Хвостатый маг

Глава 1. Очевидное невероятное

Старая сгорбленная старуха появилась как будто ниоткуда: никто из нашей компании не заметил ее приближения. Она напоминала бабу Ягу: длинные седые волосы, одежда неопределенного цвета, длинный нос крючком. Ее пронзительные выцветшие глаза внимательно и цепко уставились на нас. В первую секунду, увидев ее тут, мы все оцепенели.

– Это плохое место, – произнесла она вдруг. Ее голос оказался на удивление чистым и глубоким. – Вы зря остановились здесь, – она придирчиво осмотрела нашу палатку, мирно поставленную на живописной лесной опушке. Мы переглянулись, не зная, как реагировать на столь необычное заявление.

– Почему плохое? – первой сообразила спросить моя девушка Света. Она у меня бойкая и энергичная, всегда легко идет на контакт с людьми.

– Тут что, много клещей? – тут же поддержала подругу Лена, девушка друга, который тоже стоял рядом. – Но это же городской лесопарк, тут вроде все обрабатывают…

– Нет тут никаких клещей, – поморщившись, перебила ее старуха. – Но сегодня полная луна. В эту пору тут часто пропадают люди, – она посмотрела на уже темнеющее небо, где действительно наливалось белизной огромное светило.

– А, понятно, оборотни ходят, – фыркнул друг Гена. Он никогда не испытывал особого уважения к старшим. И запросто мог нахамить кому угодно.

– Глупый! – резко и громко вскрикнула старуха. Мы вздрогнули от неожиданности. – Глупый!

– Уважаемая… – вмешался я. – Уточните, пожалуйста, мы вам тут мешаем? – я, в отличие от Генки, всегда старался договориться с людьми мирно. Тем более сейчас, когда я дома всего неделю после армии. Спасибо судьбе, навоевался. Год срочником, год по контракту. Не то чтобы я участвовал в настоящих боях на передовой – к счастью, почти все спецоперации меня миновали, мои знания после технического института оказались востребованными в другой области. Но строевой подготовкой, муштрой, учениями и командирским беспределом сыт по горло. – Не переживайте: мы всегда ведем себя тихо, мирно и порядочно.

– Добрый мальчик, – гораздо мягче продолжила старуха, поворачиваясь ко мне, – ты послушай меня. Тут действительно опасно. В этих местах часто пропадают люди, и назад не возвращаются. Если вам так лень пройти дальше на пару километров, то хотя бы не уходите от палатки в полночь.

– На нас тут кто-то нападет? – попытался уточнить я, хотя уже решил для себя, что эта старуха просто сумасшедшая. А значит, надо ей подыграть и потихоньку от нее отвязаться.

– Нет. Вы просто можете исчезнуть. Запомни: не отходите от палатки. А если увидите две луны, бегите назад как можно скорее!

– Хорошо, – покладисто согласился я, – мы обязательно последуем вашему совету.

Мы смотрели, как старуха бредет прочь, и потихоньку хихикали за ее спиной.

– Тимурчик всегда умеет находить общий язык с женщинами, – подколола меня Света. – Даже с сумасшедшими старухами!

– Да просто немного чокнутая бабка, – пожал я плечами. – Но ведь она просто хотела дать нам добрый совет, уберечь от опасности, пусть и придуманной. Что ж теперь, в морду ее бить?

– А я бы дал, – поиграл внушительными мускулами Генка. Я смотрел на это уже без зависти. Это раньше я часто сожалел, что мой друг гораздо крупнее и сильнее меня. А я значительно проигрывал на его фоне со своей худощавостью и невысоким ростом. Но к одиннадцатому классу я тоже подрос. Чуть отрастил светлые, чуть с рыжиной волосы и проколол левое ухо, вставив туда скромную, но заметную сережку с черным камнем.

Учась в институте, я начал ходить в тренажерку, что добавило мне мышц, а армия окончательно оформила мой спортивный облик. Несмотря на это, я никогда не был приверженцем силовых методов в решении проблем, хотя драться с откровенными хамами, безусловно, приходилось. Но в большинстве случаев мне всегда удавалось договориться даже с самыми неадекватными особями. Как вот с этой старухой, например.

Сегодня мы двумя парами отмечали на природе мое возвращение из армии. Генка уже давно отслужил и работает в автосервисе. А я вот ушел только после института, так что у меня жизнь только начинается.

– И что? – подначивала нас неугомонная Светка, – никто не решится ночью отойти от палатки?

– Еще как решится! – расхохотался Гена. – Мальчики налево, девочки направо, как без этого?

– Ты же понял, что я имею в виду!

– Не ругайтесь, – примиряюще сказал я. – Если вам это так интересно, то ровно в полночь я лично пойду и проверю периметр.

– Не боишься? – восхищенно вздохнула Лена.

– Не вздумай, – нахмурилась Света. – Мало ли что та старуха имела в виду. Никуда я тебя не отпущу.

– Не спорь с мужчиной! – упрямо вздернул я подбородок. Не люблю, когда мною командуют. И раньше не любил, а уж после армии особенно ненавижу. – Сказал, проверю, значит, проверю.

– Вот упертый!

– У меня аналитический склад ума, детка, – хлопнул я подругу по плечу. – И научное мышление. Так что я верю в здравый смысл и опасаюсь только реальных вещей.

Мы продолжили наслаждаться видами и хорошим ужином, сидя на импровизированных скамейках из коряг. Никто из ребят не напоминал о моем предложении. Но за пять минут до полуночи я решительно поднялся с места.

– Ну что ж, пора, – я направился в лес, – ждите меня все!

– Тимур, да не ходи, – моя Светка выглядела испуганной, – мало ли там что…

– Не переживай, – улыбнулся я ей. Выпитый алкоголь добавил мне смелости, я чувствовал себя суперменом. А вот Генка хмурился – он не отговаривал меня, зная, что это бесполезно: несмотря на то, что в целом я не был конфликтным человеком, упрямства мне было не занимать. Он дернулся было пойти со мной, но я попросил его остаться – хотелось проверить самого себя на храбрость. Ему это не понравилось, но попытки последовать за мной он больше не делал. – Я обязательно вернусь, – пафосно произнес я, – сразу же, как только увижу две луны на небе! – и под смех девчонок потопал в лес, освещая себе путь телефоном.

Лес был негустым. В основном тут росли лиственные деревья. Но попадались и редкие сосны. Вообще-то этот лесопарк находится рядом с городом, тут, наверное, уже все дороги по сто раз перехожены. Я шел медленно, следя за временем. Сесть, что ли, где-нибудь на травке? Говорят, тут совсем нет клещей. Мы, кстати, поэтому и приехали именно сюда. Я взглянул на часы. Ого, уже десять минут после полуночи! Долго же я шел. Ну что ж, пора возвращаться. Жаль, не видать мне предсказанных двух лун.

Я увидел просвет между деревьями и дошел до небольшой поляны. Яркий лунный свет заливал высокую траву. Я вдруг осознал, что свет какой-то нереальный, со странным оттенком. Взглянул наверх и обомлел – на чистом ночном небе светились две луны!

Одна – полная, чуть зеленоватая. Другая – раза в два меньше, серебристого цвета, как будто спутник. Зрелище было необыкновенно красивым, глаз не оторвать! Прямо магия какая-то. Я проморгался, полагая, что это всего лишь галлюцинация. Но две луны никуда не исчезли. Потом подумал, что от выпитого алкоголя двоится в глазах.

– Чтоб я еще хоть раз пил! – пробормотал я, стараясь не паниковать. «Как увидишь две луны, беги!» – вдруг возник в моей голове пронзительный голос старухи. Меня накрыл такой страх, что перехватило дыхание. Я развернулся и бросился к палатке. Я мчался назад по той же самой дороге, и по моим подсчетам уже давным-давно должен был выскочить на знакомую опушку к нашему костру. Но никакого костра не было. Я начал кричать на весь лес, понимая, что все-таки заблудился. Надеюсь, ребята меня услышат! Но в ответ не раздалось ни звука. Я схватился за телефон и увидел, что на нем не было ни одного деления! Связи нет, как так? Я же совсем рядом с городом! Начал судорожно набирать все номера подряд, с ужасом слушая лишь гробовую тишину в трубке.

Последним усилием воли я задавил свой страх.

– Так, Тимур Матвеевич, – начал я говорить вслух сам с собой, что меня всегда успокаивало и настраивало на нужный лад, – ты находишься в лесополосе недалеко от города. Заблудиться тут невозможно. Весь лес окружен автотрассами. Рано или поздно ты на них выйдешь. Надо просто идти, без разницы, куда.

Разумные выводы, произнесенные вслух, меня успокоили. В самом деле, чего это я? Испугался ночного леса? Глупости какие. Да я после армии вообще ничего не боюсь! Я усмехнулся, красочно вспоминая суровые армейские будни. Нет уж, тут в любом случае лучше, чем там. И я неторопливо пошел вперед.

Я шел и шел, лес стал гораздо реже, но обе луны так и висели на головой, я часто смотрел на них. Наконец, я вышел на край леса, за которым простиралось открытое поле. Ноги гудели, от пережитого страха и алкоголя меня клонило ко сну. Я подумал, что ничего страшного не случится, если я немного передохну, а до трассы дойду утром. Я сел на траву, прислонившись к молодому деревцу и вскоре незаметно для себя задремал.

Проснулся от яркого солнечного света и странного звука, бьющего в уши. «Зык-зык-зык», – что-то верещало прямо надо мной. Я открыл глаза и уставился на птичку, которая распевала надо мной песни.

– Ничего себе, какие тут птицы водятся! – пробормотал я, рассматривая необычное существо. Птичка была небольшой, где-то с воробья, но при этом отливала фиолетовым цветом, а рога на голове светились красным. Щебетала она тоже очень странно, никогда такого не слышал. Да и вообще птицы тут пели как-то по-другому. – Надо будет рассказать об этом биологам, – продолжал бормотать я. – Может, это какой-то новый вид? – я встал, чтобы подойти поближе, но тут с другой ветки на птичку бросилось какое-то существо. Оно было очень быстрым, хоть и не успело поймать птичку. А я стоял и смотрел на… Кажется, белку.

Ну, так себе белочка – огромная рыжая тварь килограмма на три. Она злобно посмотрела на меня желтыми глазами с вертикальным зрачком, потом развернулась и ускакала, предусмотрительно прыгая только на толстые ветки. Разве бывают такие белки? Мозг упорно не хотел признавать очевидного – это немного не те места, которые я исходил вдоль и поперек. Деревья не те, звери не те, трава не та. Но я гнал от себя эти мысли. Может, это просто какая-то аномалия местности!

Я повернулся к полям, которые начинались сразу за лесом, и увидел вдалеке людей. Обрадовался, выбежал из леса и тут же остановился как вкопанный. Что-то мне очень не понравилось в том, как эти люди выглядели.

Шесть очень крупных мужчин сидели на лошадях и неторопливо продвигались вдоль леса. Они были одеты во что-то зеленое, издалека не понять, во что. За лошадьми шли еще пятеро человек. Я сначала не понял, почему они идут так одинаково, потом увидел, что их руки связаны веревкой. Это что же? Какие-то ролевики отыгрывают ситуацию из боевого фэнтези? Я направился к ним, радуясь, что наконец-то теперь не один. И тут меня заметили.

Один из всадников издал громкий клич, указывая на меня остальным, те что-то загомонили. От отряда отделились три человека и во весь опор поскакали ко мне, высоко подняв какое-то оружие типа дубинок. Я опешил, увидев, как один из них оттолкнул с дороги «пленного». Человек кубарем покатился по траве. Но никто ему не помог, другие даже пнули его пару раз, чтобы встал. Намерения этих трех были очевидны: слишком рьяно они размахивали дубинками, приближаясь ко мне на полном ходу. Не похоже на мирное приветствие.

Это что за отморозки? Я еще какое-то время наблюдал за всадниками, потом присмотрелся к их лицам, и волосы зашевелились у меня на голове. Это были не лица! А какие-то морды! Серо-зеленого цвета, круглые, с приплюснутыми носами и торчащими клыками из огромных ртов. Это как можно было сделать такие костюмы? Или это не костюмы? Об этом думать вообще не хотелось. Я развернулся и бросился в лес.

Так быстро я не бегал никогда в жизни! Я петлял между деревьями, а улюлюканье позади то приближалось, то отставало. Лес был негустой, но высокая поросль хорошо скрывала меня от преследователей. Через час непрерывного бега я уже не мог дышать. Преследователи вроде отстали, и я упал на траву. Сердце бухало где-то у горла. Я заполз за какую-то кочку, закопался в кусты. Пусть попробуют меня тут отыскать!

Я уже не считал этих ролевиков моими спасителями. Гнались они за мной явно по-настоящему. Ну их на фиг, сумасшедшие какие-то, поищу других людей.

Скоро мой слух уловил движение. Я перестал дышать. Кто-то идет. Все ближе и ближе. Остановился. Я посмел поднять голову. И встретился лицом к лицу с одним из моих врагов. Круглое зеленое лицо расплылось в широкой зубастой улыбке.

Это не маска! Это не костюм! – пронеслось у меня в голове, – это какой-то тролль или орк! Меня парализовало от ужаса. А охотник что-то громко крикнул в сторону и схватил меня огромной рукой за шкирку и одним движением вытащил из кустов.

– Эй, можно поаккуратнее! – на рефлексах возмутился я, ободравшись о ветки. Но громила только раскатисто захохотал. Двое других всадников подошли, ведя на поводу черных лошадей. Впрочем, это тоже были совсем не лошади! От нормальных они отличались и мордой, и гривой, которая располагалась по всей шее, а не только по верху. На лбу у этих животных торчали два острых рога. Да и хвосты были как у коров, с кисточкой на конце.

Мои преследователи что-то говорили на грубом рычащем языке, в котором я не понимал ни слова. Один из них схватил меня за ухо, в котором блестела сережка. Я вырвался – больно! Они снова захохотали. А я думал, как бы не сойти с ума. Откуда тут эти мутанты-переростки? Все выше меня почти на голову, а ведь я не маленького роста! У всех мощные торсы, обтянутые кожаными жилетками, штаны до колен, множество ремней по всему телу, какие-то мокасины внизу. Даже отдаленно ничего не напоминало современную одежду. Похоже на какое-то затерянное племя снежных людей.

Меня грубо обыскали, несмотря на мои протесты, вытащили телефон и долго рассматривали его по очереди. Потом спрятали в недра своих странных одежд. Меня пнули сзади, заставляя идти назад, к тому полю. Я пошел, а что оставалось делать? Сопротивляться явно было бесполезно, бежать тоже.

Дорога назад оказалась гораздо сложнее. От вчерашних возлияний и сегодняшнего бега по лесу у меня в горле совсем пересохло. Дико хотелось пить. Да и есть тоже. Мои мучители иногда что-то пили из кожаных фляжек, но мне, естественно, ничего не перепадало. Мы вышли к окраине леса, когда солнце уже довольно высоко висело на горизонте.

На опушке оставшиеся всадники разбили что-то типа лагеря. Горел костер, жарилось мясо. Нашу процессию встретили хохотом и веселыми разговорами. Меня пнули к кучке людей в стороне, которые сидели, потирая натертые веревками руки. Сейчас веревок не было, но бежать никто из пленных не пытался.

– Привет, – на автомате прохрипел я, усаживаясь рядом. Мне что-то мрачно ответили, но я опять не понял ни слова. Я рассмотрел собратьев по несчастью. Порадовался, что хотя бы эти оказались нормальными людьми. Во всяком случае, трое из них. Один – высокий и крепкий, с крестьянским бородатым лицом, этакий былинный мужик. Другой – моего телосложения, ростом немного выше среднего, худощавый, на вид не старше меня. Третий – совсем юный, лет семнадцать, борода не растет еще. У него были очень странные глаза – желтые, с вертикальным зрачком. Такие я уже видел у одной знакомой белки в лесу.

А вот двое других моих товарищей были не людьми, это я понял сразу. Один, с серой кожей и огромными ушами, был совсем маленьким, мне по плечо. Мне все время хотелось назвать его мастер Йода и потрогать его огромный сморщенный нос. Второй выглядел почти как человек, разве что ободранные черные крылья за спиной свидетельствовали, что это не совсем так.

Наши хозяева принесли нам ведро с водой и мясо. Целиком зажаренное животное, похожее на то, что я когда-то видел в лесу. Мои спутники набросились на еду со всей страстью изголодавшихся пленных. Я, не раздумывая, подключился к процессу. Голод не тетка, а базовая потребность человека. Обо всем остальном подумаем потом, на сытый желудок. Я отрывал от толстой белки куски мяса и отправлял их в рот, совершенно не задумываясь, подходит ли эта еда для моего желудка.

Оказалось, что очень даже подходит. Особенно когда я запил жаркое водой из общего ведра, не спрашивая, откуда она взялась и хорошо ли продезинфицирована. Сейчас мне было на это плевать. Белка, которую тут называли гальчей, на вкус напоминала кролика. К концу обеда я уже знал, как тут обозначали воду и мясо, понимал слова «есть», «дай еще», «пить» и «держи». Информация запоминалась мгновенно и накрепко – мотивация была очевидной. Адреналин до сих пор бушевал в крови, чувства обострились до предела. Я чувствовал себя первопроходцем, изучающим язык новых племен. Ничего, скоро я сбегу отсюда и попробую выйти к нормальным людям. А этих мутантов пусть изучают в специальных лабораториях.

После обеда нас подняли и начали связывать руки. Впрочем, не совсем связывать – на нас надевали какие-то хитрые веревки, которые сплетались сами. Я смотрел на это во все глаза – вот это изобретение! Почему я раньше о таком не слышал?

Потом наши зеленомордые хозяева уселись на кьялов – местных лошадей, и вся процессия двинулась по еле видимой дороге в поле. Я все время смотрел по сторонам, ожидая, что вот сейчас, из-за очередного холма покажутся знакомые многоэтажки большого города. Где-то ведь они должны быть, уже совсем рядом! Я часто поглядывал на небо, мне все казалось, что там летит самолет. В причудливых облаках пытался найти длинный белый след. Иногда даже почти находил…

Через пару часов непрерывной ходьбы руки стали ощутимо болеть – веревки сильно натирали кожу.

– Уважаемые! – не выдержал я, обратившись к всадникам. – Можно как-то ослабить эту конструкцию? – я показал им на веревки. – Очень больно, смотрите, почти до крови!

Один из орков что-то резко ответил.

– Простите, я не понимаю, – настаивал я. – Можно мне…

– Перестань, – тихо сказал высокий бородатый мужчина рядом. Это слово я уже понимал.

– Почему? – упрямо спросил я, не обращая внимания на еще один окрик орка. – У тебя же вон тоже все до крови стерто! Это же опасно, может начаться заражение…

Я не договорил – мощный удар сзади по уху оглушил меня. Я грохнулся на землю, сбивая весь строй. Всем моим товарищам пришлось присесть из-за связывающих нас оков. Орки только хохотали. Бородатый мужик помог мне подняться. Я кое-как встал. Голова гудела, в разбитом ухе пульсировала боль, меня шатало.

– Вот дерьмо, – выплюнул я. – Так же и до сотрясения недалеко…

– Перестань, – опять тихо прошептал мне мой товарищ. Орк снова что-то крикнул, и я замолчал. Так я узнал оркские слова «заткнись, вонючий придурок».

Я брел дальше, обдумывая свое положение. Ничего путного в голову не приходило. Разве что странная благодарность моим командирам в армии, которые гоняли нас по плацу до седьмого пота. Сейчас именно это помогло мне выдержать многочасовой переход. И первым от непосильной нагрузки упал не я, а гоблин. Орки пытались заставить его идти, но тот не поднимался, как бы сильно его не били хлыстами. На голове и спине несчастного уже показалась кровь.

– Хватит! – крикнул я, бросаясь к нему. Я поднял его подмышки под хохот мучителей. Тело оказалось неожиданно легким. И мы побрели дальше.

Скоро солнце начало клониться к горизонту. Мы дошли до какой-то небольшой речушки, где и сделали привал. Нас развязали и отпустили смыть кровь и грязь. Потом к нам подошел один из орков и что-то сказал. Мои товарищи понятливо закатали рукава, показывая раны. Орк подошел сначала к бородатому, протянул открытую ладонь, на которой лежал небольшой белый камень. Человек взял камень, потер его в руках. От них тут же пошло слабое свечение. Через секунду бородач вернул камень орку.

Тот подошел ко мне. Я взял этот же камень и тоже потер его ладонями, наблюдая за странным свечением, исходящим теперь из моих рук.

– Что это? Какая-то радиация? – спросил я у орка. – Это не опасно?

– Заткнись, – ответил он мне, направляясь к крылатому. А я рассматривал свои руки в полном шоке. На них не осталось ни царапины! Не было даже старых шрамов, полученных в детских драках! Я ощупывал каждую часть своего тела, которая так или иначе пострадала сегодня. Я хорошо помнил все ранки, потому что они здорово саднили всю дорогу. Да и мозоли я набил изрядные – мои кроссовки, конечно, вещь удобная, но для таких переходов они не предназначены. Так вот, мозолей тоже больше не было! Единственное, что я нашел – шрам на ухе от сегодняшнего удара. Засохший, зарубцевавшийся, но вполне ощутимый. Видимо, там повреждение было достаточно серьезным, простой бытовой магией его не вылечить.

Магией? Да, я уже понял, что это было не простое лечение. Такого на Земле точно не найдешь. И сейчас, и позже, когда ели очередную гальчу, и когда ложились спать под двумя лунами, в голове крутилась только одна мысль – это не наш мир. Это не Земля. Никакие новостройки за холмами не появятся, и никто меня не спасет. Осознать это до конца я пока так и не смог.

Еще два дня пути я тупо шел за орками, стараясь привести мысли в порядок. Получается, что другие миры существуют. И перейти в них можно легко и просто. Та старуха в лесу об этом явно знала и пыталась нас предупредить. А я, идиот, не послушал. Почему же никто не догадался обнести ту чертову лесополосу бетонной стеной? Может, потому, что отсюда никто не возвращался? Я гнал от себя эту мысль. Я обязательно должен вернуться! И уж я-то всем расскажу об этом жутком мире.

К концу второго дня я уже познакомился с моими попутчиками. Гоблина звали Ниржадцу. Я чуть язык не сломал, пока пытался выговорить это имя, чем хоть немного повеселил своих товарищей по несчастью. Мы старались не смеяться и даже не улыбаться, чтобы не раздражать лишний раз орков.

Крылатого звали Ростальд, и он был вампиром. Да, самым настоящим. Он даже не ел с нами жареных гальчей, ему орки давали пить их кровь. Летать он, к сожалению, не мог, крылья ему изувечили сразу же, как поймали.

Моего бородатого товарища звали Казарад. Он мне нравился больше всех – спокойный, сильный, рослый. Он чем-то напоминал моего друга Генку, оставленного на Земле.

Юного паренька звали Динрич. Я быстро сократил его имя до Дина. Именно он учил меня основным словам своего языка. Я уже знал основные действия – идти, стоять, смотреть, есть, пить, спать.

Только один человек не шел ни на какой контакт. Мы прозвали его молчуном. Он всегда мрачно смотрел в сторону наших врагов, как будто что-то обдумывая. Интересно, что именно? Ведь бежать от орков было невозможно. Даже ночью, когда те спали. Они совсем не охраняли нас. Но как я позже понял, в этом просто не было необходимости. Каждую ночь вокруг нашей стоянки они очерчивали круг, клали на него пару белых камней, произносили заклинание, и после этого были спокойны за нас до утра – мы не могли выйти за этот круг. А убрать камни и снять заклинание мог только тот, кто его поставил.

Конечно же, я попробовал, и не один раз. Бесполезно – магическая сила отбрасывала меня назад.

С орками знакомиться я и не пытался. Во-первых, они все были для меня на одно лицо. Во-вторых, вряд ли они жаждали со мной общаться. Только один из них немного выделялся – предводитель. Он был крупнее, злее и часто выдавал нам, пленным, тычки за всякую провинность. Его звали Жарамбат. Это имя я как следует запомнил. Ну, так, на всякий случай.

Наш молчун, как оказалось, обдумывал диверсию: как-то ночью он напал на спящих орков. Я не понял, что случилось, только подскочил от шума, как и все. А потом увидел окровавленную голову молчуна, подкатившуюся прямо к нам. Ух, как я вскочил! Отпрыгнул как можно дальше от жуткого предмета. Остальные тоже отошли. А один из орков подошел, поднял голову и пнул ее, как футбольный мяч за пределы магического периметра. Туда же выбросили и тело несчастного.

Орки снова завалились спать и захрапели почти мгновенно. Мы тоже легли, но я до конца ночи не смог сомкнуть глаз. Образ молчуна так и стоял перед глазами. Казалось, если я сомкну веки, его страшная голова снова подкатится к моим ногам, потом встанет, протянет руки… В общем, бред.

К обеду третьего дня пути мы добрели до первого дома, увиденного мною в этом мире. Это был огромный старинный особняк, чем-то похожий на небольшой замок. Массивные башни, высокий забор, узкие окна явно говорили путешественникам, что сюда без разрешения соваться не стоит.

Нас завели во внутренний двор, где нас уже встречал крепкий пожилой мужчина в добротной белой рубахе и черных кожаных брюках. Его волосы были чуть тронуты сединой, лицо выражало благородство и одухотворенность. За его спиной маячили трое молодых людей лет двадцати, в похожей одежде. С одним из них мужчина долго о чем-то говорил. И голос у него был добрый и глубокий, как у учителя. Я надеялся, что они как-то помогут нам. Но потом увидел, как хозяин дома отсчитывает золотые монеты в руки орков и понял: нас продали.