Неудержимость VII

Происходит рост Анабатиков

Раздалось сухое покашливание, и я, не отрывая головы от спины девушки, взглянул через плечо на главную ворожею.

– Кхэм… эм… Что же… Маргахар проведён… Мда… И ещё… – говорила она неуверенно, делая паузы, словно каждый раз подбирая между ними слова, потому что не знала, что сказать, но тем не менее с каждой фразой её речь становилась более уверенной и складной: – Не было такого… Чтобы Д’хокар за раз взял себе… Нет, конечно, были случаи, когда Великие Хаса, брали двух… Но чтобы сразу трёх Роал?.. Действительно, Шакта не имеет власти над Рэгшах Хеса… Хотел, чтобы двух других не… отпускали… Так сам их и забрал себе… Да ещё и сама Гирал… Жеро… почтила своим присутствием… провела Маргахар с… Рокх… Как это?..

Она замолчала на собственном вопросе и закурила трубку, которой до недавнего времени ублажала себя. Я же воспользовался её заминкой и спросил:

– Кто такая эта Гирал?

Это вызвало ещё большее недоумение у главной:

– Ты?! Не понял?

Но тут вдруг ответила одна из девушек, что лежала рядом со мной, продолжив за старшую:

– Ой Д’хокар… Гирал – это прародительница Клана Синей Лисы. И, Ой Д’хокар, вам теперь нельзя говорить с чужими Роал, но вы можете слушать, если они сами говорят.

Я, продолжая обнимать лисичку, взглянул на говорившую. Ею оказалась первая девушка, та, которую я выбрал за красивые ножки. Вглядевшись в её личико, я вдруг спросил:

– А почему моя Роал так сильно отличается внешне от вас?

Глаза девушки от удивления расширились, и она, окинув нас быстрым взглядом с ног до головы, протянула:

– Я тоже… ваша Роал, Ой Д’хокар… Ранж… моё имя…

Но тут старшая Роал прервала её, хлопнув в ладоши, и, дождавшись, когда девушка, потупив взгляд, притихнет, грубо заговорила:

– Всё! Это потом… Будете общаться наедине… – а затем громко обратилась ко всем Роал, заговорив на языке варваров: – Шэк Ала Асшах? Шэа Ала Орэг Гирал Ис Маргахар?

Я быстро перевёл для себя: «Что думает собрание?» А точнее, «Ас» – это «из», а «Шах» – «путь», так что выходит, что «Асшах» – это «Из Пути», но они так называют своё собрание. Дальше главная спросила, как считать, трактовать явление или приход Гирал в Маргахар. Что она этим имела в виду, я не знаю.

Одна из сидячих в кругу Роал заговорила:

– Са’Шал. Рэгшах’Хеса Гахао Хао’Хеса, Шэд’Окхар Ги’Роал. Ор’Уро. И’Ал Гирал, Ох Гир’Айроя, Ахао’Мар Рэгшах’Хеса Оал. Ашах Алу’Сартах, Гирал Акхар Ал’Гир, А’Рахш Ал’Гажеро Ох’Гир’Роух.

Я стал понимать их речь намного лучше и быстрее, а ещё обратил внимание, что у говорившей сейчас был другой диалект, она говорила, чаще складывая слова вместе. Она сказала:

– Я скажу: идущий по пути Хеса повторил подвиг Хеса, когда получил трёх Роал, – это истина. И сама священная дева, наша священная мать, прародительница, связала себя с Идущим путём Хеса.

Там, конечно, в конце было по‑другому, но суть та же. «Ахао» – «делать», «Мар» – «пару», в общем, она связала меня с собой. Дальше она сказала:

– Взгляните на эту Сартах, Гирал даровала ей благословение, и сейчас она стала копией, наверное, проявлением нашего священного…

Не знаю, что такое Роух, но догадываюсь, что это, наверное, лиса.

Роал замолчала, и через минуту тишины старшая вновь подала уставший голос:

– Са Гаэк Шэк Сартах Жеро Гир’роух, Сэ Ях Я Сэ Ашах. Сэ Рош А Кхар Ох Гирал. А Са Лэ Ашал У Сэ. Сэ Ашал, Шэа Ишал Яхе Арэг Гашах? – была она недовольна тупостью других ворожей, и вот что она сказала: «Я согласна, что Сартах стала священным зверем (буду пока переводить так Роух), мы все это видим. Таково желание и дар нашей Гирал. И я не спрашивала об этом. Я спрашиваю: как объяснить их появившуюся связь?»

Ответила ей другая, новая Роал:

– Лэхэо. Сэ Жэро Рэгшах’Хеса А Гирал Ашах Ох Сэ. Сэ А Яхэо, – голос её, мне показалось, был тоже не очень довольным. Но вот на кого она проецировала своё недовольство – на ситуацию в целом или на главную ведунью? Сказала она как отрезала: «Никак. Он – идущий по пути Хеса, и Гирал показала нам это. Вот и всё».

В этот момент подо мной зашевелилась лисичка, она привстала, отчего я приподнялся с её спины, и неловко упёрлась в меня руками, отстраняя от себя, чтобы я наконец вылез из её попки. Расцепившись со мной, она неуверенно отсела и обежала непонимающим взором Роал вокруг. Это вызвало смешок у главной, за которым последовал едкий комментарий:

– Шэдала Ерэг Сартах Роал? (Наконец проснулась, Сартах?)

Однако девушка проигнорировала плевок в свою сторону и обернулась через плечо, посмотрев на меня. Непонимание в её глазах быстро исчезло, девушка явно была очень смышлёной, за миг оценив обстановку и всё поняв. Но в следующее мгновение по её лицу расползлось дикое удивление, и она очень медленно протянула руку к своей попке, потрогав там себя. Я ожидал, что она сейчас взорвётся негодованием и накинется на меня, тем не менее, она опять проявила глубокую мудрость, не став мне ничего говорить, но зловеще стрельнула в меня своими фантастическими глазками. Затем она перевела взгляд на других двух голых Роал, сидящих рядом с нами, и оценивающе оглядела их, более не выдав ни единой эмоции, словно строгая учительница.

А главная Роал вернулась к своей непонятной теме обсуждения, вновь обратившись к остальным ворожеям:

– Шэка… Шэй Рош Окхар Асшах? (Что же, какой выбор делает Асшах?)

И все Роал по кругу стали по очереди повторять одну и ту же фразу:

– Са Шал. Яхэо Эхао. Асшах Эяхэо. Хаоур Рокх Ярахш! Сэ Оё Дах. (Я говорю. Всё сделано. Асшах закончен. Да здравствует новый вождь! Это моё слово.)

Когда же все Роал проговорили эти строки, и осталась последняя, само собой, старшая, та внезапно обратилась ко мне. Голос её источал язвительность, чем она напрямую показывала своё негативное отношение ко мне:

– Что же, Идущий по стопам Великого Хеса, Новый Вождь Зарга, прежде, чем я закончу Асшах, ты можешь обратиться ко мне. Только без глупых вопросов, на них тебе ответят… твои Роал. И предупрежу сразу: хоть тебе и повезло выбрать Свободных Роал, специально уготовленных для Рэгшах’Хеса, но Сарги тебе не избежать. Другие Рокх земель Шэргх обязательно явятся за твоей Кровью не Кхра, хоть ты и зовёшься его потомком. И да, остальные девять Роал, уготовленные для Рэгшах’Хеса, всё равно умрут.

Я напрягся, не сдержав злой оскал, попутно вытянув острые зубы. Главная сука задела меня, ударив точно по больной для меня теме, – когда кто‑то должен умереть, а я не в силах этому даже помешать. Но что если она специально наталкивает меня на определённые мысли? Это вряд ли, она злорадствует. И я никак не смогу им помочь.

А сука продолжила:

– Ого! Какие зубки… Ты разве не человек?

При этом вопросе, заданном таким лёгким тоном, будто невзначай, Сартах, пристально буравящая взглядом главную ворожею, напряглась. И я быстро скрыл свои зубы, поняв, что сейчас могу попасть в ловушку. Интересно, а вот когда я тут пред ними трахался, они что, не видели моих метаморфоз с телом? Не обращали внимания? Непонятно.

Главенствующая Роал, помолчав ещё с полминуты, вновь заговорила:

– Ну, раз у тебя нет вопросов или возражений, тогда мы закончили.

Но я вдруг, улыбнувшись, выпалил:

– Когда явится твой Рокх? – я хотел было ещё добавить обращение к ней – «сука», однако вовремя осёкся. Какое‑то нехорошее у меня сейчас предчувствие возникло, словно всё висит на волоске.

Роал же ответила:

– Ты бросаешь ему вызов? Ты хоть знаешь, кому?

– Да я и тебя знать не знаю. Что за глупый вопрос. Да и плевать мне, пусть приходит хоть сегодня. Но ответь, отчего же ты так не рада тому, что Клан Синей Лисы стал подле Рэгшах’Хеса? Или должны были другие Роал? – я закипал, но был доволен, что смог кольнуть её, отметив при других её противоречия и умственные способности.

Это дало результат, Роал бесцветным тоном промолвила:

– Так и быть. Он и так шёл за тобой, но я подгоню его. И уже сегодня же, при лучах заката Вождь всего Шэргха срежет тебе твою холёную рожу! – она не выдержала, заорав, так как я лыбился. Всего Шэргха, значит? А мой план будет выполнен быстрей, чем я рассчитывал. Остаётся только надеяться, что этот вождь не будет очередным монстром, похожим на обвинителя. Тьфу! Не накаркай! Я постучал по голове, но это сработало наоборот: Роал посчитала моё действие на свой счёт и, уже вскочив, заорала в бешеном припадке: – Что ты показываешь?! Мне?!! Говна ты кусок! Асшах Эяхэо! Роха, Шарж! Ихэо! Оедах! – она стала звать каких‑то Роху и Шаржа, что явно были её телохранителями, а в шатре воцарился подлинный бедлам. Часть Роал кинулись к своей главной ворожее, чтобы остановить её, ещё две Роал выскочили наружу, став орать там, чтобы никто из воинов не приближался, мои же голые девицы заметались, подбирая свои шкуры и натягивая их на себя. Особенно долго у них заняло облачение в длинные и мохнатые перчатки и такие же когтистые сапоги. То есть они не носили никакого нижнего белья. Я, кстати, тут, в Дайра, вообще ни разу так и не повстречал хоть кого‑то в трусах, кроме Вайсэ: Шат’то не в счёт, – и такое ощущение, что в этом мире нижнего белья в принципе не изобрели.

Тем временем Сартах, уже облачённая в свой обычный лохматый «презерватив», подхватила меня за руку и потянула на выход из шатра, а в мою сторону яркой вспышкой долбануло заклинание. Зелёный шар размером с футбольный мяч из скрученного воздуха и переполненный энергией растворил землю там, где я просидел всё это время. Ах ты ж, тварь! Я дёрнулся обратно, желая навалять главной шаболде, но меня под вторую руку подхватила ещё одна Роал, заставляя развернуться обратно на выход. Мне, покидая сей чертог, оставалось лишь кидать гневный взор на охамевшую Роал через плечо, но я не удержался, чтобы не выкрикнуть под конец, прежде чем переступить порог:

– Я вырежу сердце твоему сыкуну и сожру его на твоих глазах, как это было с предыдущим долбодятлом!

– Ах ты, Хуха! Уро-о-од! – смог лишь услышать я уже за закрытыми полами шатра, а через секунду в нём что‑то громыхнуло, и из его щелей повалил густой тёмный пар. Меня же вели три Роал, которые облепили меня со всех сторон и просто тащили вперёд, в сторону стойбища.

И как только мы удалились на двадцатку шагов от шатра, они все разом тихо загомонили, причём говоря только на общем:

– Ты сумасшедший!

– Ты чего наговорил!

– Это!.. Конец…

– Её Рокх – это Главный Вождь всего Шэргха!

– Она же Глава нашего Клана Роал!

– Нас всех! Убить…

– Но он‑то не знал?

– Но Гаяра‑то дала ему шанс отказаться…

– А там… Иметь! Все племена в степь…

– Ничего она не дала. Она только и ждала подходящий момент…

– Ты не понимаешь. Ты ещё слишком юна… Даже когда она вышла из себя, она до последнего давала ему время… Пока Асшах не закончен, ничего окончательно не решено…

– Это‑то я юна? Мы из одного поколения…

– А там… потом нас… колотить дыры… большой… что нога Хаса, херы джорков весь земля…

Да кто там у меня за спиной всё панически трындит? Самой молодой была Элех? Я решил подбодрить её:

– Спокойно, Элех. Ты вообще могла умереть сегодня…

Но девушка лишь сильней расчувствовалась и, чуть ли не заплакав, протянула:

– Там! Быть на пополам… Я быстро смерть или чуть… чуть боль между ног…

А Сартах недовольно дёрнула меня за плечо, прошипев:

– Ты совсем Эмжа?! Ты зачем им напомнил о… – она не договорила, потому что Ранж, которая вела меня под правую руку, внезапно встала, как вкопанная, и, отпустив меня, тихо заплакала. И мы все остановились, так и не дойдя до кольца телохранителей, что уже были в пяти метрах от нас. При этом воины зашевелились, став образовывать кучку на незримой границе перед нами. И я так понял, это телохранители этих Роал стали собираться вместе. И их было больше, чем шестеро, то есть у других двух было по три защитника, нежели у Сартах. Но тут Сартах ударила мне кулаком в плечо: – С кем я связала свой Шах?! Жих! Харух, Гирал Оя Айроя!

Не знаю, что такое Жих, но то, что её мать – Гирал, я понял. А ещё она поняла, что это остатки Харуха так действуют на меня. Уж больно я стал смелым.

Сартах подхватила под руки двух других Роал и, уткнувшись в меня плечом, попёрла дальше вперёд. Выйдя за отчерченный воинами периметр, нас тотчас окружили кольцом восемь бугаёв, что двинулись дальше вместе с нами. Скоро девушки успокоились, и Сартах взяла меня за руку, поведя за собой в неизвестном мне направлении по лагерю варваров. Я посмотрел на начинающее светлеть звёздное небо, попутно определяя, что уже часа три утра, и, прикрыв глаза, пока мы шагали по спящему стойбищу, отдался свежему ветерку, заодно изучив недавно пришедшие уведомления.

Внимание! Знание Языка Тэкх’Рар повышено, +150 (150). Вы владеете языком на разговорном уровне, понимая его строение на предлогах в основных словах, и можете читать простейшие слова.

Внимание! Вы выполнили уникальный квест «Своя Роал».

Вы нашли Роал, готовую связать свой путь с вашим и встать подле вас, и прошли с ней ритуал соединения жизненных путей – Маргахар. Теперь вы считаетесь настоящим Вождём Клана Зарга.

Вы получили постоянного спутника – Роал Сартах из Клана Синей Лисы.

Ваша репутация с Кланом Зарга повышена (Приверженность).

Внимание! Вы первый Хас в Дайра, кто смог после Хеса на своём первом Маргахар заполучить сразу 3 Роал! Чемпион/Монструозность +2 (1 075/1 013)

Вами получено достижение «По стопам Хеса», усиливающий Титул «Потомок Хеса».

Так как вы повторили одно из достижений Хеса, то теперь к вам будут относиться чуточку серьёзней.

Получены постоянные спутники: Роал Ранж и Роал Элех из Клана Синей Лисы.

Ваша репутация с Кланом Синей Лисы повышена (Дружелюбие).

Ваша общая репутация с Роал повышена (Расположение).

Внимание! РэКи Лэй, Госпожа Игр и Весов, на редкость до смерти довольна. РэКи Лэй, Госпожа Игр и Весов, Младшая Богиня Удачи, испытывает к вам привязанность (Уважение изменено на Пристрастие).

Сартах привела нас к большому шатру, и мы вчетвером зашли внутрь, воины же разошлись по разным сторонам юрты, снова оставшись снаружи. Внутри было просторно и просто. По центру на земле были разбросаны шкуры, что являлись постелью, а возле них было расположено кострище, сложенное кольцом из больших камней. И угли в нём ещё тлели, давая слабое тепло. Сартах, скинув с головы шкуру, что упала длинным капюшоном ей за спину, сразу же направилась к нему, где начала подбрасывать в него ветки и поленья. Ранж и Элех последовали её примеру, тоже скинув шкуры со своих голов, но остались покорно стоять у выхода из шатра, не ступая дальше в него.

– Почему вы там стоите? – удивился я, посмотрев на девушек, но за них мне ответила Сартах:

– Потому что они вторые Роал, а это мой… с тобой… дом. Отныне они всегда обязаны спросить разрешения у меня, чтобы пройти дальше…

Я подивился:

– А у меня? Они не могут спросить?

Сартах, уже разведя яркий огонь, хмыкнула и повернула ко мне своё личико, что красиво переливалось в свете огня, проговорив с иронией:

– А то ты им не позволишь… Ты… дорогой мой… Как это? Муж… Нет у вас такого слова – Д’хокар… теперь не можешь отказать ни одной из нас… в пределах разумного… Если это не касается жизни и смерти… К тому же это примерно как у вас: вождь командует Хаса, а Роал – другими Роал… Элех, сходи к порталу и принеси одежду Рокх… Она там, внутри шатра. Увидишь.

Юная девушка, накинув обратно капюшон, молча исчезла за полой входа, а я посмотрел вниз, на своё голое тело. Забыл одеться. Я подошёл к разбросанным на земле шкурам и, подняв первую попавшуюся, намотал её себе на пояс.

Сартах же продолжила командовать:

– Ты же Ранж? Я не помню тебя. Где тебя растили?

Ранж тотчас ответила, и хоть её голос был преисполнен уважения, сама речь была неформальной:

– Да. Мы из одного поколения, но разница в пять зим. Меня привели, когда тебе оставался ещё год. Но меня сразу решили готовить для Хеса… – при этих словах девушка стрельнула глазками в мою сторону и поёжилась, а в её взгляде промелькнула смесь горечи и вожделения. Этим она сбила меня с толку, и я на пару мгновений впал в рефлексию, перестав их слушать. Но так и не разобравшись в понимании истинных чувств Ранж, я вернулся к их речам обратно.

И сейчас вновь говорила Сартах:

– …Принеси еды и вина.

Немного я пропустил. Ранж тоже вышла, и я остался наедине с Сартах.

Девушка поднялась с колен и подошла ко мне, встав очень близко и принявшись рассматривать меня. Её палец коснулся рисунка бегущего лиса на моей груди, и она спросила:

– Значит, лис? Почему? Что он значит?

Я вгляделся в её красивые и такие невероятные глаза и ответил:

– Давно я участвовал в одном соревновании, в котором победил. И мой учитель – шутки ли ради или специально – заявил меня на него под именем Лиса. И когда я победил, мой друг сделал мне этот рисунок на память…

Сартах с интересом посмотрела в мои глаза, но, приложив оголённый пальчик к губам, погрузилась в себя и медленно заговорила:

– Значит… Лис… Как же там было… Давно, говоришь? Да не так давно… Победитель Мастеров Ловушек… – её взгляд вдруг блеснул, сфокусировавшись на мне, и она ухмыльнулась: – Но говорили, что у Лиса из Тиз были длинные ушки…

– Кто говорил? – с ходу парировал я, давая себе время на размышления, и взглянул на её синие лисьи ушки с чёрными кончиками, торчащие вверх из волос на голове.

Но Сартах положила мне ладонь на плечо, игриво протягивая голосом:

– Да слухи… Ты уж не думай, мы не дикари какие… И, как видишь, говорим на всеобщем… Так что же с тем Лисом из Тиз? Ты был его поклонником, раз сделал такой рисунок? Или?..

Я посмотрел в сторону, стараясь не встречаться с ней глазами, и буркнул:

– Или…

Она внезапно подалась вперёд, приоткрыв свои шкуры передо мной, и, прижавшись, обняла меня своим нагим телом под ними. Её лицо прижалось лбом к моему, и она жарко зашептала:

– И что это за секрет такой? Это связано с твоими зубами? Верно? Ты можешь изменять своё тело? Да? Анри…

По моему телу пробежала дрожь вперемешку с мурашками по коже. Как она так быстро до всего доходит? Почему так много знает? Произошедшее с моим телом ей явно понравилось, и она принялась давить дальше – как физически, потому что она, сбросив с меня шкуру на поясе, обхватила меня бёдрами, начав извиваться и тереться, так и психологически, так как она продолжила говорить:

– Так ты настоящий… Анри… Урэ… Говорят, ты воевал с Рафали, да ещё и успешно… Но затем, несколько лет назад, пропал… Где ты был, мой… мальчик?.. Тебе нравится, когда… над тобой имеют власть? Имеют тебя? Покажешь мне… свои ушки? – она уже, покусывая, страстно ласкала моё левое ухо, руки её изучали всё моё тело, таз её извивался, отчего её твёрдый лобок скользил по члену, и она никак не унималась: – А лучше свой истинный облик? Весь… А ещё… Меня ведь не было после… нашего совместного Гирху… Так что, считай, у нас будет первый раз… Я узнаю, какой ты… жеребец… Знаешь? Я думаю… что за то время, пока никто тебя не видел, с тобой произошло… нечто… что изменило тебя… Верно? Отсюда и твои острые зубы… Ты ведь знаешь? Я твоя… Только твоя… И буду хранить все твои тайны… Как никто другой… Мы теперь вместе… Навсегда… Ты… Я… И ещё эти две, Эмжая! Вы же должны объявить, что пришли! Чего стоите и смотрите?!

Сартах злобно прикрикнула и отпрянула от меня, смущённо кутаясь в свои шкуры, но ей тотчас ответила младшая, Элех:

– Шакта. Ги Дах. Нельзя прерывать…

Сартах, присев на корточки перед костром и продолжая кутаться в меха, дико вызарилась на Роал и едко перебила:

– Ги Дах?! Не надо мне рассказывать про Шакта, я его и сама целиком знаю! Жих! – и, потупив взор, смотря на огонь, она тихо забормотала: – Ну не могу я при других… даже хорошо… что меня там не было… сдохла бы со стыда… ещё раз через такое… – но тут она спохватилась от того, что она продолжала говорить на общем и что я продолжал её всё ещё слушать, и замолкла, недовольно посмотрев на меня. Тем не менее взгляд её очень быстро переместился с моих глаз на мой член, что был готов к бою, и она, зардевшись, да так, что цвет лица перебил своей краснотой даже свет от огня, накинула капюшон на голову. А я и две Роал у выхода так и продолжили молча стоять и смотреть на неподвижный комок, в который превратилась Сартах.

Минуты через две первой сдалась Ранж, спросив:

– Так мне подать еду и вино?

Я повернулся к ней, заметив, как Элех, держа мою одежду в руках, пристально поедает взглядом мой голый зад, которым я всё время простоял к выходу из шатра, при этом и сама Ранж периодически посматривала на него. Тем не менее раздался усталый и приглушённый из‑за мехов голос Сартах:

– Да… Пожалуйста… И пусть… наш Рокх оденется…

Девушки прошли к нам в центр шатра. Ранж сразу же принялась размещать еду на железных подносах подле костра. А Элех подошла ко мне, протягивая мою одежду, но, продолжая поедать меня взглядом без капли смущения, неуверенно спросила у Сартах:

– А… я желать… Ироя… Есть время… До спать вечер-ночь… А то…

Это взорвало Сартах, так как та прикрикнула из‑под своих шкур:

– Да поняла я! Можешь не продолжать… И у тебя там что ли вообще ничего не болит, после‑то первого раза?

Но ей, хмыкнув, ответила Ранж:

– Так она молодая – эластичная…

Элех вторила старшей:

– Ну да… Не боль уже… Обратно… Из… Измы… Изныть…

Из‑под шкур Сартах донёсся глубокий вздох, полный раздражения:

– Если Рокх желает…

– Я хочу тебя, Сартах! – вдруг выпалил я, а моё сердце чуть не выскочило из груди. Не знаю, что на меня нашло, но, вспомнив ощущения её тела, мой рассудок на долю секунды помутился. И даже скинувшая уже с себя шкуры и прижавшаяся ко мне голым телом стройненькая Элех не смогла избавить мой разум от мыслей о лисичке. Но мои слова подействовали на Сартах, вызвав в ней интерес, который она не смогла скрыть в навострившихся ушках, что показались, когда она высунула своё личико из‑под мехов, чтобы взглянуть на меня. Они забавно вытянулись вверх, словно по телу Сартах пробежал электрический разряд, но девушка лишь с подозрительным прищуром посмотрела на меня, а после, приняв какое‑то решение, промолвила:

– Младшей нужней… у неё нервный срыв…

Я непонимающе посмотрел на пунцовое лицо Элех. Девушка, отличаясь от Ранж тонкими и вытянутыми чертами лица и тела в целом, внешне походила даже больше на Лорену Гарсия. К тому же она имела более высокий рост, а её возраст говорил, что в будущем она станет и ещё выше. Элех, так и не сняв своих перчаток и высоких меховых чулок с медвежьими когтями, стала давить руками мне на грудь, заставляя меня опуститься на шкуры, и несдержанно, дрожащим от возбуждения голосом прохрипела:

– Я хочу… Как Гирал… Лечь… ты… – речь её сломалась, став косноязычной, что обычно с ней и случалось, когда она впадала в стресс или нервозность.