Этот безнравственный шеф

ПРОЛОГ

«Даже если я закрою глаза, даже если я буду тебя отрицать – ты всё равно останешься со мной. Ты будешь рядом, потому что любишь».

Я не знаю, чем я провинилась перед судьбой, но мне катастрофично не везёт по жизни! Спросите почему? Да всё очень просто – мне достался самый что ни на есть отвратительный шеф в мире! И поверьте, я нисколько не преувеличиваю! Изо дня в день, уже на протяжении целого месяца, я слышу из его кабинета примерно вот это:

– О да! Ты так круто трахаешься! Хочу сильнее!

– Тогда раздвинь ноги шире и держись крепче, конфетка! – а дальше безудержные ахи, охи и дикие, нечеловеческие звуки, издаваемые одной из его многочисленных подружек.

К моему боссу в рабочее время постоянно наведываются любовницы и все на одну рожу, как по мне. А ещё у них ноги от ушей и силиконовые сиськи на выкате – стандартный набор, который он обожает. И сегодняшний день не стал исключением.

Я уронила голову на стол и в который раз заткнула уши. Безрезультатно. Это мало спасало меня от непристойных звуков. Меня по-настоящему мутило от этой каждодневной порнографии, которую мне приходилось терпеть. Ну почему моё рабочее место находится в соседней комнате и в нём такая фиговая звукоизоляция?! За что мне это наказание?!

Через полчаса всё наконец-то закончилось, и из кабинета моего начальника вырулила его смазливая подружка, одёргивая свою суперкороткую юбку.

– Пока, замарашка! Скоро увидимся! – она подмигнула мне, направляясь к выходу, при этом сексуально виляя бёдрами и смачно жуя свою жвачку.

Меня начало колотить от возмущения. Я плотно сжала губы, чтобы не выругаться.

«Вот же стерва! Она ещё смеет меня оскорблять! Да чтоб её черти в аду драли, пока искусственные сиськи не отвалятся!» – подумала я, кипя от злости.

Следом вышел мой шеф, довольно улыбаясь и затягивая узел галстука.

– И долго ещё это будет продолжаться? – гавкнула я, сдвигая недовольно брови. – Здесь, вообще-то, не бордель! Не могли бы вы заниматься этим дома?!

– Что хочу – то и творю. Это мой офис. И чего ты вечно возникаешь? Завидно?

Ещё больше зверея, я соскочила с места.

– Сколько можно! Вам вообще на меня наплевать! Моё терпение на исходе! Сами будете разгребать завалы! Я тут, между прочим, не по собственному желанию! Так что лучше не злите меня!

Он вздохнул, закатывая театрально глаза.

– Ты как сварливая бабка, ей-богу! Что я могу поделать, если мне нужен регулярный секс? Ладно, проехали. Что у нас там ещё на сегодня?

Я сжала покрепче кулак.

«Что за липовая отмазка?! Он что, кобель во время гона? Неужели до вечера нельзя потерпеть и обязательно делать все эти непотребства посреди рабочего дня?!» – я вдохнула и выдохнула, пытаясь остыть, и передала ему расписание на день и всю оставшуюся неделю. Он молча взял его и удалился в свой кабинет, а я рухнула обратно в своё кресло.

Быть секретаршей этого ветреного засранца – суровое испытание нервов на прочность. Единственное, что меня останавливало от ухода, – это хорошая зарплата, а мне в данный момент сильно нужны были деньги. Я презираю этого похотливого эгоиста до глубины души, но, к счастью, в его помощники я попала на время. Вторым позитивным моментом является то, что, несмотря на всю свою испорченность, он компетентный начальник и добросовестно выполняет свои обязанности. Иначе я бы этого не выдержала. Но, пожалуй, начну всё сначала и объясню, как я влипла во всю эту нелепую историю…

1

– Так, значит, вы ищите подработку? – спросил меня галантный, элегантно одетый мужчина, заведующий маркетинговым отделом главного филиала корпорации Miller Global. Они не занимались собственной продукцией и зарабатывали ничем иным, как заключали сделки с крупными производителями, находя для них рынки сбыта и деловых партнёров, получая за это большие проценты и гонорары. Компания поддерживала связи и решала разнообразные проблемы, связанные с сотрудничеством, организацией и планированием продаж, закупок сырья и товаров не только на территории Германии, но и в других странах мира. Это предприятие было очень большим и работало со многими крупными предпринимателями за границей, поэтому я была так возбуждена, когда после усердных поисков работы меня пригласили на собеседование в такую престижную и перспективную компанию. Я основательно подготовилась, подходяще одевшись и наклеив на себя одну из своих самых выразительных улыбок.

– Именно, – ответила я уверенно.

– В вашем резюме стоит, что вы модельер. Это ведь совсем не ваша область. Уверены, что справитесь с обязанностями?

– У меня нет особого опыта в офисной работе, но как владелице собственного ателье мне постоянно приходится следить за документацией. Копировать и отсылать бумаги, а также выполнять другие мелкие поручения я смогу без труда.

– Вот и славно, – мужчина улыбнулся. – Зарплата небольшая, но и работа непыльная, на полдня. Раз вас всё устраивает, тогда давайте сразу и подпишем договор, – он протянул мне бумаги и ручку. – Кстати, у вас есть ребёнок. Я прав?

– Да. Но не волнуйтесь. Ему уже одиннадцать, и работе это никак не помешает.

Мужчина снова сдержанно улыбнулся и, после того как я подписала контракт, пожал мне руку и отпустил домой.

Я вздохнула с облегчением, когда покинула огромное высотное здание в центре Берлина. Теперь я могла быть спокойна, что и дальше смогу оплачивать частную школу моего сына Ноа и расправиться с кредитом за дом, под крышей которого находятся моё ателье и квартира.

Принадлежащая мне маленькая швейная мастерская приносила очень скромный доход. Я всегда мечтала стать известным кутюрье, но в итоге всё это так и осталось далёкой, недостижимой звездой. У меня были постоянные клиентки, которые регулярно делали заказы через мой интернет-магазин и которым нравились дизайны моей одежды, но это едва окупало текущие расходы. После того как я развелась с мужем, он нам мало чем помогал. У Мартина появилась новая семья, и у его новой жены уже было двое детей от прошлого брака, а потом у них родился ещё и общий ребёнок. Хоть он сам довольно успешный предприниматель и неплохо зарабатывает, финансово ему всё равно приходится очень туго, поэтому я с него ничего не требовала. Иногда он давал Ноа карманные деньги, и это уже кое-что. Злиться на его никчёмность не имело смысла, поэтому я тратила энергию на поиски выходов из затруднительной ситуации, вместо того чтобы изматывать себя, накапливая упрёки и обиды. Радует уже то, что он исправно поддерживает контакт с Ноа и берёт его к себе на каникулы и выходные. Так, мой сын хоть и нечасто, но может играть со своим сводным младшим братом. Многие меня жалели, но я никогда не могла понять почему. Мы расстались по обоюдному согласию. После нашего расставания ничего не изменилось, разве только что вся забота о Ноа легла на мои плечи. Самой пострадавшей стороной в моём разрыве с мужем я всегда считала сына. Он сильно замкнулся в себе, стал скрытным и совсем не говорит о том, что чувствует. Их близость с отцом внезапно переросла во что-то непонятно холодное и отчуждённое. И хоть он упорно молчит и не хочет говорить об этом, я точно знаю, что он сердится на Мартина. Со своей стороны я стараюсь дать Ноа всё, что в моих силах, чтобы он не чувствовал себя ущербно по сравнению с другими детьми. Мне бы очень хотелось вырастить сына в полноценной семье, но так вышло, что нам с бывшим мужем пришлось пойти разными дорогами, и я верю, что это к лучшему.

Мой первый рабочий день в Miller Global прошёл на ура. Все со мной были вежливы и учтивы. Мне показали рабочее место и ввели в курс дела. Огромный гудящий офис с кучей сотрудников оказался очень даже уютным и приветливым местечком. Я быстро нашла общий язык с коллегами, и они приняли меня с распростёртыми объятьями, так как я не ныла по мелочам, была расторопной и аккуратной. Короткие рабочие деньки приносили радость и моральное удовлетворение, хотя поначалу я не думала, что всё сложится так удачно. Глядя на разодетых офисных работниц, мне казалось, они сожрут меня с потрохами за мой скучный, обыденный вид. Может, это, конечно, и смешно звучит, но я не особо любила наряжаться в повседневной жизни, хоть создаю и шью модную одежду для других. Однако о моём таланте всё равно очень скоро прознали, потому что я частенько носила с собой свой альбом с рисунками. Так я приобрела новых клиенток.

– Эмма, ты закончила с работой? Дашь глянуть эскизы вечерних платьев? У меня банкет крупный в следующем месяце намечается. Успеешь сшить для меня что-нибудь?

Возле моего рабочего стола возникла Сабрина. Она была секретаршей начальника маркетингового отдела и очень эффектной женщиной. Денежки она считать любит, а мои платья ей обходились гораздо дешевле, чем от известных кутюрье, но по качеству и оригинальности не уступали многим топовым брендам. У неё был очень утончённый вкус. Я это с первого дня заметила, как только встретилась с ней. Все костюмы сшиты с иголочки – элегантные и неброские, но в то же время очень шикарные. После того как несколько моих коллег пришли на работу в сшитой мной одежде, она наконец обратила на меня свой божественный взор. Если бы Сабрина надела одно из моих творений на какую-нибудь крупную вечеринку, это гарантировало бы мне хорошую рекламу и кредитоспособную клиентуру. Такая перспектива очень прельщала.

– Да, конечно! Я принесла с собой парочку набросков, которые должны прийтись тебе по вкусу, – я вытащила из ящика стола альбом с эскизами и раскрыла перед ней. Она нагнулась ниже и начала изучать нарисованные в нём модели.

– Вот это ничего, – Сабрина указала на чёрный наряд с открытыми плечами и спиной, который подчёркивал фигуру, – только боюсь, что мой жирок на боках будет проступать.

Я тихо засмеялась:

– Прекрати! Нет у тебя никакого жирка! Ты редкая обладательница потрясной соблазнительной фигурки! А если вдруг где-то что-то не так сядет, я подгоню, и всё будет просто идеально!

– Да ты же моё золотко! – Сабрина радостно заулыбалась от грамотно вписавшегося комплимента и потянулась к моей голове, чтобы потрепать. Я хохоча стала закрываться от неё руками. Она была старше меня на три года, но почему-то вела себя со мной как с ребёнком. Наше баловство прервал раздражённый голос замдиректора позади нас. Он редко появлялся в большом офисе, но когда появлялся, то это означало одно – он наведывался с ревизией к нашему начальнику маркетингового отдела.

– Что за дела?! Почему прохлаждаетесь?! Быстро за работу! Вам тут не санаторий!

– Да! Уже бежим, господин Вольф! – пропела Сабрина и улыбнулась натянуто, как бы извиняясь, после чего замдиректора развернулся и зашагал дальше. По пути он оборал всех, кто попался ему на глаза.

– Похоже, у зама сегодня плохое настроение, – отметила я тихо.

Сабрина вздохнула и покачала головой:

– Да оно у него теперь всегда такое. Наверняка он и нашему боссу уже успел нервишки попортить. Вот же не повезло! А всё из-за этого недоумка – главного директора!

– А что с ним не так? – спросила я с любопытством.

– Ты что, не знаешь? С луны свалилась, что ли?

Я виновато скривила губы.

– Ну ты даёшь! Наш директор – каждый день сплетня номер один в офисе, а ты не в курсе! Господин Миллер опять уволил очередную помощницу. Эта уже четвёртая за месяц. Соответственно, его заму достаётся по полной, ведь на него сваливаются чужие обязанности, а он и так по горло занят.

– Неужели директор Miller Global такой строгий? – поинтересовалась я наивно. В голове не укладывалось, как можно уволить четыре сотрудницы за месяц, – это же по одной в неделю! Каким привередой и перфекционистом нужно быть?!

Сабрина громко расхохоталась, схватившись за живот:

– Вот ты уморила, Эмма, ей-богу! Строгий! Да он просто имеет всё, что движется, включая секретарш! А работа на месте стоит, пока они развлекаются! Вот он и увольняет их одну за другой, не догоняя, что причина всему – он сам!

Я покраснела, как помидор. Я как-то не особо привыкла, чтобы люди так открыто и резко выражались на подобные темы на рабочем месте, да ещё когда речь шла о главном директоре компании.

– А как же он тогда до этого справлялся? – удивилась я.

– Как-как! У него раньше в помощницах была Герда – старая подруга его отца. Ей было уже сто лет в обед, и она ушла на пенсию, а преемницу не подготовила. Вот теперь и свистопляска. Герда этого разгильдяя строила как надо, а теперь он с цепи сорвался и творит беспредел. Но если господин Миллер и дальше так продолжит, то не миновать бури. Ведь он всего лишь исполнительный директор, а владелец компании его отец. Однажды господин Миллер унаследует всё, но, пока этого не произошло, за ним пристально следит око господина Вольфа. Он всегда был чем-то наподобие его няньки. Стоит ему рассказать, что господин Миллер устроил тут притон, можешь представить, что с ним сделает отец. Он столько сил угрохал, чтобы создать это предприятие, явно не для того, чтобы его сын разрушил всё.

– Ну и ну! Даже подумать не могла, что у нас тут такие страсти происходят! – ответила я честно. Для нас, простых сотрудников, атмосфера на предприятии казалась очень даже спокойной, а, оказывается, директор у нас тот ещё идиот. Не повезло, однако, его заму. Но в итоге зря я его пожалела, нужно было жалеть себя. Через несколько дней меня вызвали к нему в кабинет. Не передать словами, как у меня сердце колотилось! Я уже решила, что кто-то на меня нажаловался и меня решили уволить.

– Госпожа Шмидт, вас переводят, – заявил господин Вольф ровным тоном, постукивая обратной стороной ручки по бумагам в открытой папке. Он даже не взглянул на меня, а продолжал работать. Его кислая мина совсем меня расстроила.

– Но почему? Я ведь всегда стараюсь и хорошо выполняю свою работу! – попыталась оправдаться я, взбунтовав.

– Вот именно поэтому и переводят. Начальник маркетингового отдела очень хорошо о вас отзывался и восторгался вашей надёжностью и добропорядочностью. Не хочу, чтобы вы зарывали свой прирождённый талант. Вы заслужили повышение. С завтрашнего дня вы начинаете работать на верхнем этаже у исполнительного директора, господина Эндрю Миллера.

– Что?.. – я вскочила со своего места как ошпаренная. У меня подкосились колени. – Это как так у директора?!

– Что-то не устраивает? – спросил он равнодушно.

– Конечно, не устраивает! – выпалила я на автомате, не подумав, и покраснела, когда зам уставился на меня в недоумении с приподнятой бровью.

– И что конкретно? – поинтересовался он.

Ну не могу же я ему сказать, что не хочу работать под началом извращенца! Боже, и как всё могло так обернуться? Почему, когда моя жизнь наконец наладилась и пошла по нормальному руслу, мне вдруг выпало такое?!

– Я, я… – начала я, запинаясь, – это слишком большая ответственность, у меня недостаточно опыта! Ко всему, я ведь работаю на полставки! Новая должность с этим несовместима!

– Это не проблема. Мы оформим вас на полный рабочий день.

– Но у меня ребёнок и ателье! Я просто не могу! – взвыла я в отчаянии.

– Тогда нам придётся с вами распрощаться, – ответил замдиректора совершенно спокойно и безразлично.

– Но ведь я так старалась! Я не хочу уходить!

– Видите, вы сами решили проблему. С документами о переводе я всё улажу, об этом не беспокойтесь.

Безвольно я опустила плечи. Мне ничего другого не оставалось, как поддаться. Сейчас потерять работу означает огромные проблемы, а найти новую, подобною этой, крайне непросто с ребёнком, да ещё и без образования.

Господин Вольф встал из-за стола и подошёл ко мне:

– Госпожа Шмидт, я прекрасно понимаю ваши опасения. У вас нет никакой квалификации для этой должности, но давайте начистоту: вам ведь нужны деньги? В помощниках у директора вы будете получать в три раза больше, чем сейчас, и сможете быстро решить свои финансовые затруднения. И мне от этого будет выгода. Вы наверняка наслышаны о господине Миллере и его похождениях. Так вот, я решил, что вы в нашей компании самая стойкая сотрудница, не падкая на богатых мужчин. Уверен, временно вы сможете справиться с работой и домогательствами господина Миллера. Тем более это не навсегда, а всего лишь до тех пор, пока мы не подыщем квалифицированного секретаря на это место. Потом я разрешу вам вернуться на прежнюю должность и даже добавлю вам зарплату. Устраивает такая сделка?

Я зыркнула на зама со скепсисом. Он смотрел на меня сверху вниз через очки буравящим твёрдым взглядом. Опасный человек этот замдиректора и хитрый, как старый лис, хотя он ещё довольно молод. Как будто у меня был большой выбор, кроме как согласиться! Похоже, он прошерстил перед этим разговором всю мою подноготную, раз решил, что я смогу устоять перед посягательствами на моё целомудрие. У меня уже три года не было мужчины, а именно с тех пор, как я рассталась с мужем. Да и романов за мной не водилось. Наверное, поэтому я показалась ему надёжной в этом плане по сравнению с остальными штатными сотрудницами.

– Устраивает, – подтвердила я и вздохнула печально.

– Вот и замечательно. Завтра с утра зайдите ко мне в кабинет. Я покажу вам новое рабочее место и представлю вашему новому шефу.

– Хорошо.

Я выползла из кабинета господина Вольфа полумёртвая. Мне было очень грустно и обидно. Я чётко ощущала, что очкастый зам сделал из меня жертвенного ягнёнка. Мне не нравилось, что меня срывают с места, где я так хорошо прижилась, а ещё мне предстоит работать под началом отвратного босса. У меня и так стресса в жизни хватает, а тут до кучи новых проблем добавилось. Я понятия не имела, что меня ждёт впереди, но мне это уже заранее не нравилось.

2

Утром, перед первым днём на новой должности, я прежде всего выудила из шкафа свой строгий серый костюм. Всё-таки быть секретарём у директора центрального филиала предполагает настоящую серьёзность, а значит, и выглядеть нужно презентабельно.

Ноа посмотрел на меня с удивлением, когда застал за тем, как я кручусь перед зеркалом.

– Мам, ты чего это сегодня так официально разоделась? – удивился он.

Я ещё ему не рассказала, что он будет видеть свою маму реже, чем обычно. Мне не хотелось его расстраивать, но утаивать правду было бесполезным занятием. Я решила признаться, раз подходящий момент сам напросился.

– Меня повысили, – ответила я обречённо.

– Так это же здорово! Поздравляю! – возликовал он. Ноа подошёл и крепко обнял меня.

Я прижалась щекой к его мягким волосам на макушке.

– Работы на какое-то время станет больше, и я буду поздно возвращаться домой. Я постараюсь, чтобы на тебе это не отразилось. София будет иногда встречать тебя после школы и готовить ужин, хорошо? – я погладила его по щеке, надеясь, что он в очередной раз простит свою непутёвую мамашу. Конечно, София, моя подруга и помощница в швейной мастерской, не могла заменить Ноа моё внимание, но, по крайней мере, ему будет не так одиноко одному.

– Мам, я уже не ребёнок! Хватить так сильно меня опекать! Ты лучше за себя беспокойся. Тебе ведь теперь придётся как-то совмещать новую должность и работу в ателье, которую ты так любишь. Смотри не перетрудись! Ладно, я пошёл в школу. Задай им там всем жару! Ты ведь у меня самая лучшая! – он улыбнулся, поцеловал меня в щёку и, схватив рюкзак, побежал к входной двери.

На глаза навернулись слёзы умиления. У меня самый прелестный сын на свете! Если бы его не было в моей жизни, не знаю, как бы я справилась со всем, что навалилось на меня за последние годы. Ради него я могу свернуть горы и сделать невозможное возможным!

Прогнав из головы посторонние мысли, я отправилась на работу в полной боевой готовности. Нельзя сплоховать! Мой сын каждый день очень старается ради своего будущего, а я должна постараться ради нашего!

Когда я вошла в кабинет замдиректора, он выглядел свеженьким и бодреньким, в очень хорошем расположении духа, что меня сразу насторожило.

– Госпожа Шмидт, следуйте за мной, – скомандовал он, и мы направились к служебному лифту, работающему от специального ключа, и поднялись на два этажа выше. – Теперь это ваша территория, – он завёл меня в просторную светлую приёмную с большим окном, рядом с которым стоял письменный стол, а на нём компьютер. С правой стороны была дверь в кабинет начальника, а прямо напротив моего рабочего стола располагалась дверь в конференц-зал. Ещё тут была небольшая кухонька, где стояла дорогая кофейная машина и остальная кухонная утварь.

После того как господин Вольф показал мне все комнаты, он постучал к шефу и не церемонясь впихнул меня к нему в кабинет, – так, что я даже споткнулась об свои же ноги. Неужели он боялся, что я передумаю и сбегу в последний момент?

Первое, что мне бросилось в глаза, – жуткий хаос в документах. У меня аж челюсть отвисла. Бумаги валялись даже на полу, а на полках из переполненных, беспорядочно расположенных папок выпадали исписанные листы. Как может начальник такой крупной компании так безалаберно относиться к документации?!

– Я тебе тут привёл кое-кого, – послышался довольный голос господина Вольфа возле меня. – Знакомься, это госпожа Шмидт. Она на время будет твоим секретарём.

Я перевела взгляд на фигуру шефа, который поднялся из-за стола и подошёл к нам. Он остался стоять в одном шаге передо мной. Я задрала голову вверх. Этот тип оказался настоящим гигантом, но мне пришлось тут же признать – весьма привлекательным гигантом! Русые волнистые волосы, тёмные карие глаза, аристократичные правильные черты лица, гордый подбородок, прямой нос и высокий лоб произвели на меня неслабое первое впечатление! Трёхдневная ухоженная щетина покрывала его лицо. Он выглядел очень мужественно и властно. В нём не было ни грамма слащавости. Почему-то в воображении я представляла его себе совсем иначе: как какого-нибудь папенькиного сынка со смазливой мордашкой, а передо мной стоял небритый дядя, похожий на викинга. Его вид даже немного устрашал, но я решила этого не показывать. В конце концов я уже не девочка, чтобы смущаться, как школьница перед учителем.

Босс прищурил глаза и несколько секунд изучал меня внимательно. Под его пристальным взглядом я как-то невольно съёжилась. В итоге он выдал:

– Зачем мне этот гном? Ты в своём уме, Роб?

– Заткнись! Тебе вечно моделей подавай! Она тут, чтобы работать, а не для того, чтобы ты на неё любовался!

– Не думаю, что она подходит на эту работу, – снова отозвался шеф с брезгливостью в голосе.

Закипая, я покраснела до кончиков ушей. На этот раз я не выдержала и ответила вместо зама:

– Для этой работы я подхожу не хуже, чем вы для своей, господин Миллер!

Я сверкнула на него яростным взором. Конечно, я понимала, что вести себя так неприлично, но злоба душила мне горло, как удав, и затмила здравый смысл.

Господин Вольф покосился на меня не без изумления, но с каким-то неожиданным признанием и гордостью во взгляде.

– Эй, Роб! Ты что мне тут решил подсунуть? Она ещё и огрызается! Мы точно не сработаемся!

– А я вот думаю иначе! – заявил зам спокойно, скрещивая деловито руки на груди. – По-моему, как раз то, что тебе надо! Ты совсем распустился! Госпожа Шмидт остаётся, а если ты против, то я расскажу твоему отцу, чем ты тут промышляешь в рабочее время! Тебе ясно?! Хватит валять дурака! Будь ответственней! – после этих слов господин Вольф развернулся и ушёл, оставив нас с шефом наедине.

– Чего встала как истукан, иди работай! – рявкнул он злобно и чуть ли не вытолкнул меня из кабинета.

Похоже, ему очень не понравились угрозы замдиректора. И в самом деле, он обращался с ним, как с распустившимся подростком. «Сабрина не преувеличила, когда назвала его нянькой господина Миллера. Но если слухи не врали, то это мало удивляет», – так я подумала тогда, но то, что меня ждало дальше, оказалось хуже всех моих самых страшных кошмаров. Возвращаясь к началу моего рассказа: ежедневный секс шефа с девицами сомнительного происхождения, несомненно, являлся жуткой катастрофой для моей бедной нервной системы, но по сравнению с тем, какой завал ждал меня в накопившихся за месяц делах, – это было ничто! Я разгребала корреспонденцию, счета, заявки и жалобы днями и ночами. Мне пришлось полностью переделать план встреч господина Миллера с его бизнес-партнёрами, потому что многие из них уже были в бешенстве от его забывчивости и неорганизованности. За месяц на новой должности у меня начал дёргаться правый глаз. На меня в жизни никогда столько дико не орали, сколько за это время! Все недовольства и шишки, как его секретаря, сыпались именно на меня. Я сама не знаю, как мне удалось более или менее устаканить основные проблемы и довести до ума график шефа так, что все остались более или менее довольны. Все эти усилия стоили мне массу личного времени. Домой я приходила в лучшем случае в десять вечера и валилась в кровать без сил. У меня совсем не оставалось времени на дела в мастерской, и пришлось отменить большинство заказов, так как София одна не справлялась. Ноа больше жалел меня, чем упрекал, но я всё равно понимала, что долго так продолжаться не может. Нужно было что-то предпринять, чтобы поскорее уйти с этой должности. В итоге я втихаря начала искать новую работу на тот случай, если не выдержу и не дождусь возвращения на старое место.