- -
- 100%
- +
Глава 1. Возвращение в ад
Территория острова Кьюгард была довольно обширной. С тех пор как я вышел на берег моря и побрел вдоль него, прошло уже пять дней. Так что времени подумать о своей будущей жизни у меня оказалось в избытке. Признаться честно, героических планов в моих мыслях появлялось немного. Вначале, сразу после смерти Хулдизэта на болотах, эмоции захлестнули меня с головой. Тогда я поклялся, что сделаю все возможное, чтобы отомстить за друга и очистить остров от вампиров. Какое-то время спустя я все еще верил, что смогу это сделать: я ведь теперь был не простым человеком, а магом, «великим» артефактором, который на многое способен. К тому же темная магия переполняла меня, действуя на мой образ мышления не лучшим образом.
Но после пары суток в лесу, я немного остыл и начал мыслить более разумно. Каким образом, интересно, я очищу остров от вампиров? Их тут сотни! И все по физическим качествам превосходят меня вдвое-втрое. То, что я маг, вообще не играет никакой роли: на вампиров магия почти не действует и я не смогу нанести им никакого вреда. Разве что пакостить исподтишка, но в этом случае они меня найдут рано или поздно, и все-таки казнят. На этот раз, доведя дело до логического конца.
На третьи сутки своего путешествия я начал подумывать о том, что могу и в лесу неплохо устроиться, не привлекая ничьего внимания. Магия существенно облегчала мне жизнь: амулеты для ловли гальчей работали отлично, огонь горел ярко и жарил вкусное жирное мясо, ночью меня согревали глиняные птички, опасных хищников в этих лесах не водилось, а змеи сами от меня расползались после происшествия на болоте. Я мог бы прожить долгую спокойную жизнь в этих скалах, где меня никто не найдет и не убьет. Разве что я сам умру от скуки, совсем одичав и обезумев со временем, как старик Кресси.
Еще неплохим вариантом было бы пробраться на какой-нибудь корабль, который обязательно пойдет в очередной рейд к берегам Гальтернау. Можно было бы пересидеть где-нибудь в трюме несколько дней под тем же амулетом невидимости, а позже выбраться на континент. И уже там заняться обустройством нормальной жизни. Даже если меня обнаружат на корабле, я могу выпрыгнуть за борт, применив амулет-жабры. Кстати, если бы этот амулет работал больше пары часов, можно было бы обойтись вообще без корабля. Так что варианты спасения своей драгоценной тушки у меня имелись и были вполне реальны. Связываться с вампирами очень не хотелось: это не моя война.
Этим моим правильным и разумным планам мешала только одна мысль: на этом острове есть люди, которым я пообещал кое-что. Начиная от старика в башне, заканчивая жителями деревни Раундау. Без меня все эти люди погибнут, надеяться им больше не на кого. Сбежать просто так, даже не пытаясь им помочь, будет подло.
А еще меня разбирала злость на судьбу, которая окончательно лишила меня возвращения на Землю, накачав темной магией. Но призвать судьбу к ответу я не мог. А вот других виновников моих несчастий долго искать не придется: сюда меня доставили вампиры. Они же пытались казнить. И в башню посадили, и в реке чуть не утопили. Я мечтал сделать то же самое с ними. Или хотя бы сильно испортить им жизнь. Постепенно здравые на первый взгляд мысли о побеге с острова превратились в сладкие мечты о мести и я решил вернуться в этот ад, где вампиры считались богами, а люди были бесправными рабами и едой.
Полный невеселых дум, я дошел до портового города, того самого, куда прибыл на пиратском корабле год назад. Насколько я помнил из многочисленных бесед с дэром Кресси, это был главный порт на Кьюгарде, небольшой городок Наствик. Тут находились корабли всех местных вампирских семей. У одного вампирского рода, Дринге, насколько я помню, на другой стороне острова находился небольшой личный причал. Был такой и у Гадалваров неподалеку от башни. Но основная поставка рабов шла именно сюда. Я принял решение затесаться в толпу вновь прибывших людей и посмотреть изнутри на то, что происходит на Кьюгарде. Теперь я знал, что людей тут не убивают. Во всяком случае, не сразу. Да, человек тут абсолютно бесправен, и любой вампир может выпить его досуха в любой момент. Но я очень рассчитывал на силу моей магии, которая вполне могла обеспечить мне элементарную безопасность.
Под амулетами невидимости я пробрался к толпе людей, только что сошедших с очередного корабля. Убрал невидимость. Внимания на меня не обратили: все мужчины и женщины смотрели как будто сквозь меня отрешенным стеклянным взглядом. Я сразу понял, что их уже обработали на корабле маги-менталисты. Я постарался изобразить такое же безразличное ко всему выражение лица, чтобы не выделяться из толпы. Получалось так себе: взгляд все время за что-то цеплялся. Как, впрочем, и у некоторых людей.
Вот один из стоявших рядом со мной мужчин потряс головой и удивленно осмотрелся. Он нахмурился и будто старался что-то вспомнить.
– Как я тут оказался? – спросил он вскоре у товарищей по несчастью.
– Тебя привезли на вампирский остров, – тут же ответили ему несколько голосов. – Как и всех нас.
– Зачем?
– Чтобы мы помогали вампирам строить идеальный мир, – в уверенности, с которой говорили эти люди, явственно слышалось преступное влияние ментальной магии. Да и слова седого мага на корабле мне тоже были хорошо знакомы. – Вампиры будут править этим миром честно и справедливо.
– За наш счет? – голос мужчины стал сердитым. Я начал тревожиться за него. Вряд ли вампиры допустят инакомыслие среди рабов. – А если я не хочу?
– Но так было всегда, помнишь? – в нестройных голосах появились нотки недоумения. – Вампиры – высшие существа, для людей является особой честью служить им…
– Это до войны было, и то не у всех. А ведь сейчас в Гальтернау все равны! Люди имеют такие же права, как и вампиры! – мужчина говорил все громче и злее. – Почему тут все не так? Что происходит?
При этих словах окружающие мужчину люди замолчали, переглянулись и позвали стражу. Проходивший мимо вампир выдернул несчастного человека из толпы и одним движением руки сломал ему шею. Выдавшие единственного нормального человека люди равнодушно отвернулись, как будто даже с чувством удовлетворения. Меня передернуло и затошнило. Я уже видел смерть в этом мире, да и сам часто находился на волоске от нее. Но этот бездушный поступок стражника все-таки ударил по нервам. Для него это действие было не серьезнее чем раздавить таракана. Он забыл об этом через пару секунд.
Одетые в особую форму люди тут же подошли к трупу и понесли его к воде. Я увидел, что и с кораблей, и с берега люди и вампиры выбрасывают довольно много трупов. А в воде их ждут какие-то мелкие рыбки, которые на секунду вспенивают воду возле тела, а затем все исчезает. Я сделал пометку в голове: без корабля уплыть с острова под действием амулетов не получится.
Мы стояли на большой площади совсем недолго. Скоро со стороны острова появились повозки, и вампиры начали загонять в них людей. Они действовали грубо и унизительно для нас, раздавая пинки и тычки каждому. Но никто из людей не возмущался, считая это нормой. Пришлось и мне сдержаться. Я постарался попасть в повозку, рядом с которой стоял высокий пожилой вампир с сединой на висках. Это был сам дэр Гатли Гадалвар, его было легко узнать по описаниям старика Кресси. Да и сам я уже видел этого вампира на континенте, когда он и его подельники набирали рабов. Неподалеку от него стояли две девушки-вампирши, те самые близняшки, всегда помогающие ему. Теперь я знал, что это его внучки, красавицы, от которых глаз не оторвать. Сейчас они никого не убивали, а просто наблюдали за наполнением повозок. В одну из них забрался и я.
Все пять повозок Гадалвара оказались заполнены до упора. Даже не знаю, каким образом мы смогли оторваться от земли и все-таки полететь вглубь острова. Видимо, на этом транспорте стояли на редкость мощные магические двигатели. Мы ехали несколько часов на очень приличной скорости. От неудобного расположения ноги быстро затекли и нещадно болели, все тело ломило. Но жаловаться было нельзя.
– Куда нас везут? – проговорил кто-то тихо рядом со мной. Я обернулся и увидел очень молодого юношу, почти подростка. В его глазах мелькало недоумение и постепенно появлялось осмысленное понимание ситуации. Видимо, магические чары с него тоже слетели раньше времени.
– Нас везут в деревни вглубь острова, – ответил я ему шепотом, стараясь не привлекать лишнего внимания зомбированных людей к нашему разговору. – Там мы станем жить и работать, иногда кормить вампиров.
– Но я не хотел покидать Черные Скалы, – парень нахмурился. – Это же настоящее похищение!
– Так и есть, – согласился я. – Тут особое государство, порядки на Кьюгарде такие же, какие были и на континенте до войны с Грайцем. Так что не возмущайся и смирись.
– А почему мы просто не можем выпрыгнуть из повозки и разбежаться в разные стороны? – он чуть повысил голос и кивнул на лес вокруг нас. – Кого-то поймают, но не всех же…
– Молчи, идиот, – сердито зашипел я на него, живо представляя, как и его юная шея мгновенно ломается под руками бездушного стражника. – Доедем до места, осмотришься, потом будешь думать, что делать дальше. Не сейчас, ради всех богов!
Юноша притих. А вот с повозки впереди нас все-таки спрыгнули два человека с явным намерением спрятаться в лесу. Надо сказать, далеко они не убежали. Стражники-вампиры с радостными криками бросились вдогонку, как будто только и ждали этого развлечения. Ну и насытились потом добытой кровью, бросив трупы в кустах. Парень рядом со мной смотрел на это во все глаза, но молчал. Чувствую, тяжело ему тут будет.
Скоро мы доехали до деревни. Вид у нее был плачевный: дома низкие, покосившиеся, больше похожие на землянки, разбросанные в хаотичном порядке без намека на какие-либо улицы. Заборов или палисадников нигде не было, за каждым домом виднелся небольшой огород, в котором копались темные тени. Увидев наш караван, эти тени выбрались из своих жилищ и подошли ближе, образовав разношерстную грязную толпу в потрепанной одежде. Женщин было гораздо меньше, чем мужчин, а детей и вовсе не наблюдалось кроме парочки совсем еще младенцев на руках у мам. Вся толпа молча и хмуро смотрела на нас. Я заметил, что у некоторых из этих людей взгляды были осмысленные. Получается, что чары менталиста со временем пропадают. Но и эти люди покорно молчали.
Дэр Гатли кивнул своему помощнику, крепкому полукровке средних лет, и тот спрыгнул с повозки.
– Принимайте пополнение! – под его руководством стражники начали спихивать нас на землю. Я выскочил сам, не желая, чтобы ко мне прикасались эти кровопийцы. – Распределяйтесь по домам на ваше усмотрение! Сейчас вам поставят метку, и можете выбрать любой дом и любую женщину по своему вкусу! Вы будете жить хорошо и радостно. Мы делаем все, чтобы вы могли счастливо жить и трудиться на благо и процветание нашего любимого острова!
– Чтоб тебе так же хорошо жилось, – пробормотал я еле слышно. Молодой парень, который так и держался рядом со мной, слегка улыбнулся.
– Ты не маг случайно? – спросил он вдруг.
– С чего ты взял? – вздрогнул я.
– Просто очень хочется, чтобы твое проклятие сбылось… – Он погрустнел.
– Был бы я магом, не попал бы сюда, – признаваться в своих способностях первому встречному я не собирался.
Мы, новые рабы, выстроились в ряд и стали проходить мимо одного человека, слуги Гадалвара. Я сразу понял, что это еще один маг-менталист, который тоже что-то делает для подчинения людей. Когда моя очередь приблизилась, я внимательно рассмотрел его. Молодой невысокий юноша, миловидный и белокурый, с голубыми глазами и тонкими аристократичными чертами, деловито ставил небольшие заклинания на всех нас. Я молча поднес руку и получил мгновенно возникшую маленькую татуировку на запястье в виде местной колючки. Я сразу оценил сложность заклинания: чтобы его убрать, механического воздействия не хватит, тут нужна магия. Даже если отрубить руку, метка просто переползет выше. Впрочем, для меня это проблемой не было. Я прошел мимо. А вот паренек, следующий за мной, не выдержал.
– Что это за метка? – спросил он, получив такую же татуировку.
– Заклинание от побега, – маг удивленно посмотрел на него. Но стражей звать не стал, просто занялся очередным человеком.
– Теперь я не смогу выйти из деревни? – продолжал неугомонный парень, а я лишь молился, чтобы этот разговор не услышали вампиры. – Как далеко я смогу уйти?
– А ты хочешь уйти? – раздался вкрадчивый голос за моей спиной. Один из стражников все же обратил внимание на любопытного парня.
– Ну… Я подумал… Вдруг понадобиться в лес за грибами… – парень тот час же смутился и явно испугался, а я отвернулся и пошел дальше. Тут уже ничем не поможешь: самостоятельно думающие люди вампирам не нужны. Не хочу видеть того, что произойдет дальше. Хорошо бы еще не слышать.
– В лес выйти можно, – ласково сказал вампир, – но если пройдешь дальше, чем требуется, метка даст о себе знать. Будет колоть и болеть. Эта метка нужна, чтобы вы были хорошими и послушными людьми. Ты послушный человек?
– Да…
– Дай попробовать твоей крови.
– Не надо! – но паника молодого человека не спасла. Несколько звуков краткой борьбы и тишина. Я не оглянулся.
Впрочем, впереди картина была еще более безрадостной. Две внучки Гадалвара пили кровь у молодых девушек. Одна вскоре упала, а другая смогла уйти, пошатываясь.
– Ну, зачем ты опять убиваешь? – услышал я реплику одной из близняшек. – Могла бы взять другого человека.
– Не удержалась, – усмехнулась другая. – Да ладно тебе, вон их сколько привезли сегодня!
– Тут только мужчины.
– В следующий раз и баб им привезем, пусть рожают побольше нам младенчиков. Обожаю их кровь! – она посмеялась, и девушки направились к опустевшим повозкам.
Мне захотелось закрыть уши или убить этих тварей сразу же! Вот почему тут нет детей: им не дают вырасти. Незачем. Рабов всегда можно привезти новых, а кровь малышей, наверное, особенно вкусна. Меня разрывало от ярости, я еле сдерживал себя, прекрасно понимая, что ничего тут не исправлю. Во всяком случае, сейчас. Вампиры уезжали, а я попытался отвлечься и посмотрел на лежащую передо мной девушку. Она была невысокой и худощавой, на вид не больше двадцати пяти лет. Ее длинная темная коса лежала на впалой груди. Какой-то молодой парень, субтильный и рыжеватый, быстро прошмыгнул мимо меня, подхватил ее на руки и куда-то понес.
Я почему-то последовал за ним. Мы забрели почти на окраину деревни, и зашли в одну из покосившихся хижин.
– Кегро! Что случилось? – к нам бросилась хозяйка дома, крупная женщина средних лет. В полутьме дома я с трудом смог разглядеть ее рябое некрасивое лицо, перекосившееся от страха. – А это еще кто?
Парень обернулся и только сейчас заметил меня. Нахмурился.
– Это из новеньких, наверное. Пять повозок привезли сегодня. Вы уходите, – глухо сказал он мне. – Тут негде жить, и огород совсем маленький, вас не прокормит. Поищите другой дом.
– Поищу, – покладисто согласился я. – Попозже. Положи девушку… Куда-нибудь.
– Вам-то что? – с тоской в голосе произнес он и положил свою ношу на тряпки на полу.
– Амра! – женщина со слезами кинулась к ней. Схватила ее за руку, чуть подержала и сразу же отошла. Тут явно было не принято показывать свое горе. Молодой человек тоже всего лишь стоял рядом на коленях, низко опустив голову. Они не видели того, что видел я. Девушка была еще жива. Крупицы жизни пока не покинули ее, и их надо было срочно задержать. Я начал лихорадочно соображать, как бы это сделать так, чтобы не вызвать подозрений местных в связи с моими магическими способностями.
– Дайте ей воды, – я тронул парня за плечо.
– Что? – поднял он на меня бессмысленный взгляд.
– Я говорю, дай ей воды, вдруг она жива!
Парень ошалело вскочил на ноги и бросился в другую часть дома, а я быстро расстегнул ворот платья Амры и сунул туда простую серую пластинку из дерева, размером всего лишь с монету. Зато в ней было много магической энергии. Это была обычная магия, абсолютно сырая, безо всяких заклинаний, простой накопитель. Он даст девушке сил. И если ее будут хорошо кормить, она поправится. Я активировал амулет, и магия начала медленно заполнять ауру Амры, прогоняя из нее смертельную серость.
– Что вы делаете? – воскликнул подошедший к нам Кегро.
– Проверил пульс на ее шее, – я выхватил стакан с водой из его рук. – Сердце бьется, рано вы ее оплакиваете. Я приподнял голову Амры и стал понемногу вливать жидкость в ее рот. Девушка глотнула раз, два. Я не торопился.
– Она пьет! Рангильда, смотри! Она пьет! – парень чуть не запрыгал от радости. Тучная Рангильда тут же подошла. Она не выражала свои чувства столь же бурно, но на ее лице застыло выражение блаженства.
– Кто она вам? – спросил я между очередными робкими глотками. Сейчас надо чтобы Амра выпила как можно больше жидкости.
– Сестра, – ответила Рангильда. – А ему так, просто…
– Невеста, – грозно ответил парень. – Давай теперь я. А ты ступай отсюда. Мы и сами справимся.
– Щас, – ухмыльнулся я. – Все бросил и побежал. Стой, где стоишь и не лезь. Ее сейчас очень опасно трогать. Лучше помоги.
Моя спокойная уверенность подействовала на парня благотворно: он беспрекословно подчинился и принялся сам поить невесту, укрыл ее и больше не отходил ни на шаг. А я направился вглубь дома, хотел осмотреться. Но мне не дали: на моем пути встала мощная Рангильда.
– Чего вам тут нужно? – с каким-то грозным отчаянием спросила она меня. – Выбирайте себе другой дом, у нас тут совсем все плохо, – она ходила за мной по пятам, стараясь не пустить дальше первой комнаты. Но я все-таки обошел все. Действительно, мрачновато. Но на магическом уровне энергия дома была очень интересной. Какой-то живой и светлой. Я почему-то захотел остаться именно тут, хотя мне явно были не рады.
Входная дверь распахнулась, и на пороге появился огромный мужчина лет пятидесяти. Грозный, темный и бородатый, как разбойник из сказки.
– Новенький, что ли? – гулким басом произнес он. – Не надо нам тут новеньких, уходи! Что с Амрой? – он подошел к девушке. Та уже открыла глаза.
– Ее выпил вампир, но не полностью, – ответил я. – Она выкарабкается, если будете ухаживать нормально.
– Ты не говори, – развернулся он ко мне. – Ты уходи. Мы сами разберемся.
Я пожал плечами и направился прочь из дома. Постоял на крыльце. Что-то тут не так. Надо разузнать. Я вернулся и обомлел. Этого огромного великана обнимали двое детей! Девочка и мальчик. Малышам на вид было года три-четыре, он были одеты в какие-то темные лохмотья. Заметив меня, они испуганно прижались к мужчине и замерли. Все остальные тоже растерялись и молчали.
– Не выдавайте их вампирам, пожалуйста, – прошелестела из дальнего угла Амра.
– Они скоро вырастут, будут хорошими работниками, – тут же вмешалась Рангильда. – Они смогут принести много пользы… Кто вам разрешил вылезть из-под тумбы! – накинулась она на ребятишек. Те только сильнее прижались к хозяину дома.
– Рассказывайте, – я прошел в дом и уселся на куче тряпья у стены. Больше уходить отсюда я не намеревался.
Эта деревня называлась Лесная, и она принадлежала роду Гадалваров, самым уважаемым и богатым вампирам острова. И если хозяева других деревень хоть как-то заботились о своих рабах, то здесь в этом не видели необходимости. Никого не интересовало, как выживают люди, и хватает ли им самим еды со своих огородов. Магические метки не позволяли людям заходить далеко в лес, поэтому даже набить дичи на обед никто не мог. Кормились рабы только с участков своей земли. Или тем, что найдут у соседей, которых почти ежедневно убивали вампиры. Хозяева этих земель прилетали или приезжали на повозках почти каждый день для забора крови. И после этого часто оставляли один-два трупа.
Если у людей появлялись дети, их забирали почти сразу же, или ждали немного, пока те не подрастут, обычно не больше года. А потом все равно забирали. Для еды. В других деревнях воспроизводство людей поддерживали. Я хорошо помнил подросших детей, которых я встретил после побега в одной из деревень на земле вампиров Джуретти. Но Гадалвары не считали рабов, предпочитая ни в чем себе не отказывать. У этой семейки вампиров было много кораблей, они легко восполняли человеческие потери с помощью пиратства.
Изменить свою судьбу люди в Лесной деревне не пытались. Это было невозможно. Горевали, сетовали на судьбу, но то, что можно сражаться с вампирами, им и в голову не приходило. Волю большинства жителей подавляли маги-менталисты. Их чары держались годами. А те из людей, кто не поддавался внушениям, или освобождался от ментальной магии со временем, жили еще хуже. Потому что все понимали, но ничего не могли сделать в одиночку.
Семья, в которую я попал, как раз и состояла из таких людей, которые плохо поддавались чарам. Конечно же, это была не настоящая семья. Кровных родственников в деревне почти не было, как и в хорошо знакомой мне деревне Раундау. Большинство людей погибало в первые же годы проживания тут. Остальные сбивались вот в такие сообщества, называя друг друга сестрами, братьями или супругами. Глава семьи, Мердок, в данный момент считался мужем Рангильды. У Амры совсем недавно тоже был муж, но он погиб. Амра и Рангильда называли себя сестрами, не имея ни капли кровного родства. Кегро просто жил с ними на правах младшего брата Мердока. Теперь он называл себя женихом Амры.
Иногда в этой семье, как и во многих других, появлялись дети. Ни Амра, ни Рангильда не уточняли, сколько именно их было. Всех пришлось отдать вампирам. А вот двоих они решили спрятать. Девочка четырех лет была дочерью Амры. Ее удалось спрятать, потому что она была одной из двойни. Об этом за пределами дома никто не знал. Сестру пришлось отдать вампирам, а эта малышка осталась. Мальчик трех лет был сыном Рангильды. Его удалось спасти, потому что эта крупная полная женщина сумела скрыть от всех свою беременность благодаря тучному телу. И еще ей удалось родить тихо, ночью, а наутро как ни в чем ни бывало выйти к вампирам. Отцы малышей давно погибли.
Жизнь детей была мрачной. Они жили только в доме, прячась в подполе или под огромной тумбой каждый раз, когда кто-то из чужаков входил в дом. Их с младенчества приучали вести себя тихо, при мне они так и не произнесли ни слова. Я сомневался, умеют ли они вообще говорить. Солнечного света они не видели и выглядели очень болезненными и слабыми. Гулять их выводили только изредка по ночам.
– С ними столько хлопот, – вздохнула Рангильда, гладя по голове прильнувшего к ней сына. – Иногда думаешь: лучше бы вампиры их забрали. И сами не мучились бы, и нас бы не мучили.
– Не вздумайте их отдать! – содрогнулся я.
– Так теперь и не получится, – горько усмехнулся Кегро. – Вампиры узнают, что мы их прятали, и казнят всю семью.
– Мы сделали глупость, оставив их, – прогудел Мердок. – Глупые бабы! Был бы я тут тогда, живо выгнал бы всех к вампирам!
– Ты же сам нас не выдал! – огрызнулась Рангильда.
– Тоже дурак был! – отрезал великан. – А теперь живем каждый день как перед виселицей. Вот хотя бы этого взять… Как тебя там?
– Сагрин, – представился я, на ходу изменив свое имя.
– Чего ты сюда приперся? Теперь все про нас знаешь, и что будешь делать?
– Есть буду, – невозмутимо ответил ему я. – Если накормите.
Мердок замолчал. Все члены семьи уже поняли, что я тоже избежал чар менталиста. Поэтому я никого из них не выдам. Они были уверены, что меня ждала та же судьба, что и их всех: осознавать, что я стал бесправным рабом на острове, понимать, что я всего лишь еда для вампиров и отсюда не выбраться. Каждый из них день за днем обдумывал планы побега или мести, но эти задачи в текущих условиях не решались.
Наш разговор продолжался далеко за полночь. Мы успели поесть отвратительную кашу из клубней местного растения рыпня, который выращивали на местных огородах. По вкусу это было нечто среднее между редькой и картофелем. Есть можно, но с трудом. Мясом или маслом в местных блюдах и не пахло, я едва проглотил пару ложек. Остальные смотрели на меня с сочувствием.
– Как вы это едите, – пробормотал я.
– Поживешь тут, всему научишься, – горько усмехнулся Мердок себе в бороду. – Тут все так живут.
– Нет, – я решительно встал. Мой организм требовал хоть какой-то радости после череды мрачных событий сегодняшнего дня. Я хотел хотя бы поесть как следует. – Сейчас уже темно, никто меня не увидит. Я пойду в лес, раздобуду что-нибудь поесть. Держите огонь в печи наготове.
– В лесу водятся дикие лисцы, – пытался остановить меня Кегро. – Они тут очень большие, не как на континенте.
– Прикормленные трупами, – добавил Мердок. – Почти каждый день людей выбрасывают за окраину деревни, эти твари уже чуть ли не под нашими дверями караулят. В лесу есть дичь, но туда ты все равно не зайдешь, – он кивнул на мою метку.