- -
- 100%
- +
— Вы как дети, — говорил он. — Игрушки покупаете. А потом — опять нет денег.
— А ты зачем тогда работаешь? — спрашивал Денис. — Если не тратишь, не живёшь — зачем?
Богдан думал. Это занимало время — он думал медленно, как делал всё остальное.
— Я работаю, чтобы не работать, — сказал он наконец. — Это временная работа. Временная — значит, не надо рвать жопу. Надо переждать. Потом — другое.
— Какое другое?
— Узнаю, когда придёт.
Он был уверен в этом с такой непоколебимостью, что спорить было бессмысленно. Богдан не был ленивым в привычном смысле — он просто не вкладывал туда, куда не верил. На стройке он делал ровно столько, сколько требовалось, чтобы не уволить. Не меньше — потому что тогда бы потерял доход. Не больше — потому что тогда бы потерял себя. Это была его экономика, и она работала.
Но однажды, поздно вечером, всё изменилось. Мы сидели на лавочке у Централ-парка — уже темно, прохладно, город затихал, но не засыпал. Богдан достал из кармана плоскую бутылку — что-то дешёвое, из местного ликёра, который пах резиной и сожалением. Мы пили по очереди, не говоря, просто смотря на огни небоскрёбов, которые казались далёкими, как звёзды.
— Слушай, — сказал он вдруг, и в его голосе что-то изменилось — не былость, а что-то другое, почти детское. — Ты никому не скажешь?
— Что?
Он огляделся. Параноика в нём не было — была осторожность, привычка.
— Я тут… по ночам. Велосипеды.
— Что велосипеды?
— Беру. Ночью. Оставленные, не пристёгнутые. На Бруклине много таких. Люди ленивые, думают — никто не тронет. А я трону.
Я молчал. Денис, который сидел рядом, тоже замер.
— И что потом? — спросил я осторожно.
— Отправляю. В Одессу. Пароходом. Там парень есть, принимает. Продаёт. Делим.
Он говорил это спокойно, как рассказывал про молоко в Старбаксе. Без гордости, без стыда — просто факт, часть бюджета.
— Сколько? — спросил Денис.
— В месяц — тысяча, может, полторы. Дополнительно. Не постоянно. Иногда — ноль. Иногда — две.
— Ты шутишь? — я не знал, верить или нет. Богдан был достаточно странным, чтобы это было правдой, и достаточно хитрым, чтобы выдумать.
— Может, шучу, — пожал он плечами. — А может, нет. Проверишь?
Он улыбнулся — той самой улыбкой, которую я видел в первый день, на стройке, когда Гиви кричал, а он стоял и кивал. Улыбкой человека, который знает что-то, чего не знаешь ты. Или который хочет, чтобы ты так думал.
Мы не поверили. Или почти не поверили. Но вечером, возвращаясь в Куинс, Денис сказал:
— А вдруг правда?
— Не может быть, — ответил я. — Пароходы? В Одессу? Это же…
— Что? — Денис посмотрел на меня. — Это же что? Мы тут мебель таскаем за копейки, а он — тысячу долларов на велосипедах. Кто из нас дурак?
Я не знал ответа. И не знал, хочу ли знать.
Богдан оставался Богданом. Утром он снова был медленным, снова задавал вопросы, снова сидел в Старбаксе с молоком, снова записывал цифры в блокнот. Но теперь, когда Гиви кричал на него, я смотрел иначе. Не с жалостью, не с раздражением — с любопытством. Что он думает в эти моменты? О чём молчит? О пароходах в Одессу? О тысяче долларов? О том, что скоро найдёт работу получше, и эта временная история закончится?
Или о том, что всё это — одна большая игра, в которой он делает вид, что играет по правилам, а на самом деле давно придумал свои?
Однажды я спросил его прямо:
— Богдан. Ты правда велосипеды воруешь?
Он посмотрел на меня долго. Потом достал блокнот, открыл на чистой странице, написал что-то, оторвал листок, свернул в трубочку и протянул мне.
— Прочитаешь дома, — сказал он.
Я развернул в метро. Там было написано: «Если бы я воровал, я бы не сказал. Если бы не воровал, я бы тоже не сказал. Зачем тебе знать?»
Я засмеялся. Денис, глядя через плечо, тоже засмеялся. Это было гениально — ни подтверждения, ни опровержения, просто зеркало, в котором мы видели свою тупость.
— Он сумасшедший, — сказал Денис.
— Или гений, — добавил я.
— Это одно и то же.
Мы больше никогда не спрашивали. Но иногда, проходя мимо припаркованных велосипедов, я смотрел на замки. Хорошие, плохие, отсутствующие. И думал: а вдруг? А вдруг где-то в Одессе сейчас ездит парень на велосипеде из Бруклина, не зная, откуда он взялся? А вдруг Богдан на самом деле копит не на «что-нибудь», а на дом? На бизнес? На то, чтобы перестать быть «временным»?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.