнуло у меня в мозгу.
– Ах, это? Извини, мой прокол. Случайно получилось. Мы вообще другим занимались. Орка расхвастался, какой он, типа, мастер работы с информацией, аж досада разобрала, и я решил его проверить. Вспомнил, что ты об меня руку ободрал, и предложил ему…
– Орка?
– Один парень… Один дракон. Из Желтого клана. Пацан, похоже, недавно превратился, ищет приключений – ну ты помнишь, как я…
В трубке издевательски хмыкнули:
– Желтый клан? М-да-а! Ну ты, Леха, и друзей себе находишь!
– Да он нормальный. Ты бы его видел! Он бы тебя заинтересовал.
– Чем?
– Он, похоже, боевой!
– Желтый боевой?!
Трубка совершенно неприлично заржала. Я слегка обиделся и принялся рассказывать про молнию из пальца, поиск по природным носителям и информационные войны.
– Фигня! Человечество уже изобрело способ передавать информацию на расстояние. Мобильник называется!
– Да что с тобой говорить! У тебя один метод поиска: увидел – сожрал!
– Хе-хе… Это «желтый боевой» предложил тебе устроить поиск на кровь?
– Нет, я сам. Он просто офигел, когда понял, кого нашел.
– Ну еще бы, – проворчал Валенок. – Интересно, на кого он рассчитывал…
– Я же говорю, случайно…
– Может, и случайно… Контакты он тебе оставил?
– Ну телефонами обменялись. Мы тут собирались еще разок встретиться, потренироваться вместе…
– Ага, – протянул Валенок. – Да ну, тренировка. И не поговорить толком. Лучше пригласи его пивка попить. В наше любимое место. И я, может быть, подвалю.
– Ну хорошо, как-нибудь на днях…
– Завтра.
– Вообще-то так не договариваются. Что за ультиматумы? А если у него дела?
– Леха, поверь мне, он придет.
– Погоди, в «наше любимое» – это же не то, о котором я подумал?! Да ноги моей там…
– До завтра!
Я нажал на «отбой», причем попал не с первого раза. Почему-то слегка трясло. Я кинул телефон на стол, встал, прошелся по комнате, чувствуя, что внутри нарастает злость. Что я еще, оправдываться должен перед этим толстомордым?! Пусть сам следит за своим гнездом, я тут при чем?!
В итоге я решил плюнуть на Валенка, Орке позвонить как-нибудь потом, возможно завтра, забить на все эти драконьи заморочки и шпионские игры и пошел заниматься своими делами. Включил комп, вскипятил чайник, смастерил себе бутерброд. Сел за комп, вставил наушники и принялся прокручивать плей-лист, подбирая музыку под настроение. Почему-то хотелось именно того, что я всегда так не любил, – хотя бы один вечер пожить обычной, банальной человеческой жизнью. Как я ни пытался заткнуть внутренние уши, но внутренний голос все равно упорно подсказывал, что мне недолго осталось ею наслаждаться.
Я рассеянно просматривал почту, пока не зацепился взглядом за одно письмо. Сперва чуть не стер его автоматически, приняв за спам. Потом сообразил – это старое письмо от меня – Лигейе. Отправлено еще в июне… А, ну да, я благодарил ее за спасение. Не получил ответа и забыл. Я посмотрел на дату. Однако, три месяца прошло. Похоже, письмо так и не нашло адресата. Серебряная дракониха давным-давно улетела вместе с замком из нашего мира. Но если верить Ленке, в конце августа она была еще здесь…
«Что там говорил Орка? – подумалось вдруг. – Хотя бы электронное письмо… Ну-ка попробуем!»
– Лигейя! Ты где? – воззвал я, глядя на письмо. – Ау!
Даже самому смешно стало. Я сосредоточился, выпрямил спину и постарался представить невидимую нить – от письма к адресату. Старался я долго, пока в глазах не помутнело, а плоскость экрана не начала расплываться и проваливаться внутрь себя, превращаясь в нечто вроде неевклидова пространства, полного прозрачных фиолетовых нитей, расходящихся во все стороны. Толку с этих нитей не было никакого, только глаза устали. Я оторвал взгляд от экрана, зажмурился и принялся растирать веки.
За окном шелестело и плескало. Я взглянул поверх экрана – начинался дождь. Монотонный шорох быстро нарастал. Стена звука становилась все более плотной…
Я сидел, глядя на бегущие по стеклу капли, подсвеченные уличным фонарем.
Вода – универсальный носитель… На воду можно записать все что угодно…
Кстати, неплохая идея! Я представил картину: некто, проходя мимо дома врага, капнет на порог немного воды, и на нее запишется информация обо всех, кто пройдет мимо! М-да… и как потом ее считывать?
Или я как-то не так это представляю?
«Что там гадать? – оборвал я себя. – Надо пробовать!»
Недолго думая, я забрался на стол и открыл форточку. В лицо ударил грохот, окатила волна сырого холода. Я высунул в окно руку. Потоки воды в несколько мгновений чуть синяки мне не набили. Ого, какой дождище разгулялся!
Хоть я высовывался из форточки всего несколько секунд, но со стола слез спереди весь мокрый. И на подоконник натекло, и на клавиатуру попало. Даже на мониторе блестели каким-то образом долетевшие капли.
Я обозлился. Блин, ничего не получается ни так, ни этак! Протер стол и комп и лег спать, сердитый и недовольный собой. Перед закрытыми глазами до самого момента засыпания вращались фиолетовые нити.
Ночью мне снились разнообразные сны. Видел рыжего Орку. Самодовольно скалясь, он выплеснул на меня воду из бутылки. Я не отступил, как в зале, а наоборот, протянул обе руки навстречу брызгам. Потом облизнул мокрое лицо горячим языком. Обнаружил, что успел превратиться в дракона. Отметил, как удобно облизываться, когда язык длиной метр. И снова уснул – как дракон.
А ведь сон дракона – вовсе не то, что подразумевают под сном куколки… Он напоминает странствие по мирам, из одной параллельной вселенной в другую. Только в чужие сны мне пока попадать не приходилось.
И фиолетовых нитей я больше не видел. Но кажется… сам стал одной из них.
Да, нитей больше не было, и никаких других образов тоже. Но я чувствовал присутствие. Слышал голоса, знакомые и нет. Ловил отзвуки мыслей и эмоций – приятных, а чаще не очень. Вот только не видел лиц. Да и не хотел бы, пожалуй.
Понимал – если я их увижу, то увидят и меня.
А это бывает опасно.
Снаружи водопадом грохотал дождь. Водяные нити, информационные потоки. Мириады капель сползали по стеклу, складываясь в бесчисленные послания, не имеющие ко мне никакого отношения. Я зажмурился, интуитивно понимая: от такого объема информации мозг просто лопнет и сгорит, как та лампочка в зале. Если я хочу работать с этим носителем, надо отбрасывать все лишнее и смотреть только свое. Один адресат, один вопрос.
– Лигейя! – позвал я, крепко жмурясь.
А потом открыл глаза.
По стеклу проползла капля, оставляя за собой извилистый след. В какой-то момент я понял, что понимаю его смысл. В тот же миг стекло просто исчезло.
Преграда пропала. Информационный поток захлестнул меня.
Не ночь и не день. Нет здесь ни низа, ни верха, нет земли и звезд. Только небо, полное туч. Грандиозные и хаотические построения из пара, ветра и света. В которых фантазия может увидеть что угодно. Например, воздушный замок.
Иногда это в самом деле воздушный замок. Изменчивый, как туман, вечный, как небо, опасный, как тайфун. Абсолютно неуязвимый, защищенный от любой опасности извне… Нет защиты только от того, от чего ее нет по определению.
В сущности, нехорошо подслушивать чужие разговоры. Но когда я об этом подумал, то уже не мог оторваться…
– Милая…
– Ты?!
– Как дела? Давно не виделись.
– Давно?! Это уж точно! Лет триста – или все пятьсот?!
– Я скучал…
– Не лги! Ты даже не дал о себе знать… за все эти годы… Ни разу! до июня, пока…
– Птичка моя, а как? Ты обитаешь в великолепном летающем замке, а я живу в сыром лесу, шарахаюсь по буеракам… У меня ведь даже Интернета нет…
– А с чего ты мне тогда пишешь?
– Неважно. У нас тут вообще ничего нет. Эх, птичка… Ты даже не представляешь, как скверно и одиноко мне живется. С каждым днем ситуация все безнадежнее. Моя жизнь – война всех против всех. Иногда мне кажется, только я один на своих крыльях удерживаю мир от окончательного хаоса… Если бы не я, тут начался бы конец света, последняя битва, Армагеддон…
– Да он уже давно идет, при твоем активном участии! Взгляни правде в глаза – ты его и развязал!
– И ты как всегда права! Только благодаря моим усилиям хаос пока удается направлять в нужную сторону. Но, птичка моя, как же это тяжело! Тебе я могу пожаловаться, ведь ты всегда меня понимала и поддерживала… Я окружен ненавистью, завистью, злобой… Ни на мгновение не расслабиться – съедят свои же соратники, не говоря уж о врагах! Причем в буквальном смысле!
– Мне какое дело!
Женский голос холоден. Но, против воли говорящей, в нем звучит тоскливая нотка. И эта нотка вполне заметна и понятна обоим собеседникам.
– Ты всегда так жил. Тебе это нравится!
Небольшая пауза.
– Да, это правда, – с обезоруживающей откровенностью отвечает собеседник. – Я же неспроста говорю – ты всегда так хорошо понимала меня, ты одна…
– Верно, я тебя неплохо знаю. Поэтому не надо мне льстить! Лучше скажи прямо, чего тебе от меня надо?
Негромкий смех. Вроде обычный – но от него мороз по коже. И я вдруг понимаю, почему. Слова не важны, имеет значение только тон, а он всегда одинаковый. И когда смеется, и когда говорит нежные слова, и когда отдает приказ: «Убейте их всех»…
– Как поживает наш замок?
– Наш?!
– Конечно. Не забывай, кто его тебе построил.
– Ты его построил себе! Хотя врал, что мне…
– Нам, птичка, нам…
– Нет, себе! Ты создавал себе оружие – моими руками! Я этого не видела и не понимала… когда поняла, было уже слишком поздно. А ты хитрый… уже тогда строил планы… Смотрел на пятьсот лет вперед! Когда говорил: я забочусь о твоей безопасности, давай поставим еще кольцо молний… – Наигранное ехидство обрывается сдавленным рыданием. – А я верила каждому твоему слову!
– Но я в самом деле о тебе заботился! Согласись, что благодаря замку ты сейчас в полной безопасности…
– Нет, не в безопасности! Я боюсь! Если хочешь знать, чего именно – его, собственного замка! Боюсь того, что он сможет устроить, если я хоть на миг потеряю над ним контроль…
– Хм, да. Это серьезно. Обращайся там с ним поаккуратнее. Он мне скоро понадобится.
– Убирайся, – отчаянный и беспомощный шепот. – Это мой замок! Ты его не получишь!
– Птичка моя, я не хочу опять тебя обижать. Пойми меня правильно – это не просьба.
Рыдание – уже нескрываемое.
– Ты чудовище! Ты никого не любишь. У тебя нет ни сердца. Ни совести. Ни морали. Ничего! Только зубы! И теперь ты точишь их на мой замок! Что ты затеваешь, кого хочешь погубить на этот раз? Зачем тебе он?!
С той стороны смех.
– Скоро увидимся, птичка. Мы ведь так давно об этом мечтали…
Сероглазая девушка захлопывает ноутбук, роняет голову на руки и плачет.
Гром, гроза, ливень.
Замок плачет вместе с ней. На землю рушатся потоки воды. В этом замке даже горе может быть опасно для окружающих.
Проснулся я под утро от ощущения чрезвычайного дискомфорта во всем теле. С досадой обнаружил, что сплю за столом, мордой на клавиатуре. Форточка была открыта настежь, снаружи завывал ветер и по-прежнему хлестал дождь. Стол был залит водой, даже волосы у меня были мокрые.
Ругаясь и охая от боли в одеревеневших конечностях, я включил свет и поставил чайник. За окном было еще совсем темно, но в далеких окнах уже горели огни – народ вставал на работу. Осенью рассветает поздно.
Снаружи творился натуральный потоп. Проезжая часть превратилась в широкий ручей. Машины ехали по оси в воде. Тротуар был завален мокрыми обломанными ветками. Я заглянул в Интернет – точно, «наводнение в Питере – сильнейшее за последние десять лет!».
Интересно совпало… Может, потому мне и приснился замок Лигейи? Что первично, а что вторично?
Или дело в том, что в последнее время я слишком часто задаю вопросы без ответов? Но тогда почему из всех этих вопросов получил ответ на один – самый случайный, самый неважный? Какое мне, собственно, дело до личной жизни серебряной драконихи?
И до того, что кому-то понадобился ее замок…
«Ты хоть понимаешь, что такое воздушный замок? – вспомнились мне слова Валенка. – Это штука покруче линкора „Айова“…»
Что за линкор такой? Я так и не выяснил, кстати. Но мне стало слегка тревожно. Однако сама мысль, чтобы Лигейя рассталась со своим замком, выглядела абсурдной. Да уж скорее она расстанется с жизнью, чем с ним!
Тем не менее я на всякий случай снова зашел в почту. Строчка с письмом от Лигейи во «входящих» как-то расплывалась. Я, думая, что на монитор попала вода, потер пальцем экран… И стер письмо окончательно. Не поверил своим глазам. Вошел в «удаленные». Проверил корзину.
Нигде ее письма не было.
Глава 4
Orca Killing School
Мы сидели с Оркой в Старом Добром Пабе, в уютном закутке у двери, на всякий случай, подальше от пианино и поближе к выходу. На столе остывало блюдо с жареными сухариками с сыром и чесноком и оседала плотная пена в кружках с «Гиннессом». Однако еда была забыта за ожесточенным спором. Речь шла об индивидуализме и командных тактиках – за и против. Как я уже говорил, практически все драконы, кроме желтых, не признавали иерархии и необходимости подчинения – без чего не обошлась бы никакая работа в команде. Об этом я и толковал Орке, восхваляя свободную инициативу, свободу принимать решения и вообще – свободу как наивысшую ценность. Но рыжий упорно твердил о важности объединения.
– Вот ты говоришь, что быть одиночкой – это свобода. А я скажу – это слабость! Вы все крутые, независимые, сами по себе! И знаешь чем кончится? По одному вас и перебьют!
– Я никому не буду подчиняться!
– А стоило бы поучиться. В жизни не помешает. Кто не умеет подчиняться – не сможет и властвовать!
– Кто это сказал?!
– Ну, допустим, мой папа.
– А кто твой папа?
– Ну, допустим, военный.
– А-а, тогда понятно!
– Что тебе понятно? Откуда столько презрения?
– Извини, если обидел. Но мойпапа всю жизнь говорил, что военные – либо дармоеды, либо убийцы…
Орка засмеялся.
– А что в этом плохого?
– Да ничего. Только то, что армейские методы для драконов не годятся. Каждый дракон – сам себе армия. Зачем крупному хищнику компания себе подобных?
Орка на миг задумался:
– Ты про касаток что-нибудь слыхал?
– Киты-убийцы?
– Ага. Я их манеру охотиться специально изучал. Они и поодиночке могут тюленя словить, как нечего делать. Но когда они охотятся стаей, от них никто не уйдет. Убийство превращается даже не в искусство – почти в магию. Я очень многому у них научился…
– Например?
– Навскидку: когда убиваешь – никакого негатива. Ярость очень мешает. Холодная голова, спокойное сердце, приветливый вид – чтоб не спугнуть. Лучше всего, когда жертва до самого конца не понимает, что ее загоняют. А эмоции выпускаешь потом – когда рвешь ее…
– Это, знаешь ли, в теории легко!
– Да нет, и на практике тоже несложно.
Орка отхлебнул пива:
– Давай расскажу, как касатки охотятся стаей.
– Ну?
– Они вообще не нападают. Первая задача – не пугая, не делая резких движений, отделить жертву от ее сородичей. Даже если их и заметят – никто не примет это за атаку. Тюлень думает, что он в безопасности, на толстой льдине… И не замечает, что льдина оторвалась и плывет. Дрейфует себе потихоньку – и вдруг он в море один. А вокруг, под самой поверхностью скользят тени… И вот из воды, как огромные ножи, поднимаются черные плавники. Толчок, другой, льдина начинает раскачиваться. – Орка, улыбаясь, повел в воздухе кружкой. – Сильнее и сильнее, как на качелях – туда-сюда! Все происходит само собой. Тюлень не видит, кто его убивает. Он даже не понимает, в чем дело. Думает, что просто волна разыгралась… Он поймет, только когда соскользнет в воду. Ну если успеет. А остальные его собратья вообще ничего не заметят. Нырнул – и пропал. Одним тюленем стало меньше. Никто же не видит, что в это время происходит под водой…
Меня передернуло. Описанные Оркой охотничьи игры касаток как-то не возбуждали. Адреналин я любил, но тут чувствовал что-то не то. Что-то неприятное и глубоко мне чуждое…
Свет померк – в дверях возникла огромная фигура Валенка. Собрат по клану вошел в паб как к себе домой. На него оглянулись все присутствующие, в том числе и бармен. Я из дальнего угла заметил, как он дернулся и замер с выражением: «Нет! Пусть мне это снится!»
– Здорово, Леха, – пророкотал Валенок, подсаживаясь за наш стол. – Вот, проходил мимо, решил горло промочить, а тут ты! Какой сюрприз!
Я глянул на Орку. Выражение лица у рыжего было сложное. Похоже, он уже распознал в вошедшем дракона и сейчас лихорадочно пытался понять, как ему вести себя дальше.
Валенок – само дружелюбие – протянул Орке лапу через стол, пожал небрежно.
– Орка, из Желтого клана, – спохватившись, представил их я. – А это Валенок, мой… э-э-э… друг.
– Тот самый «желтый боевой»? – с добродушной иронией спросил Валенок, бесцеремонно рассматривая рыжего. – О, видел я тут вчера по телику настоящего желтого боевого!
– Да ну! – отозвался Орка с настороженным интересом.
– Гадом буду! Прямо в новостях показывали. Эй, ты! – Валенок взглядом остановил бармена, который крался по стенке к выходу, и телепатически вернул за стойку. – Тащи меню!
– С виду – обычный журналюга, но натуру не скроешь! Я прямо зауважал его. Прикиньте, пацаны: его менты повалили на землю и пинают сапогами вчетвером, а он, как настоящий боец…
– Отбивается? – спросил я.
– Круче! Он их в это время фотографирует!
Я захохотал, Орка тоже хмыкнул. Он уже справился с волнением. Неприкрытый стеб Валенка даже как будто успокоил его.
– Ничего такой тесак, – заметил Орка, покосившись на оружие на поясе Валенка. – Менты не останавливают? Или лицензия?
– Валенок по жизни торговец оружием, – заметил я.
– Да какое там оружие! – махнул рукой тот. – Так, железки декоративные…
Тем не менее вытащил тесак, положил на стол. Бармен, который как раз притащил нам меню и пинту для Валенка, чуть не поседел.
Орка же к тесаку не прикоснулся.
– Я в железе не разбираюсь. Для меня это не оружие. Огнестрел еще туда-сюда…
– Да ладно тебе, – ответил Валенок. – Всё – оружие. В сущности, – он взял из корзинки с приборами вилку, – это тоже оружие.
– Точно, – высокомерно кивнул Орка. – Папа говорит: убить можно хоть карандашом!
– Или заточенной пластиковой картой, – добавил я.
Читал про такое где-то.
– Зачем заточенной? – удивился Валенок. – Убить можно чем угодно, было бы желание. Хоть вот этой ложкой! Хоть пепельницей! Хоть… – Валенок задумчиво посмотрел на картонный квадратик под пиво. – Да, пожалуй, и этим можно убить… Хотя голыми руками, в общем-то, удобнее…
Орка фыркнул и промолчал. Вообще, я заметил – с того момента, как пришел Валенок, Орка стал резко молчаливее. То ли боялся сморозить лишнее при Валенке. То ли опасался его самого. Что, впрочем, и неудивительно. «Зря я ему сказал, что Валенок торговец оружием», – подумал я.
Неожиданно Орка кашлянул и сказал, покраснев, как девица:
– Я, типа, извиняюсь… За гнездо. Погорячился.
– Точнее сказать – протупил, – со всей деликатностью уточнил Валенок.
Орка покраснел еще сильнее и буркнул:
– Тебе-то ничего, а я чуть коньки не откинул.
Валенок заржал, хлопнул его по плечу – Орка аж согнулся:
– Делай выводы на будущее. Я не в обиде.
Выражение лица у Орки стало малость попроще. Он отхлебнул пива, закусил сухариком. Атмосфера разрядилась.
Я хотел было вернуться к теме о касатках и методах коллективной охоты. Мне было бы любопытно выслушать мнение Валенка на эту тему. Но тут он прищурился, вглядываясь Орке в лицо:
– Что это у тебя?
– Где? – опять напрягся рыжий.
– На морде.
Тут и я наконец заметил. Крошечные, утопленные в коже металлически точки – центр лба, межбровье, переносица, подбородок, скулы… То, что я принимал за веснушки!
– Пирсинг, что ли?
– Да это модно было, – процедил Орка. – У наших, одно время.
– Золотые?
– Латунь, – еще более неохотно ответил он.
Мне стало несколько досадно за свою невнимательность. Вот ведь, а не спроси Валенок, я бы и не заметил! А может, эти гвоздики магические, вроде золотой звезды Грега? Но Орка явно не хотел распространяться на эту тему.
Над столом на несколько мгновений повисла тишина.
– Так о чем мы говорили? – спросил Валенок.
– О том, что любой предмет может стать оружием, – подсказал я.
Валенок задумчиво посмотрел на кружку в своей руке, потом на Орку.
– Вот, например, эта кружка… Если бы мы тут с тобой сидели, и вдруг оказалось, что ты вражеский шпион, я для затравки мог бы, не делая лишних движений, просто двинуть тебя ею снизу в нос, выплеснув заодно пиво в глаза…
– И дальше что? – хмыкнул Орка.
– Ну а уж если дело пошло всерьез…
Валенок неожиданно сделал резкое движение вниз. Раздался тяжелый звук удара, треск и звон стекла. Все присутствующие в пабе подскочили, не исключая и меня с Оркой.
– Ой, разбилась, – демонстративно огорчился Валенок. – Какой я криворукий!
Я обалдел – кружка выглядела так, что разбить ее можно было бы только молотком. Бармен тут же подскочил с совком и метелкой.
– Кушайте-кушайте, я сейчас все уберу!
Валенок еще и попенял ему:
– Вы бы еще в бокалы пиво наливали!
В руке у Валенка осталась только толстая стеклянная ручка. Я заметил, что Орка не сводит с нее взгляда.
– Вы чего такие нервные? – приветливо поглядывая на нас своими тусклыми глазками, произнес Валенок. – Я же просто рассказываю. Вот если бы я реально хотел кого-нибудь подрезать, то сделал бы так: острым краем сбоку по шее – раз!..
Выпада я даже не заметил. Но Орка даже успел на него отреагировать. Но как-то странно. Он не отшатнулся и не поставил блок, как это сделал бы я, а наоборот, качнулся к Валенку навстречу. Вместе со столом. Что было дальше, я не понял – все произошло слишком быстро. Раздался еще более громкий треск, хрустнуло дерево – стол сломался пополам.
– Это что, нормальный стол для пивбара? – раздался в потрясенной тишине рев Валенка. – Следить надо за своей мебелью! Так и ушибиться недолго!
– Вы чего? – хрипло спросил я. – Валенок, ты охренел или как?!
Теперь-то они точно вызовут ментов! Хотя бедняга бармен вряд ли был сейчас на это способен – выглядел он так, словно был близок к сердечному приступу.
Валенок с довольным видом повернулся к Орке (тот, как вскочил, так и стоял, тяжело дыша):
– Отличная реакция, парень! Кто тебя учит?
– Никто, – процедил Орка. – Так, нахватался там-сям.
На лице у него было написано огромное желание слинять.
– Ну ладно, ребята, приятно было посидеть, но у меня дела.
Валенок протянул руку мне, потом Орке. Сжал.
У Орки в руке вдруг что-то хрустнуло. Тот даже не охнул – только с удивлением взглянул на свою руку, как на чужую.
– Блин! – расстроился Валенок. – Что-то я сегодня все ломаю! Прямо день не задался! Ну-ка, дай посмотрю…
Он быстро перевернул ладонь Орки тыльной стороной вверх и вытянул наружу… латунный гвоздик? Нет – длиннющую тонкую иглу с плоской головкой. Игла в самом деле была сломана.
– Ого, какая штука!
Лицо Орки пошло пятнами.
– Отдай! – прошипел он.
Валенок дружески ухмыльнулся и вернул иглу. Хотя я был уверен: захотел бы не отдавать – не отдал бы.
И вышел.
– Орка, подожди меня здесь минутку! – крикнул я, выбегая из паба.
Валенка я догнал в коридоре торгового центра:
– Ну и зачем ты его пугал?!
Паразит только ухмылялся:
– Захотел и напугал.
– Развлечение себе устроил? За наш счет, да?!