- -
- 100%
- +
Пролог
ОЛЬГА
Я уезжала из дома в эту командировку с тяжёлым чувством. Сложно объяснить, что не так, но оно и не отпускало меня ни на секунду.
Мы с Мироном последнее время очень часто ссоримся. И причина-то, самое интересное, банальная: деньги.
Возможно, я ошибаюсь. Может, я слишком неуступчива, но мне кажется, что такие вещи, как трата общих денег, нужно решать вдвоём.
А уж если речь идёт о помощи его сестре – здесь точно нельзя действовать в одиночку. В конце концов, я не хочу, чтобы мы ругались из-за денег.
Решила для себя: когда вернусь из командировки, мы спокойно всё обсудим. Без ссор, без упрёков. Нам важно услышать друг друга, иначе… Иначе я даже не представляю, что будет.
Дорога в другой город выдалась мучительной. Я почти не спала, лишь на пару часов провалилась в тревожный, беспокойный сон.
Утро не принесло облегчения – голова гудит, тело будто налито свинцом, а внутри – только опустошение.
Прибыв в банк к полудню, узнаю, что клиент отказался от сделки.
– Степан Семёнович, добрый день, – звоню руководителю компании, в которой работаю.
– Здравствуйте, Ольга Сергеевна.
– Клиент отказался от сделки, – вздыхаю, – но мы ведь с вами ожидали, что так и будет.
– Да, он был довольно мутным. Я, если честно, подозревал, что он сомневается. Не зря он просил дополнительное время для принятия решения. Но мог хотя бы позвонить, – сердится. – Только зря вы мотались так далеко.
– Ничего страшного. Это моя работа. Неустойку всё равно заплатит за то, что сорвал её. Так что переживать не из-за чего. Хотя, если честно, со мной такое впервые! – признаюсь.
– Вы не виноваты, Ольга Сергеевна, – подбадривает. – Всё бывает впервые!
– Ну что ж, я тогда возвращаюсь домой.
– Да.
Жизнь так переменчива. Ещё вчера мой день был расписан по минутам, а сегодня всё перевернулось с ног на голову. И, признаться, думаю, к лучшему.
Неожиданно появился целый лишний свободный день. Он как подарок судьбы, который я могу посвятить Мирону. Нам это очень сейчас необходимо.
С улыбкой беру телефон, чтобы обрадовать его, но… в ответ – тишина. Ни гудков, ни ответа. «Абонент не отвечает» – холодно сообщает девушка.
Пытаюсь снова – результат тот же. Он будто намеренно игнорирует меня.
В голове начинают крутиться мысли об обиде из-за прошлой ссоры, где теперь молчание как способ наказать меня, но гоню эти мысли от себя.
Нет, Мирон – не тот человек. Он взрослый, мудрый, выше этих детских обид. Он никогда не опускался до таких игр.
Перебираю телефон в руках, чувствуя, как где-то глубоко внутри шевелится тревога.
Может, позвонить свекрови? Узнать, не в курсе ли она, где её сын… Но и её телефон молчит.
Есть такая привычка у моих близких – разбрасывать по дому телефоны и не слышать входящий звонок.
Приходится звонить его сестре. Других вариантов нет.
– Римма, привет. Извини, что отвлекаю, – только сейчас обращаю внимание на время. Долго же я провозилась с делами.
– Чего тебе? – недовольно фыркает.
– Я просто до мужа не могу дозвониться. И до Татьяны Алексеевны. Ты не знаешь, они дома?
– Не знаю. Возможно, уже на даче. Где мать ещё, может быть в выходные дни?! – разговаривает со мной, не стесняясь показывать своё недружелюбное отношение.
– Ясно… Извини, что побеспокоила.
Зря позвонила. Только настроение себе ещё больше испортила.
Интересная девушка… Мы ей так много деньгами помогаем, а она практически хамит мне в общении! Но ссориться не хочется сейчас. Слишком много конфликтов и так последнее время.
«Татьяна Алексеевна, не могу дозвониться до вас и до Мирона. Я через несколько часов буду дома. Сделка отменилась. Выезжаю домой».
Через полчаса открываю мессенджер и вижу, что сообщение прочитано. В ответ никакого ответа…
Из-за необъяснимого волнения дорога за рулём даётся мне тяжело. Приходится несколько раз останавливаться и выходить, чтобы отвлечься.
«Мирон, возвращаюсь домой раньше запланированного. Готовь шампанское, ужин и… себя» – прикусываю губу, улыбаясь, набирая СМС и мужу.
Вдруг Татьяна Алексеевна не передаст. Замечаю через час, что сообщение не прочитано.
Набираю ему снова. Бесполезно. Дозвониться не могу. По второму кругу набираю свекрови.
– Алло…
– Татьяна Алексеевна… Доброй ночи. Простите, что поздно. Не могу дозвониться до Мирона. Сердце не на месте из-за этого. А вы дома?
– Сплю я уже, Оленька, – зевает мне в трубку. – На даче я сегодня.
– Простите, что побеспокоила!
– Не переживай. Мирон меня на дачу привёз и уехал домой. Торопился. Дела, говорит, какие-то. Проект смотреть собирался.
– Поняла. Спасибо. Спокойной ночи.
Ближе к ночи, уставшая от дороги, с ощущением, что засыпали песок в глаза, подъезжаю к дому.
С особым удовлетворением заглушаю мотор. Поворачиваю голову в сторону площадки и у дома и замечаю машину мужа. Значит, дома.
От этой мысли расслабляюсь и только сейчас по-настоящему понимаю, как устала от дороги и переживаний.
Несколько минут просто сижу в машине и стараюсь не думать ни о чём, кроме отдыха и выходных. Сейчас я увижу спящего мужа, прижмусь к нему, удостоверюсь, что всё нормально, и выдохну своё волнение из лёгких окончательно.
Замечаю, что света во всём доме нет. Вижу только, что в окне нашей комнаты горит ночник.
Захожу в дом, тихо закрываю за собой дверь, оставляя за спиной прохладу ночи. Внутри темно и тихо. Эта тишина глубокая, что слышно, как тикают часы в гостиной.
Осторожно кладу ключи и сумку на столик у входа, стараясь не издавать ни звука. Жажда подступает к горлу, и я решаю пройти на кухню.
На цыпочках, едва касаясь пола, иду по коридору, включаю свет на кухне, и яркие лучи мгновенно разбегаются по комнате, отбрасывая длинные тени в гостиную.
А там моё внимание привлекает странная картина. На столе стоят две чашки с недопитым чаем. Рядом торт, аккуратно разрезанный, но так и нетронутый.
А кроме этого, два бокала с остатками игристого.
Сердце замирает на мгновение в растерянности. Что это? Какое событие я пропустила? Мысли путаются в непонимании, пытаясь найти логичное объяснение увиденному.
Со свекровью выпивали? Нет, не может быть. Татьяна Алексеевна недавно жаловалась на давление.
Тогда с кем? С Риммой? Сестра Мирона приезжала и снова просила денег, жалуясь на жизнь?
На автомате начинаю мыть бокалы и чашки, бурча себе под нос, что нужно убирать за собой, а не оставлять всё как есть.
Смываю остатки чая, вытираю бокалы, ставлю их на полку. Поднимаюсь наверх, стараясь шагать как можно тише. А возле входа в нашу комнату застываю и не могу дальше сделать шаг.
На полу перед моими ногами лежит женское платье и нижнее бельё. Они точно не мои.
Взгляд на них застыл и оторвать не могу.
Если даже его сестра осталась ночевать, уж явно не в нашей комнате.
От волнения, которое меня охватывает не получается сделать ни вдох, ни выдох. Воздух застревает в лёгких. В голову сразу же залетает страшная мысль: в нашей спальне чужая женщина, но я её гоню, потому что такого не может быть.
Через несколько секунд, которые мне кажутся вечностью, выхожу из ступора. Слышу возню, поворачиваю лицо в сторону нашей кровати.
Замечаю, как мой супруг лежит на ней, уткнувшись лицом в подушку. Он спит.
Руки широко раскинуты, его зад прикрыт белой простынёй, но я точно понимаю, что он без нижнего белья. Мирон полностью раздет.
Пока не могу совместить понимание того, что на полу валяются чужие женские вещи, а на кровати обнажённый муж. Или просто не хочу это совмещать.
Ведь тогда это… нет, нет, этого не может быть. Тем более в нашей спальне. Он же не идиот?
Отвлекаюсь на шум, который идёт от соседней двери. Поворачиваю лицо в ту сторону. Там кто-то моется, отчётливо понимаю.
Я не вижу того, кто принимает душ, но моё подсознание подсказывает, что это не сестра мужа…
Делаю несколько смелых шагов в сторону звука, открываю дверь, и шок накрывает меня с головой окончательно.
Глава 1
ЗА ДВА С ПОЛОВИНОЙ ГОДА ДО СОБЫТИЙ.
Познакомились мы случайно. Эта встреча перевернула всё с ног на голову в моей жизни.
Тогда, в тот вечер, я и представить не могла, что всё так обернётся.
Новый год на носу, а я разбитая, опустошённая, с сердцем, разорванным на тысячу кусочков после предательства любимого человека, с которым планировала связать свою жизнь.
Расставание с парнем, которое случилось буквально накануне праздника, оставило глубокую рану. Естественно, я не хотела никого видеть, ни с кем говорить. И уж тем более, чтобы идти на корпоратив.
Но коллеги настояли. Уговорили, почти силком вытащили, за что им я, естественно, теперь безмерно благодарна.
Расслабиться не получалось. Я смотрела на часы, считая минуты, когда уже можно будет уйти, чтобы не обидеть коллектив.
Решив сбежать через парочку часов на выходе из ресторана, я и встретила Мирона.
– Девушка, куда вы так спешите? Вечер только начинается! – улыбнулся привлекательный мужчина. – Всё самое интересное пропустите! Вечер в самом разгаре!
Он стоял тогда передо мной такой красивый, высокий, статный, в строгом костюме, и с огоньками в глазах, что не обратить на него внимание было невозможно.
– Простите, спешу, – буркнула, одеваясь, не желая делиться плохим настроением с этим незнакомцем.
Но Мирон оказался настойчивым и упрямым. Он рискнул продолжить со мной диалог.
Уговорил меня остаться ещё на час, а после предложил подбросить до дома.
Так, неожиданно час растянулся на весь вечер.
Естественно, я не рассчитывала на продолжение, но он и здесь оказался настойчивым.
– Завтра проснётся и забудет, – убеждала себя с утра, но на следующий день, ровно в полдень он позвонил.
А дальше нас закрутило в водовороте общения и страсти. Мирон был настолько лёгким в общении, что я влюбилась словно школьница.
Отношения развивались стремительно. Я не успевала считать недели и месяцы, проведённые с ним.
А следом, спустя полгода наших отношений, он сделал шаг, который заставил меня безоговорочно поверить, что наши отношения действительно серьёзные.
Мирон приглашает меня познакомиться с его мамой и сестрой.
Я знала, что для него это не просто формальность. Он не раз говорил, что кроме них у него никого не было. И теперь он хочет, чтобы я стала частью этого маленького, но такого важного для него круга.
Конечно, мне очень хотелось понравиться им, не без этого. Я волновалась, меня трясло, но Мирон был рядом и делал всё, чтобы я успокоилась. Купил цветов для них от моего имени, продумал каждую деталь, каждую мелочь.
Он выбрал именно то место, где мы могли спокойно поговорить и познакомиться поближе.
– Мама, знакомься, это моя Оля, – сжимая мою руку, целуя прилюдно в щёку, представляет любимый меня своей матери.
– Ольга, – улыбаюсь.
– Татьяна Алексеевна, – кивает мне миловидная и ухоженная женщина средних лет.
Добрый взгляд и никакого высокомерия расслабили и успокоили моё волнующееся сердце.
– А это моя сестрица, Римма, – подмигивает Мирон молодой женщине, и она сдержанно кивает в ответ, не говоря ни слова.
Вечер проходит вполне дружелюбно.
– Оля, пойдём, прогуляемся по набережной, – неожиданно предлагает мне. – Ты поняла, зачем я познакомил тебя со своими близкими?
– Ты не раз говорил, как они важны для тебя.
– Да. Как отец умер, никого больше не осталось. А мне так всегда хотелось, чтобы семья большая была… Я не романтик, Оля. Не умею говорить красиво, но умею любить. Надеюсь! – смеётся. – Мы полгода вместе, и я счастлив, что ты со мной. Самая важная встреча после той, где мы познакомились для меня, состоялась сегодня. Мне хотелось, чтобы ты увидела моих родных и приняла для себя решение о нашем будущем. Я совершенно точно хочу, чтобы ты была со мной. Надеюсь, что ты не откажешь мне и выйдешь за меня?
Пока я отвечаю на звонок подруги, он достаёт коробочку и протягивает мне.
– Мирон… – теряюсь.
– Оль, понимаю, всё довольно быстро, но, мне кажется, всё, что я делаю с тобой – правильно. Решения в бизнесе я принимаю продуманно, и как показывает жизнь, вполне успешно, – опять улыбается, заставляя меня улыбаться в ответ. – А с тобой я словно на диком драйве, и мне в этом состоянии очень хорошо.
– Да, я чувствую тоже самое, – признаюсь.
– У нас одинаковые взгляды на жизнь, мы любим друг друга, хотим детей… Понимаю, ты боишься из-за прошлых отношений, но не тяни прошлое в наше будущее. – Говорит быстро, словно не даёт мне даже шанса на сомнения и отказ. – Обещаю, что постараюсь сделать тебя счастливой. Мы же не побежим именно сейчас расписываться, но и сильно долго тянуть тоже не вижу смысла.
****
НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ
Я согласилась на предложение Мирона.
С момента нашей шумной и счастливой свадьбы время пролетело незаметно.
Кажется, только вчера я стояла рядом с женихом в белом платье, а он смотрел на меня таким взглядом, от которого всё внутри замирало. Мы смеялись, танцевали, принимали поздравления, и казалось, что этот день никогда не закончится.
Но жизнь, как всегда, вносит свои коррективы. И теперь, спустя время, я стараюсь жить, не оглядываясь на проблемы, которые неизбежно появились у нас позже. Потому что, несмотря на всё, я счастлива. Счастлива с ним.
Эмоции поутихли, жизнь налажена и, как всегда, с самого утра, после душа, накрасившись и, одевшись, я спускаюсь к завтраку на первый этаж нашего с Мироном дома.
Точнее, его дома. Он был у него до встречи со мной, а я лишь переехала к нему жить после свадьбы.
Первые три месяца мы жили вдвоём, и всё было просто потрясающе. Мы наслаждались каждым моментом, каждым днём, каждой секундой, проведённой вместе. Но потом жизнь решила проверить нас на прочность.
Сначала у Татьяны Алексеевны случился микроинсульт, который довольно быстро вылечили.
Но моей свекрови потребовался уход, и Мирон, не раздумывая, предложил, чтобы она временно переехала к нам.
Дом у него большой, места хватало. Сиделка присматривала за свекровью днём, а мы с Мироном вечерами.
К счастью, Татьяна Алексеевна легко восстановилась. Ни одна двигательная функция не пострадала, и она довольно скоро вернулась к обычной жизни.
Мы все вздохнули с облегчением.
И вот, словно в награду за все переживания, узнала, что беременна. Счастью моему не было предела, потому что я всегда мечтала о детях, и Мирон тоже.
Я замечала, как он возится со своими племянниками, как играет с ними, как светится от счастья, когда они смеются. И была уверена, что он будет прекрасным отцом.
Только как быстро это счастье пришло, так быстро и ушло. Я потеряла малыша.
Естественно, замкнулась в себе, растворившись в своей беде. Кто был рядом тогда, мне было плевать.
Татьяна Алексеевна поправилась, но не съехала, оставшись жить с нами. Мирон не возражал, а мне на тот момент было всё равно. Пока она болела, я привыкла к тому, что свекровь живёт с нами, и, кажется, меня это практически не тяготило.
Я не переживала, что мы не уживёмся на одной территории, ведь мы любили одного и того же человека и делить нам было ничего.
Никто из нас не боролся за любовь и внимание Мирона, его хватало всем.
Он не отказывал матери в деньгах и общении, а мне… а мне вообще ни в чём не отказывал.
Он задаривал меня подарками, купил новую машину, в нашей спальне сделал именно такой ремонт, как хотелось именно мне.
Да, конечно, нам приходится подстраиваться друг под друга, но в любой семье не без этого.
Например, одна из обязательных традиций, которую я обязана соблюдать – завтракать все вместе. Поэтому теперь ежедневно, наше утро начинается со встречи в гостиной за общим столом.
– Доброе утро, дети! – Татьяна Алексеевна расплывается в улыбке, когда Мирон появляется в гостиной.
– Доброе, мам, – целует в щёку.
– Как спалось? – дежурные фразы, но они меня раздражают.
Меня всё раздражает сегодня, потому что я снова сделала тест на беременность, и он оказался отрицательным. Несколько дней задержки лишь поиграли со мной, раздразнив и дав надежду на беременность.
– Оль, маленькая, что с тобой? – всматривается в моё лицо Мирон и целует мою руку. —Что-то случилось? Ты не в настроении…
– Ничего, ничего, – сдерживаю слёзы разочарования из-за отрицательного теста.
– И всё-таки, что случилось…
– Потом поговорим, – вижу, как Татьяна Алексеевна наливает чай в мою в кружку и пристально наблюдает за нашим диалогом.
Мне стыдно признаться при ней своему мужу, что мечту, где мы станем родителями, снова придётся отложить.
– Что случилось? – спрашивает тихо муж, когда Татьяна Алексеевна выходит из гостиной.
– Тест на беременность отрицательный. А я так надеялась.
– Оль… пожалуйста, – вижу, как сжимает губы, – мы обсуждали это.
– Да, но…
Договорить не успеваем, свекровь снова появляется в гостиной, и я замолкаю. Не хочется обсуждать при ней наши проблемы. Она опять начнёт успокаивать меня тем, что всё у нас обязательно получится.
А я уже сомневаюсь. Полтора года после выкидыша… Если бы всё было в порядке, я бы уже точно забеременела.
Глава 2.
«Я сегодня хочу забрать тебя пораньше» – сообщение от мужа появляется на экране телефона, и я улыбаюсь.
«Мы куда-то поедем?» – печатаю, уже предвкушая его ответ.
«Да. Я очень хочу устроить тебе сюрприз. Где будем только ты и я и больше никого…»
Прикусываю губу, сдерживаю улыбку, чтобы не привлекать внимание в своих коллег по работе своей перепиской.
Как же давно этого не было, чтобы только я и он! С того момента, как мы живём вместе с его матерью, чувство настоящего уединения стало редким, почти невозможным.
Мы всегда втроём. Даже когда физически она не рядом, её присутствие всё равно ощущается.
Я никогда не думала, что буду жить со свекровью. Это не входило в мои планы, но жизнь распорядилась иначе. Но понимаю, что требовать от мужа, чтобы она съехала, не имею права. Ведь это я пришла в их дом, а не они в мой.
«Звучит многообещающе» – отвечаю, добавляя к сообщению несколько смайликов.
«Очень надеюсь, что тебе понравится» – отправляет ответные смайлы.
Остаток рабочего дня проходит в лёгком предвкушении. Я ловлю себя на том, что постоянно смотрю на часы, считая минуты до того момента, когда он зайдёт за мной.
Когда наконец, слышу его голос в коридоре, сердце начинает биться ещё быстрее.
– Привет, – целую мужа при встрече.
– Привет, – Мирон протягивает мне красивый букет роз и отвечает на поцелуй, не скрывая своего желания продолжить.
– Мир, прекрати. Или поехали в ближайший отель, – смеюсь в голос.
– Нет, я повезу тебя в место поинтересней.
Едем за пределы города и оказываемся в небольшом коттеджном посёлке, с видом на красивое озеро.
– Предлагаю тебе завязать глаза. Так будет интересней, – вижу, как играют озорные огоньки в его зрачках, когда он выходит из машины.
Отказать не получается. Мирон умеет быть особенно обаятельным, когда ему что-то нужно.
– Ну хорошо… Заинтриговал! – помогаю ему завязать повязку.
– Не жмёт?
– Всё хорошо. Веди меня скорее в то место, куда ты хотел. Мне самой уже не терпится посмотреть на сюрприз, который ты устроил.
Даже с завязанными глазами чувствую, как Мирон улыбается, и аккуратно ведёт меня за руки по какой-то мощёной дорожке.
Мы оказываемся в небольшом, но очень уютном домике. Мирон заводит меня в комнату, которая усыпана лепестками красных роз.
– Смотри! – аккуратно развязывать повязку.
– Какая красота! – единственное, что получается сказать на выдохе.
Обстановка просто «космос». Горит камин, из окна открывается чудный вид на озеро, где в темноте играют звёзды. На столе стоит всё то, что я люблю: любимое вино, виноград, разные сыры, и другие вкусности.
– Нравится? – целует меня в шею.
– Очень! Спасибо, любимый, мне очень приятно! – отвечаю на ласку.
Муж торопливо стаскивает с меня пальто, затем быстро начинает расстёгивать блузку, на которой, как назло, сегодня очень много пуговиц.
– Я хочу её порвать, можно?
– Нет, – издеваюсь над ним, и сама я начинаю помогать расстёгивать ему пуговицы.
Он благодарен, кивает, подхватывает меня на руки и несёт в постель.
Мне наплевать на вино, вкусную еду, и всё остальное. Сейчас хочу быть с ним здесь и сейчас, не откладывая ни на минуту эти объятья.
Неожиданно у мужа начинаю звонить телефон. Первые секунды пытаемся сделать вид, что не обращаем на это внимание, но телефон продолжает пиликать. Заканчивается один звонок, начинается следом другой.
– Погоди секунду, – всё-таки отвлекается, для того чтобы посмотреть, кто это звонит. – Мама… – отбрасывает обратно телефон.
– Не отвечай! Перезвони сам позднее. Пожалуйста, не останавливайся, – я уже не хочу прерваться, будучи уверенной, что она, как всегда, звонит по какой-то ерунде.
Мирон кивает, соглашаясь, и снова возвращается ко мне, но телефон звонит снова и снова. Муж не стесняясь уже сбрасывая звонок.
Полагаю, любой нормальный человек уже может понять, что если тебе не отвечают на бесконечный дозвон или сбрасывают, значит, человек занят или не хочет разговаривать. Но это не про Татьяну Алексеевну.
– Вот ведь! – в злости срывается и всё-таки отвечает. – Да! Что?! – рявкает, не скрывая своего недовольства. – Мама, что ты хотела? Что случилось?
Я рядом и отчётливо слышу, что она ему выговаривает претензии на тему его грубости.
Мирон сжимает кулаки, но не спорит из-за уважения к ней. Он всегда такой. Каким бы злым на неё ни был, умеет держать себя в руках. Это качество поражает и восхищает.
– Где ты, Мирон? Я волнуюсь! Ужин стынет!
– Мама, я же сказал, что мы сегодня не приедем. Мы решили побыть вдвоём. Я и моя жена. Так сказать, сменить обстановку. Понимаешь, о чём я?
– А… Да? Забыла…
Она что-то продолжает ему говорить и выговаривать претензии.
Муж встаёт с кровати и уходит.
Понимаю, что наши планы и желания она сорвала. Но специально или случайно… – вот вопрос.
Не могу понять, что движет моей свекровью в такие моменты. Она делает это назло или нет. Ревнует сына к жене? Или она просто глупа? Не замечала…
Сбросив последнюю одежду, заматываюсь в простыню и иду в душ.
– Прости, – присоединяется муж через пару минут.
– Ничего страшного. Это же Татьяна Алексеевна… – смеюсь и притягиваю его к себе, уже совершенно точно намекая, что готова продолжить то, что мы начали в кровати. – Мирон, я так рада, что мы сегодня с тобой вдвоём.
– Я тоже, милая, я тоже.
– Нам надо расслабиться и получить удовольствие, а там, где удовольствие, возможно, и малыш…– вырываются с моих губ запретные слова.
Замечаю, как отстраняется Мирон, и хмурится. Прикусываю язык в буквальном смысле этого слова.
– Прости, – он кивает, – сорвалось.
– Оль, а мы можем сегодня об этом не говорить? Как ты сама сказала: просто расслабиться, просто получить удовольствие, просто заняться сексом, безудержным, страстным. Где нет дум о зачатии и подобных вопросов, от которых я уже просто устал? У нас раньше снос головы был в отношениях, а теперь… Секс по расписанию, чтобы зачать. Оль, драйв где? Нужен нам такой ценой ребёнок?
– Мир, прости… У меня вылетело это неосознанно, не специально, – ругаю себя за то, что только что ляпнула. – Я не нарочно.
А про секс, когда везде и много, страстно и прекрасно, в голове так и крутится мысль, что всё было бы возможно, если бы он предложил маме вернуться в её квартиру после восстановления от болезни.
Нам бы не пришлось ориентироваться на ещё одного человека в доме и подстраиваться под обстоятельства. Но то, что думаю, то вслух не говорю.
Да, однажды он попытался намекнуть ей, что молодые должны жить вдвоём, но она этот намёк восприняла как оскорбление, вспомнив, что в её деревенской семье они жили дружно толпой и никто никому никогда не мешал!
Мирон домывается и выходит молча.
– Оль, я тоже переживаю, что у нас не получается малыш, но год после выкидыша ведь это… Немного. Так говорят врачи, – и всё-таки подключается к теме моих переживаний вернувшись.
– Чуть больше года… Но… Конечно, – киваю несколько раз, пытаюсь успокоить то ли себя, то ли его. – Может, ты бы сходил со мной в больницу?
– Нет! – резче обычного. – Я пока не готов. Что мне там делать? Что обследовать? Получился один ребёнок, получится и другой. Только, Оля, не клюй мне мозги, прошу.