Проклятие Тунгусского метеорита

1

Зрелище было впечатляющее. На сцене, декорированной синей тканью с золотыми звездами, стоял высокий человек в черном фраке. Одного взгляда на него было достаточно, чтобы понять, что человек этот необычный. Накануне его появления городок Среднесибирск был обклеен яркими плакатами, кричавшими:

Целую неделю среднесибирцы таращились на рекламные щиты и озадаченно скребли пятернями затылки. Фокусников им приходилось видеть и раньше, а вот магов и гипнотизеров в их городок не заносило никогда.

И вот этот день настал. Фокусник Северинский оказался упитанным черноволосым и чернобородым мужчиной с грустными глазами и отечным лицом сильно пьющего человека.

Представление подходило к концу. За полтора часа Северинский показал среднесибирцам столько чудес, сколько они не видели за всю свою жизнь.

– А теперь – гвоздь программы! – объявил Северинский хриплым усталым голосом. – Но для начала вопрос. Есть ли в зале желающий испытать на себе чудеса магии?

Заиграла зловещая музыка.

– Ну же! – призывал публику маг, ободряюще улыбнувшись. – Смелее! Фокус, который я собираюсь вам показать, очень часто заканчивается плачевно. Но сегодня я в ударе и надеюсь на благополучный исход! Итак, есть ли в зале человек, готовый рискнуть жизнью?

По рядам пробежал ропот. Желающего не нашлось. Зрители смотрели заинтересованно и испуганно, но, встретившись взглядом с фокусником, торопливо отводили глаза.

И лишь один взгляд был смел и прям. Взгляд этот принадлежал молодому блондину, сидевшему в первом ряду на тринадцатом месте. Блондин наклонился к своей спутнице, темноволосой девушке в очках, и тихо сказал:

– Я вызовусь!

– Ты? – тихо воскликнула девушка.

Красавец-блондин улыбнулся и кивнул:

– Да, я. Это будет весело.

И он решительно поднялся с кресла.

– Кажется, у нас есть желающий! – воскликнул иллюзионист, радужно улыбнувшись. – Прошу вас сюда, молодой человек! Прошу-прошу, не стесняйтесь!

Блондин вскарабкался на сцену и встал рядом с фокусником. Тот положил молодому человеку руку на плечо, улыбнулся ему добродушной улыбкой и с патетикой произнес:

– Вот он, наш герой! Господа, наградите его вашими аплодисментами!

Публика разразилась овацией. Блондин улыбнулся и слегка поклонился – причем проделал это так изящно, просто и величественно, словно всю жизнь только этим и занимался.

Он был чрезвычайно хорош собой. Светлые вьющиеся волосы, тонкий нос с горбинкой, чувственные алые губы, голубые глаза.

– Как вас зовут? – поинтересовался фокусник.

– Игорь! – представился блондин.

– Игорь, – обратился к нему Северинский, – будьте добры, пройдите в черную будку!

Музыка зазвучала тише, но еще более зловеще. Фокусник открыл дверцу черной будки и сделал приглашающий жест.

Блондин посмотрел на подругу, сидевшую в первом ряду, и ободряюще ей улыбнулся. Девушка прижала руки к груди и ответила ему нервной улыбкой.

Секунда – и блондин скрылся в черной будке. Фокусник закрыл за ним дверцу и воскликнул:

– Итак, смельчак нашелся! Надеюсь, с этим молодым человеком все будет в порядке. Если же нет – его светлый образ навсегда останется в наших сердцах и в нашей памяти! А теперь внимание!

Застучали барабаны. Стук нарастал вместе с нервным напряжением зрителей.

Северинский вскинул руки и стал громко отсчитывать:

– Один! Два! Три!

На счет «три» музыка умолкла. Фокусник распахнул дверцу, и публика ахнула – будка была пуста!

– Вуаля! – произнес Северинский и сделал легкомысленный реверанс.

Публика зарукоплескала.

– В будке двойные стены! – крикнул кто-то.

Северинский легонечко коснулся пальцами панели будки. Черные стенки раскрылись, как лепестки цветка, и упали на пол, подняв легкое облачко пыли.

По зрительным рядам пробежал удивленный ропот. Фокусник улыбнулся в черную бороду и, воздев руку, объявил:

– Как видите, наш смельчак исчез! Его тело переместилось в четвертое измерение!

– Браво! – крикнули из зала.

И вновь все потонуло в аплодисментах. Северинский выждал, пока зал угомонится, и объявил трагически дрогнувшим голосом:

– Господа и дамы, мне очень понравился ваш город. Но еще больше мне понравились его жители. Сегодняшним выступлением я завершаю большой тур по Восточной и Западной Сибири. В ознаменование этого я хочу сделать вам маленький подарок! Прошу внимания!

Фокусник громко хлопнул в ладоши. Грянула музыка, и в зал вбежали девушки с широкими подносами в руках. На подносах громоздились пластиковые стаканчики с шампанским и маленькие бутерброды.

– Угощайтесь, друзья! – улыбнулся Северинский. – Угощайтесь, и спасибо вам за теплый прием!

Иллюзионист снова хлопнул в ладоши, и черный занавес, упав с потолка, скрыл его от зрительного зала.

Зрители, смеясь и возбужденно переговариваясь, резво повскакивали с кресел. Неожиданное угощение, не входившее в стоимость билета, привело их в совершенный экстаз. И только один человек в зале остался равнодушен к чудесному фуршету. Это была очкастая брюнетка в первом ряду. Она вскочила со своего кресла и стала озадаченно вертеть головой по сторонам.

– А как же Игорь? – бормотала она взволнованно. – Где же Игорь?

Она неловко схватила за рукав тощего мужчину, протискивающегося мимо нее, и пробормотала полным страдания голосом:

– Он ведь не вернул Игоря!

Зритель отмахнулся от очкастой зануды и заспешил к подносам с едой и выпивкой.

– Как же так? – пробормотала брюнетка. – Ведь он исчез. Исчез по-настоящему.

Еще несколько секунд девушка стояла в растерянности, затем встрепенулась и, огибая жующую и пьющую толпу, поспешила за кулисы.

А за кулисами царила суета. Бегали, стуча дверьми и громко переговариваясь, какие-то люди. Брюнетка остановилась посреди коридора и стала смотреть по сторонам, надеясь увидеть фокусника. Вот в конце коридора мелькнул черный фрак.

– Постойте! – крикнула девушка и бросилась за ним вдогонку.

Она торопливо догнала мужчину и положила ему руку на плечо. Тот обернулся и, удивленно воззрившись на брюнетку, спросил:

– Чем могу помочь?

– Ой… – опустила руку девушку, узнав в человеке конферансье. – Вы – не он.

– С этим трудно спорить, – улыбнулся мужчина во фраке. – Я – это я. А вам кто, собственно, нужен?

– Мне?.. Мне нужен ваш фокусник. Он только что выступал.

– Рудольф? – Конферансье развел руками. – Его нет.

– Как нет? – пробормотала брюнетка, изумленно блеснув очками.

– Так – нет. Сразу после окончания представления он выехал в аэропорт. Он очень спешил. Ради него специально задержали рейс.

– Как в аэропорт? – в еще большем недоумении пробормотала девушка. – На какой самолет?

– Гастрольный тур Северинского по Сибири закончился, – объяснил конферансье. – А сегодня вечером у него какое-то представление в Москве. Даже по телевизору будут показывать. В прямом эфире!

– Да, но как же… Как же мой Игорь?

– Простите, не понимаю, о чем вы.

– Нужно срочно ехать в аэропорт! – взволнованно проговорила брюнетка и рванулась с места.

Конферансье удержал ее за руку и улыбнулся:

– Простите, девушка, как вас зовут?

– Женя.

– Женечка, милая… – голос конферансье звучал мягко, по-отечески. – …Вы не успеете. Его самолет вылетает через десять минут, а до аэропорта вам ехать минут двадцать.

Девушка умоляюще прижала руки к груди.

– Но я должна его остановить! Он не может улететь!

– Очень даже может, – возразил конферансье.

Плечи брюнетки обмякли, словно из нее выпустили воздух. Она несколько раз растерянно моргнула и вдруг всхлипнула.

– Да в чем дело-то? – спросил конферансье, озабоченно вглядываясь в лицо девушки. – Что случилось?

– Ваш фокусник… – промямлила Женя, утирая ладонью слезы. – Он украл моего жениха.

– Как жениха?

– Так, жениха. – Она медленно сползла по стене на пол, опустила лицо на ладони и горько зарыдала.

Конферансье несколько секунд стоял, переминаясь с ноги на ногу и растерянно глядя на рыдающую девушку, затем развел руками и, пробормотав «извините», зашагал прочь.

2

Тетя Шура одним залпом выплеснула бренди себе в глотку. Закусив жирным куском мяса, она повернулась к дочери, белокурой двадцатилетней красавице, и прошамкала с набитым ртом:

– Викуша, съешь еще кусочек.

Вика скривила лицо.

– Мам, ну ты что – я же на диете. Пусть Женька ест, ей бояться нечего, она и так жирная.

Тетя Шура покосилась на очкастую племянницу и брезгливо фыркнула:

– Еще не хватало. Чтобы я лучшие кусочки этой дуре отдала. Сама съем.

– В тебя уже не лезет.

– Ничего. Не пропадать же добру.

И тетя Шура еще активней заработала мощными челюстями.

Женя посмотрела, как та жует, и отодвинула тарелку. Она взяла со стола пульт и включила телевизор.

На экране появился моложавый мужчина интеллигентной наружности.

– Значит, вы говорите, что красота для женщины не главное? – спросил у него ведущий.

– Конечно, – кивнул тот. – Я знаю, что некрасивые девушки часто комплексуют из-за своей внешности. И напрасно это делают. Мужчины, конечно, «клюют» на хорошеньких и эффектных. Но, скажем прямо, они видят этих девиц лишь в качестве любовниц, а жениться предпочитают на тех, с кем им интересно.

– Что значит «интересно»?

– Я поясню. Мужчины женятся на девушках, с которыми можно душевно поговорить, поделиться своими проблемами и получить от них мудрый совет. И вот тут-то на первое место выходят ум и доброта, а внешность отходит на второй план. В своей книге я пытаюсь доказать, что сексуальность женщины зависит не только от ее эффектной внешности, но и от ее душевных качеств. Еще Гете сказал…

Викуша взяла пульт и выключила громкость.

– Редкостный придурок, – заметила она.

– Да, – немедленно согласилась тетя Шура, – противный субъект.

– Зато как выделывался. – Викуша поморщилась. – Гете-шмете! Завел, идиот, дурную песню. В такие дебри залез, что чуть сам не заблудился.

– Да уж. А ты заметила, как у него дергалась щека? Он же явный псих. И кто таких идиотов в профессора берет?

Женя пожала плечами и сказала:

– А по-моему, он очень славный. – И сама испугалась своих слов. Викуша и тетя Шура уставились на нее, как на внезапно заговоривший стул.

Лицо Викуши перекосилось.

– Мам, ты слышала, что сказала эта дура?

– Слышала, слышала. А что она еще могла сказать? Дураков друг к другу тянет. Грязь к грязи липнет.

– Может, ты еще и замуж за этого придурка выйдешь? – повысила голос Викуша. – А что – вы будете отличной парой! Урод и дура. Дурак и уродина. Будете вместе работать – в цирке! У вас здорово получится смешить людей!

Викуша засмеялась. Тетя Шура визгливо захихикала. Женя вскочила из-за стола.

– Сядь! – рявкнула на нее тетя Шура.

Женя вздрогнула и покорно села на стул.

– Ишь, какая резкая!

– Как понос! – добавила Викуша. – Мам, я тебе всегда говорила, что ты слишком много позволяешь этой дуре. Вот погоди, однажды она тебя просто зарежет.

– Типун тебе на язык!

– А что – возьмет кухонный нож и чик! – Викуша провела ребром ладони по своему горлу. – А потом прихватит вещички – и на базар!

– Не преувеличивай. Эта дура не способна на такое. Она способна только на мелкие пакости.

Женя положила вилку и встала из-за стола.

– Куда? – гаркнула тетя Шура и сыто отрыгнула. – А посуду помыть?

– Крикните, когда доедите, – сказала Женя, взяла свою тарелку и, опустив ее в раковину, вышла из кухни.

3

Женя уже три месяца работала офис-менеджером, а говоря по-простому – секретаршей. Она бы давно съехала от тетки, однако на то, чтобы снять комнату, зарплаты катастрофически не хватало.

Работа была унизительная. В первый же трудовой день начальник вызвал ее к себе и сказал:

– Сегодня останешься после работы на пару часов. У нас аврал.

Женя повернулась, чтобы идти, но так и осталась стоять как вкопанная.

– Что еще? – недовольно спросил он.

Женя повернулась.

– Антон Сергеевич, я…

– Что?

– Я хотела спросить: вечером… после работы… мы с вами будем в офисе одни?

– Ну да. А что тебя смущает?

Женя покраснела.

– Я не смогу остаться, – пролепетала она, прижимая к груди папку с документами.

– Почему? – удивился начальник.

Женя окончательно стушевалась.

– Не смогу, и все, – пробормотала она.

Начальник пристально посмотрел на нее и вдруг усмехнулся:

– Боишься, что буду приставать?

Женя ничего не ответила и покраснела еще больше. Начальник хмыкнул, потом полез в карман, достал бумажник, вынул из него фотографию и протянул ей:

– Взгляни!

Женя взяла фотографию и поднесла к глазам. Со снимка на нее смотрела обворожительная блондинка, чем-то похожая на Викушу, только взрослее и красивее.

– Ну как? – осведомился Антон Сергеевич.

– Красавица! – выдохнула Женя.

– Это моя жена, – сказал он, вынул из пальцев Жени фото и убрал в бумажник. Затем посмотрел на Женю насмешливым взглядом и осведомился: – Теперь не боишься?

– Теперь нет, – облегченно, но вместе с тем как-то уныло ответила она.

– В таком случае иди работай.

С одной стороны, Женя испытала облегчение, узнав, что начальника не интересуют ее «женские прелести», но с другой – ей стало обидно. Неужели она настолько страшная, что к ней нельзя хоть немножечко «поприставать»?

Женя посмотрела на себя в зеркало. Круглое лицо, пухлые щеки, очки, темные волосы, торчащие в разные стороны. Зрелище было настолько унылым и безнадежным, что Женя вздохнула и отвернулась от зеркала. Похоже, с этим уже ничего не поделаешь, решила она.

В тот день она вернулась домой в десять часов вечера, выжатая как лимон. Ложась спать, она с ужасом подумала, что если каждый ее рабочий день будет таким, она не продержится и недели.

Но все оказалось не так страшно. Авралы случались всего раз в месяц. В остальные дни Женя изредка перепечатывала и ксерила какие-то бумажки и полдня раскладывала на компьютере пасьянсы.

Дошло до того, что даже во сне ей стало сниться зеленое поле монитора с белыми прямоугольничками карт, мелькающими перед глазами. И во сне Женя думала с тоской: «Боже, какая скука. Неужели я буду заниматься этим всю жизнь? Господи, не дай мне зачахнуть на этой работе! Прошу тебя, пошли мне какое-нибудь приключение! Пошли мне большую любовь!»

Женя просила об этом почти каждый вечер. И, как говорится, допросилась.

4

В тот день Светка Воронова (подружка Жени еще со школьной скамьи) вытянула ее на театральное представление. Действие происходило в Доме культуры. Женя сидела в первом ряду рядом с откровенно скучающей Светкой и завороженно смотрела на сцену.

А там тем временем стройный белокурый юноша в черном камзоле и со шпагой на боку беседовал с пожилым неопрятным толстяком.

– Привет, худышка Джек, привет, бурдюк с вином! – насмешливо поприветствовал молодой красавец толстяка. – Скажи, Джек, сколько лет ты не видел своих коленей?

– Своих коленей? – Толстяк фыркнул. – В твоем возрасте, принц Гарри, я был в талии тоньше женского пальчика и свободно пролезал в мужской перстень. Меня изменили огорченья. Частые вздохи пучат человека, как кислое тесто.

«Принц Гарри, – подумала Женя, с задумчивой улыбкой глядя на белокурого актера. – Какой он красивый!»

Женя следила за действием зачарованными глазами. Белокурый красавец играл неподражаемо, и к концу пьесы Женя поняла, что влюбилась в него по уши.

Сердце ее сжалось от тоски, когда принц Гарри вышел на сцену в рваном камзоле и с окровавленной щекой. Он протянул руку толстяку и с воодушевлением проговорил:

– Фальстаф, одолжи мне свой меч! Мой сломался в бою!

Толстяк растянул жирные губы в улыбке.

– Прости, мой принц, но меч понадобится мне самому. Возьми, если хочешь, мой пистолет.

– Давай, – согласился принц Гарри. – Он в кобуре?

– О да! – Толстяк вынул из кобуры пузатую бутылку с вином и со смехом протянул ее принцу. – Смотри не обожгись, ваше высочество. Мой пистолет разогрелся от стрельбы, но хересу в нем достаточно, чтобы похерить целый город!

Когда артисты вышли на поклон, Женя аплодировала громче всех.

– Браво! – крикнула она, да так громко, что сама испугалась.

Часом позже Женя сидела с подружкой в кафе-баре неподалеку от театра и тянула через соломинку безалкогольный коктейль. Она всего четвертый раз в жизни была в кафе.

Время от времени она поглядывала на столик, расположенный в глубокой нише. И интерес Жени был вполне оправдан. Дело в том, что за столиком в компании пары сомнительных личностей сидел сам принц Гарри. Ну, то есть артист, который играл принца.

Белокурые вьющиеся волосы спускались ему на плечи. Когда он поворачивался, чтобы подозвать официантку, Жене был виден его точеный профиль. Когда он протягивал руку, чтобы стряхнуть пепел с дымящейся сигареты, она видела, какие красивые и длинные у него пальцы.

В жизни он был еще прекраснее, чем на сцене.

– Ты меня совсем не слушаешь? – сказала вдруг Светка обиженным голосом. – И куда ты все время пялишься?

Женя, в отличие от подруги, не была завзятой театралкой. Театру она предпочитала кино. Поэтому, слегка смутившись, она пробормотала:

– Прости. По-моему, там сидит артист, который играл принца Гарри. Не знаю, как его зовут.

Светка глянула на столик и хмыкнула.

– Да, действительно. Принц Гарри.

– Кто он? – спросила Женя, понизив голос.

– Сын короля Генриха Четвертого, – невозмутимо ответила Светка.

Женя качнула головой:

– Да я не об этом. Кто этот артист? Я его не видела раньше.

– Некто Игорь Соболев. Он недавно приехал из Москвы. Руководит у нас театральной студией.

– Из Москвы… – эхом повторила Женя.

– Угу. Говорят, у него отец – какая-то крупная «шишка». Этот парень натворил чего-то в Москве, и папаша выслал его в нашу глушь. Отсидеться.

Женя покосилась на актера и мечтательно улыбнулась.

– Он такой красивый, – пробормотала она.

– Ну да, смазливенький, – кивнула Светка.

Женя покачала головой:

– Нет, именно красивый. Я бы за таким пошла хоть на край света.

Светка усмехнулась:

– В чем же дело? Собирай чемоданы, и вперед!

– Он на такую, как я, даже не взглянет.

– Откуда ты знаешь? Такие, как он, прыгают на все, что шевелится. Посмотри на его физиономию – явный бабник!

Женя вздохнула и отпила из своего стакана. Потом снова покосилась на Игоря.

В этот момент собутыльник Соболева, молодой верзила с бычьей шеей, что-то ему передал. Это был предмет, похожий на небольшой кирпичик, перевязанный синей ленточкой.

Игорь быстро убрал предмет в сумку, затем откинул со лба белокурую прядь, быстро что-то проговорил и засмеялся – громко, чисто и заразительно, как может смеяться только ребенок.

– Он похож на ангела, – сказала Женя, глядя на артиста сияющими глазами.

– Ой, да никак ты влюбилась? – Светка пристально вгляделась в ее лицо. – А ну – посмотри на меня.

Женя перевела взгляд на подругу. Та ахнула:

– И правда влюбилась! Глаза-то вон как сверкают! Слушай, раз такое дело, пойди и возьми у него автограф.

– Ты что, с ума сошла? – испугалась Женя. – Я не смогу.

– О господи, да что тут сложного? Просто подойди к нему и скажи что-нибудь.

– Что сказать?

– Да что угодно! Скажи, что ты восхищена его игрой. Артистам это нравится.

Женя поправила пальцем сползшие на нос очки и, краснея, пробормотала:

– Я не смогу.

– Ремизова, сколько можно бояться мужчин? Ты ведь уже взрослая. Если хочешь выйти замуж – нужно действовать!

– Замуж? За него?

– Ну, это я к слову. Но в любом случае тебе надо тренироваться. Помнишь, что написано в книге по аутотренингу? «Если нужно действовать – действуйте. И не думайте о последствиях». Вот и действуй!

Женя, однако, не спешила.

– Ты уверена, что ему это понравится? – с сомнением спросила она.

– Конечно, – заверила ее Светка. – Артисты – самолюбивые идиоты.

– Не говори так!

– Не буду. Но ты сейчас же встанешь со стула, подойдешь к Соболеву и возьмешь у него автограф. Давай – на раз-два-три. Раз… Два. Три!

Женя поднялась со стула, секунду поколебалась и на негнущихся ногах двинулась к столику артиста.

«Боже, что я делаю?» – пронеслось у нее в голове, но она стиснула зубы и решила не слушать внутренний голос, который за двадцать с лишним лет не смог посоветовать ей ничего путного.

И вот она у столика. Игорь Соболев повернулся вполоборота, скользнул по фигуре Жени хмурым взглядом и развязно спросил:

– Где вас носит, милая? Будьте добры, принесите нам счет!

– Про… стите…

– Не извиняйтесь. Просто принесите счет. Да что с вами? Вы так и будете стоять?

Женя повернулась и побрела было к барной стойке, но тут же осадила себя: «Боже, что я делаю!» Она снова вернулась к столу.

– Простите, но я не официантка, – выдавила она из себя и покраснела до самых корней волос.

– Вот как? – Артист взглянул на Женю с любопытством. – Тогда что вы делаете возле нашего стола?

– Я хочу взять у вас автограф, – пробормотала она, обмирая от собственной наглости.

Соболев вскинул брови.

– Автограф? – удивленно переспросил он.

– Игорек, ты становишься популярным! – засмеялся один из парней, в компании которых сидел Соболев. – Скоро от поклонниц отбоя не будет!

– А тебе завидно? – с усмешкой парировал Игорь. Он достал из кармана авторучку и с улыбкой взглянул на Женю. – Ну? И где вам расписаться?

Только тут Женя поняла, что у нее нет ни программки спектакля, ни фотографии актера. «Дура, – в сердцах подумала она. – Какая же ты дура, Ремизова!» А вслух растерянно пробормотала:

– А у меня… ничего нет.

– В таких случаях принято расписываться на груди, – заметил парень, который сидел рядом с Игорем.

– Паштет, кончай пошлить, – осадил его Соболев. – Простите его, милая девушка. Ему не знакомо слово «вежливость».

Игорь ободряюще подмигнул ей и сказал:

– Сейчас что-нибудь придумаем. – Он изящным жестом вынул из пластиковой подставки рекламный листок ресторана и снова посмотрел на девушку. – Как вас зовут?

– Женя Ремизова.

– Замечательное имя, – кивнул артист. Он склонился над рекламным листком и быстро что-то написал. Затем протянул листок Жене. – Держите!

– Спасибо, – еле вымолвила она.

Отдавая ей рекламный листок, актер на мгновение коснулся рукой ее пальцев. Сердце Жени отчаянно заколотилось.

– Приятно было познакомиться, Женя, – улыбнулся Соболев. – Почаще приходите на наши спектакли.

– Обязательно, – улыбнулась в ответ она.

К своему столику она подошла на ватных ногах. Уселась на стул, схватила бокал с коктейлем и залпом его осушила.

– Уф-ф… – выпалила она и уставилась на подругу восторженными глазами. – Светка, я сделала это!

Игорь и его двое спутников тем временем встали из-за стола и неторопливо покинули зал.

Светка смотрела на Женю насмешливо и удивленно.

– Он дал тебе автограф?

– Да.

– И что написал?

Женя развернула рекламный листок, пробежала взглядом по надписи и чуть не лишилась чувств.

– Что? – с любопытством спросила подруга. – Что там?

Женя протянула ей листок. Светка прищурила близорукие глаза и прочла:

– «Сезонное меню – креветки в пряном соусе»…

– Ниже!

Светка опустила взгляд ниже:

– «Лучшее блюдо четверга – свиная рулька с хреном»…

– Еще ниже!

– «Женечке от Игоря Соболева с наилучшими пожеланиями»… Тут еще какие-то цифры… – Вдруг лицо Светки вытянулось от изумления, и она подняла на Женю удивленный взгляд. – Да ведь это…

– Номер его телефона! – выдохнула та, прижимая руки к груди и сияя от счастья. – Я ему понравилась!

Светка окинула фигуру подруги критическим взглядом и вздохнула:

– Интересно, что он в тебе нашел?

– Мужчинам нравятся добрые и умные девушки! – выпалила Женька. – Главное для них не внешность, а душевные качества, вот!

Светка скривилась:

– И где ты понабралась этой чуши?

– В телевизоре.

Женя взяла бокал Светки, отпила глоток и посмотрела на подругу сияющим, победным взглядом.

5

Вернувшись домой, Женя сделала себе чай, забралась с ногами на диван, положила перед собой рекламный листок с телефонным номером Соболева и задумалась.