Трепет искушения

Lynne Graham

The Greek Claims His Shock Heir

The Greek Claims His Shock Heir

© 2019 by Lynne Graham

«Трепет искушения»

© «Центрполиграф», 2020

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2020

Пролог

Стамбулас Фотакис по прозвищу Бык – но так его называли только за спиной, потому что никто не рисковал нанести обиду одному из богатейших людей в мире, – изучал лежавшую на столе фотографию. На ней были запечатлены три его внучки и правнук, о существовании которых еще несколько недель назад он даже не подозревал. Его конкуренты были бы шокированы мягкостью во взгляде старика, а также гордостью, с которой он смотрел на своих единственных живых родственников. На трех красивых девушек и милого мальчика…

В то же время – и с этим ему придется смириться – жизнь этих девушек и мальчика как-то не складывалась, и это вызывало беспокойство Стама. Если бы он знал о них, то, безусловно, дал бы им все, и им не пришлось бы расти в детском доме. К сожалению, жизнь не дала ему такого шанса, в результате пострадали внучки. Он винил себя за то, что отрекся от своего младшего сына Сая, который бросил ему вызов. Двадцать с лишним лет назад Стам был совсем другим человеком – нетерпимым, властным, бескомпромиссным. С тех пор он кое-чему научился. Покойная жена так и не простила его за то, что он отверг Сая. И в результате все заплатили слишком высокую цену за глупость Стама.

Но это было давно, а сейчас пришло время разобраться с проблемами внучек. Стам исправит причиненное им зло. Он обладал властью и богатством и сделает все, чтобы их жизнь наладилась. Начнет он с Винни, миниатюрной темноглазой брюнетки, которая очень была похожа на покойную жену Стама, арабскую принцессу по имени Азра.

Винни выучила уже несколько слов по-гречески. Ее проблему решить было легче всего, рассуждал Стам. Хотя и не представлял, как сможет удержать себя в руках с мужчиной, который сделал Винни своей любовницей и бросил ее с ребенком на руках. Тем более что речь шла о влиятельном Эросе Невракисе.

Глава 1

– Мистер Фотакис освободится через несколько минут, – сообщила секретарша, засмотревшись на Эроса Невракиса, стоявшего у окна и любовавшегося видом на залив.

И там было на что посмотреть. Мужчине было около тридцати, и он казался невероятно привлекательным – высокий, широкоплечий, с копной черных блестящих волос и зелеными глазами, которые женщины сравнивали с изумрудами.

Сегодня Эрос был в прекрасном настроении. Он уже сделал несколько предложений через посредников выкупить Трилис у Стама Фотакиса, но все его начинания были проигнорированы. И все же его ждала награда: ему пообещали личную встречу со старым ворчуном-затворником, который, возможно, наконец-то готов продать остров.

На Трилисе было больше растительности, но все же освоили его не так хорошо, как обширное поместье Фотакиса вблизи Афин. Здесь также базировался его рабочий штаб. И это естественно, потому что Стамбулас, вне сомнения, не мыслил своей жизни без работы. Когда в девяностых отец Эроса вынужден был продать остров, являвшийся их семейным гнездом, все предполагали, что Фотакис сделает там новую резиденцию, однако этого не случилось.

Сможет ли Эрос когда-нибудь вернуть себе право собственности на остров? Он планировал открыть там элитный курорт на побережье, который создаст дополнительные рабочие места и послужит развитию экономики. Этот старик ничего не сделал для острова, но и продавать его долгое время отказывался.

Так что же изменилось? Эрос задумался, раздраженный, что не мог ответить на этот вопрос. Он предпочитал знать, что движет его конкурентами и противниками, так как отсутствие информации вело к риску. Действовать вслепую было неразумно, особенно в данной ситуации: Фотакис был слишком богат, чтобы соблазниться деньгами.

Эрос попытался посмотреть на ситуацию с другой стороны. Что есть у него, чем может соблазниться Фотакис? Бык славился своей хитростью и коварством.

В то же время Эрос чувствовал себя неуютно: он осознавал, что готов заплатить любую цену и вернуть остров Трилис. Его отец искренне сожалел об этой потере.

«Это наше фамильное гнездо, а если теряешь корни семьи – теряешь все, – болезненно прохрипел отец на смертном одре. – Обещай мне: если у тебя будет возможность, ты сделаешь все, что в твоих силах, чтобы выкупить Трилис. Это дом Невракисов, там похоронены наши предки».

Эрос сжал губы, отогнав сентиментальные воспоминания из прошлого. Опыт его отца научил его следующему: мужчина должен быть жестким как в бизнесе, так и в личной жизни, не поддаваться соблазнам. А когда имеешь дело со знаменитым греческим миллиардером по прозвищу Бык – нужно быть еще жестче.

– Мистер Фотакис ждет вас…

Взгляд Стама, остановившийся на Эросе Невракисе, был очень жестким. Привлекательный мужчина, неохотно признал он, такой без труда смог бы запудрить мозги молодой и наивной женщины. Невракис не сказал Винни, что был женат. Стам лично проверил все факты, касавшиеся жизни внучки, понял, почему она с ним рассталась, и вздохнул с облегчением: несмотря на тревожные предположения об ее характере, Винни – хорошо воспитанная и добропорядочная девушка. Она никогда бы не вступила в связь с женатым мужчиной. Невракис солгал ей, заманив в ловушку, соблазнил, а потом бросил без всякого сожаления.

Эрос увидел перед собой невысокого коренастого бородатого мужчину с обветренным лицом и пронзительным взглядом. Его волосы и аккуратная бородка были белыми как снег, но он при этом совсем не напоминал Санта-Клауса.

Эрос сел и отказался от предложенных напитков, стремясь перейти сразу к делу после стандартного обмена приветствиями.

– Вы хотите вернуть Трилис, – заметил Стам, и Эрос поразился его откровенности. – Так вот, я тоже кое-чего хочу.

Эрос расслабленно откинулся на спинку стула, вытянув длинные мускулистые ноги.

– Я понимаю… – язвительно заметил он.

– Вы уже развелись, не так ли?

Смутившись, Эрос моргнул, и Стам с отвращением отметил его длинные, как у девушки, ресницы, одновременно задаваясь вопросом, как будет терпеть эту лживую крысу в качестве своего зятя. Но, к сожалению, Тедди не мог взять фамилию своего отца до тех пор, пока отец и мать не поженятся, так что выбора не было. Стам не мог позволить, чтобы его внук остался незаконнорожденным. Он знал, что это старомодно, но не собирался менять свои взгляды в угоду моде.

– Не могу понять, при чем здесь это, – тихо протянул Эрос. – Но вы правы. Я развелся в прошлом году.

Стам стиснул зубы.

– Потому что собирался жениться на своей любовнице?

– Понятия не имею, почему мы сейчас об этом говорим, – резко ответил Эрос, вызывающе вздернув сильный подбородок, – однако могу сказать вам, что у меня никогда не было любовницы, и я очень сомневаюсь, что собираюсь жениться.

Стам застыл от обиды, пока не вспомнил, что Эрос наверняка не знал, что Винни – его внучка, иначе, несомненно, никогда бы не осмелился хоть пальцем дотронуться до нее. Поэтому решил немного развлечься, приближаясь к своей цели окольным путем.

– Моя внучка – мать-одиночка, и ей нужен муж. Это моя цена за остров Трилис. Если вы согласитесь на ней жениться, никаких денег за остров платить не придется.

Ошеломленный предложением этого лысого и самодовольного старика, Эрос выпрямился на стуле.

– Вы хотите, чтобы я… женился на вашей внучке? – воскликнул он, не в силах скрыть изумления. – Я не слышал о том, что у вас есть внучка. Уверен, где-то читал, что ни одного из ваших родственников нет в живых.

– До недавнего времени я тоже так думал, – спокойно признался Стам. – Но ведь прелесть жизни – именно в таких сюрпризах, не так ли?

До сих пор не понимая, почему Бык Фотакис сделал ему такое ошеломляющее предложение, Эрос понял, что всегда ненавидел сюрпризы. Ими были, в конце концов, отмечены некоторые из худших моментов его детства, начиная с того, когда его отец объявил о разводе с матерью, потому что та постарела. Эросу было всего восемь лет, но он был достаточно взрослым, чтобы чувствовать всю боль и унижения его матери из-за того, что любимый мужчина ее покинул. После этого он возненавидел тех, кто разрушал чужие семьи.

– Не уверен, что могу согласиться, – уклончиво ответил Эрос. – Но думаю, что партию вашей внучке рад бы составить любой достойный и состоятельный мужчина. Почему я?

– Вы не дурак, – заметил Стам, и его обветренное лицо помрачнело от этого неохотного признания.

– Надеюсь, что нет, – сказал Эрос более спокойным тоном. Его мозг работал со сверхзвуковой скоростью, пытаясь разгадать тайну Фотакиса и его интерес к нему как к потенциальному зятю. – Вы сказали, что ваша внучка – мать-одиночка… – добавил он, пытаясь выиграть время.

– Да, у меня правнук, замечательный мальчик. – Стам не смог скрыть собственнического чувства гордости, потому что оба его сына были мертвы, а рождение мальчика смягчило его жесткое сердце. – Ребенок должен иметь отца, ибо кто знает, сколько лет мне осталось.

– Вы выглядите крепким и здоровым, – сухо пробормотал Эрос. – Но вы все еще не объяснили, почему выбрали меня на эту роль.

– А вы все еще не объяснили, чем готовы пожертвовать, чтобы вернуть этот остров, – спокойно возразил Стам. – Но могу вас заверить: если вы не женитесь на моей внучке, я гарантирую – не видать вам Трилиса как своих ушей.

– В таком случае наша встреча подошла к концу, – спокойно ответил Эрос, вставая со стула с грацией спортсмена. – У меня нет желания снова жениться. Я хотел бы вернуть Трилис, но не ценой своей свободы.

Стам издал сардонический смешок.

– Даже если мой правнук – ваш сын?

Эрос замер.

– Это невозможно! – Он заскрежетал зубами. – У меня нет детей.

Стам посмотрел на него с отвращением.

– Винни Мардас… помните ее?

– Винни? – недоверчивым эхом отозвался Эрос Невракис. – Она ваша внучка?

– Сюрприз, – злобно сказал Стам.

– И вы говорите… она родила ребенка от меня? Это мой сын?

– Да, – подтвердил Стам. – Конечно, вы можете сделать ДНК-тест, если нужно. Это ваше дело. Я хочу, чтобы ты женился на ней и не рассказывал ей о моем вмешательстве. Это понятно?

Эросу ничего не было понятно. Он находился в глубоком шоке. Два года назад, когда он в последний раз видел Винни, она не сказала ему, что беременна, даже не намекнула на такую возможность. Она просто ушла из его жизни. Эрос был потрясен и разъярен в равной степени. Он имел право знать, что стал отцом.

Поэтому первым, с кем Эрос собирался проконсультироваться, был юрист.

– Эрос… – позвал Стам. – Вы слышали, что я сказал?

– Она здесь? В Греции? – требовательно воскликнул Эрос.

– К сожалению, нет, она все еще живет в Лондоне со своими сестрами. Я дам вам адрес.

– Будьте столь любезны. – В резком тоне Эроса звучало дикое нетерпение.

– Вы не должны говорить ей, что это я все рассказал, – предупредил его Стам, пододвигая к нему подготовленный лист бумаги.

– Вам нравится быть серым кардиналом, вершащим судьбы людей? – насмешливо заметил Эрос. – Не знаю, могу ли такое пообещать.

Несмотря на свои семьдесят с лишним лет, Стам резко вскочил со стула.

– Если вы скажете хоть слово о моем участии в этом деле – я вас уничтожу! – угрожающе закричал он. – Вы прекрасно знаете, что я способен на многое!

– А вы не знаете, на что способен я, – парировал Эрос.

Его совершенно не пугали угрозы Стама Фотакиса. Конечно, тот мог добавить проблем, но Эрос и сам был миллиардером, у него было много друзей, и он был уверен, что этот старик не сможет его уничтожить.

Стам наградил его сокрушительным комментарием в отместку за его неуважение.

– Женатый мужчина соблазняет девушку из прислуги? Прекрасно вас понимаю. Вы выбрали ее, потому что она бедна, беспомощна и маловероятно, что расскажет кому-либо из страха перед увольнением. Вы сделали ее своей любовницей и по выходным возили в свой загородный дом. Будьте уверены, я точно знаю, что вы за человек! Обманщик, манипулятор и подонок!

– И несмотря на это, вы хотите, чтобы я женился на Винни?

– Я хочу, чтобы мой правнук был законнорожденным, – окончательно сдался Стам. – Вы получите свой драгоценный остров. Я и не жду, что вы будете жить с Винни. Я даже не хочу этого, потому что она может устроить свою личную жизнь намного лучше. Я сам воспитаю мальчика, и он будет смотреть на меня как на образец для подражания! Ты ему не нужен!

Раздосадованный, пытаясь сдержать противоречивые эмоции, Эрос развернулся и, расправив широкие плечи, вышел, мысленно посылая адский огонь мести на Винни и ее язвительного дедушку.

Как они посмели говорить и вести себя так, словно он никто? Предположили, что он не мог ничего дать ребенку как родитель! Решили, что он будет оказывать негативное влияние на собственного сына!

«Так или иначе, я отплачу за эти оскорбления. Они оба заплатят», – поклялся себе Эрос.

Более того, Стам намекнул на то, что он, Эрос преследует своих подчиненных. Винни никогда не была его любовницей. Эрос не заводил связей на стороне во время брака с Ташей. Он дал обет безбрачия, продолжавшийся много лет, но потом появилась Винни… Стиснув зубы, он прогнал воспоминание прочь вместе с другими мыслями о Винни Мардас. Этот роман был ошибкой, обычной человеческой слабостью, но все же ошибкой. Он прекрасно это знал. Искушение привело к неверному шагу.

У него есть ребенок… сын, даже имени которого он не знает! В отчаянии проведя математические расчеты, Эрос заключил, что мальчику сейчас меньше двух лет. Совсем малыш. Эрос почувствовал облегчение: еще не поздно все исправить. Если бы сын был старше, он мог бы стать озлобленным из-за долгого отсутствия отца в его жизни.

Да, могло быть и хуже – усмехнулся он своим размышлениям. Хотя куда уж хуже… Сам Стам Фотакис угрожал ему, пытался заставить жениться. Эрос никогда не видел своего ребенка, мать его ребенка ушла от него, даже не сообщив, что беременна. Серьезно, куда уж хуже?

И причиной всей этой цепи нелепых событий послужила ошибка. Его собственная ошибка – неохотно признал Эрос. Он по доброте душевной согласился жениться на девушке, которую не знал и не любил, чтобы утешить умирающего отца, который беспокоился за будущее дочери. Этот брак никогда не был настоящим. Он никогда не делил постель с Ташей, никогда даже не жил с ней в одном доме. У каждого из них была своя жизнь. Он принимал все это как данность, терпеливо перенося ограничения, наложенные на него в силу обстоятельств.

А потом в его жизнь вошла Винни, и вся его логика и сдержанность испарились.

Стам Фотакис ошеломленно обвел взглядом пустой кабинет. Впервые в жизни он не мог дать оценку прошедшей встрече. Но Невракис вспыхнул, как фейерверк, оказавшись гораздо более горячим, чем было выявлено в результате тщательного изучения его досье. Он никогда не видел мужчину в такой ярости. А вдруг от его гнева пострадает малышка Винни?

Волна страха накрыла Стама, и он схватил телефон, чтобы предупредить охранников и телохранителей внучек. Последние даже не знали, что за каждым их шагом в Лондоне следят. «Возможно, охрану в ближайшем будущем лучше усилить», – с тревогой подумал Стам.

– Итак, – подвела итог Виви, взглянув через кухонный стол на сестер. Ее медные волосы были такими же гладкими, как шелковая лента, обрамлявшая ее живое лицо. – Наш дедушка немного съехал с катушек. Каковы наши действия?

– Наши действия – это наш выбор, – ответила Винни, откинув темные волосы назад так, что вся копна рассыпалась по спине, и она собрала их и умело скрутила в хвост. – Никто не может принудить нас к каким-то действиям.

– Согласна, но дедушка – наш единственный вариант получить средства, которые нам так необходимы, – заметила Зоя, самая практичная из сестер. – Никто не даст нам денег, чтобы спасти дом Джона и Лиз. Мы пытались получить кредит, но потерпели неудачу.

Это неприятное напоминание морально подавило их, возникла напряженная тишина.

Винни посадила мальчика к себе на колени. Тедди закрыл глаза и расслабился, лицо его, обрамленное черными кудрями, казалось сонным.

«Говорить о свободе выбора было просто, но реальное положение дел прозвучало из уст Зои», – подумала Винни печально.

По правде говоря, ни у одной из трех сестер не было выбора. Стам Фотакис в обычной манере доброго и богатого тирана заявил, что с удовольствием поможет финансово, если внучки выполнят его условие.

Деньги им были очень нужны. Их приемные родители, Джон и Лиз Брук, чья забота изменила жизнь сестер и воссоединила их, находились в глубоком финансовом кризисе. Когда Винни узнала, что у приемных родителей должны забрать дом, в результате чего они лишатся опеки над детьми, которых воспитывали в данный момент, она, несмотря на предупреждение покойного отца, пошла на поклон к богатому дедушке.

Стам Фотакис оставил своего сына Сая без гроша, когда тот едва вышел из подросткового возраста. В отместку Сай продемонстрировал свое презрение к нему, взяв девичью фамилию бабушки Мардас, и потому у дедушки тоже не было возможности выследить своего сына и семью, которая у него когда-то была.

Винни исполнилось двадцать шесть, и у нее сохранились воспоминания о родителях, погибших в автоаварии, когда ей было восемь.

Сестры прекрасно понимали, что супруги Брук спасли их, когда они больше всего в этом нуждались, дали им необходимую заботу и поддержку, чтобы пережить трагическую смерть родителей и негативный опыт воспитания на попечении государства, в детском доме, где с ними обращались жестоко. Первой в доме Джона и Лиз появилась Винни, а благодаря решительности и настойчивости приемных родителей девочки воссоединились.

С этого момента их жизнь изменилась до неузнаваемости, и они постепенно стали обычными, нормальными и счастливыми детьми.

«То, что сделали Джон и Лиз, было бесценным, потому что любовь не имеет цены», – печально признала Винни. Они обращались с девочками как с родными, ободряя и поддерживая каждый их шаг на пути во взрослую жизнь.

– Это верно, – заговорила Виви с выражением печали на лице при напоминании, что им отказали в кредите. – Мы можем получить деньги, если согласимся выйти замуж за мужчин, выбранных для нас сумасшедшим дедушкой.

– Он сказал, что браки не обязательно должны быть настоящими, – обреченно пробормотала Винни, потому что на самом деле она не хотела выходить замуж, даже если это означало только подпись в юридическом документе и кольцо на пальце.

Когда Винни впервые связалась со своим дедом, ей пришлось предоставить документы, подтверждающие ее личность. Не прошло и недели, как она с сыном и сестрами вылетели на частном самолете в Грецию на несколько дней. Они были ошеломлены дедушкиным богатством и шикарным домом. Старик был с ними мил… до тех пор, пока не упомянул о своих условиях выдачи денег для спасения дома Джона и Лиз.

Дедушка очень переживал, что его внучкам пришлось скитаться по чужим углам, винил в этом себя и был благодарен Джону и Лиз Брук за заботу о детях. Тем не менее идея что-то отдать даром была для него, по-видимому, неприемлема.

Винни тут же отругала себя за сентиментальные ожидания и нереалистичные надежды на деда. Он нисколько не изменился, ведь он выгнал своего младшего сына из дома за отказ учиться бизнесу в университете. А теперь желал, чтобы все его внучки вышли замуж за «подходящих» мужчин и заняли приличествующее Фотакисам положение в обществе.

Она подозревала, почему Стам Фотакис решил не просто пригласить внучек в свой дом, но и поучаствовать в их судьбе. Он стыдился того, как сложилась их жизнь. Безусловно полюбив ее сына Тедди, дед возмущался, что Винни не замужем. На самом деле Стам Фотакис не отличался современными взглядами. Он считал, что женщины должны быть замужем, дети должны быть законнорожденными и носить фамилии отцов, а в таблоидах должны появляться только такие их фотографии, которые показывали их как пример икон стиля.

Винни поморщилась. Она всегда думала, что выйдет замуж и родит ребенка в браке, но судьба подставила ей жестокую подножку, и она стала немного мудрее. Влюбленность в неправильного мужчину повлекла за собой катастрофу. В этом и заключалась суть того, что случилось с Винни и что разрушило ее некогда прекрасные идеалы. Правда, она даже не догадывалась, что Эрос был женат, а он определенно скрывал это.

Она все еще покрывалась потом, вспоминая, как в тот ужасный день пришла жена Эроса, Таша. Та ситуация заставила ее быстро принять решение. Она собралась с силами и ушла от мужчины, которого любила.

– Мне нужно собираться на работу, – вздохнула Винни, поднимаясь со стула.

Зоя тоже встала.

– Дай мне Тедди, – попросила она. – Я уложу его вздремнуть, и ты тихонько ускользнешь.

Зоя была миниатюрной, как Винни, но волосы у нее были длинные и золотистые, такого же цвета, как у их отца.

Дедушка сказал Винни, что ее сын очень похож на бабушку, бывшую арабскую принцессу. Винни покачала головой, вспомнив об этом. Дед жил в совершенно другом мире. Ее отец, Сай, ни разу не упомянул о благородном происхождении своей матери, но он всегда с любовью говорил о ней.

Улыбнувшись Зое, Винни подумала, как ей повезло: у нее есть сестры, которые любят ее сына и заботятся о нем так же, как и она. Она бы никогда не справилась без них, потому что, будучи кондитером, работала по вечерам и в выходные.

Раньше они жили в плохом районе, но после знакомства с дедушкой приняли его щедрое предложение и переехали в новое жилье, в основном ради ребенка. Однако, проведя две недели в комфортабельном доме с террасой, четырьмя просторными спальнями и огромной гостиной, не говоря уже об его удобном расположении, они ощутили существенное улучшение качества их жизни. Больше не приходилось платить за аренду, борьба за выживание прекратилась.

Но даже в этом случае было небезопасно зависеть от кого-то, даже от собственного временно щедрого дедушки. Винни неприятно было осознавать, что Стам Фотакис, несмотря на то что быстро их принял под свое покровительство, так же быстро может отвернуться от них. Богатые люди крайне ненадежны и переменчивы – она убедилась в этом на примере с Эросом Невракисом. «Не нужно было доверять ему», – с тоской подумала она.

«Извини, я сегодня не в настроении», – вспомнила она слова Эроса, когда он оттолкнул ее ласку, хотя обычно поощрял ее. Отвержение было болезненным и подействовало на нее как самый первый пугающий звоночек реальной жизни.

У Винни защипало глаза, она сжала губы и попыталась выкинуть из головы воспоминания. Мысли об Эросе были обоюдоострым мечом, который и ранил ее, и наполнял гневом. Она была так глупа, наивна и доверчива, что отказывалась посмотреть в лицо фактам, которые сразу увидел ее дед: у них с Эросом вовсе не было всепоглощающей страсти, она просто стала любовницей женатого мужчины. Не было в их отношениях ни любви, ни романтики, ни заботы, размышляла она, заходя в метро, чтобы ехать на работу в ресторан, где работала кондитером. Она забралась бы гораздо выше по карьерной лестнице, если бы на какое-то время не стала «личным поваром» Эроса Невракиса. С другой стороны, тогда у нее никогда не появился бы Тедди. Несмотря на весь негатив деда по отношению к матерям-одиночкам, она никогда не сожалела о том, что родила его.

Тем же вечером, немного позже, когда Виви надевала на малыша пижаму, раздался громкий и нетерпеливый стук в дверь, и он все не прекращался.

– Все нормально… спокойно… терпение, – успокаивая себя, приговаривала под нос Виви, подходя с ребенком на руках к двери. Распахнув ее настежь, она от удивления открыла рот.

На пороге стояли по меньшей мере пятеро мужчин, все в темных костюмах и с наушниками в ушах. Хотя нет, стоявший ближе всех к ней не имел наушника, но взгляд его был совершенно безумным.

– Вы в порядке, мисс Мардас? – поинтересовался он.

– Кто вы все такие? – прошептала Виви, сильно испуганная.

– Охрана, мисс Мардас. Мы работаем на вашего деда.

– Я не охранник, – нетерпеливо произнес Эрос, стараясь получше разглядеть маленького мальчика на руках у рыжеволосой женщины.

При виде малыша с черными кудрями его мозг на мгновение отключился. Его сын, если это был он, казался очень похожим на него, Эроса, в детстве. Мужчину не отпускала ярость всю дорогу из Греции в Лондон.

– Зачем мне охрана? – прошептала Виви.

– Я хочу видеть Винни, – проскрежетал Эрос. – Меня зовут Эрос Невракис.

Виви застыла, но уже через секунду на ее лице возникло выражение крайнего омерзения.

– Моя сестра на работе.

– Тогда я войду и подожду ее.

– Ее не будет дома до полуночи, так что нет смысла ждать, – заявила Виви, поджав губы.