Роман без обязательств

Выйдя на малую террасу, где она всю неделю завтракала одна, Саша с удивлением посмотрела на Аполло. Она не слышала утром его машины, но надеялась, что просто проспала. Правда, сегодня суббота, может быть, он не работает?

Увидев ее, он поставил кофейную чашку на блюдце и встал. Лицо оставалось непроницаемым.

Она старалась не смотреть на него. Его близость стала почти неприятной, что нелепо, ведь она в его доме…

В их доме! Но ей вилла не казалась домом…

– Доброе утро!

– Доброе утро.

Саша села. Рея налила ей кофе.

– Эфхаристо, – по-гречески поблагодарила она с робкой улыбкой.

Рея кивнула и тоже улыбнулась. Когда она ушла, Аполло спросил:

– Ты что, учишь греческий?

Саша взяла булочку, стараясь не смотреть на Аполло. Ей живо вспомнился вчерашний вечер, когда она напрашивалась на поцелуй.

– Самые обиходные слова. Кара мне помогает.

– Раньше тебе не хотелось его учить.

Саша замерла и посмотрела на Аполло:

– Разве нельзя согласиться, что сейчас все может быть по-другому? Ты все время говоришь о том, что я делала и какой была раньше, а я ничего не помню. Неужели нельзя… начать все сначала?

Он долго смотрел на нее. Так долго, что она густо покраснела.

Наконец он кивнул:

– Что ж, ладно.

Саша выдохнула.

– Как ты себя чувствуешь? Физически.

Она отпила кофе, стараясь успокоиться.

– Хорошо… гораздо лучше. Физически… – Она поморщилась. – А психически… туман ушел, но вместо него образовалась пустота. «И только рядом с тобой я чувствую себя как под высоким напряжением». – Она едва не произнесла последние слова вслух.

Аполло промокнул губы салфеткой.

– Я договорился, что сегодня тебя осмотрит врач.

Внутри у Саши все сжалось. Неужели он пытается от нее избавиться? Что будет, когда она выздоровеет? И почему ей тошно при мысли о том, что ему неприятно ее присутствие?

– У нас… когда-нибудь было все хорошо? – порывисто спросила она.

– Очень недолго. – Аполло положил ладонь на столешницу.

Саша ненадолго отвлеклась, представив, что он когда-то хотел ее так же сильно, как она – его. Она никак не могла понять…

– Но тогда… почему?

– Ничего не получилось? – хрипло спросил он.

Саша кивнула.

Но тут пришла Рея и перебила их:

– Приехала доктор осмотреть госпожу Василис.

Аполло посмотрел на Рею и улыбнулся – искренне, от души. Саше он ни разу так не улыбнулся. Сердце у нее сжалось. Он стал не просто красивым, а неотразимым. Но потом обернулся к ней, и улыбка увяла. По спине Саши пробежал холодок. Он в самом деле ее ненавидит! Что же она сделала?! Еще секунду назад готова была его выслушать, но теперь обрадовалась передышке.

– С физической точки зрения, миссис Василис, вы замечательно поправились. Как вы себя чувствуете с эмоциональной точки зрения?

Саша заправила рубашку в брюки. Врач осматривала ее в спальне. Та же самая женщина-доктор, которая наблюдала за ней в больнице.

Она села в кресло у стола.

– Наверное… нормально. Привыкаю к жизни.

«И к мужу, который терпеть меня не может».

Врач кивнула:

– Да, понимаю. Понадобится время, чтобы привыкнуть. А память… не вернулась?

Саша покачала головой:

– Нет. Все черно. Но вчера мне снилось… – Она вспыхнула.

– Продолжайте, дорогая, – кивнула доктор.

Смутившись, Саша сказала:

– Мне показалось, что это не сон, а воспоминание. Обо мне и муже.

Врач кивнула:

– Возможно, так и есть. Советую вам держать рядом с постелью блокнот, записывать сны. Они помогут вам что-то вспомнить. Но не слишком давите на себя. Никто до конца не понимает, как работает наш мозг.

Врач встала, и Саша тоже поднялась.

– Есть кое-что еще…

– Вот как? – Доктор убирала свои вещи в сумку, но остановилась.

– Дело в том, что… Муж все время говорит, что сейчас я веду себя не так, как раньше. Это нормально?

Врач задумчиво ответила:

– Известно… что иногда после черепно-мозговой травмы личность меняется. Мы сделали вам МРТ головы, но последствий травмы не обнаружили. Вы просто очень сильно ударились. Постепенно привыкайте к жизни, миссис Василис. Не волнуйтесь и сообщите, как только память начнет к вам возвращаться.

Саша проводила врача. Уже близился полдень. Обернувшись, она увидела Кару, которая поправляла вазу с экзотическими цветами посреди холла. Саша спросила:

– Вы видели Апо… моего мужа?

– Да, – кивнула Кара. – Он уехал на работу. Просил передать, что сегодня вернется поздно.

– Вот как… – Почему она так разочарована? А что бы сделала, окажись он дома? – Похоже, он много работает, – неуверенно продолжала она.

Кара закатила глаза:

– Он всегда работает. Утром, днем и ночью, до того, как мы думали, что…

Она вдруг замолчала, и Саша тяжело вздохнула. Может, ему не хотелось проводить время с ней?

– Спасибо, Кара, – с трудом произнесла она. – По правде говоря, сейчас я не знаю, чем заняться. Что я делала обычно?

Не глядя ей в глаза, Кара ответила:

– Вы… очень любили ходить по магазинам.

Сердце у Саши упало. Что ей может понадобиться в магазине?

– А еще?

Лицо девушки просветлело.

– Еще вы лежали у бассейна, вам там нравилось.

– Правда?

Аполло направился к бассейну. Ему доложили, что Саша пробыла там весь день. Может быть, она наконец сломалась и снова показывает свою истинную натуру? Раньше он бесчисленное множество раз находил ее у бассейна в окружении остатков еды, оберток и сладкой газировки. И журналов, испещренных закладками.

Он спросил, не вредна ли ей газировка, но потом узнал о… Он резко остановился, выйдя из-за кустов, которые искусно прятали бассейн от любопытных глаз, и сдвинул солнцезащитные очки на лоб. Саша лежала в шезлонге под зонтиком. Сначала он подумал, что она голая, и кровь за-пульсировала у него к паху. Саша любила загорать топлес, что очень возмущало Рею. Так она старалась соблазнить его, пусть и напрасно. А сейчас… Нет, она не голая, просто в цельном купальнике телесного цвета, таком открытом, что видна грудь. Он живо представил, как все будет выглядеть, если она выйдет из бассейна с мокрыми волосами… Купальник так плотно обтягивал фигуру, что почти ничего не оставлял на волю воображения. Он представил, как отвердеют в воде ее соски…

Боже!

Злясь на себя за отсутствие самообладания, Аполло оторвался от созерцания жены.

Ни оберток, ни остатков еды вокруг нее не было. Только книга. И стакан воды.

Он еще помнил, как вчера ему хотелось прижать ее к себе и впиться страстным поцелуем в розовые губы. Он пытался убедить себя, что только испытывает ее, но знал, что мотивы у него совершенно иные.

Он снова хочет ее!

Когда его лондонская помощница три месяца назад сообщила, что она хочет его увидеть, после их совместной ночи прошел месяц. Он постоянно думал о ней, особенно по ночам, постоянно просыпался от эротических снов. В тот период он чаще обычного принимал холодный душ. А в тот день испытал настоящее облегчение – от того, что она сделала первый шаг.

Но как только она вошла в его кабинет, он понял, что не чувствует ничего. Никакой реакции. Хотя она не изменилась. Свежая, юная, невинная, трепетная… Ему не стало легче от того, что прошло желание. Он испытал разочарование. Значит, она ничем не отличалась от других женщин, с которыми он спал. А та ночь… возможно, он просто принимал желаемое за действительное?

Она вздрогнула во сне и тихо вскрикнула:

– Нет, пожалуйста, не останавливайся!

Прежде чем Аполло понял, что делает, он очутился у шезлонга и схватил Сашу за предплечья – такие хрупкие, такие тонкие! На лбу у нее выступила испарина.

Внутри у него все сжалось.

– Саша… проснись!

Ее ласкали руки Аполло. Они обжигали. Она выгнулась от голода, который прежде ощущала лишь однажды. Теперь все стало так ясно. Нужно, чтобы он утолил этот голод… оживил ее…

– Саша!

Саша открыла глаза и едва не утонула в зеленых озерах. Цвет его глаз напоминал океан – огромный и бездонный.

– Тебе что-то приснилось.

Голос Аполло. Жесткий. Несгибаемый. Вдруг Саша вспомнила. Она лежала в шезлонге и заснула. Но Аполло не отходил от нее. Она вдохнула его аромат. Увидела щетину у него на подбородке.

Ей хотелось ее потрогать. Наверное, она будет колоться.

Она помнила это ощущение.

Сон и явь смешались. Она снова не понимала, что происходит.

Саша резко села, сбросив его руки. Он встал. Она неуклюже закуталась в халат. Купальник оказался слишком откровенным, но он был единственным цельным в море ярких крошечных бикини.

– Аполло, я не слышала, как ты пришел. Который час?

Волосы у Саши были восхитительно взъерошены, лицо раскраснелось, глаза сонные. Аполло не мог оторвать от нее взгляда. Тонкая материя не скрывала ее маленькие высокие груди. Очень светлая кожа казалась прозрачной. Он нахмурился, так как помнил ее загорелой. Конечно, загар мог быть искусственным…

Он невольно заговорил грубее, чем собирался:

– Тебе следует быть осторожнее на солнце! Ты ведь обгораешь даже в тени.

Саша невольно поежилась от его резкого тона и плотнее запахнулась в халат. Она еще чувствовала прикосновение его рук.

– Я нашла в ванной солнцезащитный крем, – ответила она, оправдываясь. – И намазалась им. Память я, может, и потеряла, но прекрасно знаю, как опасно солнце.

Закутавшись и отогнав яркий сон, она рискнула взглянуть на Аполло. Он вышел в рубашке поло и шортах карго и выглядел, как всегда, сногсшибательно.

– Я пришел сказать, что вечером меня не будет, – сказал он.

– Вот как… – Странно, но впервые она поняла, что не покидала пределов усадьбы после возвращения из больницы. Она почувствовала что-то вроде клаустрофобии. – Куда ты идешь?

– На благотворительный бал, там собирают средства в помощь больным раком.

По какой-то причине его слова задели Сашу за живое. Миг – и что-то вспомнилось, но тут же исчезло.

– А мне можно с тобой? – Она встала.

Он покачал головой:

– Не нужно. Я просто сообщаю, что к ужину меня не будет.

Не то чтобы всю неделю они уютно ужинали вдвоем, но Аполло стал единственной постоянной величиной в ее новой жизни, и она решила укрепить их отношения. Что еще остается делать? Невозможно и дальше существовать в таком подвешенном состоянии, где они с недоверием присматриваются друг к другу. Саша по-прежнему не знала, что у них случилось, и даже не была уверена, что хочет это знать, но о чем-то догадывалась. По крайней мере, попытается наладить отношения.

– Разве я никуда с тобой не ходила – как твоя жена?

Аполло недоверчиво посмотрел на нее. Саша по-прежнему выглядела совершенно невинно. Неужели она в самом деле не помнит, как сказала ему: «Почему бы не использовать меня? К тебе будут лучше относиться, когда увидят с женой. Ты станешь респектабельнее».

Когда они поженились, он не собирался привлекать ее к участию в своей жизни больше необходимого, но пришлось признать, что в чем-то она была права. Пару раз он брал ее с собой.

Саша выжидательно смотрела на него.

– В чем дело? Почему ты так на меня смотришь?

– А ты не помнишь?

– Нет. Что я такого делала? – Она побледнела.

– Скажем… ты нарушала спокойствие.

– Как?

– Хамила персоналу, а на благотворительных вечерах откровенно скучала – до тебя не сразу дошло, что туда ходят не развлекаться.